•От лица Явена•

Облокотившись об стену, я представился незнакомке и стал выжидать от нее ответ на поставленный ранее вопрос. Обломок моего ножа должен был придать устрашения и дать понять ей, что я настроен серьезно, однако мне показалось, будто бы она расслабилась.

Ещё в холле я действительно было подумал, что эта девушка замёрзла, ведь пистолет в ее руках неистово дрожал. Однако вот, я мог бы побежать в любую другую дверь, когда монстр уже дышал мне в спину, но так как раньше я почти не бывал в таких стрессовых ситуациях, то возросшее чувство страха и инстинкт самосохранения велели мне бежать в ближайшую открытую дверь и поскорее спрятаться.

Снизу лестничной клетки дул морозный сквозняк, таща к нам за собой выделяющуюся от трупа монстра мерзкую вонь гнили, от которой начинало тошнить. Как я понял — запах в холле стоял по этой же причине.

Долгое время незнакомка молчала, но все же начала говорить ослабленным голосом:«Сейчас мне трудно разговаривать, так что постараюсь рассказать обо всем в вкратце... Ах. Столетия назад произошел климатический катаклизм, который изменил наш мир. Большая часть человечества погибла, а выжившие потеряли свои дома и семьи; многие структуры остановили свои работы. Везде начался хаос, и... Это была идеальная среда для выживания таких мародеров и террористов, как «Белые ходоки». Они совершали набеги на поселения с выжившими, убивали, грабили, насиловали...» — рассказывала она с грустью, презрением и нарастающим гневом. «Ах... Я... Я не могу так легко говорить об этом, потому что эти твари убили моего отца... Я могу лишь представить, какого тебе сейчас, но... Я и мой народ для тебя не враги!»

Из дальнейшего эмоционального объяснения этой девушки самым главным я вынес то, что организация «Белые ходоки» лишь частично связана с моей организацией «Холодок», но как и чем — известно лишь единицам. И хотя дресс-код «холодков» и «ходоков» был схож, их деятельность по отношению к пострадавшим от климатического «катаклизма» колоссально разнились. Пока «ходоки» занимались мародёрством и вандализмом, организация «Холодок» со своими дочерними компаниями помогала пострадавшим, укрывая их в своих зданиях по всеми мира от бушующей стихии, противостоя тирании «белых ходоков».

На мой вопрос, откуда она узнала мое имя, она не ответила. Когда я только услышал из ее уст своё имя, то слегка опешил, но дальше она добавила к нему предлог, а к фамилии какую-то приставку — Эворития. Не знаю, что это означало, но без учёта этих дополнений, меня так и звали.

Несмотря на знания этой девушки о роде деятельности «холодков» и «ходоков», она не знала, что и те и те носят одинаковые костюмы, поэтому приняла меня за одного из лидеров «белых ходоков» — архонтов, как она их называет.

Из своего рюкзака я вытащил своё удостоверение личности, документ о принадлежности к организации «Холодок» и следом протянул все эти бумаги девушке. Робко переняв их из моей руки, она опустила свою голову. Казалось, что она начала внимательно бегать глазами по этим бумагам.

«...Ах?.. Но... Как это... 2027 год рождения?.. Быть не может!.. Ты действительно из «холодков»? Но эта накидка», — расспрашивала она, переводя свой скрывающийся за маской взгляд то на документы, то на мой плащ, то на самого меня.

«А ещё сейчас мы находимся в главном здании организации», — твёрдо подтвердил я. «С годом рождения уже другая история. Расскажу, если выдастся минутка.»

«...Что?.. Минутка? А что мешает тебе рассказать об этом сейчас?»

«Тот «ходок», которого ты не добила, вызвал подкрепление», — вставая с пола и собирая в свой рюкзак все выложенные из него вещи, я ответил ей. «Если он сказал, что здесь находится их босс, то скорее всего сюда придет не пять и не десять человек, а целая орда.»

