19 апреля 588 года по Имперскому календарю. 8:19 утра.

Прошло три дня с тех пор, как Ричард расправился с убийцей, замаскированным под видом слуги.

Офелия, будучи вся на нервах, ехала в карете по направлению к Императорскому дворцу. Конечно, на козлах сидел кучер, но если бы она имела возможность, то помчалась бы сама.

Она умерла прошлой ночью в результате сердечного приступа. Нет, точнее было бы сказать, что она умерла сегодня вечером и вернулась назад во времени.

Поначалу она отрицала реальность впервые за долгое время после злополучного Дня Основателей, ведь в те дни, что она взаимодействовала с наследным принцем, ей удалось прервать бесконечные регрессии, и всё, казалось бы, пришло в норму.

Однако, три дня спустя, Офелия поскользнулась и разбила себе затылок, а после съеденный ею хлеб застрял в горле и задушил её, а теперь…Девушка очнулась в диком гневе.

Эта чёртова бесконечная петля появилась снова!

Офелия нервно сжимала веер в руке. После того дня, когда Ричард устроил кровавую казнь, у неё появилась надежда, что эти перемещения прекратятся, если не навсегда, то на довольно долгое время. Это была слабая надежда, но разве настолько трудновыполнимая?

Утром всё началось с новости о том, что бизнес, в который она вложила деньги без ведома матери, переживает стадию «роста». Это была приятная мелочь, да и утренний чай пришёлся ей по вкусу. Офелия даже чудом не столкнулась с матерью, хотя они живут в одном доме, и так далее. Ей везло, даже слишком…Вплоть до начала новой регрессии.

Хотя Офелия проходила такую петлю трижды, она осознала кое-что новое: даже если бы она ничего не предпринимала, мало-помалу что-то да поменялось бы. Это не столь уж грандиозное открытие.

Чай, который идеально подходил ей по вкусу, иногда казался девушке странным, или она внезапно сталкивалась с матерью, хотя в тот же момент прошлого не было возможности увидеть даже прядь выцветающих волос этой женщины.

Если подумать, в некоторые из многочисленных для неё "Дней Основателей" тоже произошли незначительные изменения. Виды закусок, что появлялись на столе, менялись одна за другой, или букеты цветов различались друг от друга.

Понимая, что каждый раз, как она возвращалась, происходили изменения, Офелия стала беспокоиться, что её тайные инвестиции рухнут, и это было самой большой движущей силой, побудившей её отказаться от своего абсурдного эскапизма*.

(*п/п: Эскапизм – стремление человека уйти от реальности в мир иллюзий)

«Если сегодня вечером я регрессирую, то увижу, как мои накопления улетают…!», — Офелия скрипела зубами, но вскоре поникла и нахмурилась.

Прошлый цикл регрессий ясно показал ей, что эти бесконечные возвращения, в конечном итоге, определялись жизнью или смертью Ричарда.

Если бы наследный принц быстро среагировал и принял решение, нынышний «день сурка» тоже быстро закончился бы. С его смертью цикл бесконечной регрессии стартовал автоматически, и с его же выживанием заканчивался, до следующей попытки убийства.

Конечно, учитывая условное деление регрессий на циклы, понятие «бесконечная регрессия» казалось немного неуместным, но Офелия применяла этот термин, просто не видя в этом замкнутом круговороте событий конца.

Девушка не знала, по какому капризу действовал Ричард, который, казалось, уже отчаялся и махнул рукой на происходящее, но этот новый цикл смертей и воскрешений в прошлом дне…

«Если он не умрёт, то и я не умру. Но, очевидно, он спускает всё с рук и погибает каждый раз, без желания жить», — уже спокойнее размышляла Офелия. — «Нет. Давай не делать поспешных выводов, пока не увидишь своими глазами».

Но тут появилась новая проблема. Офелия беспомощно вздохнула.

— Въезд запрещён.

Девушка примчалась во дворец наследного принца, но вместо встречи с Ричардом её повернула назад стража у ворот. Это был закономерный результат.

