Когда мы подошли, обсуждение утихло и группа развернулась на нас. Эрвин едва заметно усмехнулся, скрывшись где-то среди будущих Охотников. Из толпы послышался хрипящий голос:

— Похоже, нас стало ещё больше. Может, хватит уже болтать? Чем дольше стоим — тем меньше времени остаётся, а та херь за дверьми никуда не денется, хоть начните за здоровье прадедов говорить.

Из-за спин мужчин вышел какой-то возрастной урод. Большую часть его лица составляли глубокие рубцы, волосы, словно кочки в болотной жиже, выделялись на голове, а в переломанной шее зияли пять, похоже, сквозных дыр. Держа обрубок копья в половину своего роста на плечах, он встал перед нами, пристально разглядывая.

— Крепкие, если не считать девок. Мне нравится. Гриал Шмон, первый добрался сюда и решил пока что дальше не идти. Кем будете?

— А ты не узнаёшь? — с выражением, словно это была самая очевидная вещь в мире, сказала Мари, указав на Филиппа.

— А должен? — его и без того уродливое лицо ещё больше скривилось, когда воин попытался вглядеться в лицо будущего императора. — Что-то знакомое...

— Илимия Нова, Рене Шейр, Филипп Рексиз, Мари Ливеро, Алан Лигра, — перечислила нас Илимия, выйдя к уроду. — Что в том помещении?

После её слов по толпе пробежались шепотки. «Трое наследников Девяти семей!», «Вот это да! Впервые их вижу!», «С ними мы точно сможем пройти ниже!». Они не могут пройти дальше? Что там такое может быть, чтобы сорок человек с этим не справились?

— Хо-хо-хо, нехилые гости нас посетили, — хрипло, словно кашлем, рассмеялся «главарь». — Там стоит непроницаемая тьма, а где-то вдалеке маленький пучок света. Не думаю, что безопасно туда входить.

Услышав это, я тут же посмотрел на Алана, ожидая объяснений. Заметив, хотя, скорее, почувствовав мой взгляд, он отрицательно покачал головой и указал пальцем вниз. Значит, с «великой тьмой» нам ещё только предстоит встретиться... Даже не знаю, радоваться или нет.

— Двери можно открыть? Я хочу посмотреть внутрь, — продолжила Илимия.

— Конечно. Эй, а ну разойдись! — крикнул он за спину. — Пропустите знатную даму.

Сорок человек почти поровну рассосались на две группки, уступая дорогу к исполинским дверям. Только сейчас я увидел, что в нижней их части был полустёртый рисунок. Это... какие-то водовороты, лозы, щупальца, оружие и черепа? Может, моё незнание виновато, но вместе эти символы никак не связать.

Подойдя к дверям, высота которых составляла около четырёх Илимий, она дернула ручку. Серый металл остался недвижим. Взгляд жёлтых светящихся глаз убедительно заставил меня подойти и быть использованным в виде грубой физической силы. Но дверь, словно монолит, врезанный в стену, не сдвинулась ни на миллиметр. Повисла неловкая пауза...

— «Усиление тела», — моё тело почти мгновенно разогрелось, принеся малый дискомфорт, который вскоре пропал.

Только на третий рывок дверь, толщина которой оказалась не меньше тридцати сантиметров, со скрежетом двинулась по каменному полу. Словно чёрный туман, поток тьмы хлынул, скрывая ноги всех незваных гостей Аймираса.

— Алан, подойди к нам, тут нужна твоя оценка, — кинула Илимия за спину.

Пока Алан подходил, я зажёг факел и кинул вглубь помещения. Пролетев чуть больше двух метров, он исчез где-то во тьме. Наш «мастер по теням» с безразличным лицом глянул в проход и сказал, что я и ожидал:

— Я ничего не чувствую, там ничего нет.

— Думаю, выбора у нас всё равно нет... — вздохнув, сказала Илимия. — «Неоновый хлыст».

Ударив во тьму светящимися лозами, моя напарница рассекла чёрное полотно.

— О, а вот и мой факел. Всё ещё горит.

— Давай сходим вдвоём? — подхватив меня под плечо, Илимия кивнула в сторону дверей.

— Давай, — сказал я, сделав уверенный шаг вперёд.

Тьма расступилась перед ярко-фиолетовым светом хлыста. Подняв факел, я «пырнул» им черноту справа. На удивление, свет никуда не пропал, просто стал очень тусклым, словно тьма пожрала больше половины его яркости. Возможно, всё будет нормально, если я выйду из безопасной зоны хлыста?

