Горничные, сбившись в стайку, шепотом обсуждали великолепный наряд Молодого маркиза  и его ослепительную улыбку. Жены и наложницы Цзинь Фэнджу успокоились, и расселись в сторонке, попивая чай. Мадам Цзян иногда окидывала Фу  Цюнин и ее детей холодным взглядом, а выражение лица высокородной мадам становилось все более хмурым.

Фу Цюнин также села на стул, привлекла к себе детей и начала тихо выговаривать  им: «Кто научил вас поступать так опрометчиво? Наша задача была вести себя как можно более скромно и не выделяться, но вы сделали все наоборот. Считайте, что налепили мишень нам на лоб! »

Цзинь Чанфэн и Цзинь Чанцзяо также тихо оправдывались: «Мы не загадывали так далеко. Мы просто подумали о том, что увидим прабабушку в первый раз. Мы не знали, что ей дать, чтобы порадовать. У матери нет денег на дорогие подарки. Мы решили, что можно сделать подарок своими руками,  и сплели лодку-дракона. Это было от души ...»  Детский шепот начал прерываться, их губы кривились от еле сдерживаемых рыданий.

Фу Цюнин вздохнула: чужая душа – потемки. Не стоит ругать их за искренний порыв. Она не желала больше укорять брата и сестру и собралась утешить их. Внезапно серебристым колокольчиком прозвенел голос Цзян Ваньин: «А? Почему нефритовые кулоны на детях кажутся мне знакомыми? Но я не знаю, где сестра купила их для детей. Да, подвески действительно великолепны, и качество этого нефрита превосходно, это редкий хотанский бараний нефрит».

Фу Цюнин снова вздохнула в глубине души: я так и знала, что сегодняшний банкет будет трудно проглотить.  Подавив негодование в своем сердце, она ответила, мягко улыбаясь: «Молодой маркиз принес это для детей, откуда мне знать? Я просто думала, что подвески хорошо выглядят. Дети носили подвески на шее из опасения нечаянно их сломать. Было бы неловко испортить подарок милорда.  Однако перед сегодняшним банкетом милорд лично повязал кулоны на пояса детей, говоря, что так будет лучше!»  Услышьте меня, ревнивые курицы: мы тут не при чем, это ваш супруг сам все устроил. Если желаете дать выход своей злобе, ищите своего милорда! Также нефритовые подвески детям привязал их отец.  Лично!  Если вы намерены испортить их, взвесьте последствия!

«Оказалось, что это так. Я гадала, куда пропали два нефритовых кулона, которые подарил милорду сам принц Жун!  Чжэньсюань и другие дети  просили эти кулоны несколько раз, но милорд даже разглядеть их не дал. Матушка, посмотрите, как хорошо относится милорд к этим брату и сестре! Неудивительно, что Чжэньсюаню  пришлось остаться ни с чем, оказалось, что это было приготовлено для близнецов», -  Цзян Ваньин сладко улыбалась, но слова прямо  ее сочились ревностью.

Внезапно Старая госпожа  сказала со смехом: «Девушка Ван так красноречива!  Неудивительно, что Фэнджу любит тебя больше всех. Я не знаю, сколько хороших вещей он утащил у меня для тебя. Я также заметила эти подвески. В них нет ничего особенного, кроме того, что это подарок принца Жуна. Если тебе нравится, я также подарю тебе пару нефритовых кулонов.  Что удивительного в нефритовых безделушках? Твои слова расстраивают меня".

Цзян Ваньин задохнулась:  как она до сих пор не поняла, что старушка на стороне Фу и ее двоих детей? Она ощутила еще большее раздражение в своем сердце, но постаралась сохранить на лице приветливую улыбку. Как бы ревность ни кружила ей голову, Цзян Ваньин решила помолчать и не пререкаться со Старой госпожой.

