Эмили была седьмой в очереди на прослушивание. Она терпеливо ждала своей очереди. Когда её наконец пригласили войти, она увидела мужчину, сидящего за пианино, а за длинным столом — Эдварда, Чарльтона и еще двух мужчин, выполнявших роль жюри.

«Я думал, что имя мне знакомо, но теперь вижу, что это ты, Эмили! Давно не виделись. Как ты?» — поприветствовал её, Эдвард.

«Доброе утро, мистер Истон. Да, прошло немало времени. У меня все хорошо. Я рада получить возможность пройти это прослушивание. Надеюсь, вы будете снисходительны к моему выступлению.» — ответила она с улыбкой.

«Разумеется. Прошу, начинай.» — кивнул Эдвард.

Чарльтон в знак приветствия лишь слегка наклонил голову.

Он понимал, что лучше было бы не работать с Эмили. [Серена этому точно не обрадуется. Но решение принимал не он один.] Он работал на Columbia и знал, что, несмотря на дворянское происхождение, семья Эмили не была особенно состоятельной. Возможно, ей действительно нужна эта возможность. Поэтому он решил быть объективным: если у нее есть талант, то он не станет ставить ей препятствия.

Песня, написанная Гарри, предназначалась для мужского вокала, поэтому Эмили пробовалась на дуэт, созданный Роджером.

Пианист, Джером, улыбнулся девушке и жестом пригласил её сесть рядом с инструментом, после чего объяснил, что они будут делать.

«Мисс, сначала я попробую обучить вас первой песне. Это дуэт, так что постарайтесь следовать за мной.» — сказал он, указывая на ноты. «Я спою мужскую партию, а вы — женскую.»

Эмили кивнула.

«Хорошо.»

Джером заиграл на пианино, а затем начал петь:

"Ты — солнечный свет, а я — луна,

Судьба нас свела,

Полночь и полдень,

Разделяя небо, мы благословлены… Ты и я…"

Закончив, он взглянул на Эмили:

«Поняли? Давайте попробуем?»

«Давайте.»

Джером вновь заиграл, и Эмили повторила его партию. Она допускала ошибки, но он терпеливо её поправлял.

Члены жюри внимательно слушали. И внутри себя уже знали, голос у Эмили просто прекрасный, почти неземной.

Когда её прослушивание закончилось, жюри зааплодировало.

«Эмили, это было великолепно. После обеда, когда все прослушивания закончатся, результаты будут вывешены за дверью. Советую подождать здесь с остальными, чтобы не приходить повторно.» — сказал Эдвард.

Эмили кивнула и улыбнулась.

«Спасибо.»

***

«Я считаю, что голос Эмили идеально подходит для этой песни. Я уже уверен, что выберу её.» — заявил Роджер.

«Согласен, но у нас еще есть другие кандидаты. Мы должны прослушать всех.» — ответил Эдвард. «Кроме того, нам еще нужно выбрать исполнителей для мужских партий — и для Гарри, и для тебя.»

Роджер бросил на Чарльтона многозначительный взгляд, надеясь, что тот согласится исполнить дуэт. Но Чарльтон сделал вид, что ничего не заметил.

Прослушивания продолжались. Когда все кандидаты выступили, жюри совещалось около двадцати минут. Выбор женской партии был очевиден — её получила Эмили. Мужскую партию в песне Гарри получил Дэн Куинн, а дуэт с Эмили исполнял Клод Мишель. Эдвард записал имена победителей на листке бумаги и пошел вывешивать результаты.

***

Когда Эмили вышла из комнаты, она ощущала легкое волнение. Хотя она была уверена в своих силах, все же она была не единственной конкурсанткой. [Но судя по реакции жюри…возможно, роль досталась ей?]

Она терпеливо ждала, общаясь с другими участниками.

Через полтора часа дверь открылась, и вышли Эдвард, Чарльтон и остальные. Они улыбнулись всем присутствующим.

«Спасибо, что пришли на прослушивание. Хотя не все сегодня получили роль, мы приглашаем вас пробоваться снова, когда появятся новые песни. Те, кто прошел, должны вернуться завтра для подписания контракта и начала репетиций. Еще раз спасибо и хорошего дня.» — сказал Эдвард, прежде чем повесить лист с результатами.

Перед тем как кто-то успел заглянуть в список, он добавил:

«А теперь мы пойдем.»

Когда жюри ушли, участники бросились к списку.

Прежде чем Эмили успела его увидеть, одна из девушек радостно вскрикнула:

«Эмили! Ты прошла! Я тоже хотела получить эту роль, но очень за тебя рада! Поздравляю, ты этого заслуживаешь!»

Эмили улыбнулась. Она была уверена в себе, но официальное подтверждение вызвало у нее чувство гордости. Это была настоящая победа.

***

Один за другим участники покидали здание, но Эмили не спешила. Она хотела поговорить с Чарльтоном, попросить его помочь с её собственной песней.

Пропустив обед, она терпеливо ждала, пока он не спустился вниз и не вышел на улицу. Когда он направился к своей карете, она его окликнула:

«Чарльтон!»

Он узнал голос и остановился.

«Да, мисс Эмили? Кстати, поздравляю с победой.»

«О, спасибо! Я и не ожидала, что пройду.»

Чарльтон кивнул:

«Ты заслужила это. Но ты хотела о чем-то спросить?»

«Да. Я хотела узнать…ты мог бы помочь мне с одной песней, над которой я работаю? Ты ведь в этом так хорош.»

Чарльтон покачал головой:

«Хотел бы, но у меня сейчас очень плотный график.»

«Не прямо сейчас, а, может быть, после записи? Ты же мне должен услугу, не так ли?»

Чарльтон вспомнил, что действительно был ей должен, но он понимал, что сначала должен спросить разрешения у Серены. Он не хотел снова давать повод для недопонимания. Работа над песней, это часть его обязанностей, но личные услуги совсем другое.

«Посмотрим.» — уклончиво ответил он.

Эмили сдержала разочарование. [Он что, хочет отказаться от долга?]

«Ну же, неужели у тебя совсем не будет времени? Или кто-то будет против?» — она многозначительно улыбнулась.

Чарльтон не хотел, чтобы она догадалась о его отношениях с Сереной, поэтому нашел оправдание:

«Дело не в этом. Просто у меня много встреч, а в августе я уезжаю в Саффокс, так что не знаю, как сложится расписание.»

«О…» — Эмили разочарованно вздохнула. Она чувствовала усталость из-за пропущенного обеда, и ноги на мгновение подкосились.

Чарльтон, среагировав инстинктивно, поддержал её.

«Ты в порядке? Будь осторожнее.»

«Спасибо. Ну, может, тогда в учебный год? К тому времени ты ведь будешь свободнее?»

Чарльтон вздохнул. [Она слишком настойчива.] В конце концов, он кивнул. Он действительно был ей должен.

«Спасибо! Спасибо!» — радостно воскликнула Эмили, обняла его, а затем, довольная, ушла.