Окинув взглядом замершую в удивлении толпу, Драгомир Белозёров вручил абсолюту свиток с родословной Хельги и буднично произнёс:

— Все присутствующие — свидетели, что моё согласие на помолвку Хельги с Ингваром получено абсолютом Восточных Земель. Пусть шаманы назначат благоприятную дату свадьбы.

Рорик взял свиток, убрал его в каменную резную шкатулку, затем легко взлетел в седло своего скакуна и направился к площади, где несколько магов открывали портал в Новогород. Помолвка была заключена по всем правилам.

Стоило кавалькаде исчезнуть из виду, как бабочки-вестницы полетели из толпы собравшихся: каждый посчитал необходимым поделиться с родичами и друзьями новостью о Ходящей По Снам.

Хельга, стоя у окна в своей комнате, проводила бабочек взглядом: «Странно, что дедушка позволил им отправить вести. — Она сняла с головы тяжёлые украшения, распустив волосы, убрала из косы жемчужные нити, заплела косу и надела простой сарафан. — Вот теперь можно жить».

— Подруга твоя, Забава, совсем ненадёжная. — Тавинка суетилась рядом, убирая семейные сокровища в сундуки. — Это ж надо — на помолвку лучшей подруги не явилась. Как и Пересвет, дружок твоего оборотня. Что-то не видела я его рядом с женихом. Вот и надейся теперь на Забаву.

— У меня есть ты. Кто ж лучше тебя справится с одеждой? — польстила домовушке Хельга, чтобы порадовать её. — Но вот куда пропала Забава, меня тоже беспокоит, поэтому сейчас я пойду её искать: мы же завтра уезжаем за янтарём. Не могла ведь она и про это забыть.

— Да сдался вам янтарь! — фыркнула Тавинка, убирая в сундук тяжёлый сарафан. — Попросила бы батюшку, он бы тебе ведро привёз. Он тебе ни в чём теперь не отказывает.

— У батюшки и своих дел хватает, да и я на западе мало где была — интересно самой увидеть. — Хельга закрепила волосы очельем, посмотрела на себя в бронзовое зеркальце, решила, что очень даже хороша, и направилась к выходу. — Сейчас Ингвар придёт, накормить бы его, а то он за столом ни кусочка не съел. Переживал, что ли?

— Зато ты хозяюшка совсем спокойна была. — Тавинка неодобрительно покачала головой: оборотень не нравился ей всё больше. — Словно не боишься в семью абсолюта перейти.

— Не боюсь. Оборотни со своей пары пылинки сдувают, так что ничего мне не грозит.

Хельга начала спускаться по лестнице. Внизу, в трапезной, слышались громкие голоса князей — видимо, вспоминали свои помолвки. И судя по смеху, весёлых происшествий было немало.

Сработал портал — разговоры на минуту стихли, а потом снова раздался хохот.

— Ингвар? Не долго ты, однако, отсутствовал. До завтра не подождать? — спросил Драгомир.

— Ох уж эта молодёжь! — присоединился к нему Злат Кожемякин. — Перестань ты над Хельгой так трястись! Ничего до завтра не случится, да и она сама за себя постоит, если что.

— Чего вы на него накинулись? — хмыкнул Наволод. — Заскучал парнишка, час целый свою невесту не видел.

— А Пересвет не появлялся? — Ингвар пропустил хихиканье князей мимо ушей. — Он не пришёл на помолвку, хотя обещал.

— Да опять с Забавой где-то болтается. Словно телёнок, хвостиком за ней ходит, — ответил Светлояр, явно не одобрявший зазнобу внука. — Как найдёшь, скажи, что я приказываю немедленно в Китеж возвращаться.

— Хорошо. А Хеля где? Не спускалась ещё? — поинтересовался Ингвар.

— На лестнице стоит, подслушивает. — Гостомысл хмыкнул и расплылся в довольной улыбке. — Хель, засохла там, что ли?

Хельга уличённая в таком постыдном занятии, вспыхнула и быстро сбежала вниз.