Девушка содрогнулось в ужасе, но тут же встала на ноги, закинула свою сумку себе на спину и, пошатываясь, потянула меня спускаться.

”И откуда в ней так резко появились силы...“

Одержимая необходимостью как можно быстрее бежать из комплекса, эта девушка даже не обратила внимание на гниющей труп мертвого Вендиго.

Раненный в ногу «ходок» теперь не шевелился и не издавал звуков.

Эта дева подхватила автомат одного из мертвых «ходоков», и мы добрались до проломленной этой ночью стены, перепрыгнув через неё во внешний мир.

Увиденное за этими стенами ввело меня в изумление и ступор. В нескольких стах метрах от подножия склона горы, на котором стоял комплекс, простирался широкий разлом, уходящий далеко вдаль на запад и восток. За дырой, в помещении где я очнулся, этой расщелины не было видно, хотя обзор выходил на эти же две стороны света.

Воздух снаружи был настолько морозным, что при дыхании в лёгкие будто бы впивались сотни иголок. Ноги, уже ранее трещавшие от холода, были совсем не рады такой обстановке. До сих пор небо было затянуто белыми тучами. Высоко в небе летали птицы, а это означало, что метель ещё далеко.

«Мы же идём к твоему дому?!» — следуя за девушкой, я прокричал ей. Ветер здесь был намного сильнее, чем внутри комплекса. Он сдувал и нас, и слабые звуковые колебания наших голосов.

«...Да!» — также громко она прокричала мне в ответ, оглядываясь в сторону расщелины. «Он по эту сторону разлома!»

Вместе мы перешагивали через скалистые выступы.

Раньше, когда я только обучался в комплексе, каждые пол года у нас устраивалось рабочее мероприятие по уходу за этими склонами. Сотрудников организации крепили к страховочной веревке, и те, передвигаясь по резким выступам горы, высаживали особые генномодифицированные саженцы деревьев, имеющих длинные крепкие корни и не капризничающих от дефицита воды и влаги. Такие работы снижали скорость разрушения горы от ветровой эрозии и тектонических сдвигов, поэтому склоны раньше никогда не обрушались. Но теперь большинства деревьев здесь уже не было и выступы стали резкими и крайне опасными.

Пытаясь аккуратно спускаться под сдувающим ветром и не падать, я ступал след в след за шатающейся из стороны в сторону девушкой, придерживая её за сумку на спине. Однако в момент сильно настигнувший нас ветер сбил её с ног, и вместе мы покатились со скалы. К счастью, эта часть склона была более гладкой, и упали мы на слой снега, поэтому отделались лишь сильными ушибами.

Когда я попытался встать, икроножные мышцы схватила жуткая судорога. Только тогда я понял, что ещё не замечал вышедших из моих ног пуль.

Непроизвольно сокращаясь, мышцы сжимали застрявшие в них пули, отчего создавалась жуткая боль. Хотя в сравнении с пережитым мной в 15-ти летнем возрасте — это был лишь пустяк.

Пока я перекатывался по промерзшей снежной земле, скуля от боли и хватаясь руками за свои икры, в полуметре от меня оклемалась моя проводница и почти тут же обратила на меня внимание. «Что с тобой?! Ты что-то сломал?!» — кричала она так, чтобы звук её голоса успел достичь меня прежде, чем его сдует ветер.

«Нож! С-скорее!»

Девушка быстро сняла со своей спины сумку и, достав из неё нож, тревожно протянуло его мне. Вообще мне мог бы сгодиться и обломок моего ножа.

Зная свой организм, который за короткий промежуток времени заживляет абсолютно любые раны, будь то перелом позвоночного столба, черепа или даже лучевая болезнь, я как можно быстрее нащупал места на икрах, где находились пули, и быстрыми взмахами ножа сделал три глубоких разреза, тут же вытащив оттуда все инородные объекты.

Спазм прекратился.

Учитывая тот факт, что сейчас мой организм работает на голодный желудок, раны заживают не так быстро, как если бы я был сыт, однако они всё равно заживали в десятки раз быстрее, чем у обычного человека. Эти раны заживут уже в ближайшие часы.

