С холма, где стояли постройки, раздался топот лошадиных копыт, и на берегу старицы показался обеспокоенный Ингвар. Он остановил коня возле Хельги, спешился, подскочил к ней, осмотрел и, только убедившись, что всё в порядке, поинтересовался:

— Что у вас тут случилось?

Келпи, стараясь не привлекать внимания, боком направился к озерцу, чтобы пересидеть в нём смутное время, пока гневается оборотень, но взгляд Ингвара заставил его замереть на месте.

— Шутки у нас немного разные… — Хельга виновато улыбнулась и кивнула в сторону ханьцев. — Келпи кинул в них тинника, а они перепугались — пришлось отогнать его обратно в озеро. А потом малыш так красиво появился из воды, что уже испугались его. Никто из нас не смог объяснить ханьцам, что это была дурацкая шутка…

— А что вы вообще тут делаете такой толпой? — поинтересовался Ингвар, оглядев виновников переполоха. — Я вроде только Хельгу просил прийти.

— Да мы за компанию: скучно в лагере. — Раду скосил глаза на меч гогуна и решил временно забыть о нём. — А эти мимо ехали, да, видать, остановились поболтать и обменяться подарками.

Ингвар удивлённо посмотрел на гогуна Цзя и собрался узнать его версию событий, но тут появился во всём своём великолепии циньван Ли Чжун. Пока соблюли все ритуалы, чтобы он сел на коня, битва давно кончилась.

— Что произошло? — спросил он.

— Тинник из озера вылез, мы оказались неготовы, — поклонившись, ответил Цзя Дан. — Циньван, этот недостойный ошибся и просит наказать его, — добавил он, не распрямляя спины.

— Как я понял, вы встретили мага четырёх стихий. — Ли Чжун спешился, и ханьцы опустились на колени, сложив руки на груди в знак приветствия. — Ингвар, представь меня своей невесте.

Зверь недовольно зарычал, почувствовав интерес огненной птицы к Хельге, но выбора не было: он же не мог истерить перед толпой людей. К тому же эти двое всё равно встретились бы рано или поздно ради предсказания.

Ингвар постарался принять как можно более беспристрастный вид, чтобы никто не заметил бушующего недовольством Зверя.

— Хеля, это мой двоюродный брат, циньван Ли Чжун. — Парень отошёл чуть в сторону, пропуская Хельгу вперёд. — Он понимает наш язык, поэтому, если захочешь что-то сказать, просто говори.

Хельга чуть склонилась в приветствии, ни на вершок ниже, чем перед Первославом, а потом подняла голову и с интересом взглянула на наследника Хуанди, с которым ей придётся изображать древнюю пару.

Зверь Ли Чжуна издал клёкот, и сзади него раскрылись огромные огненные крылья.

Судьбоносная встреча произошла, и теперь Хельга ждала, когда в её сознании появится хоть какое-то видение о прошлом или же о будущем — подсказка, что им с этим оборотнем предстоит сделать. Но ничего не случилось.

Девушка почувствовала себя обманутой. Если дело только в силе, то её Ингвар вполне мог бы заменить феникса. Ей бы так даже спокойнее было: уж силу ледяного дракона она прекрасно знала.

«Предки не ошибаются в своей воле. — Хельга невольно задумалась, пытаясь понять, что же она делает неправильно. — А может, так?»

Она перешла на магическое зрение — её зрачки стали вертикальными, как у Зверя, а потоки магии для неё приобрели отчётливые очертания, и огонь за спиной Ли Чжуна теперь напоминал красивую высокомерную птицу.

Их глаза встретились, и, кроме явного любопытства феникса, она опять ничего не почувствовала. Что-то совсем не сходилось в этом странном предсказании. У девушки осталась последняя идея.

«Головастик, — мысленно позвала Хельга, — взгляни на птицу. Что у нас с ней общего?»

«Птиц такой же, как и вся эта разношёрстная толпа, только сильнее, — задумчиво ответил Головастик после минутного созерцания. — Хорошо, что у наших оборотней хоть какое-то постоянство: все волки. Ну, почти все…»

«Тогда зачем мне вообще с ним что-то делать? Думала, сейчас получу подсказку или новую часть предсказания, но ничего…» — перебила Хельга болтающую сущность.

