Хельга плюхнулась на траву в ожидании келпи, Забава сразу пристроилась рядом.

— Знаешь, когда ты пропала из моей жизни, я вдруг поняла, что кроме того, как создавать неприятности, я, оказывается, ничего делать и не могу, — сказала Забава, почесав кончик носа. — Маг я средний, да ещё и совсем не умею ничего, что должна уметь девица моих лет. Более того, я не умею разбираться с последствиями моих же поступков. И только тогда я поняла, сколько всего тащила на себе ты. А ведь у меня не было занятий с князьями, я не была городским магом, ко мне не ходили за советом по каждой мелочи, как к тебе. И ты ни разу не жаловалась, что тебе тяжело. Помнишь Морозовицы? Мало того что ты целый день с больными провозилась, так ещё ночью мне еду приготовить успела, а я восприняла всё как должное. Даже когда я решила, что хочу быть невестой Пересвета, ты не возразила, а просто сказала, что поможешь. А кто помог тебе, когда ты действительно в этом нуждалась?

— Ты, и даже очень. — Хельга, не ожидавшая исповеди от своей лучшей подруги, невольно смутилась. — Если бы ты не подняла шумиху, неизвестно, чем бы закончился тот обряд и остался бы жив хоть кто-то. Так что ты спасла не только меня, но и всех остальных.

— Ты правда так считаешь? — уточнила Забава, Хельга кивнула. — Я ведь тогда совсем не думала, что всё настолько ужасно, — была уверена, что воевода потащил тебя Ингвара искать. И это после того, как я тебя немного успокоила! Знаешь, как я разозлилась?

— Важен результат. — Хельга чуть улыбнулась, желая приободрить Забаву. — Видишь, я снова с тобой. И пусть с опозданием на год, но мы будем в Новогороде. К слову, нам всё ещё нужен Пересвет или мы отпускаем его в свободное плавание?

— Не нужен он… — отмахнулась Забава, но взгляд отвела в сторону. — Толку от него? Как что случилось, так ищи-свищи его, а как всё наладилось, так сразу тут как тут — прошу любить и жаловать, счастье привалило.

— Что-то ты мне, подруга, не договариваешь. — Хельга сощурила глаза и уставилась на Забаву.

«Уж мне ли не знать, как она относится к тому, что ей нравится. Значит, Пересвет накосячил выше крыши терема, раз Забава на нём крест поставила».

На озере поднялась волна, Хельга вскочила и подошла к самой воде, чтобы рассмотреть, кого нашёл конь — может, кого-то из старых знакомых, что очарованию учили.

Показался келпи. В зубах его кто-то сильно сопротивлялся и пытался вырваться. Хельга присмотрелась: существо даже отдалённо не было похоже на русалку. Жертвой коня оказался лохматый старичок с зеленоватой кожей и выпученными глазами, чем-то напоминающий смесь жабы и рыбы. Хотя старичком данное создание тоже было весьма относительным: ног у него не имелось — ниже пояса начинался огромный рыбий хвост, за который его как раз и тащил келпи.

Девушки невольно отпрянули подальше от воды: старичок был тем, с кем встречаться хотелось меньше всего. Видимо, не мудрствуя лукаво, келпи просто вытащил из Белого озера за хвост местного водяного. Тот был не согласен с подобным обращением, что-то угрожающе шипел коню, но келпи только периодически встряхивал головой.

Оказавшись на поверхности, водяной удивлённо замотал головой. Стоило ему хватить воздуха, хвост его исчез, превратившись в почти человеческие ноги, ими он попытался пнуть похитителя. Келпи сжал зубы сильнее, водяной заорал громче.

Наконец, достигнув берега, конь выплюнул водяного, и тот расплылся по земле, как кусок лягушачьей икры.

— Ах ты ж морда поганая! Да как ты посмел меня, хозяина озера, за хвост тащить! — зло шипел водяной.

Келпи перевоплотился в красивую девицу с длинными, слегка зеленоватыми волосами — судя по всему, в одну из русалок водяного, так как тот удивлённо икнул.

— А то я не заметил, что ты на русалку не похож. — Девица демонстративно сложила руки на груди. — Ты зачем их запугал, что они от меня как от прокажённого шарахаются?

— Потому что они тебе не игрушки. — Водяной сердито сплюнул и погрозил коню кулаком. — Мало мне было двух ненормальных девок, что русалок ловили да колдовать у них учились, и выдохнуть не успел, как ты объявился. Откуда ты взялся? Вас же извели всех.

— Ненормальные девки — это кто? — поинтересовалась Хельга. — Извините, что прерываю вашу дружескую беседу.