— И вовсе я не подслушивала, просто отвлекать вас не хотела, — произнесла она, доставая с полки свою корзинку. — Я поесть возьму, а то Забава с Пересветом наверняка голодные.

— Были бы голодные, давно бы вернулись. К Эйрику зайди — может, подскажет, где его домашняя катастрофа бегает, — вздохнул Драгомир.

Хельга, уложив в корзину пирожки с ягодами и налив в туесок сбитня, направилась к дому Эйрика Белозёрова. Ингвар последовал за ней, мысленно прикидывая, где же может быть его лучший друг. Парень был готов поспорить на что угодно, что в доме Белозёровых его нет.

Хельга вручила оборотню пирожок:

— На, перекуси, а то ты утром, наверное, не ел. И за столом тоже.

— У меня после прибауток Ярополка всё желание есть отбило. «Глаза орлиные, брови соболиные»… Тьфу! Даже страшно представить такое: круглые жёлтые глаза и меховые брови. Редкостный красавец!.. — буркнул Ингвар, с удовольствием вонзая зубы в пирожок с земляникой. — И Пересвет не явился, тоже мне друг.

— И Забава не пришла, — согласно кивнула Хельга. — Хорошо, мне Тавинка помогла собраться, иначе я бы просто не смогла надеть украшения. Один венец весит сколько! А кольца височные? И жемчуга фунт в волосы вплели. Думала, голова отвалится. Забава любит в моих украшениях копаться — она подобное ни за что бы не пропустила по доброй воле. Выходит, эти двое опять во что-то влипли и их надо вытаскивать.

— Самое странное, что им обоим нравится попадать во всякие переделки. — Оборотень неодобрительно покачал головой. — Раньше я подобного за Пересветом не замечал.

У дома Эйрика Белозёрова, как всегда, было оживлённо: сновали дворовые, бегала толпа внуков-правнуков, играя в какие-то шумные игры. Возле ворот стоял высокий дружинник и что-то рассказывал Руслану, отцу Забавы; тот только хмурился.

— Доброго дня, дядюшка Руслан. — Хельга лучезарно улыбнулась. — А где Забава, не подскажете?

— Да в остроге она, вместе с внуком князя, — хмыкнул дружинник и зыркнул на Руслана. — Вот решаем, что делать, князю доложить или Эйрику.

— И что они натворили? — ввязался в разговор Ингвар, увидев, что Хельга оторопела от подобной новости.

— Приказ князя нарушили — к захоронению первомага полезли. И какой леший их туда потянул? — Дружинник покачал головой. — Думали, самые хитрые, но что они без магии могут? Скрутили мы обоих и доставили в острог. Уж не стали вашей помолвке мешать: заперли пока в холодной — пусть о своём поведении поразмыслят.

Хельга молчала. История вырисовывалась очень неприятная. После того как нашли могилу первомага, Гостомысл приказал огородить частоколом Вороний Камень, да на месте пролома ещё склеп возвели и стражу поставили. Всем жителям строго-настрого запретили подходить к этому месту: если обрушится пещера, выйдет на свет тот разлом, и от города ничего не останется. И кому об этом знать, как не Забаве, которая в той пещере уже была.

— Думаю, они не подумавши сделали. — Хельга вздохнула, прикидывая, как вытащить эту пару из очередной переделки. — Можно их увидеть? Я поесть им взяла…

— А когда Забава думала, прежде чем что-то сотворить? — Дружинник снова зыркнул на Руслана, словно все эти ужасные идеи именно он внушал своей дочери. — Иди к острогу, тебя пропустят.

— Премного благодарна. — Хельга кивнула старшим и пошла спасать подругу.

Ингвар направился следом, мысленно костеря Пересвета, которому за подобное князь Светлояр хорошенько всыплет, а князь Злат ещё и добавит.

— Ну и чего ты ей про келпи ничего не сказал? — спросил Руслан.

— Нет уж, выпутывайтесь сами, — хмыкнул тот.

У острога было тихо. Двое дружинников стояло у входа, рядом гуляли куры и голосисто орал петух.

