Е Личжу снова стало не по себе.

Она прижала руку к груди, нахмурилась, но не стала придавать этому значения.

Может быть, ей просто стало немного легче оттого, что отец снова рядом?

Ночь уже была поздняя, и Личжу вернулась в свою комнату. Служанки и няньки тотчас окружили её, помогая раздеться.

Теперь, когда она возвращалась в дом канцлера, порядки здесь, конечно, отличались от монастырских. В храме Ясного Будды Личжу сама заботилась о себе и не привыкла к прислуге. Но в столице ей предстояло привыкнуть, что её постоянно окружает столько народу.

Внезапно Личжу вспомнила об одном важном деле.

Мать умерла восемь лет назад. Как же отец жил всё это время? Женился ли снова?

Она спросила у старшей няньки Чэнь:

— После смерти матери в доме появилась новая хозяйка?

Нянька Чэнь не посмела утаить правду от старшей барышни:

— Шесть лет назад господин возвёл в законные жёны госпожу У. Госпожа У женщина добрая и приветливая. Когда барышня вернётся, она непременно будет о вас заботиться.

Личжу с трудом кивнула:

— Отец никогда не говорил мне об этом… А в доме ещё кто-нибудь появился?

Нянька Чэнь покачала головой:

— У госпожи У своих детей нет. Два года назад молодой господин ещё жил у неё, а теперь пошёл в частную школу и поселился в отдельном дворе.

В конце концов, Е Фуань был канцлером, дом у него большой, в хозяйстве непременно должна быть женщина. При жизни госпожи Цзян у Личжу было три наложницы; госпожа У была самой достойной — тихая, приветливая, красивая. После смерти госпожи Цзян Е Фуань возвёл её в законные жёны.

Нянька Чэнь добавила:

— Молодой господин умён и сообразителен, все в доме его любят. Госпожа, когда вернётесь, вы тоже непременно его полюбите. Всё-таки в вас течёт одна кровь.

Личжу кивнула.

Раз матери больше нет, если госпожа У добра и умеет угодить отцу, она не станет с ней ссориться. Однако Личжу признаёт только одну мать и никогда не назовёт другую женщину этим словом.

Что касается младшего брата, Личжу хотела его увидеть, но и боялась. Они ни разу не встречались за все эти годы, и она опасалась, что брат будет считать её чужой.

Всё-таки она выросла не дома.

Нянька Чэнь сказала:

— Уже поздно, завтра нам снова в дорогу. Юной мисс пора отдыхать.

Когда Личжу уложили в постель, служанки подоткнули одеяло, оставили две свечи и вышли.

Няньки Чэнь и Ли отдыхали в соседней комнате, чутко прислушиваясь к звукам из спальни.

Хотя за эти годы госпожа У не совершила ничего дурного, после того как три года назад Е Цзяю получил степень цзюйжэня, Личжу стала относиться к ней настороженно. Все женщины, приставленные к Личжу в этой поездке, были из тех, кто помнил благодеяния госпожи Цзян, вырос в доме Е и принадлежал к семьям, из поколения в поколение служившим роду Е.

---

На следующее утро, когда Е Личжу проснулась, тяжесть в груди, словно камень давил, вернулась.

Её слегка замутило, и она несколько мгновений сидела неподвижно, держась за край кровати. Снаружи было шумно, голоса звучали громко.

Личжу спросила:

— Что там случилось?

---

Когда она умылась и оделась, люди князя Цинь уже уехали.

Личжу встала рано. Е Фуань внизу издалека смотрел на дочь, сменившую одежду, — она была прекраснее любой молодой девушки, каких он когда-либо видел, и сердце его переполняла гордость:

— Чжу-чжу, спускайся по лестнице потихоньку. Держите юную мисс! Если она упадёт, вам не сдобровать.

Личжу медленно сошла вниз:

— Я хочу сама. Я не трёхлетний ребёнок, чтобы меня везде под руки водить.