«А может, надо магию твою показать? Прошлый маг четырёх стихий вряд ли был потомком существа разлома и если чем и привлекал оборотней, то своей силой. — Головастик медленно кружился в фиолетовой сфере, что окружала его. — Давай я выпущу магию, которую ты забрала из разлома? Глядишь, что изменится».

«Пробуй», — согласилась Хельга, не имея других идей.

Головастик осторожничать не умел — он просто выпустил часть хранившейся у него магии, и та придавила всех к земле. Лишь Ингвар, Ли Чжун, Раду и келпи удивлённо уставились на неё, не ожидав подобной демонстрации силы.

***

Ингвар несколько раз вздохнул, пытаясь успокоить и себя, и Зверя. То, что происходило перед ним, нравилось ему всё меньше и меньше. Хельга и Ли Чжун, не отрываясь, смотрели друг на друга. В голове у оборотня безумными белками метались мысли, пытаясь предугадать развитие событий.

Если феникс захочет забрать Хельгу, то он, Ингвар, этого ему не позволит, даже если придётся стоять насмерть. А вот что делать, если сама Хельга выберет Ли Чжуна? Девица из прошлого, не задумываясь, отказалась от своего жениха и предпочла умереть, чем жить без него. Хотел бы Ингвар подобного для Хельги?

Дракон перестал рычать: видимо, тоже не понимал, как поступить.

***

«Да бесполезно на него таращиться! — Головастик недовольно хмыкнул и втянул магию обратно. — Это просто жадный огненный птиц, который хочет часть твоей магии. И он подавляет своего хозяина, а тот плохо его контролирует. Вот всё, что я могу сказать. С птицем даже не поругаешься, как с той бесполезной ледышкой. Радует одно: ледышка сейчас ревнует тебя к нему». — Головастик закрыл глаза, намекая, что он собрался дремать дальше.

Магия вокруг Хельги исчезла так же резко, как и появилась. Забава и Пересвет, потирая животы, неодобрительно уставились на неё, а келпи, поняв, что всё интересное закончилось, обратился водой и слился в озеро.

Ингвар взял Хельгу за руку. По нему было видно, что терпение у него кончилось. Девушка отвела взгляд от Ли Чжуна.

— Никакого предсказания или намёка я так и не получила, — произнесла она, виновато глядя на Ингвара: негоже просватанной девушке на других мужчин так смотреть. — Я перепробовала всё что можно, но увидела только его зверя. Вряд ли это нам хоть как-то поможет. Думаю, надо просто встретиться у самого барьера, снять его, и, может, тогда поймём.

— Брат, — Ингвар обратился к циньвану, — мы уезжаем. Думаю, после состязаний встретимся ещё раз и обговорим, как идти к массиву.

— Ты можешь идти, но девушка останется… — Магия Ли Чжуна расползлась по округе. — Не думал я, что предсказание о возвращении душ правдиво… — Его зрачки стали красными, по длинным волосам побежали огненные сполохи, и феникс явил себя окружающим. — Я выбираю её своей парой.

Друзья, стоящие вокруг Хельги, нахмурились, а ханьцы с благоговением взглянули на девушку. Предсказание сбывалось на их глазах: пара, созданная на Небесах и их же разрушившая, снова спустилась в этот мир.

Лёд сковал берег и часть озера, к ужасу ханьцев, которые не ожидали такой силы от совсем молодого циньвана.

Хельга сжала руку Ингвара, чтобы не лез в драку, и удивлённо взглянула на Ли Чжуна. Чего он там себе напридумывал? Может, сама она и не очень хорошо умеет понимать чувства других, но тут и Головастику понятно, что птицу заинтересовала лишь магия разлома. А Хельга, со своей стороны, делиться ею не намерена. Во-первых, у неё свой оборотень есть. Во-вторых, ей и самой магия может понадобиться, ведь неизвестно, как их встретит Древнее поле. А в-третьих, надо сразу границы обозначить, чтобы циньван свои желания сопоставлял со своими возможностями. Она уже давно перестала бояться как легендарных магов, так и легендарных оборотней.

