Семья уселась за праздничный стол, и Фу Цюнин обратилась к  Цяо Юй и Юцзе: «Сегодня у нас праздник. Вам не нужно служить за столом.  Принесите маленький столик  и поешьте тоже. Найдите столик и для господина Цзинь Мина.  Давайте вместе отметим день рождения детей».

Цзинь Фэнжу подцепил палочками  кусок курицы и добавил: « Ты озвучила мои мысли. Каждый раз, когда я ем, Цзинь Мин стоит сзади, как деревянный болванчик.  Со всем, что есть на столе, нужно ли мне, чтобы он подавал мне блюда? Не стоит искать маленький стол для него, пусть сядут втроем. Нет нужды соблюдать столько правил.  Это ведь наш семейный ужин».

Юцзе и тетя Юй вежливо согласились и накрыли другой стол. Все занялись едой, и в течение часа блюда на столах почти опустели. Фу Цюнин теперь была не так скованна перед Цзинь Фэнджу. Она покачала головой и захихикала: «Ты дважды ел со мной. Почему ты сметаешь все со стола подобно урагану? Кто поверит, что это Молодой маркиз сидит передо мною? Больше похоже на человека, что голодал неделю».

Цзинь Фэнджу достал роскошный  носовой платок, изящно вытер рот и улыбнулся: «Тебе просто не повезло. В прошлый раз я несколько дней посещал приемы. Я действительно устал от этих банкетов. Внезапно мне удалось отведать нечто простое, но вкусное. Да, я все еще думаю о блюде из пастушьей сумочки. Когда вы снова приготовите его? Кстати, бабушка также мечтает опять  попробовать твои необычные  цзунцзы с начинкой из яиц и фасолевой пасты. Не надо так на меня смотреть. Не волнуйся, я не планирую тебя объедать,  Цзинь Мин принесет ингредиенты. Если Вам не хватит, просто составьте список и отдайте ему».

Он оглядел остатки пищи на столе и  вздохнул: «Почему-то, хотя ваша еда не изысканна, да и навыки готовки не так хороши, как у наших поваров,  кушать  здесь комфортно, и я не могу удержать себя от переедания».

Фу Цюнин пожала плечами, думая про себя: когда ты  ешь с другими женами и наложницами, неизвестно, сколько сплетен, жалоб и измышлений тебе приходится выслушивать.  Но как человек умный, ты не можешь отмахнуться от них, иначе тебя ждут проблемы. Где же тут можно расслабиться и просто поесть? Так и язву заработать недолго.

Но ты же не можешь просто сбегать сюда каждые два дня, потому что тут спокойно, верно? Если ты даришь подарки или вещи, я могу сказать, что это для детей, это объяснение еще проглотят. Но если ты начнешь беспорядочно таскаться сюда поесть и поспать, твои благоверные решат, что я вступила в игру.  Даже если я спрячусь в большом пруду на заднем дворе, никто не поверит в чистоту моих помыслов.

По мере размышлений Фу Цюнин накручивала себя все больше, пока не почувствовала острое желание настучать муженьку по его красивой башке. После того, как Юцзе и тетя Юй закончили убирать со стола,  Цзинь Чанфэн и Цзинь Чандзяо убежали в кабинет, чтобы налюбоваться на новые подарки.  Цзинь Мин покинул двор Фу Цюнин по поручению хозяина.   Фу Цюнин и Цзинь Фэнджу остались наедине и молча смотрели друг на друга. Наконец Фу Цюнин сказала серьезным тоном: «Милорд сейчас является приближенным императора. Но, чем больше милостей Вы получаете, тем больше становитесь объектом критики. Есть ли кто-нибудь сейчас, кто беспокоит Вас?»

Цзинь Фэнджу приподнял бровь, улыбнулся и ответил: «Это редкость, когда ты так сильно заботишься обо мне. Я думал, ты захочешь все время держаться от меня подальше. Не волнуйся, я знаю, как с этим справляться.  Просто скажи то, что хочешь».

Фу Цюнин слегка прищурила глаза, прямо глядя на мужа: «Поскольку милорд разрешает, скажу прямо. Причина моего замужества, как и причина моей изоляции для нас ясны. Хотя я живу тут, не получая практически никаких новостей из внешнего мира, мне ясно, что отношения между особняком принца Чжэньцзян и особняком Цзиньсян непростые. Отец и дедушка верны принцу Хуну, а Молодой маркиз - зять принца Жуна. Противоречия между нашими семьями нелегко решить. Верны ли мои слова, милорд?»

Цзинь Фэнджу кивнул и флегматично согласился: «Да, Вы правы. Особняк принца Чжэньцзян и особняк Цзиньсян  сегодня даже внешне не близки. Мы словно лед и пламень.  Мы каждый день боремся. Один возвысится, другой падет, и нет золотой середины».

Фу Цюнин ожидала такого ответа. Она не удивилась, когда Цзинь Фэнджу сказал, что противостояние  их домов так серьезно. Она слегка кивнула и продолжила: «В этом случае эта скромная женщина думает, что Молодому маркизу  не следует больше сюда приходить, чтобы избежать подозрений. Пусть это и уважаемый дом Цзиньсян, но, как говорится,  высокое дерево привлекает ветер, а высокий пост привлекает неприятности. Если распространится слух, что достойный наследник особняка Цзиньсян  действительно сблизился  с дочерью наложницы из особняка принца Чжэньцзян, разве это не повредит Вашему лицу? Я боюсь, что вам придется потратить много времени и слов, чтобы оправдаться перед принцем Жуном, да и я окажусь вовлечена во внутренние битвы дома. Что бы Вы ни думали, это неразумно. Что Вы скажете, милорд?»

Цзинь Фэнджу внимательно посмотрел в ясные и честные глаза Фу Цюнин. Казалось, его душу затягивают два водоворота. Он отстраненно подумал: « Это удача, что сегодня здесь именно я. Будь на моем месте другой, он уже потерял бы самообладание».

Откашлявшись, он тихо произнес: «Я женился на тебе, но оставил одну, позволив провести шесть весен и зим в одиночестве. Лучшие годы твоей юности  улетучились, как ветер. Неужели ты не обижаешься на меня в своем сердце? Почему ты так хорошо относишься ко мне? Цюнин, я горжусь своим хладнокровием, но твоя любовь настолько глубока, что мое сердце тронуто. Как я могу подвести тебя и позволить тебе, главной жене, жить, как вдове,  в этом повильоне?

Глаза Фу Цюнин широко раскрылись…что ... что происходит? Я ... моя точка зрения явно выражена в  последнем предложении. Я не хочу участвовать в интригах. Молодой маркиз, проснись. Не принимай мою вежливость за согласие.  Оставайся безжалостным и безразличным, не надо тут делать вид, что тронут моей любовью.  Что за слащавые слова?  Откуда он откопал  любовь? Я только что поела и не хочу, чтобы меня вырвало.

Крича в своем сердце, на деле она не могла позволить себе высказаться слишком грубо.  Некоторое время глядя на увязшего в заблуждениях Цзинь Фэнджу, она не знала, что сказать. Потребовалось много времени, прежде чем  она склонила голову и произнесла с сомнением: «Не поймите меня неправильно, милорд. С того дня, как я вышла замуж, я ожидала такого конца.  Мое сердце спокойно, я не смею желать большего и впадать в заблуждения. Я только надеюсь на мирную жизнь. Мои рассуждения касаются не только Вас, но и меня лично.  Я не хочу участвовать в дворцовых баталиях и прошу оказать мне эту милость. В противном случае, я боюсь, что погибну,  и даже труп мой будет зарыт неизвестно где».