— Для папеньки Чжу-чжу всегда маленькая, — сказал Е Фуань. — Давай-ка попробуй эти клёцки из рисовой муки с начинкой из кедровых орешков, грецких орехов, роз и кунжута. Сахара немного, добавили чуть-чуть кунжутного масла — ароматно и сладко.

Е Фуань не знал, можно ли после монастыря Личжу есть мясную пищу, поэтому специально велел приготовить несколько вегетарианских блюд, и даже котлы купил новые, чтобы ни единой капли мяса не было.

Личжу, старшая дочь канцлера, по положению уступавшая только принцессам, должна была бы жить в полном довольстве, а вместо этого провела в монастыре почти десять лет. Е Фуаню было до слёз жаль дочь. Если бы Личжу захотела достать луну с неба, он и то постарался бы.

Личжу посмотрела на изящную белую нефритовую пиалу перед собой. Прозрачный суп был сварен из лилий и белых древесных грибов; в нём плавали три клёцки размером с перепелиное яйцо. Поваров Е Фуань нанял лучших и вез с собой, поэтому клёцки получились на редкость вкусными.

Отведав одну, Личжу сказала:

— Вчера я спрашивала у нянек. Они сказали, что вы возвели в жёны госпожу У. Отец, вы любите меня, свою дочь, и это прекрасно, но во всём должна быть мера. Госпожа У ведёт домашнее хозяйство, ей будет неприятно видеть, что вы слишком балуете детей.

Е Фуань никогда не был склонен жалеть женщин. Он любил только мать Личжу, госпожу Цзян. Но это потому, что госпожа Цзян была знатного рода, редкой красоты и необыкновенно талантлива, она была законной супругой, и Е Фуань уважал и любил её. Госпожа У всего лишь бывшая наложница, возведённая в жёны. По сути, она оставалась служанкой в доме, ничем не лучше других наложниц. Разве мог Е Фуань относиться к ней как к супруге?

— Чжу-чжу не стоит обращать внимания на чужие мысли, — сказал он. — Ты моя плоть и кровь, моя дочь. Ты столько лет терпела лишения, и я должен возместить тебе всё до того, как ты выйдешь замуж. Если госпожа У тебя чем-то обидит — сразу скажи мне, я заступлюсь.

Личжу кивнула.

Е Фуань продолжал:

— У тебя есть двоюродная сестра по материнской линии, Раньцзе. Ты, наверное, не помнишь. Её отец — твой третий дядя — четыре года назад получил назначение в столицу и устроил её помолвку. Два года назад его перевели в Ваньчжоу. Твоя бабушка, узнав, что ты возвращаешься домой, велела Раньцзе вместе с женой твоего дяди приехать в столицу. Во-первых, чтобы Раньцзе наконец обвенчалась, а во-вторых, чтобы твоя тётушка побыла с тобой, ведь ты, узнав о смерти матери, наверняка горюешь. Вскоре после твоего возвращения они прибудут в столицу.

Когда Личжу покинула дом, она была ещё мала. Род Е был многочисленным и разветвлённым, своих она едва помнила, не то что родню по матери.

Однако она смутно припоминала, что семья её бабушки жила в Ваньчжоу и была очень знатной.

Личжу всего этого не знала, но Е Фуань знал хорошо.

Госпожа Цзян была единственной дочерью старой госпожи Цзян и в своей семье всеобщей любимицей. Старая госпожа хоть и не видела внучку, но в душе тоже лелеяла её.

Госпожа Юнь, жена третьего дяди, была любимой невесткой старой госпожи Цзян. Её послали, во-первых, присмотреть, не обидит ли госпожа У вернувшуюся Личжу, а во-вторых, чтобы связь между семьями Цзян и Е не оборвалась со смертью госпожи Цзян.

---

Е Личжу была старшей дочерью в доме Е Фуаня. Как только они въехали в городские ворота, весть тотчас разнеслась. Госпожа У с женщинами дома и молодым господином Е Цзяю уже ждали у ворот.

Стоял майский день в столице, солнце палило нещадно. Госпожа У была в тёмно-синем халате, рядом с ней стоял Е Цзяю. Служанки держали над ними зонты. Чуть поодаль — наложницы Лян и Чжоу.