— Илимия, я хочу кое-что проверить, для этого надо уйти во тьму.

— Я буду наготове, иди.

Даже спорить не стала, это она решила дать мне больше самостоятельности после инцидента на четырнадцатом? В любом случае, что меня ждёт во тьме? Сделав шаг, я словно провалился в ледяную прорубь, холод пробрал до костей и, пройдя насквозь, вышел с другой стороны. Да тут ещё холоднее, чем было во дворце! Но, кажется со мной всё нормально, не считая невозможности двигаться из-за судорог. Но и они вскоре прекратились, как только на меня упал фиолетовый. Свет был почти обжигающим.

— Ты в порядке?

— Д-д-д-да, — сквозь стук зубов выдавил я. — Э-э-это уж-ж-жасно х-холодно...

— Там есть что-то?

— Е-если и есть, т-то я не ув-видел.

Закончив вылазку, мы вернулись обратно за двери.

— Ну что? — прохрипел Гриал.

— Там относительно безопасно, но с одним факелом точно делать нечего. Тьма смертельно холодная, её надо разогнать. Умеет тут кто создавать источники света?

Ответом ей была только тишина.

— Серьёзно, никто не умеет? — Илимия шумно и разочарованно вздохнула. — Эрвин, хватит прятаться за спинами! Сомневаюсь, что в твоих силах создать только саблю. Я одна их всех не смогу провести.

— Могу и помочь, — надменно сказал он, выходя откуда-то сзади, — вот только зачем мне это?

— Что значит «зачем»?

— Почему я должен помогать им? Почему ты должна помогать им? Я могу и сам без проблем пройти, а ты можешь провести свою группу. Так зачем нам напрягаться и помогать этим? — он указал на косо смотрящую на него толпу.

— Слушай, Эрвин, вот ты сейчас говоришь нам это всё, но сам почему-то остался, а не прошёл дальше или не начал злорадствовать, — сказал я, уняв дрожь. — Может, это всё фарс, и ты сам не можешь пройти? Иначе какая ещё может быть причина задержки?

— Мне некуда спешить.

— Ага, поэтому ты так спешил покинуть дворец что на тринадцатом, что на четырнадцатом?

— Какой наблюдательный... — прошипел он, разворачиваясь к дверям. — В Бездну вас, хотели свет — получайте.

Вытянув руку в сторону тьмы, он с усилием сжал её. Тут же посреди мрака начали вырисовываться маленькие светящиеся точечки в виде дороги до тонкого пучка света где-то впереди. Эрвин сделал шаг, и первые две пары «звёздочек» разожглись и превратились в переливающиеся белым и красным шарики пламени.

— Не отставайте, я долго ждать не собираюсь, — бросил Эрвин, не разворачиваясь.

Неуверенные в безопасности пути будущие Охотники пропустили вперёд сначала нашу группу, а затем самых смелых из своих. Только сейчас при достаточном освещении получилось разглядеть помещение: это был просторный зал с множество рядов каменных скамеек, в стенах вырисовывалось что-то наподобие углублений, словно ложи в театре, а перед пучком света над всем возвышалась сцена с подобием кафедры. Самым жутким здесь были неистлевшие, скорее всего человеческие, скелеты. Какие-то были на полу, другие — под скамейками, третьи — на скамейках, но большая их часть — сразу перед сценой.

— Все они лежат примерно в одном положении — по направлению к дверям, — я прокомментировал увиденную картину.

— Словно бежали от чего-то, — ответил Алан.

Чем было это помещение: форум, сцена для выступлений, суд? Для чего здесь такие толстые двери? Алан прав: люди от чего-то бежали, но от чего? Чем глубже — тем больше вопросов, ответов на которые нет. Пока нет.

Пучком света оказалась щель в приоткрытых дверях, в которых застряла чья-то костлявая нога. Неприятно... Ну, нам пройти дальше важнее, поэтому... Да пребудет свет дня в этой мёртвой тьме! С трудом, но врата всё же, пусть со скрипом и скрежетом, отворились, открыв нам очередной поразительный вид...

— Как что-то подобное могло оказаться здесь? — даже Эрвин был в шоке.

— Подземным жителям настолько не хватало неба, что они перенесли его сюда? Похоже, они не искали лёгких путей, — полу свистя своими дырами, Гриал вышел вперёд, встав перед звездой.