Девушка отвернулась в сторону и склонилась к земле. «Т-ты!.. О боже...» — шокированная, она закрывала свое лицо руками. «Зачем ты это сделал?! Х-хирурги в моей деревне могли помочь тебе!»

«Агх... Всё в порядке...» — отвечал я ей, но мой голос не достиг её. Она подползла ко мне, стянула с меня мой плащ и разорвала его на две половины: черную и белую — резко и сильно перетягивая ими мои ноги.

«...Как так можно... Боже, даже твоя кровь не замерзает!..» — жаловалась она. «скоро сюда примчится враг, а ты... Только прибавил нам работы!..»

Откритиковав мои действия и закончив оказывать первую помощь, благодетельница подхватила меня за руку, помогая встать.

”А она сильная... Если я не похудел, то сейчас вешу около семидесяти килограмм? Хм, может и меньше...“

Моё мнение о этой девушке поменялось. Я стал доверять ей чуточку больше.

***

Неуклюже шагая в толще снега, мы продвигались всё дальше от комплекса. Спустя какое-то время кровотечение из ран остановилось, успев оставить на снегу продолжительный и непрерывный красный след, ведущий в глубь леса, прямо к нам.

На мои переживания, что нас могут отследить по этому следу, придерживающая меня дева ответила:«Тебя смущает только это? Ах... Скоро начнется снегопад, и все наши следы заметёт», — входя всё глубже в этот густой лес, бушующий ветер постепенно терял свою мощь, поэтому нам уже не приходилось кричать. «До сих пор не могу поверить в это... Перерезать собственные ноги!.. Да это ведь какую силу воли надо иметь?.. Если ты просто не дурак...»

Отдалившись на приличное расстояния от комплекса, раздался звук оглушающего взрыва. В небо поднимались густые клубы дыма. По всей видимости, этот подрыв был совершённый «ходоками», ведь позднее в небе над нами появилось целое облако дронов, походящих на вертолеты и пикирующих к одной точке — комплексу.

Со взрывом взбунтовался весь лес. Сотни птиц взлетали в небо, хаотично кружа над лесом, сталкиваясь друг с другом и попадая в лопасти дронов, отчего оба падали замертво куда-то в лес. Ещё хуже вели себя дикие звери, что начали бесноваться.

Когда мы заметили подлетающие дроны, моя проводница тут же повалила меня в толщу снега и легла поверх меня.

«А?!» — воскликнул я, посчитав что она собралась причинить мне вред. В конце концов, я не полностью доверял ей.

«...Тише! Мой костюм сливается с местностью, так что дроны не обнаружат нас!..» — шустро ответила она.

Пока мы пережидали в снегу какое-то время, своей спиной я начал ощущать слабые толчки и какие-то передвижения. Вдруг из снега, прямо около моего лица, вылез маленький зверёк в белой пушистой шубке. Удивлённо мы повернулись к этому зверьку и уставились на его миниатюрную милую мордочку. Он смотрел на нас — мы смотрели на него. Искра, буря. Как оказалось, это был лишь кролик, но очень крохотный: настолько крохотный, что целиком мог поместиться в мою ладонь.

«Пи», — вдруг эта кроха издала умилительный звук и зарылась обратно в толщу снега.

Когда гуд пропеллеров стих, дева проверила обстановку над нами, снова ухватила меня за руку и продолжила вести в неизвестную мне сторону леса.

”В снегу лежать было теплее!..“ — мысленно гневался я на суровый климат. ”Неужели этот катаклизм и правда затронул каждый уголок планеты?..“

***

За несколько часов ходьбы мы смогли продвинуться, вероятно, на двадцать или двадцать пять километров. Понимать, что я являлся балластом, мешающим нам нормально передвигаться, было ужасно, однако я уже ощущал, как мышцы в моих самодельных ранах вовсю стягивались

Всё это время я замечал лишь громадные многовековые дубы, сплошь усыпанные снегом, но вскоре мы вышли к другому дереву. Это была ива, но необычная: листья на её свисающих ветвях источали слабый голубоватый свет, а на земле под ней не было ни песчинки снега. Казалось, будто раньше я уже видел это дерево.

