В просторной комнате стояла старая кровать. И хотя время изрядно подточило её, было видно, что мебель создана умелым мастером, вложившим в работу всю свою душу.

Остальные предметы в комнате, хоть и были качественными, не представляли собой какой-то исключительной редкости.

Обстановка казалась слишком скромной для опочивальни правителя целой страны. Именно здесь император Северной империи обратился к своему давнему другу:

— Завтра ты можешь отдохнуть.

— Ваше Величество! Что вы такое говорите?!

Солдос Гарандибальт, верный телохранитель и мастер меча, почувствовал, как земля уходит у него из-под ног от крайнего изумления.

Сейчас, когда все вокруг шептались о возможных происшествиях в день турнира, император заявлял, что не возьмет с собой личную охрану.

— Это решение совсем не в вашем духе!

Пока старый друг негодовал, пожилой император с невозмутимым видом продолжал смотреть в окно.

— Разве у меня мало других охранников?

— Вы же понимаете, что дело совсем не в этом!

— Ты слишком взбудоражен. Выпей чаю, и тогда продолжим.

*дзынь*

Солдос залпом осушил чашку и с громким стуком поставил её на стол.

Старый император, наблюдая за ним, медленно протянул руку и сделал глоток своего уже остывшего чая.

С точки зрения этикета поведение Солдоса было крайне дерзким, но сейчас он говорил не как подданный, а как старший брат, оберегавший императора с самого детства.

Лицо Солдоса стало ещё мрачнее, он в упор посмотрел на названого брата.

— Почему ты вдруг стал так себя вести?

Старый император с томным видом наслаждался лучами солнца.

— Не понимаю, о чем ты.

— Не прикидывайся! Хоть я и отошел от дел, не думай, что я ослеп и оглох. В последнее время у тебя появилось слишком много секретов от меня!

Солдос отчитывал его с тем же выражением лица, что и десятки лет назад. Глядя на него, император подумал, что время совсем не коснулось друга.

Неужели достигнув мастерства, человек перестает стареть? Сам император под гнетом лет превратился в совершенно другого человека.

Хотя, если попытаться вспомнить, каким он был раньше, всё казалось зыбким, словно скрытым в густом тумане. «Как бы я поступил тогда на своём месте?»

Старый император не находил ответа. Те события остались в слишком далеком прошлом.

Именно поэтому ему было так приятно видеть гнев Солдоса — точно такой же, как в их юности. Это было похоже на встречу с давно забытыми воспоминаниями.

На его морщинистом лице проступила улыбка.

— Правителям по статусу положено иметь много тайн.

— Я сейчас не в игрушки с тобой играю! Я говорю о том, что завтра ты можешь быть в опасности! Отмени приказ! Умоляю!

Несмотря на то что Солдос уже почти молил его, на душе у императора было спокойно как никогда.

Будь он моложе, он наверняка бы сдался под напором такой искренней преданности друга.

Было ли это признаком зрелости или старческого маразма, затуманившего разум? Сам император не мог ответить. В конце концов, истинную оценку поступкам всегда дают другие люди.

Самооценка — вещь пустая и бессмысленная, она всегда полна искажений.

Поэтому он и сам не знал, прав он сейчас или ошибается.

— Солдос.

Услышав своё имя, Солдос просиял, поверив, что его слова наконец достигли цели.

Император улыбнулся, глядя на друга, чьи мысли всегда были как на ладони.

— Завтра отдыхай дома. Это приказ твоего императора.

Голова Солдоса бессильно опустилась. Император отвел взгляд и снова посмотрел в окно.

Его решение, принятое после долгих раздумий, было тверже любой колонны в империи. Если план удастся, эта страна снова засияет в лучах славы.

Отпустив Солдоса, он медленно закрыл глаза под лучами полуденного солнца и прошептал:

— …Ради вечного величия этой империи.

