Когда она договорила, Цзинь Фэнджу внезапно схватил ее руку и крепко сжал. От неожиданности Фу Цюнин вскинула голову и столкнулась взглядом с парой красивых, напряжено глядящих на нее глаз.  Бархатистым тоном, пробирающим до мурашек, ее супруг прошептал: «Цюнин, ты действительно так думаешь? Твое сердце, правда, спокойно? Разве ты не желала этого? В так называемой домашней борьбе  не стоит оглядываться на дом своих родителей . Самое главное - увидеть, смогут ли ваши дети проявить способности, и сможете ли вы завоевать расположение своего мужа и старейшин. Хотя Старшая мадам довольно критично относится к тебе, Старая мадам очень тебя любит. Я также буду защищать тебя и, конечно же, не оставлю обиженной . Ты ... все еще отказываешь мне?»

Лицо Фу Цюнин резко побледнело, и она посмотрела на Цзинь Фэнджу как на сумасшедшего,  она не могла понять, что заставило ее номинального супруга проявлять такие эмоции. Испугавшись его внезапного напора, она вырвала руку, вскочила и воскликнула с легкой дрожью  в голосе: «Молодой маркиз  не должен быть импульсивным. Подумайте обо всем дважды. Эта скромная женщина предпочла бы уйти в монастырь и молиться  Будде. Я не хочу причинять Вам неприятностей. Пожалуйста, милорд, услышьте меня». Выпалив все это, она согнулась в поклоне.

«Ты ... правда не хочешь меня видеть?» -  Цзинь Фэнджу долго смотрел на Фу Цюнин, затем медленно выдохнул, на лице его появилась привычная светская улыбка. Он протянул руку и сказал: «Забудьте об этом, вставайте.  Поскольку таково Ваше желание, я не стану Вас заставлять . Однако Вам не стоит играть со мною. У Вас нет чувств ко мне, и Вы не хотите быть со мной. Вы не желаете связываться с прочими членами моей семьи. Зачем же Вы утверждаете, что поступаете так из-за беспокойства обо мне? Цюнин, я не люблю, когда мне лгут».

«Есть некоторые вещи, некоторые причины, даже если они звучат пафосно, но о них нужно говорить», -  Фу Цюнин мягко ответила, опустив глаза. Редко кому удавалось смутить Молодого лорда, но вот ей удалось.  Впрочем, было лучше, если бы он не давил на нее.

Цзинь Фэнджу встал, раскрыл свой веер, небрежно обмахнулся им несколько раз и  улыбнулся: «Что ж, очевидно, Вы не притворяетесь. Если Вы можете говорить и действовать так, я испытываю облегчение. Цюнин, Вы достойны уважения.  Фэн'эр и Цзяо'эр не ваши родные дети, но вы достойно их воспитали, не позволив себе выместить на детях нанесенную Вам обиду. Они получают  превосходное образование, и я очень вам благодарен. Не волнуйтесь, когда я прихожу к Вам.  Это все равно, что сидеть в доме друга. Я буду приходить к Вам, чтобы побеседовать с Вами и пообщаться с детьми, развеять скуку. Я не позволю себе ничего лишнего и не сделаю тебя объектом публичной критики. Ты ... понимаешь, о чем я?»

«Эта скромная женщина понимает и благодарит милорда. Для этой скромной женщины большая честь быть названной другом Молодого маркиза».  Когда ее супруг наконец определился со своим отношением, Фу Цюнин вздохнула с облегчением. Она также чувствовала, что не желает видеть подобного человека своим мужем, но в качестве друга его можно принять.

Быть «другом» намного лучше, чем быть «женой» - человеком подневольным и зависимым.

К тому же,  Цзинь Чанфэн и Цзинь Чанцзяо явно любят его. Вполне возможно, что их всех все же ждет хорошее будущее.