Услышав хриплый голос девушки, водяной обернулся — и застыл с открытым ртом.

— Тьфу ты! — наконец сплюнул он в сердцах, узнав Хельгу. — А ведь стоило догадаться, что ни один здравомыслящий человек не стал бы в город тащить водяную лошадь и уж тем более ловить с ней русалок в озере. Что вам, постылым, от нас снова надо? Чего же вам как приличным девицам в тереме не сидится?

Хельга аккуратно приблизилась к водяной нечисти, присела напротив и тихо произнесла:

— С просьбой я пришла к тебе, хозяин озера, можешь ли ты мне мой голос вернуть?

— Девка, ты с ума сошла? В каком месте я на целителя похож? Если ты про русалок, так там обряд должен быть соблюдён. Иди утопись сначала, а там я подумаю, нужна мне такая в озере или нет. — Водяной негодующе уставился на Хельгу.

С ней у нечисти уже столько лет одни проблемы. Как только обнаружили её магию, князь сразу решил воспользоваться местными обитателями. Русалки, полудницы, тинники, болотники, кикиморы и лешие — все были привлечены к обучению Хельги Белозёровой, согласия не спрашивали ни у кого. И вот теперь загребущие ручки этой девушки добрались и до водяного.

— Дедушка водяной, мне правда нужно! — взмолилась Хельга. — Обещаю, если поможете, келпи к вам больше близко не подойдёт, а сама я вам дары за помощь отправлю.

— Ага, много ли тех даров ты русалкам отправила? — Водяной хмыкнул. — Да и не могу я тебе помочь! Ну сама подумай, ты ведь человек, а моя магия на живых не действует. Да и вообще, пошла вон! Видеть вас после всех ваших безобразий не желаю!

Забава сердито нахмурила брови и начала складывать огненную печать: спускать оскорбления всякой озёрной нечисти она не собиралась. Однако Хельга встала и отдёрнула её назад, подальше от водяного.

— Не смей! — тихо прошептала она, а потом, подойдя к водяному, низко поклонилась. — Ты прости меня, дед водяной, неразумную, слишком ослепила меня сила, вот и стала считать себя выше других. А на деле оказалось, что за кустом леса не видела. Помоги мне, а я тебя благодарностью не обделю.

Жабьи глаза водяного округлились. Ему ли не знать, какой горделивой была эта девица, сокровище князя? Что ж с ней произошло такого, что она ему, речной нечисти, кланяться стала? Может, и правда повзрослела?

— Да не могу я, пойми! Ты человек! — вздохнул водяной. — Если бы я такую способность имел, от местных девок мне отбою бы не было. Но у любой магии свои ограничения, тебе ли не знать? Не владеют русалки магией домовых, как и не могут домовые речных дев воскрешать. Полудницы колдуют на солнце в полях, но не имеют силы в лесу, а кикиморы не помогут с урожаем. Да ты сама это всё знаешь.

— Просто попробуйте. — Голос Хельги начал совсем хрипеть, очень давно она столько не говорила.

— Вот упрямица! — воскликнул водяной. Хвост его снова исчез, и появились две тонкие ножки. — Хорошо! Попробую! Но чур дары пришлёшь вне зависимости от того, получится или нет.

— Конечно, дедушка водяной! — согласно кивнула Хельга. — Что мне делать?

— Да как что? Ложись на траву, утопленницу изображай. — Водяной стал потирать свои руки, с перепонками между пальцев. — И глаза закрой, не подглядывай. А вы, — прикрикнул он на Забаву и келпи, — обе отвернитесь, и нечего глазёнками зыркать, отвлекаете только.

Хельга огляделась, выбрала на берегу место почище и улеглась, сложив руки на груди. Забава покачала головой, закатила глаза и высунула язык, мол, вот как утопленница должна выглядеть. Хельга попыталась не засмеяться и закрыла глаза.

— Так похоже? — поинтересовалась она, сделав как можно более серьёзное лицо.

— Нет, — покачал головой водяной, — просто лежи и не двигайся, сейчас начну.

Хельга думала, что водяной обманул: первые минуты лежания на земле она совсем ничего не чувствовала, кроме мелких камешков под спиной и бегущего по руке муравья, — но потом вокруг шеи появилось тепло, и становилось всё теплее и теплее.

— Может, больно будет, — услышала она слова водяного. — Я не знаю, как живым, а утопленницам без разницы.

Хельга зажмурилась ещё сильнее: «Я вытерплю, обязательно вытерплю. Пусть на живых магия водяного и правда не действует, но ведь во мне ещё часть крови существа из разлома. Может, она и сработает? В любом случае хуже, чем есть, уже не будет».