***

*пси-и-ик*

Перли зашлась в свисте, используя откуда-то взявшийся свисток, чтобы привлечь к себе внимание. Когда все взгляды устремились на неё, она удовлетворенно улыбнулась.

— Ну, кто скажет, чем мы сегодня занимаемся? Угадаете — дам конфетку!

— Я! Я знаю! — Джамель энергично замахала рукой.

Перли с ухмылкой указала на неё.

— Давай, Джамель! Говори!

— Мы проводим предварительную разведку пути, по которому выдвинемся завтра!

— Верно! В точку! На, держи!

— Ух ты-ы!

Джамель с сияющим лицом развернула конфету и закинула её в рот.

Однако, покатав сладость на языке, она внезапно скривилась и возмущенно посмотрела на Перли.

— Фу, она же мятная! Я не люблю мяту!

— Ой, прости-прости! У меня сейчас только такие и были. В следующий раз дам получше.

Судя по лицу Перли, на котором не было ни капли раскаяния, мятная конфета была её маленькой каверзой.

Для участия в разведывательной операции собрались я, наставница Придия, Джамель, Жизель, Кадишо и Дакия. Вместе с Перли нас было семеро.

Терцио после тяжелой травмы фактически перестал быть боевой единицей, поэтому его в список не включили.

Мать официально не участвовала, так как Кадишо всё ещё не знала о её истинной сущности. Разумеется, на самом деле она была со мной, превратившись в руку у меня за пазухой.

Кадишо также не знала истинной цели миссии — возвращения священной реликвии, содержащей божественную силу Матери.

Она верила, что как жрец Церкви Сияния помогает нам уничтожать последователей злого бога.

В каком-то смысле это было правдой. А заодно мы спасали жизни граждан империи.

Согласно плану Перли, где-то в середине пути Кадишо должна была наткнуться на подходящего противника, который свяжет её боем.

Мне было немного неловко обманывать её, но от Кадишо нужно было отделиться при первой возможности.

Только когда она покинет группу, Джамель, Жизель, Перли и я сможем без опаски использовать силы злого бога.

Это не значило, что Кадишо была обузой. Напротив, как жрец Церкви Сияния, управляющая светом, она была нашей надежной опорой.

— Итак, сама операция начнется завтра утром, ясно?

Кадишо осторожно подняла руку.

Перли, прищурившись, взглянула на неё.

— Я вроде ещё не разрешала задавать вопросы!

— Если мы знаем логово последователей злого бога, почему не ударить прямо сейчас? Зачем ждать до завтра? И почему мы действуем одни? Если позволите, я могу связаться с местными жрецами, чтобы мы выступили сообща.

Это были вполне резонные вопросы. К счастью, у Перли всегда был готов ответ.

— Отличное замечание! В этот раз я объясню, но впредь не перебивай меня. Поняла?

Когда Кадишо кивнула, Перли тут же начала объяснение:

— Мы не атакуем сейчас, потому что, по моим данным, именно завтра утром они будут наиболее беспечны. Для такого элитного малого отряда, как наш, выбор момента — это залог успеха! Кхм-кхм!

Перли прочистила горло и хитро улыбнулась.

— Наверняка ты спросишь, почему нас должно быть так мало. Отвечу честно: я не доверяю людям! Я боюсь, что если мы начнем запрашивать поддержку, информация просочится наружу. Кто знает, где именно затаились «прихвостни злого бога»!

Перли обвела всех присутствующих цепким взглядом. Её взор задержался на мне, Жизель и Джамель.

Ик!

Джамель, будучи тем самым «прихвостнем», невольно икнула от этого взгляда. Кадишо, не зная подоплеки, посмотрела на Перли с легким недовольством.

— Ты не доверяешь жрецам? Всем известно, что в вопросах борьбы с культистами наши братья никогда не идут на предательство. Не так ли, Марнак?