— Я маг и не чувствую, когда зверь выбирает свою пару, так что для меня это ничего не значит, — честно сообщила Хельга, немного смутившись: такие разговоры приходится вести на людях… — Мой оборотень вам подтвердит. Кроме того, вы женаты, и не пристало вам говорить подобные вещи, да и у меня уже есть метка моего зверя, если уж играть по вашим правилам. Хотите получить невесту своего брата? Тогда для начала попробуйте справиться с ней. Сейчас вы увидите силу мага четырёх стихий.

Она взмахнула рукой, и вокруг оборотней взвилась печать из переплетающихся четырёх стихий, которая запечатала ханьцев, совсем не обратив внимания на попытки феникса противостоять ей.

— Идём, пусть всё разгребает Первослав. — Хельга аккуратно погладила взбешённого Ингвара по руке, пытаясь успокоить. — Если хочешь, я поеду с тобой на лошади.

— Хочу, — быстро кивнул Ингвар.

Он легко запрыгнул на коня и посадил Хельгу перед собой, а затем, окинув брата злым взглядом, направился в сторону лагеря Восточных Земель.

За всю дорогу никто не проронил ни слова, даже келпи, косо поглядывая на оборотня, молчал.

К их огромному удивлению, Первослав отнёсся к новостям весьма спокойно, словно ожидал подобного.

— Совсем-совсем ничего не почувствовала? — лишь поинтересовался он у продолжавшей краснеть Хельги, которая не привыкла обсуждать личную жизнь. — Совместное прошлое, там, огромная любовь…

На последних словах сразу нахмурился Ингвар, а Хельга устало выдохнула:

— Первослав, да какая любовь? Почему меня должны касаться чувства давно умерших людей? И я сильно сомневаюсь, что у девушки-оборотницы имелся огромный гарем, как у циньвана. У тех людей была своя жизнь и своя история, а моё будущее, вот, рядом стоит. — Хельга посмотрела на Ингвара, и на её лице появилось огорчение. — И я представляю, как ему это всё не нравится.

— Брат… — Ингвар почувствовал, как злость, накопившаяся со встречи Хельги и Ли Чжуна, начала уходить, — мы можем провести состязания без Хельги?

— А почему бы и нет? — Первослав спокойно пожал плечами. — Хельга нигде не участвует — пусть в лагере сидит или рядом с тобой ходит. В предсказании кроме того, что она откроет купол, ничего не говорилось, так что встречаться с циньваном ей нет никакой нужды.

— Первослав, а почему ханьцы не зовут тебя и Ли Чжуна тайцзы? — поинтересовалась Хельга, неожиданно вспомнив недавний разговор. — Вы же оба наследники.

Первослав перевёл взгляд на младшего брата: тонкости титулов Поднебесной он и сам не знал. Уж очень редки были встречи и слишком малы его знания об этом.

— Пусть Ли Чжун и старший сын и имеет право на титул наследника, Хуанди ещё не издал указ, а без него брат не имеет права пользоваться таким титулом, — ответил Ингвар, поняв, что, кроме него, пояснить некому. — А приказа нет потому, что Ли Чжун, хоть и сильнейший оборотень, не контролирует своего зверя, как я раньше. Поэтому, даже несмотря на то, что все считают его наследником по праву рождения, титул он носит «циньван». Видать, и с Первославом похожее: раз, по их мнению, все обряды не соблюдены, значит, не тайцзы.

— Сложно. — Хельга поморщилась и посмотрела на Забаву, та согласно кивнула. — Вроде наследник, а без указа вроде и нет.

— Может, лучше поедим, а потом прогуляемся по местным болотам или на лодке покатаемся? — предложила Забава.

— Идите, — махнул рукой Первослав. — А где Раду?

— Кто ж его знает? — Пересвет неодобрительно посмотрел в сторону болот. — Как в лагерь вернулись, они с келпи куда-то сбежали. Наверняка опять какую-то дрянь приволокут.

По лицу Первослава пробежала печаль: ночью следовало ожидать очередную диверсию от неуёмной и почти бессмертной парочки.