— Вот и всё. Готово, — наконец произнёс водяной, потирая руки. — Да куда ж вы несётесь! Оглашённые!

Водяной еле успел сойти с пути Забавы и келпи.

— Хеля, ну как, получилось? — Забава непоседливым зайцем заметалась вокруг неё, помогая встать.

— Ну! Скажи же хоть что-нибудь! — не отставал от Забавы келпи в образе русалки. — Я же не зря его в зубах тащил?

— Феху, Уруз, Турисаз… — осторожно произнесла Хельга первые три руны первого эттира — и резко замолчала.

Замолчали и остальные. Водяной с удивлением смотрел на свои руки, Забава округлила глаза, не уступая водяному, келпи почесал затылок и изменил внешность на парня.

— Хеля, ну-ка, скажи ещё что-нибудь, — произнёс он, довольно поглядывая на девушку.

— Золотой середины, я так понимаю, тут не бывает, — произнесла она мягким, текучим голосом, который очаровывал не хуже голоса русалок.

— А я и не знал, что такое возможно. — Водяной продолжал задумчиво рассматривать руки. — Да нет же, никогда подобное не получалось, а тут на тебе, пожалуйста…

— Дедушка водяной, меня знахарка лечила такими травами, что и названия уже забыты, — начала Хельга, — видимо, поэтому и получилось.

— Может быть, — согласился келпи и добавил, — старуха секретов немало хранит.

— Ну вот… А к ней никак не попасть, чтобы траву эту попросить? — Забава просяще посмотрела на Хельгу. — Я тоже такой голос хочу.

— Ага, мечтай, — насупился водяной и поковылял к озеру, — как корове седло. Жду завтра дары.

Забава задумчивым взглядом проводила водяного и только через некоторое время, когда тот исчез в озере, спохватилась:

— Это кто здесь корова?! Это русалки твои коровы! И ты — корова! И рыбы твои коровы…

Хельга только покачала головой: совсем Забава не взрослеет. Зато келпи, придвинувшись к ней поближе, прошептал:

— Хеля, скажи ещё что-нибудь…

Девушка прикрыла руками рот и ткнула пальцем вперёд. Забава посмотрела в ту сторону и увидела вдалеке Игната.

— Поняла, — кивнула Белозёрова-старшая, — разговоры беру на себя.

***

— Да когда же в этом доме будет спокойно?! — Прошка демонстративно ударил себя ладонью по лбу, показывая глубину своего возмущения.

А возмущаться было чему. Это только со стороны казалось, что в огромном тереме тихо проживает старый князь с внучкой, а на деле в одной из комнат уже давно поселился князь Кожемякин, а в ещё одной частенько появлялся князь Светлояр. Наконец, даже князь Наволод тоже занял одну из комнат. И это не считая прочих людей, которые периодически заглядывали с докладами к каждому из князей. А ведь был ещё и непутёвый конь. Прошка уже не стесняясь стал называть терем постоялым двором.

Вот и сейчас князья расселись в трапезной, наблюдая за тем, как князь Светлояр собирает травы для лечения Хельги. Каждый считал делом чести дать хоть какой-то совет. И неважно, что тот же Злат Кожемякин в травах вообще не разбирался, — в общем обсуждении он был самым громким.

— Да вы мне уже осточертели! — наконец не выдержал Светлояр. — Составляйте сами, раз умные такие! У вас что, своих дел нет? Занимайтесь ими, но учтите: я к каждому приду и совет дам! Даже если ничего не понимаю!

— Ты в детстве намного спокойнее был, Светлый, — заметил Кожемякин, хохоча внутри, — а сейчас брюзга брюзгой. Вот и подкралась старость.

Светлояр в сердцах вскочил, небрежно, рывком сдвинул травы в сторону и направился на выход.

— Светлый, ты куда? Обиделся, что ли? — Кожемякин аккуратно прихватил князя за широкий рукав опашня.

— Поле вокруг терема копать буду! — сердитым котом прошипел Светлояр, выдернув рукав из пальцев Злата.

— Так уж осень скоро, зачем поле? — растерялся Кожемякин.

— Валерьянку посажу! Потому что с вами спокойно жить невозможно! — продолжал бушевать Светлояр. — Буду сидеть на этом поле, срывать валерьяну и глотать не жуя, прямо с корнями. Иначе поубиваю вас всех — вот как бесите.

— Светлояр, успокойся. — Наволод улыбнулся, глядя на бесплатное представление. — Давай я тебе для отвара печать сделаю. Уж тут ты в моих способностях не усомнишься?

— А вот и сделал бы давно! — Светлояр, немного успокоившись, уселся на своё место и придвинул к себе травы.