— Доброго дня, — поздоровалась Хельга.

— К Забаве пришла? — улыбнулся старший из дружинников. Он не сомневался, что выпутать непутёвую девицу придёт именно княжеская внучка. — Без приказа князя в этот раз не отпустим. Сама понимаешь, захоронение — место запретное для всех.

— А поговорить мы с ней можем? — Хельга просяще посмотрела на мужчин. — Я только спрошу у неё, что ей там понадобилось, и поесть оставлю. Потом к дедушке пойду.

— Да пусть посидит пару дней — может, умнее станет, — хмыкнул дружинник, что помоложе, — а то совсем страх потеряла, да ещё и внука княжеского притащила.

— А князья как раз у меня гостят, — Хельга заискивающе улыбнулась, — я сейчас всё решу. Вы же знаете, Забава ничего плохого не хотела.

Дружинники пропустили их внутрь острога. Выходки Забавы уже никого не удивляли, как и то, что потом появится Хельга, чтобы возместить ущерб от проделок подруги. Вот только нарушить запрет князя — совсем не то же, что угнать телегу.

Холодная, оправдывая своё название, была в самой тёмной части острога, где он уходил под землю. Часть помещения была забрана деревянной решёткой, чтобы следить за теми, кого туда поместили; в стене виднелись камни, блокирующие магию. Мебели холодная не предусматривала, лишь пара охапок соломы валялась на полу, где как раз сидели зарёванная Забава и Пересвет.

— Забава, — тихо позвала подругу Хельга, — и как тебя угораздило полезть туда? Тебе одного раза не хватило? Ты хоть представляешь, как дедушка ругаться будет?

— Хеля… — Забава подбежала к решётке, — я правда не думала, что всё так получится… Я не хотела, чтобы он издох…

— Кто издох? — Внутри Хельги всё похолодело. Если кто-то погиб по вине её подруги, тут даже князь Белозёров не поможет.

— Келпи… — всхлипнула Забава — и снова разревелась. — Я ему рассказала про коня в захоронении, и он захотел поглотить его силу. Мы пошли к Вороньему Камню, и мы даже пробились внутрь, а потом наша магия исчезла, а келпи рассыпался водой и исчез…

— Ты… — Хельга потрясённо уставилась на подругу, потом поставила корзинку с едой около решётки и, резко развернувшись, бросилась прочь.

— Отличный подарок нам по помолвку. — Ингвар кинул сердитый взгляд на поникшую парочку. — Спасибо вам огромное.

Он кинулся вдогонку за Хельгой, но нагнать её смог только у выхода из острога.

— Что делать будем? — поинтересовался он на ходу. — Ты можешь его спасти?

— Сначала надо получить разрешение дедушки, чтобы попасть туда, иначе будем сидеть рядом с Забавой и Пересветом. — Хельга перешла с бега на быстрый шаг, в очередной раз пожалев, что не умеет создавать порталы. — В этот раз Забава легко не отделается. Я даже представить боюсь, что было бы, если бы их затея удалась. Неизвестно, что произошло бы с тем разломом, убери они коня. Вдруг на нём завязана печать, что держит ладью с первомагом?

— А когда Забава думала о последствиях? Хотя и Пересвет её поддержал, а ведь вроде не глупый… — Ингвар вздрогнул внутри: из-за этих двоих Белозёрск мог исчезнуть с лица земли.

***

— Деда! — влетела в терем Хельга, прервав веселье князей. — Мне нужно твоё разрешение, чтобы к могиле первомага попасть!

— Зачем? — Гостомысл нахмурился, и улыбки исчезли с лиц мужчин.

— Келпи… он рассыпался там — надо попробовать спасти его. Помоги мне… — всхлипнула Хельга.

Присутствующие секунду раздумывали, а потом синхронно встали. Забавная зверушка им нравилась, и все знали, как девушка ею дорожит.

— Не реви, сейчас посмотрим, что можно сделать. — Гостомысл вышел из-за стола и направился на выход; остальные последовали за ним. — Драгомир, ты нас дома подожди: от тебя пользы мало будет.

