Единомышленники.

*шииик*

Как только красный кусок мяса коснулся раскаленного камня, раздался аппетитный звук, от одного которого текли слюнки.

Маленькая рука, положившая первый кусок, едва закончив с «открытием сезона», начала быстро и ловко выкладывать остальные ломтики на каменную плитку.

— ...

Мясо постепенно подрумянивалось, распространяя манящий аромат, а капающий жир аккуратно стекал в одну сторону по желобкам, выбитым в камне.

Несмотря на полумрак, пара глаз, сиявших золотом, завороженно наблюдала за процессом жарки.

Дакия невольно сглотнула слюну, но тут же, осознав это, замотала головой из стороны в сторону.

Кое-как оторвав взгляд от еды, она осторожно подала голос:

— ...А нам точно можно вот так сидеть?

— И почему же нам нельзя? — весело отозвалась Джамель.

Она напевала под нос какую-то мелодию, не прекращая споро выкладывать мясо. Едва первый кусок начал подгорать, она ловко перевернула его и продолжила:

— Если подумать, мы свою работу уже выполнили! Сама посуди, Дакия! Зачем мы остались в первых рядах и так тяжело сражались со жрецами Либератио? Ой! Секунду! Говядина же сгорит. Так, первый кусочек я уступаю тебе! Живее, ешь! Оно самое вкусное, когда только-только с огня. Ну же!

Дакия хотела было отказаться от куска, который Джамель бесцеремонно подпихивала ей, но после ожесточенной битвы ее рот и тело оказались слишком честными.

Стоило мясу проскользнуть между разомкнутых алых губ, как его вкус на мгновение заставил мысли девушки помутиться.

Это было более чем вкусно.

Дакия начала было старательно пережевывать мягкое, теплое мясо, как вдруг спохватилась.

Увлекшись едой, которой ее попотчевала Джамель, она непозволительно для себя потеряла нить разговора. Хотя у нее была веская причина завести его.

— Джамель.

— М-м? Что-о?

Голос Джамель, которая, словно только того и ждала, запихнула в рот сразу целую гору мяса, звучал неразборчиво — звукам приходилось пробиваться сквозь набитые щеки.

Дакия посмотрела на то, как Джамель, даже не прожевав старое, уже выкладывает на камень новые порции, и на секунду задумалась: а не зря ли она вообще пытается с ней серьезно поговорить?

Однако сказать это было необходимо.

Даже если перед ней сидит Джамель, набивающая рот едой, словно бурундук.

— ...Не лучше ли нам выйти, найти жреца Марнака и присоединиться к нему?

Глоть

Услышав вопрос, Джамель разом проглотила всё, что было во рту, и решительно затрясла головой.

— Я и раньше хотела тебе сказать, но, по-моему, мы сделали всё, что должны были! Ой! Только не смотри на меня так! По глазам вижу — опять думаешь, что я несу чепуху? Но ты просто послушай! Как только дослушаешь, ты со мной полностью согласишься.

Это звучало крайне неубедительно. Дакия тихо вздохнула и отправила в рот еще один хорошо прожаренный кусочек. Мясо и вправду было невероятным.

*— ...ладно, я слушаю*

— Вот и славно! Итак, давай вспомним: зачем мы остались и сражались со жрецами Либератио?

Джамель поспешила сама ответить на свой вопрос, боясь, что Дакия скажет что-то непредвиденное.

— Чтобы выиграть время! Чтобы жрец Марнак смог осуществить то, что задумал! И вот, пока мы изо всех сил бились, пространство схлопнулось. А когда мы, взявшись за руки, вывалились в центре столицы, что мы увидели? Как наставница жреца Марнака сражается с тем жутким пророком! Всё идет по плану! И что это значит?

На маленьком лице расплылась довольная ухмылка. Джамель весело погрозила пальцем в воздухе.

— Это значит, что жрец Марнак уже захватил всё, что хотел, строго по плану! А раз цель достигнута, что нам остается делать?