У края озера, где расположился лагерь, Ингвар, Пересвет, Хельга и Забава разжились выдолбленной из целого дерева лодочкой и не торопясь поплыли по большой протоке, которая когда-то была руслом реки.

— Твой брат из Поднебесной — редкий урод, — наконец не выдержала Забава.

— Это не сам Ли Чжун говорил, а его зверь. — Ингвар грёб, стараясь держать лодку на середине протоки. — Думаешь, я другим был, когда Зверь впервые увидел способности Хельги? Довольно неприятно смотреть на свои действия со стороны и не иметь силы вмешаться. Не думаю, что брат рад возникшей проблеме.

— Я помню, как Зверь с князьями дрался. Страшно было. Так он тогда ещё и формы не имел, а сейчас бы и город снёс, — согласился Пересвет. — Понимаю, почему Хуанди боится делать его наследником.

— Пересвет, а как называется тот котик — рыжий в чёрную полоску? Он легендарный или обычный? — задала Забава мучающий её вопрос.

— Да простой тигр, — сообщил Пересвет, видевший множество свитков о зверях прочих земель, и, зная Забаву, быстро добавил: — Но у нас их нет. Нигде нет. Князь Гостомысл не одобрит такую животину в Белозёрске!

— Эх! Жалко как… — печально вздохнула Забава. — Он бы точно ужился с Жучком. Ну, раз нет, может, тогда рысь завести?

— У тебя и так кошек много. — постаралась перевести разговор в более безопасное русло Хельга, прикинув, что может устроить в городе рысь.

— Кошка не так впечатляет, как тигр. — Забава недовольно поморщилась. — Представляешь, как было бы красиво! Идёшь по городу, а за тобой — тигр в два раза выше тебя.

— Настолько больших не бывает. — Хельга улыбнулась наивным мечтам подруги. — Как и волков. Прикинь размер Ярополка во втором обличии и размер лесного волка.

Забава задумалась. И пока она прикидывала размеры, лодка причалила к небольшому куску твёрдой земли, усыпанному кустиками черники. Ягоды уже перезрели и размягчились, поэтому, не съев и пригоршни, парочки устроились на большом, ушедшем в землю камне.

Ингвар положил голову Хельге на колени, а та ласково начала перебирать его светлые пряди.

— Хеля, а ты бы не хотела такого полосатого котика? — Забава, похоже, не собиралась расставаться со своей мечтой.

— У меня есть келпи, и мне его за глаза хватает. Знаешь, сколько он мяса за месяц съедает? — Хельга покачала головой. — На случай, если захочется произвести впечатление на людей, у меня имеется Ингвар. Ему даже оборачиваться не надо, чтобы обратить на себя внимание.

— Но ты говорила, что он огромный. Если обернётся, то по улице не сможет пройти. — Забава с любопытством глянула на оборотня. — Ингвар, а покажи дракона…

Парень, чуть приподняв голову, оглядел округу:

— Тут мне места не хватит — островок под воду уйдёт. И что вообще за странное развлечение?

— А вот был бы ты котиком, Хельга бы тебя на руках носила! — не сдавалась Забава. — А так холодная ящерица — кому тебя погладить захочется?

— Да уж, гладить его проблемно: когти с сажень длиной и шипы на коже. Но драконы ведь для битв, а не для развлечений. — Хельга прикинула размеры островка и размеры дракона, и Ингвар был прав: тут он не поместится.

— Между прочим, я мягкий и пушистый — почти котик, зря вы так. — Ингвар многозначительно посмотрел на удивлённую его заявлением троицу.

— И в каком месте ты похож на котика? — поинтересовалась Забава.

— Ну, допустим, мяу. — Ингвар с улыбкой посмотрел на вытянувшиеся лица Забавы и Пересвета и на вспыхнувшие смешинки в глазах Хельги.

***

— Циньван, прошу, придите в себя! — Гогун Цзя с ужасом смотрел, как пламя феникса безуспешно пытается уничтожить печать. Она не поддавалась, и искры пламени разлетались внутри купола, прожигая одежду, запертых в нём оборотней. — Вы должны успокоить своего зверя!