Огромный шар пламени со всех сторон был закрыт чем-то похожим на стекло, а сверху и снизу у него были какие-то сине-розовые кристаллы размером с человека. Как только двери открылись шире, вся тьма прошлого помещения была развеяна. А вместе с ней и скелеты. Это была иллюзия?

Стоило сомнениям зародиться, как они разрослись с невероятной скоростью. Та комната была заполнена людьми!

— Что за... — Мари стала гласом всех пятидесяти человек.

Вернувшись назад мы увидели, что на скамейках было свободно около пятидесяти мест. Ха, это такое приглашение присесть? Весьма любезно со стороны мёртвого города.

— Что будем делать? — спросил какой-то парень с боевым топором в кожухе на ноге.

— До этого ничего подобного не случалось. Я бы сел, — сказал я.

— Бред, хотите — сидите тут, а я пошёл, — ответил Эрвин и принялся осматривать комнату со звездой.

Началось обсуждение, в ходе которого группа раскололась на три: одни решили сесть на скамейки, вторые — наблюдать за тем, что произойдет, а третьи — последовали за Эрвином, чему он был крайне недоволен.

Теперь, когда желающих сесть стало меньше, аналогичное случилось и с местами. Несколько свободных скамеек заполнились новыми людьми, которых там не было. Вообще вся сцена будто застыла, ожидая своих последних зрителей.

Я и Илимия заняли места рядом; Филипп, Мари, Гриал и Алан сели впереди; остальные десятеро распределились по соседним рядам. Как только все сели, началось представление, а мы стали одними из действующих лиц...

***

Толпа гудела, словно улей разбушевавшихся шершней. Люди яростно тыкали друг в друга пальцами, оживлённо что-то объясняя. Отовсюду лились обвинения:

— Это вы виноваты в случившемся!

— Нет, жители Третьего Этажа сделали всё возможное!

— Да если бы вы вышли тогда на бой, мы бы проиграли ещё раньше!

— Ваши жалкие попытки заключить мир ничего не дали!

— А вы-то что сделали? Где ваши обещанные союзники в лице Оримидира, Найран’байла и Шишлеаройлы? Где Мирелла, когда так нужна? Она обещала привезти нам своё новое оружие!

— Мирелла предала нас! От нее и не стоило ждать иного!

Резко двери позади Собрания распахнулись, впуская двух солдат, тянущих за собой окровавленного мужчину. Протащив его по полу, они бросили гонца перед сценой.

— Говори, посланник Темнейшего, — прошептал он.

Тут же всё окровавленное тело забилось, кожа разорвалась, обнажая выпирающие кости. Излившись рекой крови, гонец выпустил из своей груди странное аморфное чёрное создание. Оно стояло посреди месива из плоти и раздвинутых в разные стороны рёбер. Словно новорождённое дитя, существо издало незвучный крик, после заговорив глубоким пронзающим разум голосом:

— Он разбил барьеры и дошёл до дворца. С каждой секундой верных последователей всё меньше. Лишь вопрос времени, когда Разрушитель войдёт в Недра. Тогда всё будет кончено... — вонзив последнюю ментальную иглу, паразит растворился в воздухе, из-за чего в Зале Собрания на мгновение погас весь свет.

Каждый понимал: времени мало — возможно, Интраилу осталось жить не более суток. Стоит только Люменосу добраться сюда, все и всё будет уничтожено. Именно в этот момент отчаяния Зал Собрания озарил яркий свет звезды, который тут же померк от появления человека в чёрной мантии, волочащейся по полу. Его поседевшие волосы выглядели странно в сочетании с молодым осунувшимся лицом. Каждый шаг давался ему с большим трудом, словно смерть уже сжимала ему горло, медленно отнимая остатки жизни.

— Король! Наконец-то вы пришли!

— Сколько нам ещё нужно было вас ждать?

— Вы вообще знаете, что творится наверху?

— Сколько нам ещё ждать, пока вы не соберётесь спасти нас?

Выслушав претензии, собрав остатки теплившейся в глазах жизни, король медленно поднял руку:

— Прошу, тише... Начните по порядку.

— Люменос всё ближе, вы должны выполнить свой долг — спасти нас всех.

— Следующий? — Лерий опустил руку.

— Если бы вы не поставили здесь эту проклятую звезду, если бы не ограничили Недра, нам бы не пришлось сейчас сидеть здесь!

— Это было необходимо, — ответил король.