Драгомир согласно кивнул. Упаси предки лезть к могиле, он потом магию и за неделю не восстановит со своими способностями.

Портал раскрылся на старом кладбище. Хельга оглянулась: за восемь лет тут изрядно всё поменялось. Вороний Камень и пещеру под ним оградили стеной, и по периметру стояло больше десятка дружинников, охраняя вход, который был запечатан магией.

Девушка зябко повела плечами. Она ни за какие коврижки не полезла бы внутрь. Третий раз могло бы и не повезти вернуться оттуда.

— Ну-с, голубчик, слушаю тебя: как вы пропустили нарушителей порядка? — Гостомысл, сведя брови на переносице, обратился к десятнику.

— Княже, мы свою службу несём справно. Бешеная девица поймана и вместе со своим дружком отправлена в острог. — Десятник тоже нахмурился: за столько лет его службы никому не удавалось подойти к провалу так близко. — Хорошо, что мы её все знаем, а то раскатали бы сразу в лепёшку. Только вот они часть стены снесли…

Десятник махнул рукой в сторону частокола, где недоставало части толстых брёвен, а некоторые были обуглены. Дружинники убирали обугленные, и уже прибыла подвода с брёвнами на замену.

— Вот же паршивцы! — выругался Гостомысл и взглянул на Злата со Светлояром немым вопросом, мол, что делать с вашим внуком?

— Притащи Пересвета сюда, дай ему в руки инструменты, и пусть, пока не восстановит стену, дома не появляется, — произнёс Светлояр, недовольно качая головой. — И вычтите из его сбережений стоимость брёвен — пусть учится отвечать за свои поступки.

— Хорошо, — согласился Гостомысл и кивнул десятнику. — Пошли человека в острог, пусть Пересвета привезёт, а Забаву там оставьте. Выпустите её, когда мо́лодец ремонт закончит. И чтоб никакой магией он не пользовался, только руками.

Хельга, изрядно нервничая, перешла на магическое зрение и стала осматривать площадку за стеной. Если келпи рассыпался из-за исчезнувшей магии, значит, он почти подошёл к провалу.

— Далеко, не вижу, — сообщила Хельга, убрав магическое зрение. — Можно подойти ближе?

— Вы все идите, а мы с Ингваром тут останемся, — чуть поразмыслив, решил Гостомысл. — Я пока магию смерти с кладбища соберу. Если мёртвую воду найдёте, тащите ко мне.

Десятник отошёл от дыры в стене, и Хельга с тремя князьями направились к пролому, который хоть и был запечатан, но всё равно начал вытягивать магию.

— Вон он, — Наволод ткнул пальцем в ничем не примечательный кусок глины, чуть темнее цветом, чем окружающая земля, — живучий какой.

Хельга магическим зрением уставилась на глину, но ничего не заметила.

— А какую магию ты хочешь увидеть? — усмехнулся Наволод и, вытащив из мешочка небольшую склянку, распылил её содержимое над глиной. — Давай вылезай, непутёвый.

От куска глины отделилось несколько тёмных, отливающих чёрным капель, и они скрылись в склянке.

— Уходим. — Злат быстрым шагом направился прочь, подальше от провала. — Мерзкое же местечко.

Выйдя за стену, Наволод направился к Гостомыслу, который уже сформировал над кладбищем огромную печать, и передал ему остатки келпи.

— Негусто, — хмыкнул князь, а увидев, как глаза внучки наполнились слезами, махнул рукой. — Да не реви! Вернём твою зверушку. Нежить живуча, как тараканы.

Гостомысл направил остатки келпи в центр печати — туда, где уже закручивался вихрь. Хельга в первый раз увидела, как дед пользуется магией смерти, и увиденное поразило её. Печать вытаскивала из могил магию смерти, сосредотачивая в центре, где её поглощал келпи.

— Хеля, пожалуйста, не плачь. — Ингвар стоял рядом с побелевшим лицом, не зная, что делать, и мысленно костеря Пересвета за тупую затею. — Если не получится у князя, мы можем отправиться к правителю Валахии, Владу: он точно что-то придумает. Или я Раду выловлю, и скормим его твоему коню.