Покопавшись в сумке, гогун вытащил небольшой пузырёк с жидкостью и с поклоном протянул Ли Чжуну.

— Циньван, вот ваше лекарство.

Оборотень замер, взял пузырёк, закрыл глаза и, видимо, ненадолго подавив зверя, быстро выпил его содержимое. Стоящие рядом облегчённо выдохнули.

Постепенно пламя начало стихать и глаза циньвана вернули карий цвет.

— Феникс хочет получить эту девушку. И что мне делать? — спросил Ли Чжун, растерянно переведя взгляд на гогуна Цзя.

— Этот недостойный советует вам извиниться перед братом. Вы хотели забрать его невесту, чем прилюдно оскорбили его, а мы так и не отобрали лучших магов, чтобы снять барьер. Вы не можете позволить фениксу нарушить волю предков. — Гогун Цзя опустился на колено в поклоне. — Прошу циньвана прислушаться к моим словам.

— Циньван тебя услышал. — Ли Чжун жестом приказал Цзя Дану встать. — Завтра поедешь в лагерь и принесёшь извинения от моего имени. И ты будешь согласовывать дальнейшие действия: до того, как мы пойдём снимать барьер, я буду держаться подальше от девицы Хельги.

Циньван подошёл к печати и попробовал её расколоть, но та, поглотив его магию, вспыхнула ещё ярче. Легендарная, давно забытая магия пылала перед оборотнями во всей своей красе.

— Печать временная, — сообщил циньван. — Она скоро рассеется.

И Ли Чжун оказался прав: не прошло и получаса, как печать исчезла, не оставив и следа.

Циньван, махнув рукой на этикет, просто запрыгнул в седло и галопом направился обратно. Ему нужен был совет шэньши И Сина. Это благодаря его знаниям Ли Чжуну до сих пор удавалось держать феникса в подчинении.

***

На следующий день Ингвар без особых претензий принял извинения циньвана. Единственное, он выдвинул условие, чтобы Ли Чжун не встречался с Хельгой до того, как придётся снимать печать. Ханьцев такое условие полностью удовлетворяло.

Переговоры о состязаниях прошли быстро. Магов и оборотней поделили на пары и четвёрки — для каждого вида состязаний. Только стрелять из лука будут по пять человек, а играть на музыкальных инструментах — по одному. Начать решили на следующий день.

— Хеля, а где твой оборотень? — Забава уселась возле подруги, которая что-то шила.

— Ушёл разговаривать с ханьцами и оставил мне самое ценное, что у него есть, — две рубахи и кафтан. — Хельга показала рукой на лежавшие рядом вещи.

— Зачем? — Забава удивлённо потыкала пальцем в рубаху, пытаясь понять, в чём её ценность.

— Дырки заштопать. Не циньванское это дело — с иголкой сидеть. И вообще, «он котик — у него лапки». — Хельга отрезала нитку и, струсив рубаху, посмотрела на заплату и оценила плод своих стараний: — Даже не заметно.

— Да брось ты это занятие. — Забава выхватила у Хельги рубаху и кинула к кафтану. — Там уже к завтрашним состязаниям всех поделили, и народ тренироваться начал. Посмотрим?

— Идём. Пересвета на какие поставили? — Хельга встала, отряхнула сарафан и вопросительно взглянула на подругу.

— О, он в трёх участвует. — Забава довольно потёрла ладони. — В заклинаниях, печатях и стрельбе из лука.

— Справедливый выбор, — кивнула Хельга, чуть подумав. — А Ингвар себе что взял?

— Бой на мечах и рукопашный бой, — ответила Забава, а потом, оглядевшись по сторонам и убедившись, что их никто не слышит, тихо добавила: — На него все девицы пойдут смотреть. Я бы на твоём месте начала переживать.

— Мои чувства не настолько хрупкие, чтобы рассыпаться от взглядов окружающих на Ингвара. Люди всегда на него смотрят, куда бы он ни пошёл, а он сам на это внимания не обращает. — Хельга собрала вещи и отнесла под свой навес. — Мне вообще кажется, что Ингвар видит только меня.