— Нечего обсуждать! Просто уже спасите нас или дайте погрузиться в Недра!

— Так вы хотите спасения... А как же другие жители?

— Да плевать на них! Если выживет Собрание, то и страну можно будет отстроить заново. Хоть жизнь положите, но спасите нас.

— Я понял вас... Если хотите спасения — следуйте за мной.

Развернувшись, Лерий медленно зашаркал в сторону, откуда пришёл. А за ним последовало больше восьмидесяти человек. Стоило последнему члену Собрания покинуть зал, двери с силой захлопнулись.

Время шло. Тянулось невероятно медленно. Пока в один момент двери вновь не распахнулись, на этот раз с обеих сторон зала. Со стороны звезды бежали люди, множество людей, они спасались от чего-то. С другой же стороны, словно паря над полом, шёл величавый мужчина. Всё его тело было идеально симметричным, без единой ошибки или изъяна. Бегущие люди запинались о скамейки и падали к его ногам. Стоило ему появиться в их поле зрения, они тут же взмолились:

— Люменос, прошу, спаси нас!

— Защити, молю!

— Он обманул нас, он обещал спасти, но вместо этого решил забрать наши души!

— Так вы, отринувшие Завет, отреклись от меня, а теперь... просите спасти? — его голос звучал неестественно правильно.

— Да, да! Прошу, спаси нас!

— Вы получите то, что заслужили. Дожидайтесь своей участи, — ответил Люменос, спокойно наблюдая за тем, что выползло из противоположного конца зала.

Свет звезды померк, пропуская стелющиеся по полу рваные глубокие тени. Уже в помещении зала они оторвались от земли и взмыли в воздух в виде сгустков чистой черноты, словно огромный монстр пустил свои щупальца в глубь подземного города. Добравшись до трясущихся от страха людей, тьма подняла их в воздух. Множественный хрип пронесся по помещению, унося жизни Собрания. Стоило телам упасть, из них вырвались странные чёрные капли. У кого-то больше, у кого-то меньше, но каждая из них в мгновение улетела вслед за уползающими щупальцами.

Осмотрев безвольно лежащие тела, Люменос медленно продолжил путь. Он уже догадывался, что будет ждать впереди.

***

Стоило Люменосу скрыться за дверьми, я снова почувствовал себя собой. Что это было, какой-то след воспоминаний? Или это эффект какого-то артефакта? Что-то похожее я испытывал на двенадцатом этаже, когда посмотрел на лоскут кожи. Тогда же мне не понадобились знания языка, чтобы понять написанное, а сейчас... Сейчас я увидел целую сцену из прошлого, словно сам был её участником. Что же... Это было очень интересно. До этого я думал, что у Лерия и Люменоса была легендарная битва, в ходе которой они уходили всё ниже и ниже, но... судя по виду Последнего короля, драться он был не способен. Но что за щупальца в самом конце? Последняя жертва?

Осмотревшись, заметил замешательство на лицах союзников. Похоже, они тоже не ожидали увидеть что-то подобное. Только они начали приходить в себя, я их окликнул:

— Хотите обсудить или попробуем нагнать тех, кто ушёл вперёд?

— Давайте продолжим. Я хочу обдумать увиденное... — на мгновение Илимия задумалась. — Да, увидела. Не знаю, как описать иначе.

Остальные молча кивнули, только Гриал что-то невнятно прохрипел, но поплёлся за нами. Встретившись с удивлёнными и задумчивыми взглядами группы «наблюдателей», мы просто прошли мимо. Поняв, что что-то произошло, они не стали допытываться.

Комната со звездой была чуть ли не в четыре раза больше Зала Собрания, и то три четверти занимала стеклянная камера. Должно быть, когда-то тут находилось ещё что-то, но не теперь.

Обогнув звезду, мы обнаружили наполовину разрушенную лестницу. Опять спуск... Меня это уже начинает напрягать. Спускаться-то легко, а вот подниматься... Не хочу об этом задумываться. Благо, лестница была короткая.

Двадцать пятый этаж и этажом-то назвать язык не повернётся. Это была спальня. Каменная кровать, каменный стол, каменный стул, каменные полки, каменный подсвечник внутри стены.

— Аскетично, — прокомментировал Филипп.

— Лерий выходил откуда-то отсюда. Может ли это быть его комната? — спросил я.

— Мне он не показался королём, в привычном понимании этого слова. То Собрание вертело им, как хотело, — ответила Илимия.