Дакия промолчала. Джамель, которой ответ и не требовался, затараторила дальше:

— Мы должны следовать указаниям, которые жрец Марнак давал нам снова и снова, когда поручал эту операцию! А именно: «Ни в коем случае не подставляйтесь, и если почуете опасность — бегите когда угодно». Вот его приказ! И ты, Дакия, честно говоря, прекрасно поняла волю жреца, раз спряталась со мной здесь, в подвале этой пустой мясной лавки. Разве нет?

Джамель потянулась палочками к камню, чтобы перехватить кусочек и перевести дух.

Тюк

*— ...а*

Однако на раскаленном камне не осталось ни единого кусочка.

Джамель ошарашенно подняла голову и увидела Дакию, которая что-то усердно пережевывала.

Увидев это, Джамель задрожала всем телом, а затем возмущенно вскрикнула:

— Если съела, надо было новое положить! Так же мясо кончится! Это подло! По-настоящему подло! Как ты могла заставить меня говорить, а сама втихаря всё сожрать? Я от тебя такого не ожидала!

От этой резкой критики щеки Дакии вспыхнули пунцовым. Пока она слушала рассказ, она и вправду брала по кусочку, но когда пришла в себя, оказалось, что она в одиночку опустошила всю жаровню.

— ...Я... я сама теперь пожарю.

— Разумеется! И клади побольше! Теперь-то я вижу, что ты ешь за двоих!

В этот момент из колышущейся на полу тени вынырнул человек.

Жизель поставила на пол корзину, полную свежей зелени, прихваченной в соседней лавке, и присела между Джамель и Дакией.

Она на мгновение зажмурилась, вдыхая витающий в комнате аромат жареного мяса, и тонко улыбнулась.

— Ах, какой запах.

Джамель, не отрывая взгляда от новой порции мяса на огне, спросила:

— Как там снаружи?

Жизель невозмутимо стянула кусочек, который еще даже не дожарился, и ответила:

— Да всё так же. В центре города два монстра мутузят друг друга, а барьер вокруг столицы всё еще стоит. Впрочем, рано или поздно всё как-то разрешится.

— Понятно. А жреца Марнака случайно не видела?

Жизель покачала головой, укладывая на лист салата сразу два куска мяса.

— Нет. Но я примерно догадываюсь, чем он сейчас занят.

— Догадываетесь? — Дакия отвлеклась от готовки и посмотрела на Жизель.

Та отправила в рот огромный сверток из салата и мяса, после чего пожала плечами.

— Если Марнак не лезет в драку, которая идет прямо под носом, ответ очевиден, нет? Либо ищет нас, либо помогает выжившим, которых встретил по пути. С его характером он не сможет просто пройти мимо тех, кого можно спасти, приложив хоть немного усилий.

«Я бы на его месте и пальцем не пошевелила», — подумала Жизель. Для нее Марнак был человеком на удивление предсказуемым.

Тот, для кого собственные дела всегда в приоритете, но кто не может отвести взгляд от невинных страдальцев, как только со своими заботами покончено.

Одновременно крайне эгоистичный и невероятно альтруистичный человек. Жизель до сих пор не понимала, какая из этих сторон в нем настоящая.

Она была уверена, что прямо сейчас Марнак где-то в этом городе вовсю трудится, совершая поступки, на которые она сама бы никогда не решилась.

«Но именно потому, что он такой предсказуемый, ему можно доверять».

Пока Жизель готовила новый сверток с мясом, Дакия твердо произнесла:

— Как только доедим это, мы идем искать жреца Марнака, чтобы воссоединиться.

Жизель легонько пнула свою большую корзину и коротко бросила:

— Я еще десерты прихватила из пустой пекарни неподалеку. Их что, есть не будем?

— ...

Наступила недолгая тишина. Дакия, чуть помедлив, тихо ответила:

*— ...их съедим по дороге*

Она всё еще была голодна. Причем весьма сильно.

Синяя линия прочертила воздух, и тело монстра развалилось на две части, разрубленное по диагонали.