Прежде чем я успел что-то вставить, Перли парировала:

— Я не доверяю не самим жрецам, а тем, кто их окружает! Даже если ты передашь сведения, жрецы не будут разносить их на словах, бегая по городу. Информация неизбежно пройдет через вторые руки, и если из-за этого наш план провалится, кто за это заплатит? Мы? Жрецы?

Перли выдержала паузу, собирая на себе всё внимание. Когда все замерли в ожидании, она торжественно произнесла:

— Нет! Погибнут невинные граждане империи! И я не могу игнорировать такую вероятность. Если из-за моей ошибки прольется кровь непричастных, я никогда не смогу смотреть людям в глаза!

Это была настолько проникновенная игра, что даже я, зная, что Перли меньше всего на свете печется о безопасности имперцев, почти поверил ей.

Кадишо же, не подозревая об актерстве, была явно впечатлена. В её глазах зажегся огонек уважения.

— Я и не думала, что ты так печешься о невинных. Раньше ты казалась мне просто легкомысленной бездельницей. Прошу прощения за свои слова.

Перли, удостоившись извинений от самой Кадишо, великодушно отмахнулась и энергично замахала руками.

На самом деле в её логике было полно дыр, но один пафосный спектакль сработал на Кадишо безотказно.

— Ну что, давайте сойдем на берег и продолжим разговор на ходу. Запоминайте дорогу! Сегодня мы идем шагом, но завтра придется бежать, так что не вздумайте заблудиться!

Мы последовали за Перли, которая так и спрыгнула с корабля. Поскольку завтра был день турнира, улицы города кишели суетливыми горожанами.

— Марнак, иди-ка сюда! Есть разговор.

Когда я подошел к ней, она, как обычно, расплылась в лучезарной улыбке.

— Ну что, наш дорогой Марнак, насколько ты готов к завтрашнему дню? А? А?

«Убей!!!»

Мать пришла в ярость от фразы «наш Марнак».

Я успокоил Мать легким похлопыванием по груди и спросил:

— О какой готовности идет речь?

Перли раскрыла одну ладонь, а пальцами другой изобразила бегущего человечка.

— Завтра скорость будет решать всё. Понимаешь, о чем я?

— Мы должны совершить быстрый прорыв?

— В точку! В точку! Те ребята тоже не дураки. Как только они начнут ритуал, они поймут, что я покопалась в их точках резонанса. И, конечно, они попытаются всё исправить. Время, которое потребуется Либератио на починку моих «пакостей» — это и есть наше окно возможностей! За это время «я» должна добраться до «сосуда»!

— Понял. Но в чем же тогда проблема?

Разве нельзя просто быстро прорваться? Зачем было звать меня отдельно? Перли продолжала загадочно улыбаться.

— Подумай сам! Появился враг. Что быстрее: если мы все вместе будем с ним сражаться, или если мы оставим кого-то одного прикрывать тылы, а остальные продолжат путь?

Только тогда я понял её истинный замысел.

— Вы хотите сказать, что завтра при каждой встрече с врагом мы будем оставлять кого-то позади, а сами продолжим движение?

— Именно! Именно! Поэтому я и спрашиваю заранее. Разумеется, я уже прикинула, кто и против кого сможет выстоять. Так что проблем возникнуть не должно. Победите — и догоняйте нас!

Я невольно нахмурился, не скрывая своего недовольства.

— А если ваши расчеты окажутся неверны и кто-то серьезно пострадает? Я против.

Я не собирался безучастно смотреть на то, как мои близкие подвергаются опасности.

Смысл возвращения реликвии был в том, чтобы сделать это всем вместе и остаться целыми.

Лицо Перли на мгновение стало серьезным. Она пристально посмотрела мне в глаза и медленно заговорила:

— Твои товарищи — не дети. Как долго ты собираешься опекать их, словно наседка? Неужели у тебя нет такого варианта, как «довериться» им? По сути, ты сейчас их оскорбляешь. Считаешь их бесполезными неумехами, которые не могут постоять за себя.

— Я не это имел в виду.

— Но звучит именно так.