— Злат, а собрал-то ты нас зачем? — наконец спросил Гостомысл. — Скучно стало?

— А? Зачем собрал? — Кожемякин моментально стал серьёзным. — Кажется, нашёл я сбежавшего кутёнка. Вот жду свидетеля, вестника к нему послал. Думаю, сейчас подойдёт, и всё станет ясно.

— Сюда подойдёт? — удивился Гостомысл.

— А почему бы и нет? Если бы ты знал, что у тебя под носом творится, мы бы мальчишку ещё в прошлом году домой вернули. — Злат вздохнул и покачал головой. — Это ж скольких людей привлекли и сколько времени потеряли.

Гостомысл хотел возразить, но раздался глухой стук в ворота.

— Вот и свидетель. Прошка, пригласи Эйрика сюда, — распорядился Кожемякин.

— А он в этой истории как замешан? — Гостомысл удивлённо вскинул брови.

— Сейчас и узнаем, — ответил Злат. — Честно сказать, надоело мне отпрыска Рорика по чужим землям ловить. Дело это их, семейное, а не наше: парнишка взрослый уже.

Дверь открылась, и в проёме появился Эйрик, помощник князя Гостомысла. Мужчина обвёл взглядом трапезную и, увидев всех четырёх князей, удивился.

— Приветствую, — поздоровался он, поклонившись. — Случилось, что ли, чего, что вызвали в такой спешке?

— А вот это ты нам сейчас расскажешь. Присаживайся. — Кожемякин дружелюбно кивнул в сторону скамейки. — Ты, Эйрик, мне скажи, посылал ли ты кого за пределы Восточных Земель с верительной грамотой?

— Да как не посылал? Посылал, много кого, — кивнул Эйрик. — Торговцам нашим, что с западными и заморскими землями торгуют, выдавал.

— Понятно, — кивнул Злат. — А за море Варяжское посылал кого-нибудь учиться?

— В этом году? Никого. В прошлом — Северина, дружка Хели, в Хедебю. Парнишка дюже в кораблях разбирается, — ответил Эйрик. — Нашкодил там, что ли?

— Ты его одного отправлял? — уточнил Злат, в уголках его рта появилась улыбка.

— Конечно одного. Чай не маленький, пятнадцатый год. Княже, что случилось? — Эйрик явно занервничал, не понимая интереса князей к простому мальчишке. — Он парнишка спокойный, незлобивый, вряд ли что-то натворил. Вот грамотку прислал неделю назад, что возвращается.

— А мне тут птичка на хвосте принесла, что вместе с ним по твоей верительной грамоте отправился ещё кое-кто. — Злат вопросительно взглянул на Эйрика, а потом на князей. — И это случилось как раз тогда, когда пропал Ингвар. Сбежавший мальчишка вполне законно, как ученик от Белозёрского княжества, проживал в артели плотников.

— Ингвар? Плотником? — Гостомысл покачал головой. — Да у него руки не из того места растут, если дело касается чего-то, кроме битвы. Он воин, а не ремесленник. Кроме того, Драгомир мой в тех местах был, ничего подозрительного не заметил.

— Ты считаешь, что твой сын пошёл бы какого-то мальчишку-плотника проверять? Уверен, он и не вспомнит про него, если спросить, — ухмыльнулся Злат.

— Хорошо, — согласился Гостомысл, чуть поразмыслив, — отправь кого-то порасторопнее в Хедебю, порталы я оплачу. Если он и правда Ингвара с собой утащил, уши откручу. Тут все Восточные Земли с ног сбились, а он словом не обмолвился.

— Да ты не горячись, Тёмный! Сам молодым, что ли, не был? — Злат похлопал князя по плечу, но тот только покачал головой. — Спасибо, Эйрик, можешь идти, дальше мы сами разберёмся.

Эйрик встал и направился к выходу, однако у самой двери остановился и сказал:

— Вы уж, пожалуйста, не обижайте парнишку. Он в семье единственный кормилец.

У двери послышался шум и, чуть не сбив Эйрика с ног, в комнату ввалились Хельга, Забава и келпи в образе парня.

— О! Деда! — удивилась Забава. — Ты по поводу телеги приходил? Быстро же наябедничали.

— Что? Какой телеги? — Эйрик моментально напрягся и нахмурился. — Что ты ещё натворила, мавка лесная? Только ведь вернулась!

— Отличная была телега, правда, теперь разве что на костёр пригодна, — сознался келпи, не видя ничего предосудительного в порче чужого имущества.

— Я бы тоже послушал о телеге, — вступил в разговор князь Кожемякин, пряча улыбку.