Для юной леди без титула, члена семьи из маленького графства, было невозможно получить личную встречу с наследным принцем без предварительного согласия. Будь это легко, стоило бы всерьёз обеспокоиться о безопасности и будущем Империи, слывшей, на минуточку, самой могущественной страной в истории.

— Леди, прошу вас вернуться.

При решительных словах солдата, охранявшего дворец, и угрожающем лязге ударившегося об землю копья Офелия тихо отступила.

На самом деле, было немало тех, кто желал увидеть лицо Ричарда, и из-за этого устраивал шум перед дворцом, требуя личной аудиенции. В результате, страже дворца предоставили право задерживать любого, независимо от звания; этот факт настолько известен, что трудно было не знать.

«— Ваше Высочество, я просто хочу вас ненадолго увидеть!»...

«— Как ты смеешь, ты знаешь, кто я!»...

Офелия представила себе тот балаган, что некоторые позволяли себе устроить здесь, и притворилась, что смиренно возвращается в карету, свернув в тень.

«Ох… я и не знала, что первый цикл, возвращавший меня в День Основателей, поможет во многих отношениях», — с улыбкой отметила девушка.

Она долгое время жила как самая обычная, во многом некомпетентная благородная леди, однако, благодаря этим «дням сурка» ей пришлось научиться скрывать своё присутствие даже от наёмных убийц до такой степени, что она могла скрываться в Императорском дворце.

Это означало, что большинство людей даже не осознавали, что Офелия была там. Сама девушка считала такой навык скрытым благословением.

— Ладно, теперь нужно придумать, как войти.

Офелия фыркнула. Полагал ли охранник, что она сдастся после того, как ей грозно отказали в посещении?

Проникнет ли она во дворец тайно? Нет. Независимо от того, насколько хорошо ей удавалось приблизиться к убийцам сзади так, чтобы остаться незамеченной, это был тщательно рассчитанный маршрут. Оглядываясь назад, можно сказать, что, к счастью, число и личности убийц тогда не менялось.

Офелия отбросила вариант проникновения во дворец, что оставило ей крайне мало способов. Подача официального запроса на встречу заняла бы слишком много времени. А тот факт, что позже в этот же день она снова регрессирует, делает эту затею и вовсе невозможной.

«Но не могу же я попросить того, кто может посетить наследного принца без предварительного контакта…», — Офелия оборвала свою мысль и нырнула в тень.

Всё потому, что человек, только что прошедший мимо неё был одним из тех, кто мог свободно входить и выходить из дворца принца без какого-либо пропуска.

Джеймс Грю.

Его считали «левой рукой» Ричарда. Хотя Джеймс был вторым сыном герцогской семьи, он не собирался наследовать титул и земли, поклявшись преуспеть самостоятельно.

Недолго думая, Офелия преобразилась, чтобы выглядеть совершенно иначе, в одно мгновение сменив причёску и сняв плащ. В то время, пока Джеймс стоял у главных ворот, она едва успела скрыть своё присутствие и последовать за ним как можно ближе.

Для этого мужчины здесь почти не существовало закрытых дверей. Джеймс выполнял личные команды принца Ричарда, и солдаты не могли останавливать груз или людей, что шли за ним.

Вишенкой на торте оказалось то, что Джеймс был советником, так сказать, пользователем «пера и ручки», а с людьми практически не сражался. Скрыв своё присутствие до той степени, как она это делала с наёмниками, Офелия могла не переживать, что он заметит её присутствие.

Девушка задавалась вопросом, о чём думал Ричард, позволяя своему советнику проводить во дворец кого и что угодно, но это была его проблема. Даже если бы идеальный главный герой фэнтези-романа сказал, что хочет приготовить соевую пасту из красной фасоли, никто не задавался бы вопросами.

«Кстати, я не знала, что сегодняшняя удача коснётся и этого момента».

Такая удача, даже в контексте постоянных возвратов, стоила внимания.

— Вы проделали отличную работу.

— Что вы, сэр.

Двое солдат на секунду взглянули на Офелию, но, как и ожидалось, не помешали ей войти во дворец.

Офелия добилась того, к чему стремилась. Если Джеймс вздумает оглянуться назад, она уже приготовилась ударить его в затылок. Ей нечего было бояться.

