Рука Серены дрожала, когда Джеффри направлял её, заставляя двигаться по его мужскому достоинству. Она не была невинной девушкой, но ситуация казалась ей...странной. Щёки пылали от смущения. Она не собиралась этого делать, но, раз уж её ладонь оказалась на члене Джеффри, она невольно оценила его размер и толщину.

Джеффри глухо застонал. Её рука была такой мягкой, словно нежный шёлк скользил по его коже. Он придвинулся ближе, а затем встал, заставляя Серену сесть прямо.

Теперь перед ней во всей красе предстало его напряжённое мужское естество. Оно было твёрдым, пульсирующим, словно требовало её внимания.

Джеффри взял её ладонь и обхватил ею своё достоинство.

«Видишь, что ты со мной делаешь?» — его голос звучал низко и хрипло.

Серена не ожидала, что Джеффри может быть таким...бесстыдным. Но, наблюдая за ним, она поймала себя на мысли, что её губы слегка приоткрылись, а дыхание сбилось. [Чёрт, что она творит?]

Её пальцы сами собой двинулись вверх-вниз, обхватывая его всё крепче.

«Да, вот так, Серена.» — выдохнул он, отпуская её руку. Затем его пальцы мягко скользнули в её волосы, направляя её голову вниз. «Попробуй...оближи его.»

Она нерешительно высунула язык и осторожно провела им по головке.

Джеффри задохнулся от наслаждения. Несмотря на то, что он манипулировал ею, всё, что она делала, исходило от неё самой. Это сводило его с ума.

«Да, Серена, именно так...»

Её движения становились увереннее. Она брала его всё глубже, обхватывала ладонью, ласкала его ртом. Он не отрывал от неё глаз, его дыхание сбилось, мышцы напряглись.

Серена почувствовала, как он сотрясается в оргазме, горячие капли заполнили её рот. Вкус был отвратительным, и она не смогла заставить себя проглотить их. Позволив им стекать по её губам, она поспешно схватила полотенце, обмакнула его в тёплую воду и тщательно вытерла рот.

Джеффри усмехнулся, наблюдая за её смущённым лицом. Он сел рядом и обнял её за талию.

«Спасибо, Серена.» — шепнул он, целуя её в лоб. «Я люблю тебя.»

***

Когда Джеффри ушёл, Серена поспешила в свою спальню. Она даже не позволила служанке помочь ей раздеться.

Заперев дверь, она бросилась в ванную, открыла кран в ванне, а сама подошла к раковине и начала яростно чистить зубы. Раз, два, три...Только когда привкус окончательно исчез, она выключила воду и скользнула в наполненную ванну.

Тёплая вода обволокла её, но не принесла утешения. Слёзы текли по её щекам, в груди разрасталась ненависть к самой себе.

[Что она натворила?]

[Да, она сделала это, чтобы остановить Джеффри от худшего. Она понимала, что это был единственный способ. Но было ли это действительно так?] Она могла просто уйти, могла сказать «нет» твёрже...

Но главное, что её мучило, что ей это понравилось.

Она наслаждалась его прикосновениями. Она желала его. Если бы в тот момент её разум отключился окончательно, она бы позволила ему взять её. Даже сейчас её тело тосковало по нему.

Глухо всхлипнув, Серена провела мочалкой по своей коже, грубо, до красноты, словно пыталась стереть с себя случившееся.

[Она грязная.]

[Шлюха.]

[Как она могла поступить так с Чарльтоном?]

Сжав колени, она закрыла лицо руками и зарыдала.

[Как теперь смотреть Чарльтону в глаза? Он ведь любил её, верил ей. А она…она...]

Мысли путались. Она хотела провалиться сквозь землю. Умереть. Исчезнуть.

И вдруг, словно удар грома, в её голове прозвучало напоминание.

[Она могла быть беременна.]

Эта мысль пронзила её насквозь. [Нет. Она не должна так думать. Она должна быть сильной. Ради их ребёнка.]

Серена глубоко вдохнула, закрыла глаза, а затем медленно вылезла из ванны. Завернувшись в полотенце, надела ночную сорочку и забралась в постель.

Но сон не приходил.

[А если Чарльтон узнает?]

[Если он возненавидит её?]

[Захочет ли он её после всего, что видел в лабиринте?]

[Ей нужно поговорить с ним. Всё объяснить.]

Она взглянула на часы. Три часа ночи. [Звонить сейчас, безумие.] Она подождёт до утра.

[Но что она скажет ему?]

Серена снова заплакала.

[Она должна держаться. Если не ради себя, то ради ребёнка.]

***

Чарльтон вышел с бала, сославшись на плохое самочувствие. Герцог с герцогиней обеспокоенно провожали его, но он убедил их, что просто съел что-то не то.

Как только он оказался в своей машине, его руки сжались в кулаки.

[Он должен был остановить это. Он должен был защитить её.]

Но он не сделал ничего.

Добравшись до дома, Чарльтон вздохнул с облегчением, матери не было, она уехала в Саффокс. Ему не нужно было объяснять своё подавленное состояние.

«Мне звонили?» — спросил он у дворецкого.

«Нет, милорд.»

Чарльтон сжал челюсть. [Серена не звонила. Была ли она уже дома? Или всё ещё с Джеффри?]

Он провёл рукой по лицу. [Чёрт, он не мог сейчас ей звонить.] Он просто не знал, что сказать.

«Принеси мне бутылку скотча в комнату.» — распорядился он.

Всё, что он хотел в этот момент, утонуть в алкоголе и забыться. Завтра ему снова придётся встретиться с реальностью, но этой ночью...

Пусть хотя бы этой ночью он побудет один со своей болью.