Сюй’ши, наблюдавшая за Фу Цюнин и близнецами из своего угла, вдруг улыбнулась: «Что старшая сестра сказала детям, почему похоже, что они вот-вот заплачут? Хорошие  детки, не плачьте, подойдите и позвольте мне взглянуть на вас. О, только сейчас я поняла, что вы действительно похож на милорда! Как же я сразу не разглядела! »  Она  поманила  Чанфэна и Чанцзяо к себе, но дети робко застыли, прижавшись к Фу Цюнин. Фу Цюнин нежно погладила их ручки и с ободряющей улыбкой кивнула: «Поскольку мать-наложница хочет с вами пообщаться, идите, не смущайтесь».

У  брата и сестры не было другого выбора, кроме как вместе подойти к Сюй’ши, позволить ей взглянуть на себя, а затем выслушать несколько неискренних слов похвалы.

Внезапно раздался резкий возглас: «Смотрите -ка!» - это  Юэ Лань решила добавить дров к огню. -  «Оказывается, эти золотые ошейники были куплены для близнецов!  Вчера я увидела, как стюард Цзинь принес их, я голову сломала, думая, кого милорд хочет побаловать!»

Все взоры обратились на шеи близнецов. Новые украшения сияли. Солнечный свет играл на ошейниках, рассыпая блики, блеск хорошо отполированного золота слепил глаза.

Казалось, воздух загустел от ревности.

Внезапно Цзинь Сючжэнь воскликнула тоненьким голоском: «Поскольку матери заняты разговором, дочь не осмеливается беспокоить их. Погода просто великолепная! Смотрите, какое солнце! Лучше погулять с братьями и сестрами недолго и вернуться к обеду, хорошо?»

Цзян Ваньин нахмурилась, не зная, что задумала ее дочь. Затем лицо ее разгладилось,  и она  сказала с улыбкой: «В таком случае, пойдите поиграйте все вместе. Не заходите слишком далеко. Вам не страшно пропустить один или два приема пищи, но для ваших старших брата и сестры такой праздник -  редкость! Не заставляйте их пропускать банкет».

Ивовые брови Фу Цюнин приподнялись,  но тут же вернулись к своему нормальному положению. Она скосила глаза в сторону Второй госпожи. Вот интриганка!  Знает, что мы бедны, и так прямо попрекает нас едой?  Это просто еда. Мы вернемся в свой двор после этого банкета  и разойдемся, как в море корабли. Почему ей обязательно надо сказать какую-нибудь гадость? Они тут настолько привыкли строить друг другу козни, что уже и дышать без них не могут!

Пока она размышляла, двое детей смотрели на нее, очевидно ожидая ее одобрения. Поэтому она медленно отпила чаю, а затем улыбнулась и сказала: «Идите, но возвращайтесь  вовремя к обеду. Это правило таких людей, как мы. Вы должны его соблюдать. В остальном, вы можете делать все, что хотите».

После ее слов  выражение лица Цзян Ваньин снова изменилось.

Фу Цюнин  усмехнулась про себя: «Если люди не обижают меня, я не оскорбляю людей». Если ты хочешь использовать слова, чтобы подавить меня, извини - подвинься. Я не хочу скандалов, но это не значит, что я -  мягкая хурма.

С явной неохотой близнецы все же послушались и  ушли. Остальные дети переглянулись  и с воплями побежали следом. Цяо Юй выглядела встревоженной и собиралась пойти за ними, но Фу Цюнин махнула рукой, останавливая ее.

В глубине души она знала, что положение этих двоих детей отличается от ее положения.

Несмотря на то, что она могла защищать их в течение нескольких лет, было невозможно защищать их до конца их жизни. Если они не уедут из  дома, значит, столкнутся лицом к лицу с жителями особняка Цзиньсян. С теми, кто живет борьбой, расчетами, интригами и коварными планами.  И лучше близнецам  раньше узнать эту жестокую сторону окружающих и научиться защищаться. Это жесткий, но действенный подход.