Бегло осмотрев комнату, мы не нашли вообще ничего. Если здесь что-то и было, оно давно сгнило или было украдено. В углу спальни была винтовая лестница, уходящая вниз.

— Делать тут больше нечего — спускаемся, — прохрипел Гриал, обогнав всех и перепрыгнув первые три ступени.

После десяти оборотов нашему взору открылась просторная пещера. Стоп, пещера? Они копали вниз, строили этажи, а тут... просто оставили всё, как есть? А может, просто не успели, потому что война началась раньше? Хотя, Недра... Может, из-за этого? Ушедшие вперёд сгруппировались вокруг чего-то посреди пещеры. На полу же всюду лежали каменные скрижали, как и обещало Общество. Ну, собрать по одной и начать подниматься мы ещё успеем. Что так заинтересовало наших товарищей?

— Эй, что тут у вас? — спросил я, стараясь не стоять на исписанных табличках.

— Спуск, — сухо ответил Эрвин. — У города ведь всего двадцать шесть этажей, откуда он тут?..

— Спускаемся? — подойдя, Филипп присел у, словно раскопанной кем-то, лестницы в толще камня.

— Самоубийца? Общество ничего нам не сказало об этом. Надо подождать остальных и собрать как можно больше желающих исследовать то место, — отчитал его Эрвин.

— Да ладно тебе, что там может быть опасного? Тем более нас больше пятидесяти.

— Ты реально не понимаешь или прикидываешься идиотом? До этого мы шли по уже протоптанной тропе, большую часть опасных монстров давно зачистили, а тут...

— Я согласна с Эрвином, нас слишком мало, — Илимия вышла вперёд. — Остальная часть экзаменующихся должна прибыть сюда в течение пары часов, максимум шести, если они хотят успеть завершить экзамен. Я предлагаю разбить лагерь и восстановить силы, ожидая их. Гриал, что скажешь? Ты, хоть и не долго, был главным в группе до того, как мы пришли.

— Такая авантюра по мне, уже измываю от желанию узнать, что там внизу. Я попробую убедить наших новых друзей остаться и исследовать больше, чем необходимо.

— Отлично, в таком случае отдыхайте. У нас остался последний рывок.

Все разошлись и в едином порыве раскрыли рюкзаки, доставая остатки припасов. Наша группа уже привычно развела костёр и расстелила лежанки вокруг него. Оставив «лагерь» стоять, мы разошлись в разные стороны.

Я взял у Илимии словарь и решил проверить текст на скрижалях. Искать соответствия пришлось долго, но, кажется, оно того стоило. На каждой табличке было написано чьё-то имя, а ими был завален весь пол! Также текст на скрижалях выглядел очень похожим, будто его за короткое время написал один человек. Есть у меня одна догадка, кто это мог быть... Вообще, что произошло после того, как Лерий увёл Собрание сюда? Почему он выглядел так плохо? И один вопрос волновал сейчас больше других: где тела королей? За весь путь мы их так и не встретили, здесь тоже нет, а значит...

Повернувшись к спуску в неизвестность, я увидел стоящего там Алана. Единственный вариант, где они могут быть.

— Что такое? Ты как-то сильно напряжён, — спросил я, подойдя ближе.

— Мне страшно. Будь я один, ни за что бы не стал туда спускаться.

— Оно там?

— Не совсем. Как будто, чтобы добраться до той тьмы, нужно спуститься ещё ниже, чем место, куда ведёт лестница. Но это будет всё равно, что свернуть себе шею. Туда нельзя. Никому.

— Хорошо, я понял. Даже если и будет спуск ещё ниже, мы туда не пойдём. Пошли посидим, мало ли что нас там ждёт.

— Да, — Алан развернулся, не отводя взгляд от спуска. — Да, идём.

Когда мы подошли к «лагерю», там сидела одна Мари.

— Мари, а где Филипп и Илимия? — спросил я.

— Вон там, что-то обсуждают, — она указала в безлюдную часть пещеры.

Заметив мой взгляд, Илимия кивнула, давая понять, что они скоро подойдут. Ладно, ждать нам долго, так что...

— Ну что, как думаете, что мы там найдём? — стоило мне засунуть в рот кусок вяленого мяса, как к нам подошёл Гриал.

— Без понятия, — ответил я, прожевав. — Нас там может ждать что угодно. Мне кажется, это Недра, о которых говорилось в воспоминании.

— Как-то выбиваются последние этажи от тех, что были выше, а? Не спроста это, жопу ставлю!