”Оно светится, как та вода из моего сна...“

Мы остановились под этой ивой, расположившись у ее ствола. Мы оба сильно устали от непрекращающегося передвижения.

Ранее светло-белые тучи на небе потускнели и стали серыми, а птицы стали летать ниже над землёй. Эти два признака означали приближение метели.

«Скоро начнется снегопад...» — устало утвердил я.

«...Знаю...» — выдержав некоторую паузу, ответила девушка. «Нам придется остаться тут, иначе оба окажемся погребёнными в вечную мерзлоту.»

Какое-то время спустя я потянулся за грибами в свой рюкзак, но вместо них в нём лежал один пузатый пушистый кролик.

«Что?..»

«...Пха... Аха-ха», — засмеялась моя спутница, заглянув в мой рюкзак и вытащив из него этого маленького, но тяжёлого крольчонка. «Маленький везунчик, ты съел целый год работы!»

«Очень смешно... Сейчас этого везунчика съем я!» — недовольно восклицал я, на что девушка, защищая крольчонка, прижала его ближе к своей груди. «Ах... Сколько еще нам идти до твоей деревни?..»

«...Около тридцати километров», — устало ответила она, поглаживая крольчонка.

Есть этого кролика не было смысла, ведь он слишком мал и худощав, но провианта у меня больше не осталось. Раздобыть пищу в таких условиях было невозможно, ведь все животные маскировались под окружающую среду. Вероятно, что и наш автомат был громким, а возможности проверить этого у нас не было, ведь на звук выстрелов могут сбежаться хищники или прилететь дроны.

Осматривая местность вокруг, я вглядывался в светящиеся листья ивы.

«Почему эти листья светятся?»

«...О чём ты?..» — вопросила она, оглядывая иву. «Разве эти листья не белые? Они ведь не светятся...»

”Белые? Но они светятся какой-то голубизной... Неужели она не видит это?..“

В стволе этого дерева тянулись множества тонких тускло светящихся канальцев, идущих то ли к кроне дерева, то ли в землю.

Хотя вся земля была твердой из-за мороза, под нами она почему-то проседала и была более рыхлой.

«...Что ты делаешь?..» — как будто к безумцу обратилась моя спутница, и ее можно было понять, ведь я своим обломанным ножом начал копать мягкую землю, куда уходили мерцающие «капилляры».

Постепенно выкапывая всё больше и больше этой холодной земли, нож воткнулся во что-то очень мягкое и вязкое. Найденная мной находка оказалось не золотом, но близкой к его стоимости вещью — это был гриб-зимёнушек.

Теперь я усомнился в его подлинной ценности.

Сквозь маску девушки ощущался прикованный к грибу шокированный взгляд, но не сказав ни слова, она поникла на свои колени.

Я протёр этот гриб от прилипшей сухой земли своими бумажными салфетками и разломил его на две части, протянув одну половину расстроенной деве.

«Съешь или не съешь, мне не важно. Этот гриб нашёл не какой-то примат, а я — человек.»

«...Я бы с этим поспорила...»

Эта девушка всё же прекратила мяться. Она открыла свою сумку и протянула её мне со словами:«Я все равно не понимаю: человек ты или кто ещё. Клади сюда зимёнуш...»

Сделав, как мне было велено, она положила сумку на колени перед собой, уткнулась в нее лицом и только тогда сняла маску. Тихо почавкивая и хрумкая, она медленно поедала этот гриб.

«Боишься показать мне лицо?»

«...Не в этом дело», — с набитым ртом она недовольно отвечала. «Я не такая, как ты... Да почти все люди не такие, как ты. Ты можешь ходить без защиты на лютом морозе, а обычным людям без необходимой одежды достаточно побывать на нём всего пять секунд, чтобы лишиться жизни...»