— У Тёмного не получится? — Злат хохотнул. — Я вам позже расскажу, как они с Наволодом осаду отбили, подняв древнее кладбище. Тогда даже мне поплохело от увиденного. А сколько потом с родственниками умерших разборок было…

— Язык у тебя без костей… — вздохнул Гостомысл, не отрываясь от обряда. — Нашёл что вспомнить.

— А что я не так сказал? Или подобного не было? — Злат надулся, словно его обвинили в обмане. — Малая, прекращай сырость разводить! Как замуж, так уверенным шагом, а тут расклеилась.

— Вы меня не учили нежить оживлять… — шмыгнула носом Хельга, но немного успокоилась.

— Потому что мала ещё. Магия смерти тебе не развлечение. — Гостомысл направил всю собранную магию в остатки келпи. Капли завибрировали — и слились в одну. Князь ловко поместил сгусток в заимствованный у кого-то горшок и вручил внучке. — Вот, держи своё недоразумение. Можно начинать выращивать его снова.

— Выращивать?.. — удивилась Хельга. — А как? Мясом кормить?

— Кто эта лошадь? Мёртвая вода. Вот гуляй по кладбищам, ищи магию смерти и отдавай ему. Печать ты видела. — Гостомысл повернулся к друзьям. — Вы ко мне? Или по домам?

— Что значит «по домам»? Мы ещё праздник не отметили как положено. — Злат хитро подмигнул Ингвару и Хельге. — Давай, Тёмный, открывай портал, а то твоё кладбище всю магию из меня выкачало — нужно восстановить силы.

— У меня медовухи столько нет, сколько тебе на восстановление надо. — Гостомысл открыл портал.

— Нет у тебя — найдётся у Наволода, — ничуть не смутившись, ответил Злат и шагнул в портал.

— А почему сразу у меня? Почему не у Светлояра? — возмутился Наволод.

— Потому что у него настойки лечебные, а у тебя —  полезные, — донёсся уже с другой стороны портала голос Злата.

— Ну-ну, попросишь у меня зимой лекарства, посмотрим… — буркнул Светлояр, исчезая в портале.

Хельга с Ингваром переглянусь и последовали за князьями. Девушка прокручивала в голове знания о самых значимых битвах прошлого, чтобы понять, где хоронили павших. Как ни крути, а придётся брать с собой келпи на болота.

Вернувшись в терем Белозёровых, Ингвар попрощался с князьями, тоскливо взглянул на Хельгу и через домашний портал отправился домой. Ему ещё нужно было сходить к матушке рассказать про помолвку и собрать кое-какие вещи для завтрашнего путешествия. Всё, что они планировали с Пересветом, улетело псу под хвост из-за глупого поступка последнего.

Выскользнув из горницы, где стоял портал, Ингвар зашёл к себе, взял вышитую Хельгой рубаху и направился на женскую сторону, где его ожидала матушка. Нужно было похвастаться подарком.

Си Янь не спала; несколько служанок сидели рядом с ней и вышивали. Увидев сына, она махнула рукой, прогоняя прислугу, и направилась к нему.

— Присаживайся. — Си Янь указала на лавку рукой. — Как прошла помолвка? Хельге понравились подарки?

— Отцу её точно понравились. — Ингвар уселся на лавку и осмотрелся, нет ли чего вкусного. Ничего интереснее туеска с черникой на столе не оказалось. — Она же появилась только в конце, чтобы ответные подарки вынести. Вот, ты хотела вышивку её увидеть.

Си Янь аккуратно развернула протянутый сыном свёрток, осмотрела рубаху, и на лице её появилась довольная улыбка.

— Хельга и правда редкая мастерица. — Женщина провела по гладкой вышивке рукой. — Чтобы вышить подобное шёлком, надо талант иметь и огромное терпение. Даже у меня дома, где изготавливают этот самый шёлк, я такой тонкой работы не встречала. Видимо, у неё иглы для вышивки тонкие, как волос. Смотри, ни одной нити не сместила.