— Знаете, — начала Мари, — всё это неправильно, в летописи было написано совершенно иное.

— Может, она была исправлена, чтобы выставить падение Интраила в выгодном свете? — сказал Алан. — Такое уже не раз случалось в реальной истории. Историю пишут победители, но кто её пишет, когда победителей нет?

— Пу-пу-пу... Вопросы, больше вопросов, одни только вопросы — не для меня это, — ответил Гриал, потягиваясь. — Мне больше бой нравится — вот там-то всё просто! Кольнул в сердце — победил, дал кольнуть себя — проиграл. Ладно, пойду со своими ребятками ещё поболтаю, свидимся через пару часов.

Казалось, это был самый долгий наш отдых. Ожидание, когда под носом стоит неизведанная область, было просто невыносимым. Но через пять часов восемьдесят три человека уже были готовы сделать последний рывок. Да, много кто отказался, из трусости или из желания быстрее закончить экзамен — не важно, но многие и согласились. Что же будет ждать нас там внизу?

Очередной! Очень! Мать! Его! Долгий! Спуск! Опять! Не знаю, куда уходит эта лестница, но нахуй она точно идёт! Ладно, первые полтора часа я действительно был очень зол. Потом гнев сменился принятием. Должен признать, ещё никогда ходьба по лестнице не была столь медитативной. Я даже начал находить что-то прекрасное в звоне экипировки, словно это была подземная симфония для ограниченного круга слушателей — избранных.

Но чем дальше мы спускались, тем более душно становилось. Илимия, шедшая рядом, уже давно ослабила почти все ремни брони и расстегнула уже третью пуговицу, полностью оголив ключицы, по которым скатывались в едином направлении струйки пота. Ещё немного и дойдёт до груди. Я по её примеру тоже ослабил натяжение ремней. Везде. На всякий случай.

Ещё два часа. Я уже и забыл, куда мы спускаемся. Хотелось бы повернуть назад, но для этого придётся преодолеть три с половиной часа пути и признать, что сраная лестница победила. Но нет... Кто такая лестница в сравнении с наследниками Девяти семей? Просто жалкое каменное сооружение, предназначенное для перемещения в вертикальном направлении! Позади уже слышны множественные недовольные голоса. Братья, я с вами, давайте покажем этой лестнице, чего мы стоим! Ещё немного — и откроется второе дыхание, точно вам говорю.

Топ-топ-топ-звеньк-звеньк-топ-топ-топ. Бам. Дзынь-звеньк. Топ-бам-дзынь-звеньк-топ-звеньк-бам. Я уже начал наслаждаться этим. Вот бы кто-то смог повторить это на поверхности, я бы любые деньги отдал, чтобы послушать. Что там впереди? Светлый квадрат какой-то... Стоп. Это же выход! Мы победили, я победил! Выкуси, сраная лестница, чтоб тебя тысячи людей топтали!

Великое испытание привело нас в просторный зал. По своим объемам он напоминал этаж со дворцом, но...

— Тут ничего нет, — вырвалось у меня.

Хотя нет, кое-что есть. Что-то стоит посреди зала, а в противоположной стороне — десятиметровый в высоту проход. Не осмеливаясь разбредаться, мы медленно выдвинулись к единственному объекту на этаже. Им оказался старый трон из какого-то странного материала, обращённый лицевой стороной к побеждённой лестнице. Монолитный, чёрный, пустой. Он предназначался, чтобы охранять что-то позади? Но как вообще можно сидеть в такой жаре? Если бы из моего пота можно было создать водоём, то это бы было небольшое озеро!

— Вам не кажется, что становится всё жарче? — высказался кто-то в толпе.

Действительно, на лестнице было прохладней. А жар... Он приходит волнами. Это странно. Если бы здесь был какой-то источник тепла, то температура была бы постоянной, а не накатывала.

Долго искать источник жара не пришлось — он сам нашёл нас. Вскоре после нашего спуска со стороны десятиметрового тоннеля послышался грохот, а потом... Поле зрения застлало марево, вслед за которым накатила новая волна, почти невыносимая. Из тоннеля, разогнувшись, вышла сочащаяся чем-то чёрным груда камня, объятая похожим на желе пламенем.

— В оборону! — рёв Филиппа заставил в миг подтянуть все ремни и обнажить оружие.

Перед нами стоял чудовищных размеров голем с огненным элементалем на своей каменной туше.