— Всё было не так страшно, как кажется. — Взгляд Забавы перемещался по присутствующим, ища поддержки. — Хеля, подтверди, что всё было хорошо.

— Было даже лучше, чем хорошо, — вставил свои пять копеек келпи. — Я так быстро даже от крестьян у Ягайлы на болотах не бегал.

Гостомысл подошёл к внучке и вопросительно взглянул на неё.

— Ну а ты, красавица, что молчишь?

— Деда, ты не представляешь, как было весело, — расплылся по трапезной мягкий, обволакивающий сознание голос Хельги.

Мужчины немного оторопели.

— А с голосом твоим что? — поинтересовался Гостомысл, стряхнув наваждение.

— Так это водяной постарался, — отмахнулся келпи, — еле вытащил его из озера, упрямый, гад.

— Вы вытащили из озера водяного?.. — изумился князь Наволод. — Да вам рыбаки уши пооткручивают: теперь ни рыбы, ни спокойного плаванья не будет.

— Да не бойтесь, мы ему дары за беспокойство обещали, — постаралась успокоить всех Хельга.

— Дары? — Гостомысл поднял взгляд к потолку, постарался успокоиться и скомандовал. — Так, обе наверх, в комнату, и не выходить до утра!

Хельга с Забавой не заставили себя просить дважды и быстро убежали по лестнице на второй этаж дома. Глядишь, к утру все успокоятся и шалость и в этот раз сойдёт им с рук.

Убедившись, что девицы исчезли, князь подошёл к большому блюду с пирожками, взял пару штук и сунул в руки келпи.

— Давай, рассказывай, что там было, и подробно, — приказал он.

Келпи откусил пирожок, пожевал, немного подумал и начал докладывать.

Когда рассказ закончился, в трапезной стояла тишина. Прервал её князь Кожемякин:

— Светлый, у тебя нет травы, чтобы мне снова лет шестнадцать стало?

Светлояр покачал головой, забыв даже сделать строгое лицо: его разбирал смех.

— Хорошо, зайдём с другой стороны, — кивнул Злат и повернулся к Гостомыслу. — Тёмный, у тебя есть телега?

— За баней стоит тачка двухколёсная, забирай, — ответил Гостомысл, потирая лицо рукой и пытаясь понять, что ему делать с неуёмными девицами и водяной лошадью.

***

— Отпусти меня! Ничего не пожалею! — Бледный, как полотно, Энтони выл в клетке в каменном подземелье.

— У тебя ничего нет, и ты знаешь, что мне нужно. — Черноволосый незнакомец, на шее которого висел амулет из вороньих перьев, с безразличием взглянул на пленника. — Кто провёл обряд и поместил в твою сестру сущность оборотня? Ответишь — отпущу.

— Да какая сущность?! Откуда ей взяться? Мы же силу хотели получить, зачем нам подобное! — Белозёров вцепился в спутанные волосы. — Я эту девку на дух не переносил — если что она и сделала до обряда, так мне не ведомо. Отпусти, прошу, жена осталась там одна с маленьким ребёнком.

— Зачем дети таким, как ты? — Незнакомец скривил губы. — Что ты ему оставишь? Клеймо предателя рода? Изгнание из семьи? Ненависть людей? Наследник всех твоих проклятий — отличная судьба.

— Мы столько лет его ждали… — Энтони всхлипнул. — Мой сын — наследник старшей линии. Если дед не простит, так отец сжалится и примет его.

— Меня мало интересуют твои чаяния и надежды. Назови имя того, кто смог провести обряд, или я снова приду за твоей кровью.

Глаза Энтони вспыхнули голубым светом.

— Да откуда же я знаю? Я её годами не видел, да и сила у неё ненормальная, куда мне было до неё? Опять же, князья всегда рядом с ней. Дед на неё такие защитные заклинания поставил, что молния на обряде пробить не смогла. Уж насколько много всего знал Ларс, и то не понял, как такое возможно. — Энтони на коленях подполз к клетке и вцепился в прутья. — Дед… точно… Если подобное и возможно, никому другому такое не под силу. Он тебе нужен! Кроме него, Хельга и близко к себе никого не подпускала! Отпусти меня, а я постараюсь заманить его в ловушку!

— Утопить бы тебя, но ты пока что мне нужен. — Незнакомец брезгливо сплюнул.

Энтони взвизгнул и отполз в дальний угол клетки. Он был готов рассказать что угодно, сдать деда, отца, сестру и даже жену с маленьким сыном, лишь бы оказаться на свободе, но неизвестный маг требовал то, чего Энтони не знал и о чём даже не представлял.