— Мне бы твою уверенность. — Забава слегка погрустнела. — Я вот всегда переживаю, когда к Пересвету кто-то липнет.

— Так вы друзья, а мы скоро поженимся. — Хельга легонько щёлкнула Забаву по носу. — Кроме того, Ингвар всегда был красивым.

— Вот правду говорят, что красота в глазах смотрящего. — Забава смешно сморщила нос. — Может, он и красив, но лицо у него деревянное — ни одной живой эмоции, кроме той кривой ухмылки, которая считается улыбкой. Если его отец — правитель людей, магов и оборотней Восточных Земель, то сам Ингвар — правитель дубов, как по внешности, так и по содержанию.

— Глупости ты говоришь. — Хельга недовольно свела брови на переносице, размышляя, стоит ли сказать пару ласковых про Пересвета или же ей воспитание не позволяет.

— На правду не обижаются! — Забава решительно схватила Хельгу за руку и потащила к месту тренировки лучников.

***

Следующим утром все собрались у края торфяного болота. Первым состязанием был бег по пересечённой            местности — две с половиной версты в одну сторону и столько же обратно.

Первослав махнул рукой двум оборотням из своего отряда, мол, наступила их очередь себя показать. Гогун Цзя со своей стороны выставил невысокого, тонкокостного мужчину в длинных шёлковых одеждах и рыжеволосую девицу с множеством золотых украшений в волосах.

Участники из Восточных Земель, глядя на великолепные одежды ханьцев, снисходительно заулыбались: в таком разве что на праздник идти. Они уже представили себе, в каком виде эти двое вернутся в лагерь.

Первослав хлопнул в ладоши, и оборотень с Восточных Земель, обернувшись волком, стремительно побежал по болоту. Ханец в шёлковых одеждах усмехнулся, а в следующий миг на его месте появился огромный ворон, который, взмахнув крыльями, легко нагнал волка и исчез среди чахлых сосенок.

Через несколько минут птица вернулась, неся в клюве ленту — отметку, до которой нужно было добежать. Значительно позже вернулся и заляпанный болотной грязью волк.

Первая победа была за ханьцами.

Вторая победа досталась им ещё чуднее. Девица перекинулась в лису с двумя хвостами, и второй волк, очарованный ею, так и шёл за ней следом, пока лисица не забрала ленту и не вернулась.

— Победа за вами. — Первослав с улыбкой кивнул гогуну Цзя и перевёл взгляд на младшего брата. — Ингвар, скажи ему, что сейчас будут соревноваться маги.

Ингвар перевёл Цзя Дану слова брата, и немного в стороне от болота на поляну вышли два ханьца и Пересвет с Гордяной.

Началось второе состязание. Первые два уровня печатей составили все, но третий уровень пошёл сложнее. Гордяна, как стихийный маг воды, сложила печать четвёртого уровня, которую не удалось построить ханьцам, а Пересвет и вовсе сложил две, чем удивил присутствующих.

— Ингвар, не подведи. Иначе как Белозёровой на глаза покажешься? — Пересвет подтолкнул друга к полю, где должны были состязаться мечники, как вдруг издалека донёсся глухой грохот, похожий на раскат грома.

Все присутствующие повернули головы на звук — и оторопели: в небе, словно водоворот, кружились облака. В той стороне находилось Древнее поле, и, похоже, предсказание начало сбываться.

— Нужно выдвигаться туда. — Ингвар подошёл к гогуну Цзя и, указав на небо, произнёс: — В Час Лошади собираемся у реки. По дороге разделим людей на каждую печать.

Час Лошади — время между 11:00 и 13:00

Гогун Цзя кивнул, что-то крикнул своим людям, и те, сев на коней, поскакали к своему лагерю.

Ингвар ещё раз взглянул на кружащие в небе облака. Ситуация слишком походила на ритуал, устроенный магом Ларсом.

— Ингвар, идём, — позвал его Первослав. — Думаю, Хельга нам лучше объяснит, что происходит.

До лагеря все добирались молча. То, что раньше казалось им развлечением, теперь принимало опасный оборот.