Госпожа У склонила голову и вполголоса наставляла Е Цзяю:

— Как увидишь старшую сестру, не подходи к ней близко, понял? Старшая госпожа слаба здоровьем, её нельзя нечаянно задеть. Господин так любит её, если ты её напугаешь, он больше не будет к тебе так благосклонен.

У Е Цзяю и Е Личжу была одна мать, и в чертах лица они немного походили друг на друга. Е Цзяю было всего семь или восемь лет, он был очень красив, одет в лунно-белое платье, чёрные волосы были уложены во множество мелких косичек. Глаза у него были ясные, красивого карего цвета. Когда госпожа У наклонилась к нему, Цзяю незаметно отступил на шаг в сторону.

В этот момент один из слуг, стоявших у ворот, крикнул:

— Повозка господина подъезжает!

Все выбежали встречать. Женщины, собравшиеся вокруг госпожи У, поспешно промокнули платками пот со лбов, поправили одежду и надели на лица приветливые улыбки.

Вскоре послышался стук копыт и колёс. Несколько десятков всадников ехали впереди, расчищая путь. Когда повозка остановилась, первым из неё вышел Е Фуань.

Госпожа У, сияя, бросилась навстречу:

— Господин, вы вернулись! А где юная госпожа? Я так давно её не видела, очень соскучилась. Я велела приготовить для неё комнаты в Павильоне Юнь Сян. Пусть скорее выходит!

Наложница Лян тоже улыбнулась:

— Госпожа права, все мы очень юную госпожу. Она только что говорила, что госпожа слаба здоровьем, не переносит ни ветра, ни дождя — велела нам быть осторожными.

Е Фуань нахмурился:

— Со здоровьем Чжу-чжу всё в порядке. С чего ты взяла, что она не переносит ветра и дождя? Нечего языком молоть и желать человеку худого.

Госпожа У тотчас сердито взглянула на Лян, и та смущённо пролепетала:

— Господин, не гневайтесь. Я оговорилась.

Госпожа У с улыбкой сказала:

— Господин, в повозке душно. Пусть госпожа скорее выходит.

— Чжу-чжу спит, — ответил Е Фуань. — Пусть повозку осторожно заведут во двор, к Павильону Цзин Шуй.

Госпожа У растерялась:

— Старшая госпожа не будет жить в Павильоне Юнь Сян?

— Нет, — отрезал Е Фуань. — К Павильону Цзин Шуй.

Тут подбежал Е Цзяю:

— Папа!

Е Фуань потрепал его по голове:

— Весь в поту. Как это нянька позволила молодому господину в такую жару торчать здесь?

Кормилица Цзяю поспешно оправдалась:

— Молодой господин никогда не видел старшую госпожу, вот и...

— Ещё раз такое повторится — уволю вас от молодого господина, — холодно сказал Е Фуань и направился в дом.

Цзяю поспешил за ним:

— Отец, можно я посмотрю на Чжу-чжу?

Е Фуань щёлкнул его по лбу:

— Невежа! Какая ещё Чжу-чжу? Зови «сестра». Переоденься и поедешь со мной во дворец. Государь пригласил нас к вечернему столу. Когда вернёмся, твоя сестра как раз проснётся.

Цзяю удивился:

— Вы только что приехали, а государь уже зовёт?

Е Фуань никогда не скрывал от Цзяю государственных дел — тот и сам собирался в будущем стать чиновником, и хоть был ещё мал, но уже умел глубоко мыслить.

— Князь Цинь прибыл в столицу, — объяснил Е Фуань. — Государь устраивает пир. Все члены Государственного совета должны быть там. Ты посмотришь на князя Циня, увидишь, какова его стать. Не трать время на петушиные бои да собачьи бега с бездельниками вроде наследника Чэнь-вана. Больше читай, больше упражняйся в боевых искусствах — тогда будет толк.

---

Примечания переводчика:

Цзюйжэнь — вторая учёная степень в системе кэцзюй (государственных экзаменов).