Все мои воспоминания о Канаэ со времен начальной школы до сих пор оставались яркими в моей памяти, настолько яркими, что каждый раз, когда я вспоминала о них, это было словно перелистывание страниц прекрасно иллюстрированной детской книжки. Как, например, тот случай, что произошёл с нами в третьем классе, когда мы возвращались домой из школы. Был прохладный июльский день, и мы сидели на набережной, как делали это всегда, коротая время. Мы часто сидели там и болтали до самого заката, обычно обсуждая совершенно незначительные вещи: бродячего кота, которого кто-то нашёл у святилища, нашего одноклассника, который пронёс в класс свою портативную игровую приставку или книгу, которую кто-то из нас взял в библиотеке. Однако тот день я особенно запомнила, как Канаэ с восторгом рассказывал мне что-то действительно важное.

"Эй, угадай, что случилось?" — робко улыбнулся он. "Несколько ребят из средней школы пытались напасть на меня на днях, но тут откуда ни возьмись появился твой брат и разогнал их".

«Вау, правда?»

"Ага. Он был таким крутым, честное слово. Не могу поверить, что он умеет драться и ещё хорош в бейсболе... Хотел бы я быть таким, как он".

"Правда хочешь..?"

Я никогда особо не любила своего старшего брата, в основном потому, что он всегда придирался ко мне, но даже я должна была признать тот факт, что по словам Канаэ он сделал, было довольно круто. На самом деле, я была искренне горда тем, что он заступился за беззащитного.

"Блин, если бы только у меня было что-то, в чём я был бы лучшим...» — задумчиво произнес Канаэ.

"Я думаю, ты прекрасен таким, какой ты есть, Канаэ-кун..."

"Что, серьезно? Мне кажется, я должен хотя бы найти какой-нибудь вид спорт или особый талант, которым мог бы похвастаться перед людьми. Но какой…?» — сказал он, размышляя вслух, прежде чем повернуться ко мне лицом. — "Тебе так повезло, Акари. Я имею в виду, что ты уже очень хорошая пловчиха".

"Я не так уж хороша в плавании..."

"Конечно, хороша. Чёрт, разве ты не показала лучшее время во всем нашем классе на днях? Для этого нужен талант, верно? Дай себе немного больше признания".

«Ну, возможно...»

Правда заключалась в том, что я была довольно хорошей пловчихой, но я никогда особо не любила дни, когда нам нужно было идти в бассейн, так как это означало показывать свою не совсем обычную пигментацию кожи больше, чем обычно. Но слышать, как Канаэ так высоко отзывался о моих способностях, сделало меня очень счастливой, и в тот момент я решила, что собираюсь начать относиться к плаванию более серьезно.

Наступили летние каникулы, и я решила записаться на более продвинутые уроки плавания, которые предлагал школьный бассейн. Занятия были намного сложнее, чем я ожидала, но они заметно улучшили мои результаты. В последний день летних каникул мой тренер по плаванию подошел ко мне и предложил рассмотреть возможность записаться на более серьезные уроки плавания в большом водно-спортивном центре на материке. Он был непреклонен в моих способностях и потенциале, настаивая на том, чтобы я хотя бы поговорила об этом с семьей.

Честно говоря, я всегда мечтала заниматься в огромном крытом бассейне. Такой большой бассейн казался почти обязательным, если ты хочешь иметь достаточно пространства, чтобы плавать от души, и я была уверена, что лежать на спине посреди бескрайней глади кристально чистой водой было бы восхитительно. Но я уже почти отказалась от этой идеи, считая, что это невозможно при нашем достатке. Уже в таком юном возрасте я знала, что с финансами в нашей семье было всё довольно плохо.

Моя мать одна поддерживала моего брата и меня с тех пор, как мой отец погиб в автокатастрофе, когда мне было пять. Днем она работала кассиром в супермаркете, а по ночам смешивала напитки в местном баре для хостес. Когда я была совсем маленькой, я практически убедила себя, что моя мать — это некий сверхчеловек, который превзошёл потребность во сне, так усердно она работала день за днем. До сих пор я не представляю, как и когда ей удавалось найти время на сон. Разумеется, я не хотела добавлять ей еще больше стресса, поэтому решила не спрашивать ее о серьёзных уроках плавания по крайней мере, таков был план до тех пор, пока мой тренер не поднял этот вопрос на родительском собрании.