”Хм?.. Этот мороз действительно жесткий, но не такой уж и смертельный... Хотя она сказала, что не все люди такие как я. Значит ли это, что я не один обладаю мега-иммунитетом?“

Тучи над нами потемнели и пошел снегопад. Эта метель была не такой сильной, как этой ночью, однако спустя всего десять минут после её начала нам начали слышаться жужжания пропеллеров. Снегопад для этих дронов, по всей видимости, довольно опасное явление, раз они стали улетать отсюда всей своей оравой.

Клочок земли под этой ивой был очень странным. За всё время, пока мы находились под ней, ни одна снежинка рядом с нами не смогла пролежать на земле даже секунду. Попадающий в пространство этого дерева снег бесследно исчезал, а затем листья и мерцающие канальцы в стволе ивы обретали более яркий оттенок. Подобное я уже видел в своем сне.

Ещё пару раз попытавшись отыскать хотя бы один гриб, у меня ничего не получилось, поэтому я уселся около дерева и начал копошиться в своих мыслях и воспоминаниях, разбирая по полочкам нужную и лишнюю информацию.

”А это ещё что?.. Что-то касалось меня, пока я спал? Этот рёв... Неужели эти гиганты оберегали меня в ту ночь?..“ — удивился я одному воспоминанию, хранящемуся в моем подсознании. Тогда, во время сна, моё тело находилось в чем-то мягком и теплом. ”Ха-ха... Действительно хранители.“

Всё, что однажды было мной увидено, услышано или почувствовано, записывалось в мою память, и я мог воспроизводить эти воспоминания в своем воображении, даже вплоть до ощущения прикосновений, вкусов и запахов.

***

Снегопад кончился только спустя несколько часов, скорее всего в обеденное время. Определить, какой тогда был час, мне не предоставлялось никакой возможности, ведь у меня не было с собой ни часов, ни телефона. Конечно, я захватил с собой свой сенсорный телефон, однако он был разряжен и не подавал никаких признаков жизни.

Определившись с маршрутом, мы вновь выдвинулись в путь. К этому моменту мои раны зажили, и я стал передвигаться самостоятельно. Признаться, я ожидал какой-то интересной реакции этой девушки на мои залеченные раны, но так её и не дождался.

Дорога выдалась долгой. Не обошлось и без встреч с дикими животными. Хотя девушка была готова к обороне, звери держались от нас на расстоянии, словно чуя угрозу от автомата, который я держал в руках.

«...Стой», — обратилась ко мне моя спутница. «Дай мне свою накидку. У нас не принято носить чёрно-белые прикиды.»

«Мх...» — недовольно пробурчал я, снимая свой плащ. «Далеко ещё до твоей деревни?..»

«...Километр», — ответила она, разрывая мой плащ на куски. «Когда стража у врат попросит твое удостоверение, скажи, что «ходоки» разорвали его, а я покажу эту ткань и скажу, что убила их.»

Зачитав мне инструкцию, мы продолжили идти. Пройдя ещё километр, я так и не увидел намеков на возможные границы этой деревни.

«Мы, случаем, не сошли с пути?» — настороженно и недоверчиво вопросил я, но дева ответила:«Нет», — и, пройдя ещё метров десять вперёд, растворилась в воздухе.

«А?!» — шокировано воскликнул я. «Что случилось?!»

«...Не кричи так громко и иди сюда», — из пустоты мне ответил голос моей исчезнувшей спутницы.

Настороженно подойдя к месту, где кончаются её шаги, я вгляделся в пространство, на входе в которое исчезла моя спутница. В воздухе, на этом месте, было слабое мерцание, будто от старого телевизора.

Я вытянул руку вперёд, и тогда моя кисть растворилась в воздухе, хотя я по-прежнему ощущал её и мог двигать ею. Перешагнув сквозь эту непонятную мерцающую стену, далеко впереди предстала высокая, длинная стена и врата, стоящие в колоннах с узорами обезьяньих лиц.

