— Кхек!

Кровь, которую Десперасио выплюнул из-под маски, потекла по трещинам разбитого фарфора. Я лениво наблюдал за этим зрелищем.

Интересно, умрёт ли он, если я просто перережу ему горло прямо сейчас? Или же он, будучи пророком Либератио, подготовил какой-нибудь фокус для спасения жизни, подобно куклам Перли?

Впрочем, ответ был один: нужно проверить лично, вонзив клинок в его шею.

— Довольно... — заговорил Десперасио как раз в тот момент, когда я собирался обрушить на него удар, умело вклинившись в ритм моих движений.

— ...Довольно неплохой выбор, как мне кажется.

Я, на мгновение погрузившийся в свои мысли, лишь спустя секунду осознал, что это был запоздалый ответ на мой ранее заданный вопрос.

— В каком смысле?

— Раз уж нам суждено работать вместе, разве не лучше иметь дело с тем, кто твёрд, как сталь, а не мягок, как соевый творог? Кхек!

Он снова зашёлся в кашле, выплевывая кровь, и тихо пробормотал:

— Вы настолько остры, что я даже немного опешил.

— У меня нет ни малейшего желания работать с тобой. Мои планы и так осуществляются, даже без твоего участия.

Строго говоря, это были планы Перли, но это не меняло сути.

— Разве не говорят, что две головы лучше одной?

— А ещё говорят, что у семи нянек дитя без глазу.

— Ох, вы ни в одном слове не уступите.

— Теперь я просто не вижу причин вам потакать.

Я сильнее сжал пальцы на его шее, сдавливая горло.

— Разговор окончен?

— Ещё нет, ещё нет! Погодите секунду.

После этой фразы Десперасио на мгновение затих, о чём-то напряжённо размышляя. Видимо, он быстро принимал решение, потому что ответ последовал незамедлительно.

— Если я предложу вам другие священные реликвии, находящиеся в распоряжении культа...

— И ты думаешь, я в это поверю?

— ...Разумеется, поверить в такое трудно. Честно говоря, те реликвии вне моей юрисдикции, и отдавать их по своему усмотрению мне было бы непросто. Как и в случае с той, что фигурирует в этот раз.

— И это всё, что ты смог придумать?

— Вовсе нет!

Он постучал по своей разбитой маске и негромко рассмеялся.

— Тогда как насчёт того, чтобы я указал вам регионы, где предположительно находятся другие священные реликвии? Считайте это моим жестом доброй воли.

— И почему же вы сами их не изъяли, если знаете места?

— Мы не знаем точного местоположения, поэтому до сих пор ищем. К сожалению, у Либератио нет способности безошибочно определять, где именно спрятана священная реликвия. Но ведь жрец Марнак — совсем другое дело, верно?

В этом он был прав. Со мной была Мать, так что если район будет определён, мне достаточно будет просто пройтись там вместе с ней, и вероятность успеха станет предельно высокой.

Но откуда этот парень узнал, что у меня есть такая способность? Словно прочитав мой взгляд через маску, он поспешил объясниться.

— Я просто сделал логический вывод. Вы находите и изымаете божественную силу из тех реликвий, которые даже мы, при всей нашей организации, не смогли обнаружить.

— Изымаю божественную силу?

— У нас тоже есть способы понять, цела реликвия или нет! Жрец, вы ведь уже поглотили шесть божественных сил. Если заберёте ту, что в столице Северной империи, их станет семь.

Меня пробрал озноб. Он знал точное количество поглощённых мною сил. По спине поползло неприятное предчувствие.

— Кто ещё знает об этом, кроме тебя?

— О том, что именно жрец Марнак методично собирает божественную силу? Пока только я. И о количестве оставшихся сил тоже знаю только я. Потому что эту информацию я получил от того, кому служу!

Тот, кому он служит... Это означало «Злого бога», обитающего в высших небесных сферах. Неужели слухи об этом уже распространились среди богов?

Или же, как в случае с «Трубачами Покоя», это известно только тем богам, которые проявляют интерес к Матери?

А может, исчезновение одного из «богов», спустившихся в Беатус, привлекло к себе внимание небес?