"Я действительно думаю, что у вашей дочери есть талант, мадам", — сказал он. — "Мне кажется, что было бы преступлением не записать её на более серьезную подготовку".

Моя мать была вежливым человеком, который быстро уступал под давлением, поэтому она сразу же согласилась на его предложением, и вскоре я уже была записана на настоящие уроки плавания. Могла ли я всё ещё остановиться на этом этапе? Абсолютно. Всё, что мне нужно было сделать, это сказать, что я устала от плавания или что мне некомфортно ездить на пароме на материк одной. Но я не сделала этого, что говорит о многом о том, насколько я действительно беспокоилась о том, чтобы не перегружать свою мать, как только стало ясно, что это может действительно произойти, я сразу замолчала.

Справедливости ради, я работала изо всех сил, когда начались мои занятия, тренируясь так усердно, как только могла, чтобы не позволить потратить деньги на обучение и билеты на паром впустую. В результате я стала такой хорошей пловчихой, что к шестому классу заняла первое место на большом ежегодном районном соревновании по плаванию. За это достижение меня наградили на следующей школьной линейке, и именно тогда другие дети из моего класса начали обращать на меня гораздо больше внимания, а некоторые даже захотели стать моими друзьями. Так как спортивные способности практически единственное, что определяет популярность ребенка в начальной школе, я вскоре стала самым популярным ребенком в классе. Никто больше не осмеливался смеяться надо мной из-за моей внешности.

Это было так приятно, что я совсем забыла о вине, которую когда-то чувствовала за дополнительную финансовую нагрузку на мою маму, и начала жить полной жизнью, не заботясь ни о чем. Куда бы я ни пошла, люди осыпали меня похвалами, но слова, которые значили больше всего и давали мне силы продолжать тренироваться еще усерднее, исходили от Канаэ.

"Блин, Акари. Ты просто огонь в последнее время", — сказал он однажды, когда мы шли домой из школы. — "Видишь, я всегда знал, что в тебе это есть. Я понял, что ты предназначена для великих свершений задолго до того, как все остальные осознали, какая ты хорошая пловчиха!"

"Ах да? Ты знал это всё это время, а?" — поддразнила я.

"Ага! Видимо, у меня просто глаз на такие вещи, хехе-хехе!» — похвастался он.

"Ваушки*. Тебе бы быть охотником за талантами* или кем-то вроде этого".

# Прим. Пер. — Здесь используется уменьшительно-ласкательное восклицание "Wowie", я не понял, как лучше его перевести: можно как "ваушки", был вариант "вяуу", но он что-то не очень. Talent Scout — это квалифицированный специалист, который подбирает способных молодых исполнителей.

"Эй! Не будь со мной саркастичной!"

Я тихонько хихикнула про себя, он поймал меня с поличным. Но если серьезно, я действительно была благодарна Канаэ. Если бы он так высоко не оценил мои способности в тот день в третьем классе, возможно, я никогда бы не начала так серьёзно относиться к плаванию.

"Спасибо за всё, Канаэ-кун", — сказала я тихим и робким голосом.

"Что за чёрт? С чего это вдруг?"

"Ты всегда обращал на меня внимание, даже когда никто другой не обращал. Это для меня многое значит".

Услышав это, Канаэ сбросил свой хвастливый тон и начал принижать свои заслуги, говорил что-то вроде: «Нет, я тут ни при чем», и его лицо стало красным как свекла. В тот момент я действительно чувствовала себя самой счастливой девушкой на свете. Если бы я могла продать свою душу, чтобы эти дни никогда не закончились, я бы сделала это мгновенно.

Краткие сведения об этой главе:

Над главой работала группа: Stellaris.

Переводчик и редактор: Portcerius.

Слов главе: 1191

Символов в главе: 7357