— Это потрясающе! Сегодня я полностью изменил свое лицо, вел себя совершенно по-другому, но ты все равно меня узнала!

— Для временно назначенного рыцаря ты был слишком спокоен в присутствии Его Высочества принца Арнольда. Но определяющим фактором, разумеется, стали глаза красного цвета.

— Понятно. Что ж, буду иметь это в виду в следующий раз!

“Интересно, почему он в хорошем настроении, несмотря на то, что его маскировка была обнаружена?”

— А теперь чисто гипотетически: если бы ты был врагом Гархаина, и возникла необходимость провести расследование в этой стране, что бы ты выбрал для работы под прикрытием? — ее вопрос слегка обескуражил охотника.

— Я бы хотел ответить, что это секрет, передаваемый из поколения в поколение, но не стану так делать перед моим благодетелем. Отвечая на вопрос, как минимум, я не стал бы изображать из себя гвардейца под видом “я был одним из рыцарей с самого начала”, как сейчас.

Она уже была в курсе, что Рауль сейчас здесь в форме рыцаря только потому, что их интересы с Арнольдом пересекаются. Кронпринц поручил охотнику проверить, не проникла ли разведка в имперский замок. Разрешение Арнольда было, пожалуй, единственной причиной, по которой Рауль смог внедриться в рыцарский корпус. Стены императорского замка хорошо защищены и, хотя легкий котенок и сможет пробраться, для человека тайно проникнуть внутрь остается довольно трудной задачей.

— Думаю, реалистичным сценарием было бы вступить в Орден, правда, пришлось бы на это потратить несколько лет.

— Вместо того, чтобы притворяться, ты стал бы настоящим рыцарем?

— Да. В конце концов, Гархаин придерживается позиции, что вне зависимости от статуса, тебя могут принять в рыцари, если посчитают достаточно компетентным. На мой взгляд, это одна из немногих слабостей в безупречной системе империи, — Рауль поднял указательный палец и игриво покачал им, продолжая, — что ж, полагаю, Его Величество Император знает об этой лазейке. Поэтому, несмотря на то, что Гархаин заявляет о своей меритократичности (п.п.: меритократия – “власть достойных”, принцип управления, согласно которому высшие руководящие должности должны занимать наиболее способные люди, независимо от их социального происхождения и финансового достатка), на самом деле в высших кругах Ордена находятся только представители аристократии. Если ты аристократ, то с меньшей долей вероятности окажешься разведчиком другой страны.

“Тем не менее, отец рыцаря Гутхейля разрушил это предположение. И в назидание был наказан гораздо строже, чем если бы агентом оказался простолюдин”.

При таких обстоятельствах было действительно странно, что Гутхейль смог остаться рыцарем.

— Вот почему маскироваться под рыцаря не стоит. Исключением является только гвардия Его Высочества Арнольда, где королевским гвардейцем может стать простолюдин. Так что, если бы я был агентом, и мне пришлось бы выбирать между проникновением и рыцарем – любой ценой я бы попытался вступить в королевскую гвардию Его Высочества. Но то, что Его Высочество не смотрит на статус рыцарей королевской гвардии, может знать только тот, кто имеет хоть какую-то информацию о нем. Итак, в заключение, “я как иностранный разведчик” не выбрал бы для проникновения роль рыцаря. Если ты хочешь грамотно изъять информацию у чиновников или рыцарей, занимающих высокое положение, то это можно сделать и по-другому.

То, что Рауль рассказал ей до сих пор, совпало с его же взглядами в жизни охотника.

— Тогда какова, по-твоему, альтернатива?

— Хм? Ну… — мужчина, до этого спокойно рассуждающий, теперь нахмурился, — в том-то и дело… Боюсь, Его Высочество будет в ярости, если я заговорю с тобой об этом.

— Его Высочество заставил тебя молчать?

— Нет-нет, я не об этом.

Рише сильнее наклонила голову в бок, выражая любопытство. У нее имелись некоторые догадки по поводу “альтернативного варианта”, о котором Рауль не хотел говорить. В жизни охотника этот метод был для нее под запретом. Поэтому, видя колебания своего бывшего наставника, она не сомневалась, что это тот самый способ для “изъятия информации у чиновников или рыцарей, занимающих высокое положение”.

“Если это так…” — Рише перевела дух, а затем задала еще один интересующий ее вопрос:

— Эй, Рауль, в какой момент ты можешь не заметить приближение обычного человека?

— Когда поблизости есть красивая девушка, с которой я был бы непрочь сблизиться. Например, с тобой.

— Рауль…

— Аха-ха, шучу. Когда вокруг много посторонних третьих лиц, не только девушек, может пройти немало времени, прежде чем ты поймешь, что кто-то из них приближается к тебе. Но это не значит, что я не знаю об их существовании, так что это, вероятно, не отвечает на твой вопрос.

“Я знала, что он так ответит”.

Например, это было в тот период, когда Кайл и Мишель посетили императорский замок Гархаина. С помощью Теодора Рише, переодетая в мужчину, пробралась в рыцарский корпус на обучение в качестве кадета. Это было тайной от Арнольда, но после того, как ее раскрыли, Теодор настиг ее в коридоре. Ее застали врасплох, поскольку она была в своих мыслях, а по коридору сновало множество людей. Тем не менее, присутствие принца не осталось совсем уж незамеченным. Она скорее удивилась хватке на своем запястье.

“Именно Рауль в моей жизни охотника научил читать и устранять следы присутствия. Благодаря усердной практике, я смогла использовать эти знания в своей рыцарской жизни. Имея дело с обычным человеком, я знаю наверняка, когда ко мне приближаются”.