Голова пошла кругом. Смертному невозможно до конца познать дела небесные, так что, сколько бы я ни ломал голову, я не смогу ничего доказать.

— Как насчёт двух мест? — голос Десперасио прервал мои размышления.

— Двух мест?

— Одно — за то, что вы отпустите меня прямо сейчас. Второе — если жрец Марнак поможет остановить план Хабас. Итого я укажу вам два региона, где предположительно сокрыты реликвии.

— А если я потребую назвать оба места сразу?

Десперасио тихо хихикнул в ответ.

— Тогда вы выслушаете всё и тут же меня убьёте. Это было бы крайне неудобно для меня.

— Где гарантии, что ты не лжёшь об этих регионах?

Он коснулся пальцем того места на треснувшей маске, где должен был быть рот.

— Я не лгу. Если я солгу, сила моего «Слова» ослабнет. К тому же, я клянусь точностью информации именем того, кому я служу. Так что... может, вы всё-таки отпустите мою шею? Мне становится самую малость трудно дышать.

Я на мгновение задумался и принял решение.

— ...И где же находится первое место?

— Окрестности Эвертона в Южной империи! Где-то в тех краях.

— И где это?

Для меня, прожившего большую часть времени в Северном королевстве, название «Эвертон в Южной империи» ровным счётом ничего не значило.

— Это регион к юго-востоку от столицы Южной империи. Название я вам дал, так что можете купить карту и посмотреть сами.

— А если я приду туда, и там ничего не окажется?

— Всегда есть вероятность, что реликвию перенесли, но, судя по нашим ощущениям, она находится в том районе уже очень долгое время. Шанс того, что её там нет, крайне мал.

— Поклянись, что выполнишь обещание, когда всё закончится.

— Клянусь. Именем того, кому я служу.

Только после этих слов я наконец разжал пальцы и выпустил его горло.

— Кхе! Кхе-кхе!

Пока он откашливался, пытаясь прийти в себя, Лили, которая до этого держалась поодаль из-за моих угроз, мигом сократила дистанцию и бросилась к Десперасио.

— Ты в порядке?

— Достань платок из моего заднего кармана, пожалуйста.

— Хорошо.

Когда она протянула ему платок, он слегка приподнял край треснувшей маски и вытер лицо. Пока он приводил себя в порядок, Лили обрушила на меня всю свою ярость.

— Ах ты, паршивый ублюдок! Что мы тебе такого сделали, что ты так обращаешься с человеком?!

Я пропустил её крики мимо ушей, бросив в ответ лишь короткую фразу:

— А что такого сделали жители Беатуса, что им пришлось умирать в таких муках?

— Выбирай выражения! Это сделали не мы с Десперасио, а тот ублюдок, Улыбающийся герцог, по своей собственной воле! Мы лишь дали ему необходимые силы!

— То есть вы считаете, что на вас нет никакой ответственности?

— Нет, мы тоже в какой-то мере ответственны!

Лили рычала, сверля меня своими чёрными глазами.

— Но это не даёт тебе права вершить над нами суд! Ты кто такой? Судья этого мира? Если ты что-то решил, мы должны просто сказать: «Да, слушаемся»? Если ты так считаешь, то это истина в последней инстанции? А?!

Я не спеша поднял с земли ножны и вложил в них Отчаяние.

— О такой логике и здравомыслии нужно было думать до того, как жители Беатуса начали погибать. Теперь, когда всё уже сделано, а жертвы мертвы, вы взываете к рациональности и законным процедурам в отношении самих себя? Вам не кажется, что это верхушка бесстыдства? И ещё...

Я легонько постучал по рукояти меча в ножнах.

— Если вам что-то не нравится — нападайте. В этот раз я не буду проявлять милосердия и просто снесу вам голову.

Эта простая провокация заставила искру гнева вспыхнуть в чёрных зрачках Лили.

— Ах ты, скотина! Ну давай, попробуй...

— Лили, прекратите. Мы ведь уже всё решили миром.

Десперасио, успевший сменить маску на новую, удержал её. Однако это лишь подлило масла в огонь её негодования.

— Что значит «прекратите»?! Я вообще не понимаю, почему ты так стелешься перед этим типом! Ты никогда мне ничего не объясняешь! Из-за твоего поведения я вечно выгляжу как тупая, невоспитанная и вспыльчивая дрянь!!!