«О... Ого... Как такое может быть?..»

«...Я бы переадресовала этот вопрос тебе», — отвечала появившаяся девушка, шагавшая к вратам, около которых стояли четыре стражника в таких же белых костюмах обезьян.

Не смотря на то, что с неба внутри этого барьера шёл снег, на земле его не было. Точно такая же картина была и под ивой. Но была у этого места ещё одна удивительная черта: здесь не было ни холодно, ни жарко.

«...Кто идёт?» — вопросил один из стражников, на что девушка сняла на пару мгновений свою маску, и, достав из сумки свое удостоверение, протянуло его стражнику. «С возвращением, мисс Анелия. Кто этот человек, и почему он без одежд?»

«Эм, извините за вторжение. Я нарвался на «ходоков», а Ане... лия помогла мне отбиться от них, но мой паспорт... Его разорвали», — подходя к вратам, я постарался как можно более правдоподобно объясниться перед стражником. Хотя не уверен, что всё-таки мне удалось подавить всю жеманность в своем голосе.

«...Что?..» — с непониманием выдыхал стражник.

«...Ах, он имеет ввиду удостоверение! Это такой диалект!.. О-он просто из кочующих переселенцев...» — догадавшись, что хотел уточнить стражник, Анелия успела перебить его и всё объяснить, попутно доставая из сумки куски моего плаща. «Вот, я убила двух преследовавших его ходоков... Ох!» — панически вздохнув, она выхватила из моих рук автомат и передала его стражнику. «Это мы тоже забрали у них.»

Страж перенял из рук Анелии автомат и порванную черно-белую ткань, стражник начал разглядывать их, а после, кивнув своим товарищам, махнул рукой в сторону врат и те начали открываться.

Как мне показалось, система защиты этой деревни была не проработанной, ведь эти стражи даже не проверили наши рюкзаки, но все же нам с мисс Анелией это было лишь кстати.

«...Я проведу этого человека на проверку и аттестацию, а Вы возвращайтесь в свой дом. Ваша мать подала Вас в розыск уже четыре раза», — высказал стражник, шагая спереди нас.

В детстве я часто бывал в деревне у бабушки с дедушкой. Большинство домов в ней было сделано из самана и дерева; дорог, покрытых асфальтом, вовсе не было, и на всю их деревушку приходилась лишь пара бытовых и продуктовых киосков. Сравнивая деревню, в которой я бывал, с этой «деревней», я никак не мог понять, кто додумался назвать этот город именно так.

Высокие красивые каменные дома; дороги, покрытые чем-то похожим на асфальт; большое количество магазинов: продуктовых, бытовых, одежды, механики. Тут даже были парки развлечений с аттракционами! И самое главное — это всё было увидено мной лишь по пути в место, где я должен был пройти некую «проверку и аттестацию».

Некоторое время Анелия шла вместе с нами, но в один момент остановила меня и шёпотом сказала:«Они будут испытывать тебя, так что держись...» — на что я кивнул и продолжил идти вслед за стражником, а она свернула на другую улицу.

Так как уже был вечер и небо темнело, страж спешил быстрее избавиться от меня. Сказав что-то другому стражу около входа в какое-то огромное здание и ничего не объяснив мне, он ушел в обратном направлении.

«...Пройдите за мной», — сказал тот стражник, которому ушедший что-то нашептал.

«Хорошо...» — повиновался я ему. «Можно спросить? Что эта проверка и аттестация собой представляет?»

Проигнорировав меня, страж открыл двери в здание и пошел прямо по его коридору, в конце которого находилась дверь, в которую он постучал пять раз и встал сбоку от нее.

«...Входите», — послышался из-за двери чей-то старческий голос.

Тут же отворив эту дверь, стражник вошёл в помещение и встал справа от входа.

«Здравствуйте?..»

«...Проходи, юноша», — обратился ко мне сидящий в кресле седой мужчина, указывая на кресло напротив его рабочего стола. «Присаживайся сюда.»