— А я не против. — И я тоже!

Раздались два тихих голоса. Оглянувшись, я увидел Дакию и Джамель, которые незаметно подошли к нам сзади. Дакия сверкнула своими золотистыми глазами.

— Я всё это время упорно тренировалась именно для того, чтобы не быть обузой в нужный момент. Пожалуйста, поверьте нам хоть раз. Мы справимся.

— Точно! Поверьте мне, Джамель! Но… если можно, оставляйте меня не одну, а с кем-нибудь в паре, тогда я точно справлюсь!

Их появление было слишком своевременным. Я осознал, что вся эта сцена была заранее разыграна Перли.

Наверняка она подговорила их заранее. Эта лиса никогда не упускала нужный момент для выхода на сцену.

— Как и сказала Джамель, на всякий случай мы никого не оставим в одиночку! Минимум по двое! Конечно, кроме твоей наставницы. На таких условиях согласен?

— Эх.

Я тяжело вздохнул и кивнул.

— Хорошо.

Как только я дал согласие, я почувствовал мягкое прикосновение к своей груди. Опустив взгляд, я увидел Дакию, которая прижалась ко мне, преданно глядя снизу вверх.

*убе-е-е*

Мать забилась в негодовании.

Дакия, вопреки своему обычному поведению, обняла меня прямо посреди оживленной улицы и спокойно произнесла:

— Спасибо, что поверили. Я правда уверена, что справлюсь. В этот раз я докажу, что могу быть полезной.

— Мне не нужны доказательства. Дакия, ты и так отлично справляешься…

— Нет.

Дакия решительно качнула головой и посмотрела мне прямо в глаза.

— Я сама этого хочу.

В итоге мне пришлось сдаться. Я слегка похлопал её по спине, горько усмехнувшись.

— Если хоть немного пострадаешь, я буду очень злиться. Серьезно.

— Перли сказала, что если станет совсем опасно, можно просто отступить. Главное — выиграть время. Так что не волнуйся так сильно.

— Хорошо.

Когда Дакия отстранилась, на её месте замялась Джамель. Она робко поглядывала на меня и тихо спросила:

— А мне… мне тоже можно обняться? Если нельзя, то не надо!

*убе-е-е*

Мать внутри меня буквально извивалась от протеста.

В этот момент Перли, стоявшая рядом, подтолкнула Джамель в спину и прошептала:

— Просить прощения всегда легче, чем разрешения. И чур, после тебя — я!

Джамель, словно только этого и ждала, мигом влетела ко мне в объятия. Я похлопал её по спине, сощурившись на Перли.

— Вы что, уже и очередь установили?

— Ой, да ладно тебе ломаться, тебе же самому нравится!

— Нисколько.

Когда я наконец отстранил Джамель, Перли уже стояла передо мной, бесстыдно раскинув руки. Я, не раздумывая, развернулся к ней спиной.

— Лучше продолжайте вести нас.

Перли тут же вцепилась в мою руку.

— Какой ты злой только со мной! Меня тоже надо баловать! Надо!

— Чтобы вас баловали, нужно вести себя подобающе!

Наши громкие препирательства начали привлекать внимание прохожих.

Я фактически тащил Перли за собой.

— Да отпустите вы уже, пока я вас не выкинул! Люди же смотрят!

— Обними меня тоже!

— Хоть обкричитесь, не буду.

— Почему?! Тебе что, жалко? От тебя не убудет!

Я на мгновение замолчал, а потом негромко добавил:

— …Завтра, когда всё закончится, и если никто серьезно не пострадает — тогда и обниму.

Фиолетовые глаза Перли мягко сощурились.

Она ответила со своей привычной игривостью:

— Тогда к объятиям придется добавить еще и глубокий поцелуй, чтобы я осталась в выигрыше!

*убеееееей*

Мать вопила так, что казалось, её крик разносится по всем улицам Северной империи. Она явно считала, что лучше всем умереть, чем допустить такое.