Несмотря на то что я одним ударом располовинил тварь, я не расслаблялся. Как я уже видел, эти существа обладали жуткой регенерацией.

— Кха-а-а-а-ак!!!

Похоже, превратившись из человека в чудовище, этот парень растерял все навыки речи — теперь он только издавал истошные вопли.

Я хладнокровно перехватил верхнюю часть его туловища, которая пыталась ударить меня ошметками окровавленной плоти, и с силой впечатал ее в мостовую.

*хрусть*

Отделенная нижняя часть монстра попыталась потихоньку уползти сама по себе, поэтому я вонзил Отчаяние прямо в его ноги, пригвоздив их к земле.

— Кхе-хе-хе-ек!!!

Я несколько раз приложил кулаком верхнюю половину твари, надеясь, что она заговорит, но чуда не произошло.

— Неужели и правда не можешь говорить?

*— кхе... кхе*

В нынешнем монстре не было того ощущения, которое я испытал при первой встрече с ним. Того самого зловещего предчувствия.

Сейчас он казался скорее каким-то причудливым диким животным.

Причин оставлять его в живых не было.

Я сжал кулак и размозжил ему голову, превратив ее в кашу.

Стоило голове превратиться в месиво, как дергающаяся на мече нижняя часть тела тоже затихла и обмякла.

Честно говоря, странное строение. Голова уже отделена, но пока я ее не уничтожил, ноги продолжали двигаться. Как вообще устроено это тело?

Я выдернул Отчаяние, торчавшее в земле словно вертел, и направился к пролому в стене, чтобы проверить, в порядке ли та женщина, которую я недавно отшвырнул подальше.

— Хм?

Но женщины, которую я точно помнил, куда бросал, и след простыл.

Впрочем, если подумать, она ведь человек о двух ногах — наверняка просто сбежала.

На всякий случай я оглянулся, но разрубленная туша кровавого монстра с размозженной головой по-прежнему лежала там.

Для начала стоит забрать это с собой и вернуться к Десперасио. Будет нехорошо, если я оставлю его здесь, а он возьмет и оживет.

Тащить это в открытую — значит распугать всех встречных, поэтому я огляделся в поисках чего-нибудь подходящего. Как раз под руку попалось одеяло.

Я соорудил из одеяла подобие мешка, засунул туда части монстра и закинул ношу на плечо.

С беглым монстром покончено.

Я пошел назад по своим же следам, и вокруг по-прежнему царила мертвая тишина.

Неужели Десперасио приказал своим людям эвакуировать всех на другие этажи?

Я добрался до места, где его впечатало в стену, но он, обещавший догнать меня, как только придет в себя, исчез без следа.

Что за игры в прятки.

Тишина была настолько гнетущей, что казалось, будто в этом огромном здании я единственный живой человек.

И куда мне теперь?

Лично мне хотелось бы поскорее закончить здесь и найти Дакию с остальными. А этот придурок Десперасио вечно пропадает, когда он нужен. Где мне его искать?

К счастью, прежде чем я успел всерьез озадачиться, Десперасио обнаружился сам.

*бах! бах! бах! бах*

Внезапный грохот разорвал кладбищенскую тишину.

— А-а-а-а-а!

Он бежал по коридору в мою сторону с истошным криком, а затем внезапно кувыркнулся вперед, будто споткнувшись.

Тут же пол в том месте, где он только что стоял, с грохотом проломился, и оттуда вырвались щупальца из красной плоти, круша всё вокруг.

Десперасио пытался уйти от ударов, перекатываясь по полу, но не успел выбраться из зоны поражения. Мощный удар щупальца отбросил его, и он с силой врезался в стену.

— Кх...

Издав болезненный стон, он огляделся и, заметив меня с узлом на плече, засучил ногами по полу, отчаянно взывая о помощи:

— Я сейчас умру! Жрец Марнак! Я покойник! Серьезно! Помогите же скорее!