С другой стороны, все усложняется, когда имеешь дело с человеком, который может скрывать свое присутствие. Хорошо, если ты начеку, но становится трудно, как только ты ослабляешь бдительность. В первый день пребывания в императорском замке Гархаина, любуясь видом с балкона, она не сразу заметила Арнольда позади себя.

“Причина, по которой я тогда смогла обнаружить Его Высочество Арнольда, заключалась в том, что он проверял меня, намеренно излучая убийственную ауру. Если бы он приблизился ко мне без лишних эмоций, я бы, вероятно, его заметила только после непосредственного прикосновения”.

Оба вопроса, которые она уточнила у Рауля, подтвердили ее предположение.

“Чем больше я об этом думаю, тем больше доказательств того, что мои представления верны”.

И то странное чувство, которое она испытывала, когда разговаривала с Дитрихом.

— Упс, похоже, мы попались.

Рише услышала скрип открывающейся двери. В сумерках на стене замка появилась одинокая фигура. Девушка оглянулась, с ее губ сорвалось имя:

— Его Высочество Арнольд…

Ветер трепал подол удлиненного пиджака кронпринца. Коралловые волосы Рише тоже разметались и плавно покачивались на ветру, но ее это мало волновало.

— Вы с самого начала сузили список подозреваемых, способных оказаться агентом разведки, — больше не спрашивала, а утверждала девушка. — Нет, скорее… Из-за подозрений Вашего Высочества принца Арнольда, я до сих пор могла общаться с этим человеком.

Наследный принц хитро прищурился, будто все дело было в закатном солнце, а затем произнес:

— Это то, что тебе не нужно знать.

От этих слов у Рише защемило сердце. Но не из-за отказа. А потому, что она поняла: Арнольд сказал их из уважения к ней.

— Ваше Высочество, я…

— Но… — мужчина опустил глаза и коротко вздохнул, — если ты захочешь действовать и попросишь меня о содействии, я тебе не откажу.

На этот раз, его слова принесли чувство облегчения и радости. Пусть он и сказал ранее, что ей не нужно об этом знать, но в этот раз все по-другому.

Рише со всей искренностью обратилась к наследному принцу:

— Позвольте и мне помочь Вашему Высочеству. Есть вещи, которые я хотела бы сделать, чтобы взять ситуацию под контроль.

— О чем ты… — мужчино устало вздохнул и с несколько обреченным выражением лица произнес, — я помогу тебе во всем, что ты захочешь сделать.

Рауль рассмеялся при виде удивленной Рише.

— Аха-ха, это потрясающе! Кто еще мог так легко уговорить наследного принца Арнольда.

— Ух! Извините за мой эгоизм, я правда…

Однако Рауль поник, встретив молчаливый взгляд Арнольда, пока девушка приносила свои извинения.

Позже она поделилась с кронпринцем и охотником своими мыслями.

***

В ту же ночь в одной из комнат отдельного дворца в императорском замке принимали гостей. В одном из просторных помещений находились пять стульев, расставленных по кругу лицом к центру. Арнольд расположился на дальнем от входа стуле, а рядом с ним сидела Рише, и оба они смотрели на знакомого мужчину.

— Прошу прощения. Я знаю, что это может показаться невежественным, но… — превозмогая неловкость, мужчина, не отрывая взгляд от девушки, уточнил, — почему такого человека, как я, пригласили в отдельный дворец Его Высочества?

Арнольд, облокотившись на подлокотник, проигнорировал вопрос рыцаря Гутхейля. Вместо этого он взглядом подал знак Рише, и она кивнула.

— Простите, что пришлось вызвать вас, сэр Гутхейль. Мне нужно с вами серьезно поговорить, поэтому этот разговор происходит ночью на нашей вилле.

— Из ваших слов я понял, что вы хотите избежать огласки. Но чем я могу быть полезен?

Происходящее, вероятно, сбивало его с толку, но рыцарь стоически сохранял спокойствие. Оценив его выдержку, Рише продолжила:

— Дальнейшие события могут оказаться для вас травмирующими, сэр Гутхейль.

— Что вы имеете в виду… Нет, что бы вы ни сказали, я исполню свою роль.

Она посмотрела прямо в глаза рыцарю и произнесла:

— Существует вероятность, что другие страны, желая заполучить секреты Гархаина, направили в страну своих агентов разведки.

Мужчина сделал глубокий вдох и с силой сжал кулаки.

— Его Высочество принц Арнольд одним из первых понял это и уже некоторое время собирал информацию. В результате…

— Вы подумали, что я и есть этот агент разведки? — хотя его голос не дрожал, но щеки побледнели. Его выражение лица отражало растерянность и отчаяние. — Я осознаю, что не заслуживаю доверия, но говорю об этом с гордостью: даже если вы мне не верите, я никогда не предам страну, которую люблю!

— Его Высочество принц Арнольд знает, что вы невиновны.

— А?

Но Рише не смогла добавить слова “не сомневайтесь”.

— Предположительно, тот, кто занимался разведкой…

Слова были прерваны стуком в дверь. Видимо, было решено, что разрешение войти не нужно, поэтому дверь в комнату открылась прежде, чем девушка успела ответить. Внутрь вошел человек в сопровождении Рауля, переодетого рыцарем.

Рассмотрев вошедшего, Гутхейль ахнул.

Она посмотрела на рыцаря, и на ее лице отразилась печальная улыбка. Затем она перевела взгляд, остановив его на Рише и Арнольде, и представилась:

— Меня зовут Сильвия Холлингворт. Я очень рада, что меня пригласили сегодня вечером.