— Правда? Мне тоже понравилось. — Ингвар с бо́льшим интересом взглянул на вышивку. — Матушка, а ты не могла бы после моего возвращения помочь мне вспомнить ханьский язык? Что-то я совсем его забыл, а общаться с братом придётся.

— Хорошо, — Си Янь ласково потрепала сына по голове, — к твоему возвращению всё подготовлю.

Ингвар, словно недовольный кот, потряс головой и сбежал собирать вещи. Утром Гостомысл откроет им портал в Смоленск, откуда они должны догнать обоз Белозёровых, что отправился за травами на запад.

***

Рано утром Драгомир, вручив дочери кошель с монетами и в очередной раз наказав Ингвару следить за Хельгой днём и ночью, разрешил им отправляться в путь, но прежде повторил, чтобы вернулись не позже, чем через две недели, ибо путь до Васюганских болот тоже займёт немало времени.

Князь Гостомысл открыл портал, и, оказавшись на той стороне, Хельга с Ингваром сразу привлекли к себе внимание. Даже в богатых землях кривичей не так много людей могли позволить себе личные порталы в город.

Стражники напряглись, но, увидев Ингвара, облегчённо выдохнули: его прекрасно помнили. А вот выходящая за ним девица привела всех присутствующих в восторг. Те, кто знал его историю с Любославой, понятливо кивнули головами: куда местным девицам до этой красавицы.

Ингвар, поприветствовав дружинников, повёл Хельгу знакомиться с городом. Они успели обойти множество местных лавок, пообедать в таверне и даже забраться на городскую стену, чтобы полюбоваться окрестностями.

К полудню ребята погрузились на ладью и начали своё путешествие по течению Днепра. Жара заставила их спрятаться под навесом, из-за чего Хельге не удалось посмотреть на деревушки, что раскинулись вдоль реки.

К вечеру они покинули Восточные Земли и уже приближались к землям дреговичей. Оттуда оставалось порталом добраться до реки Неман, что выведет их к Варяжскому морю. Путь известный и наезженный.

Ладьи пристали к берегу, где команда, торговцы и сопровождавшая их стража остановились на ночёвку. Утром ладьи должны были пройти Днепровские пороги, и всем требовался отдых. Хельга, слишком привлекающая внимание своей внешностью, решила остаться на ладье; Ингвар, привычный к таким ночлежкам за время набегов, устроился рядом.

Он покопался в мешке, в который Тавинка сложила продуктов, выудил полоску сушёного мяса и протянул её Хельге:

— Будешь?

— Достань лучше лепёшку. — Хельга задумчиво начала рассматривать стелившийся по воде туман.

Погода стояла настолько жаркая, что воздух казался раскалённым, — откуда взяться туману?

Хельга сжала руку Ингвара и перешла на магическое зрение. И правда, туман был магическим. Кто-то хотел незаметно подобраться к каравану.

— Думаешь, к нам? — тихо поинтересовалась Хельга.

— К нам, — согласно кивнул Ингвар — и глаза его вспыхнули белым светом. — А-а-а, так вот кто тут у нас. Давненько не виделись, Кощун.

В белом тумане раздалось хриплое карканье, и огромная птица опустилась рядом с ладьёй. С неё спрыгнул знакомый Хельге мужчина в странной одежде. Лёгким жестом руки он разогнал туман возле ребят и задумчиво уставился на оборотня.

— А если так? — Рядом с магом пронёсся ледяной клинок. — Вспомнил?

— Как ты получил новое тело? Это сделала она? — Кощун перевёл взгляд на Хельгу. — Значит, я был прав. Ты владеешь подобной магией. Что ж, девочка, придётся пройти со мной.

Мужчина вытащил большой прозрачный шар и кинул в сторону Хельги. Та задержала дыхание, боясь, что в сфере может быть яд, вцепилась в руку Ингвара и окружила их двоих защитным барьером.

Вспыхнул портал — и втянул ребят внутрь.