Её огромные глаза наполнились слезами, которые тут же покатились по щекам. Она переводила плачущий взгляд с меня на Десперасио.

— Ненавижу всё это! Тебя ненавижу, его ненавижу, видеть вас обоих не хочу! Провалитесь вы все пропадом!

Разъярённая Лили, казалось, была готова сорваться с места и убежать куда глаза глядят, но у меня не было ни малейшей причины её утешать. Это была забота Десперасио.

Пока он вцепился в ногу Лили, пытаясь её успокоить какими-то уговорами, вернулась женщина-сова, уходившая на разведку. Увидев беснующуюся вдалеке Лили, она недоумённо наклонила голову.

*— ...почему она так*

— Произошла небольшая размолвка. Но что с твоим поручением?

— Странно.

Лицо женщины-совы приняло озадаченное выражение.

— Я была там, где должен быть их главный. Но в убежище никого нет. Вообще никого. Люди просто испарились.

— Может, они все ушли куда-то по делам?.. Хотя нет, вряд ли.

Она покачала головой.

— Даже если они уходят, один или два человека всегда остаются. Это крайне ненормально.

— Хнык...

Неизвестно, как Десперасио удалось её утихомирить, но Лили теперь плелась за ним, шмыгая носом и понурив свои чёрные кроличьи уши.

Десперасио подошёл к нам, потирая подбородок.

— Похоже, случилось то, чего я опасался. Не могли бы вы проводить нас в то убежище?

— У тебя есть догадки?

— Думаю, я знаю, в чём дело.

— В чём же?

— Хм...

Десперасио издал короткий неопределённый звук и ответил:

— Боюсь, пока я медлил, Хабас из культа Слепой веры начала действовать первой. Пожалуйста, ведите. Если мы ещё не опоздали, я смогу помочь.

***

Женщина-сова, пробормотав что-то себе под нос, кивнула и послушно повела нас к убежищу. Как только мы вошли внутрь, Десперасио принялся внимательно осматривать каждый угол, после чего обратился ко мне.

— Жрец, вы знаете, где Либератио обычно берёт людей, когда они нам нужны?

Я смотрел ему в спину.

— Полагаю, фраза «нужны люди» в данном контексте означает отнюдь не нехватку рабочих рук?

Он кивнул, не оборачиваясь.

— Верно. Те «люди», о которых я говорю — это скорее их плоть и кровь. Как вы думаете, кого наша организация похищает для получения такого... радикального и привлекающего внимание «человеческого материала»?

— Скорее всего, это беднейшие слои населения? Те, кто находится за рамками закона и о ком никто не заботится. Если пара таких людей исчезнет, никто и не заметит.

Десперасио обернулся ко мне и покачал головой.

— Нет. Вы правы в том, что на исчезновение бедняков часто закрывают глаза, но есть те, кто проявляет к ним повышенный интерес, и если наткнуться на них — проблем не оберёшься. Особенно много странствующих жрецов, которые искренне заботятся об обездоленных.

Голубая маска качнулась. Он провёл рукой по полу и продолжил:

— Поэтому Либератио обычно выбирает не нищих. Мы целимся в тех, кто имеет определённый статус, но при этом никогда не заявит об исчезновении своих людей. В тех, кто сам сознательно вышел за рамки закона.

— Имеешь в виду банды из подворотен или теневые организации?

Это имело смысл. Если выбирать между теми, чьё исчезновение может кто-то заметить, и теми, кто сам скрывает свою деятельность, второй вариант был логичнее. И хотя у таких организаций есть сила, для мощи Либератио, которую я видел, что банда из трущоб, что нищие — разница была невелика.

Значит, они похитили членов организации противников императора? Верхушка оппозиции скорее попытается решить проблему своими силами, чем пойдёт жаловаться ищейкам императора, тем самым раскрывая местоположение своих убежищ.

— Понятно.

— Но даже с учётом этого, нынешнее массовое похищение — это слишком радикально. Похоже...

Он отряхнул руки и тихо сказал, глядя на меня:

— ...Похоже, сосуд почти готов.