Соблазн оставить его подыхать был велик, но мне нужно было выяснить, что это за новый монстр.

*бам*

Я скинул узел на пол, рванулся вперед и в последний момент оттащил Десперасио в сторону — ровно за мгновение до того, как кровавое щупальце разнесло место, где он только что лежал.

— Ха... Еще бы секунда, и я бы отправился на тот свет.

— Я только что одного прикончил, а это еще что такое? — я кивнул на мешок с останками.

Десперасио бросил взгляд на узел, но, кажется, не особо удивился и быстро заговорил:

— Похоже, эта тварь успела отложить немало яиц.

— Яиц?

— «Яйца» — это скорее метафора. Проще говоря, он превратил других людей в некое подобие себя. Всё-таки, даже будучи «отбросом», он был частью Сосуда бога, так что способности у него прескверные.

Я снова выхватил Отчаяние.

— Что будет, если убить основное тело?

— Точно не знаю. Я и сам сегодня впервые вижу эту тварь...

Огромное щупальце, пошарив вокруг в поисках Десперасио, медленно скрылось в дыре в полу.

— Тогда что вы вообще знаете?

— Ну, я примерно представляю, что это за монстры сегодня вылезли.

*— ...в каком смысле*

Десперасио протянул руку, словно прося помочь ему подняться. У меня не было ни малейшего желания проявлять подобное благородство, так что руку я не подал.

В итоге он встал сам, отряхнулся от пыли и произнес:

— Эти недоделанные монстры — своего рода осколки возможностей, способные стать чем угодно. Проблема в том, что из-за нарушения процесса всё это хлынуло обратно в первозданном, «сыром» виде.

Я почувствовал, как к нам приближается нечто, пропитанное густой жаждой крови.

— Говорите короче. Что-то идет.

Десперасио поправил треснувшую синюю маску.

— Проще говоря, из-за сегодняшнего ритуала и кровавого дождя скопившаяся злоба невинно убитых людей смешалась с силой и осколками Сосуда бога. Так родились эти твари. Сейчас они, скорее всего, просто ненавидят всё, что попадается им на глаза. Наверное.

— Способ решения?

— Хм. Прямо сейчас его нет. Но если вы их как-нибудь усмирите и дадите мне немного времени на наблюдения, я смогу найти ответ.

Значит, придется снова валить их силой.

Едва Десперасио закончил фразу, как из дыры, откуда вылезало щупальце, выскочил гуманоидный монстр с телом цвета запекшейся крови и предстал перед нами.

Эта тварь, похожая на красный холодец, не имела ни глаз, ни носа на гладком лице. Она молча переводила «взгляд» с меня на Десперасио.

Я интуитивно понял: это тот самый монстр, которого я встретил первым.

Только теперь он стал заметно крупнее и мощнее.

Монстр медленно поднял палец, указывая на Десперасио, и обратился ко мне:

(( Отдай... его... мне... ))

Его навыки речи заметно улучшились по сравнению с первой встречей. Я сделал шаг вперед и покачал говолой.

— Нет.

(( Мне... тоже... не нравится... ))

Услышав это, Десперасио спросил меня:

— Вы что, сейчас с ним разговаривали?

— Вы разве не слышали, как он потребовал выдать вас ему?

— Я слышал только какое-то рычание...

Значит, как и в случае с Кадишо, никто больше не понимает его слов?

Хотя он говорит вполне отчетливым голосом.

— Просто стойте сзади. Похоже, ему нужны именно вы.

— Слушаюсь. Ха-ха, как только жрец Марнак стал союзником, я еще никогда не чувствовал себя в такой безопасности!

Несмотря на то что Десперасио попятился назад, монстр не спешил нападать. Он просто пристально смотрел на меня. Я качнул синим мечом.

— Нападай.

Кровавый монстр медленно покачал головой.

(( Не хочу... драться... с сородичем... ))

А затем он задал вопрос, в котором звучало искреннее недоумение:

(( Почему... ты... мешаешь мне... своему... сородичу...? ))