Как только я присел на это кресло, стражник позади меня схватил мои руки, положил их на поручни моего кресла, и в один миг все мои конечности и туловище оказались скованными в металлические кандалы. В этот момент по всему моему телу пробежал обжигающий огонёк, и меня начало клонить в сон.

«Хах...» — с усмешкой выдохнул я. «Такого гостеприимства я и ожидал.»

«...Не подумай, это лишь меры безопасности», — высказал пожилой мужчина. «Видишь ли, мы действительно редко проявляем скептицизм в отношении наших гостей, но вы довольно необычный человек, поэтому-то мы были вынуждены прибегнуть к таким мерам», — он махнул рукой стражнику, после чего тот обрезал лямки моего рюкзака, отнес его этому мужчине и вышел из помещения. «Я уже осведомлен о вас, и знаю о всех достижениях вашего с нашей девочкой похода. Я знаю всё в самых мельчайших подробностях, но... Я не понимаю, кем ты всё-таки являешься...»

Самостоятельно вытащив из моего рюкзака все мои удостоверения, он надел очки и начал изучать мои данные. Множество раз его лицо меняло свои выражения, после обретая спокойный, уравновешенный вид.

«...Паспорт: Форкинг Явен Александрович, 2027 год рождения... Ксива: «Холодок». Сведения: в пятнадцать лет оказался в зоне поражения ядерного оружия, иммунная система мутировала в сверхиммунную, с 2042 года является преемником генерального директора — Мельникова Андрея Андреевича — легализованной организации «Холодок», вторичное название «Х-Д-К...» — изредка поглядывая на меня, он зачитывал вслух мои удостоверения, и в итоге положил обе бумаги на стол. «Ах... Святая Евангелина... Можете ли Вы, мистер Явен, доказать всё написанное тут?..»

«Смотря как меня потребуют сделать это...» — уверенно, но устало ответил я ему. «Объяснить не проблема. Проблема в том, сможете ли вы поверить в это.»

Вскочив с кресла, этот старик подошёл к шкафу справа от меня, достал от туда не видную мне икону и стал рассматривать её.

«...Мне уже семьдесят лет, и за всю свою жизнь я видел многое. Я даже смог застать время, когда на нашей планете обитали боги, но... Теперь я убежден: боги не покинули нас», — импульсивно говорил он. «Пятьдесят лет назад наша богиня Евангелина поведала мне единственному все тайны своего пророчества, и все эти пятьдесят лет я жил в ожидании твоего прихода...»

«А?.. Что Вы имеете ввиду?..»

Поставив икону обратно, старик развернулся и подошёл ко мне.

«...Скажите, Вас ведь зовут Явен де Эворития-Форкинг?!» — повысив голос, прокричал он мне, словно психопат.

«Гх, Вы же видели данные моего паспорта...» — попытался я уйти от ответа, но мужчина настойчиво ждал моего ответа. «Даже если я скажу «да», это что-то изменит?..»

«...Неужто... Это не сон?.. Не верю... Я не верю своим глазам...» — его до этого серые глаза распахнулись, залились блестящим светом, и он припал рядом со мной, удерживаясь руками за мое кресло. Его глаза бегали по моему лицу и сверлили всего меня своим взглядом. «Наконец-то это случилось! Ваше пророчество сбылось, моя Госпожа!!!»

Он схватился за свою голову обеими руками стал восторженно кричать, словно в приступе безумия. «Дитя, ты — наше благословение, наше спасение! Всё проверено, доказано!» — продолжал он кричать, хватаясь за мои руки, а я, шокированный, всего лишь наблюдал за этим. Постепенно моя фокусировка терялась и всё мутнело. «В твою кровь впрыснулась смертельная доза пламенного эфира, а ты даже не чихнул!»

”А... Так эти оковы сделали мне инъекцию... Вот значит почему я теряю сознание...“ — стал я осознавать произошедшее, однако надолго меня не хватило.

За считанные мгновения после этого мой рассудок опустел и я отключился.

————————————————————