Цзинь Фэнджу посмотрел на Фу Цюнин, и внезапно ощутил чувство потери. Такая красивая и умная женщина, однако он сам запечатал их связь мужа и жены, и им суждено было только видеться, но никогда не касаться друг друга. Он не знает, пожалеет ли об этом в будущем. Если  он пожалеет, то сможет ли нарушить сегодняшнее обещание? Может ли так случиться ... что однажды он соблазниться этой женщиной, и начнет ее преследовать, как влюбленный юнец, потерявший от любви разум?

Думая об этой ситуации, Цзинь Фэнджу  вздрогнул и покачал головой. Он отбросил все беспорядочные мысли в своем сердце и  посмотрел на  Фу Цюнин новым обновленным взглядом. Она спокойно сидела, освещаемая золотистыми лучами солнца. Лицо ее было ясным и чистым. Внезапно Цзинь Фэнджу и выпалил: «Цюнин, не волнуйся, пока особняк Цзиньсян не потеряет свою силу, что бы ни случилось, я буду защищать тебя. Если я проживу один день – я буду защищать тебя один день. Если проживу всю  жизнь - буду защищать тебя  всю жизнь. Хотя нам  не суждено любить друг друга и жить как супруги, мы все равно можем быть вместе и разделять ту же честь и позор».

Фу Цюнин задрожала. Смысл высказывания Цзинь Фэнджу был очень ясным. Если принц Хун не сможет сесть на Трон Дракона в будущем, принц Чжэньцзян также потерпит поражение. В то время дочери из семьи принца Чжэньцзян окажутся изгнанными своими мужьями . Избежать такой участи смогут лишь те женщины, что внесли большой вклад в семью своего мужа, и даже это не защитит их от репрессий.  И то, что Цзинь Фэнджу лично произнес эти слова сейчас, означает, что он дал торжественное обещание Фу Цюнин, что после разгрома дворца принца Чжэньцзян, она не столкнется с разводом и возвращением домой. Пока  Цзинь Фэнджу остается у власти, он защитит ее от любых неприятностей.

Было бы ложью сказать, что Фу Цюнин не была тронута. Этот Цзинь Фэнджу, который всегда казался ей источником бед и неприятностей,  в этот момент завоевал больше очков. Это чувство не имело ничего общего с любовью, однако,  если он смог дать такое торжественное обещание, предчувствуя  проблемы в будущем, Фу Цюнин будет на его стороне. Может быть, этот мужчина действительно жесток и безжалостен, но, по крайней мере, он справедлив и достоин называться  настоящий мужчиной.

«Эта скромная женщина благодарна за такую ​​защиту. Мне жаль, что имея от рождения низкий статус, я не могу помочь. Мне действительно стыдно за себя", - Фу Цюнин говорила искренне. Цзинь Фэнджу дал ей драгоценное обещание, которое можно назвать золотой пластиной освобождения от смерти.  Однако ее статус ограничен, и она не сможет достойно расплатиться. Фу Цюнин действительно ощущала себя  немного виноватой.

«Ваше мышление действительно странное», - Цзинь Фэнджу слегка улыбнулся и сделал глоток чая: «Разве мужчина не должен защищать женщину? Не говорите, что ваш статус незначительный.  Даже если он был бы очень высок, я, Цзинь Фэнджу, никогда не  использовал бы  женщину, чтобы помочь себе достичь своих целей. Разве это достойно мужчины? Тебе не нужно думать обо мне. Это твоя награда за тщательное обучение Фэн'эра и  Цзяо'эр. Ты это заслужила. Но, конечно, мне приятно  услышать благодарность из твоих уст».

«Милорд  сказал, что эта женщина и милорд  разделяют одну  жизнь и одну смерть. Как может эта скромная женщина не заботиться о нем?» Фу Цюнин улыбнулась и встала, чтобы наполнить   чашку для Цзинь Фэнджу.

Этот чай, который принес недавно Цзинь Мин, был во много раз лучше того чая, что могла позволить себе Фу Цюнин. Его чудесный терпкий аромат постепенно наполнял комнату.