Стоит регрессировать — и он её даже не вспомнит, для него этого момента просто не произойдёт. Да даже если бы не это, мужчина всё равно бы не узнал, кто его нокаутировал.

Пройдя по коридору, Джеймс Грю остановился перед массивной и прочной дверью. Он поправил ворот рубашки и сдержанно постучал.

— Ваше Высочество, это Джеймс.

— Входи.

В тот момент, как она услышала голос Ричарда, зрачки Офелии вспыхнули, как у дикого зверя, устремлённого на свою жертву. И её добычей стал…

Высоко подняв руки, девушка встретилась глазами с наследным принцем через открывшуюся перед ней дверь. Ричард ничуть не удивился, увидев яркую рыжеволосую леди, что казалась достаточно решительной, нацелившись в чужой затылок.

Он просто смотрел на Офелию, замершую в проёме. Дверь широко распахнулась. Джеймс вошёл в офис и потянулся, чтобы закрыть дверь.

— Оставь открытой.

Ричард махнул рукой. Советник удивился, но не посмел ослушаться, даже если бы принц сказал, что скоро аист принесёт сюда младенца. Он просто выполнял команды начальника.

Офелия пожала плечами и юрко проскочила в угол кабинета.

— Приглашения на охотничьи соревнования…

Ожидая, пока скучный доклад Джеймса закончится, Офелия на мгновение прикрыла глаза.

Ветер начал трепать её огненные волосы, заставляя их падать на лицо, и ласкал её щеки.

Когда поток воздуха из огромного, широко открытого окна позади Ричарда вырвался через открытую дверь, превратившись в сквозняк, волосы Офелии, как и бумаги на рабочем столе, стали развеваться во все стороны.

Все документы были отмечены ярко-красной печатью «Конфиденциально» или «Ограниченный круг», но Ричарда с Джеймсом это не волновало.

Нервозность Офелии достигла апогея, и она решила было просто вырубить советника, чтобы поговорить с Ричардом, но…доклад закончился.

— Мне продолжить всё по плану?

— Да. Можешь идти, пока не заработал сотрясение мозга.

— Что?

Джеймс мгновенно отреагировал на слова Ричарда, а Офелия плавно опустила руку.

Когда дверь со щелчком закрылась, и Джеймс полностью скрылся в коридоре, Офелия, сидевшая в тени на корточках, встала и похлопала себя по лодыжке. Пока она растирала ноги, Ричард шаг за шагом приближался к ней, произнося:

— Вы опоздали.

Абсурдные слова «куда более, чем я думал» он опустил. Едва выйдя из тени, девушка спокойно открыла спросила:

— Как вы умерли?

— Стрела влетела в окно.

Прежде чем Ричард успел закончить, Офелия помчалась к окну, однако, её попытка сразу закрыть створки провалилась с самого начала.

— Э-эй… Быстрее! — как бы она ни старалась, окно не поддавалось.

Увидев, как леди напрягает свои силы до такой степени, что тыльная сторона её руки побелела, Ричард поднялся.

— Почему оно такое тяжёлое…!

Принц встал позади Офелии и осторожно толкнул створки одной рукой. Каким бы большим и тяжёлым ни было окно, грохот при его закрытии не казался нормальным.

Девушка приложила все силы, но они даже не шевельнулись, при этом усилия одной руки принца было достаточно, чтобы сдвинуть створки до предела.

Убедившись, что окно закрыто, Офелия запрокинула голову. Она посмотрела на острую линию подбородка, нависшую прямо над её головой, а затем выскользнула из-под крепко вытянутой руки Ричарда.

— Если бы вы закрыли окно раньше, вы бы не умерли… Ах!

Прежде чем она успела договорить, мощная арбалетная стрела, пробившая толстое стекло, влетела и вонзилась прямо в грудь наследного принца.

Не успела Офелия вздохнуть и отбежать назад, как следующая стрела пронзила её грудь. Падая на пол и истекая кровью, она надулась и высказала свою претензию:

— Вы не упомянули, что это стрелы арбалета!