Зелёный свет медленно угасал, оставляя после себя густую, давящую тишину. Воздух, ещё несколько мгновений назад ядовитый и плотный, стал чуть чище, словно сам источник отравления был уничтожен. Сон Су лежал на спине, глядя в тёмный, подернутый остаточным маревом потолок пещеры. Всё тело горело: мышцы кричали от перенапряжения, лёгкие с трудом втягивали воздух, а в висках отдавалась тупая боль от действия спор.

Но сквозь эту физическую разбитость пробивалось новое, незнакомое ощущение — мощь. Чистая, необработанная энергия, которая наполняла каждую клетку его тела, заставляя сиять даже в полумраке. Перед его глазами, без всякой команды, всплыли системные оповещения, одно за другим.

[Победа над Старейшиной Трясины! Получено 2500 XP]

[Уровень повышен! Текущий уровень: 9]

[Уровень повышен! Текущий уровень: 10]

[Для следующего уровня необходимо 2000 XP]

[Получено: Сердце Трясины (Уникальный материал)]

[Получено: Осколок Аномального Кристалла]

Десятый уровень. Целых десять. И ещё один осколок. Су медленно поднял руку, разжимая кулак. На его ладони лежал уже знакомый предмет — кусок кристалла, пульсирующий смутно знакомой энергией, нарушающей пространство. Рядом с ним в инвентаре мерцала новая иконка — «Сердце Трясины», сгусток тёмной, живой древесины, испещрённый прожилками ядовитого зелёного света.

Два осколка. Две аномалии. Это не могло быть совпадением.

Он с трудом поднялся на ноги, пошатываясь. Взгляд упал на то место, где исчез Теневой Страж. Там была лишь пустота, но в памяти чётко стоял образ — дымчатая фигура, принимающая удар, чтобы дать ему шанс. Не инструмент. Союзник.

«Спасибо», — прошептал он в тишину, не ожидая ответа.

Затем его сознание, уже привыкшее к многозадачности, вызвало статус. Цифры были впечатляющими. И пугающими.

[Уровень: 10 (0.00%)]

[Свободные очки характеристик: 10]

[HP: 101/220] [MP: 235/235]

[Эффект: «Гнилостные споры». Скорость восстановления HP и MP снижена на 50%. Длительность: 06:12.]

Десять очков. Целое состояние. Он был ранен, отравлен, но сильнее, чем когда-либо. И абсолютно один в безмолвном, опустевшем подземелье, которое он только что ценой невероятных усилий очистил. В одиночку.

Он посмотрел на два осколка в своём инвентаре, затем на «Сердце Трясины», и на свою запылённую, исцарапанную куртку. Это была его добыча. Его доказательство. Его сила. И его величайшая тайна.

Пора было возвращаться. И ему предстояло решить, что он покажет миру, а что навсегда останется спрятанным за голубым интерфейсом Системы.

Сон Су шагнул из мерцания врат, и его чуть не вырвало от резкой смены атмосферы. Гнилостная влага болота сменилась сухим, пыльным воздухом промзоны. Солнце, уже клонящееся к закату, резало глаза после подземного мрака. Он пошатнулся, едва удерживаясь на ногах. Куртка была изорвана в клочья, джинсы пропитаны чёрной грязью и бурыми пятнами высохшей крови. Рука, перетянутая грязным бинтом, тупо ныла. От него пахло болотом, смертью и усталостью.

Патруль из двух охотников у входа, скучавший над своими терминалами, поднял головы. Их лица сначала выразили привычное равнодушие, затем — недоумение, и, наконец, — настороженность.

— Стой! — старший из них, мужчина с шрамом на щеке, поднял руку. — Ты откуда? Из «Трясин»? Где твоя группа?

Су лишь кивнул, слишком уставший, чтобы говорить.

— Подтверди личность, — потребовал второй охотник, протягивая планшет.

Су молча приложил палец к сканеру. На экране замигал его профиль.

СОН СУ. ОХОТНИК E-РАНГА. АКТИВНОЕ ЗАДАНИЕ: ЗАЧИСТКА «ГНИЮЩИХ ТРЯСИН» (D-РАНГ). СОСТАВ ГРУППЫ: 1 ЧЕЛ.

Патрульный с шрамом хмуро посмотрел на Су, затем на пустое пространство за его спиной.

— Ты заходил один? — в его голосе прозвучало недоверие, граничащее с предостережением. — E-ранг и сольный заход в D-ранговое подземелье? Это самоубийство.

— Да, один, — тихо, но отчётливо произнёс Су.

— Как выжил? — второй охотник оторвал взгляд от экрана, его лицо исказилось. — Да там одни древники...

— Босс был аномалией, — перебил его Су, чувствуя, как последние силы покидают его. — Старейшина Трясины. Ранг C.

Слово «аномалия» заставило обоих охотников замереть. Они переглянулись. Сомнения сменились настороженностью, граничащей со страхом. E-ранг, единственный выживший в аномальном подземелье... Это пахло не везением, а чем-то гораздо более серьёзным.

— Тебе нужно пройти с нами, — старший патрульный сказал это уже не как просьбу, а как приказ. — Сейчас же. Для дачи показаний. При таких... обстоятельствах это стандартная процедура.

Он бросил последний взгляд на потрёпанную фигуру Су, на его неестественно острый и спокойный взгляд, и на клинки за поясом, которые выглядели слишком уж грозно для простого E-ранга.

— Поздравляю с выживанием, охотник, — он кивнул в сторону машины, — но теперь у Ассоциации к тебе есть вопросы. Очень много вопросов.

Су молча позволил себя проводить. Он знал, что этого не избежать. Он был больше не невидимкой. Он стал проблемой. И пока они садились в машину, он видел, как второй патрульный что-то срочно и взволнованно говорит в рацию. Слухи начинали ползти. «Везунчик». «Призрак». «Аномалия».

Его привезли не в главный офис, а в безликое административное здание на окраине промзоны — один из многочисленных «адаптационных центров» Ассоциации. Здесь не было роскоши и блеска главного хабa, только голые стены, линолеум и запах дешёвого кофе.

Его проводили в небольшую, почти пустую комнату с столом и двумя стульями. Су молча сел, положив руки на холодный стол. Он чувствовал, как «Гнилостные споры» медленно, но верно съедают его силы, но новый, десятый уровень давал достаточный запас прочности, чтобы не показывать слабость.

Через десять минут в комнату вошли двое. Первый — немолодой мужчина в идеально сидящем костюме, с лицом бухгалтера и глазами ледяной глыбы. Господин Ким. Су узнал его — тот самый клерк, принимавший у него кристаллы и выдавший удостоверение E-ранга. Второй — женщина помоложе, в практичной форме, с планшетом в руках и оценивающим взглядом охотника. Её нашивка гласила: «Внутренняя безопасность. Офицер-инспектор».

Господин Ким сел напротив, сложив руки на столе.

— Сон Су, — его голос был ровным и безразличным. — Мы встречаемся при... беспрецедентных обстоятельствах. Офицер Ли будет вести протокол.

Офицер Ли кивнула, её пальцы замерли над экраном.

— Логистический регистр зафиксировал ваш сольный вход в подземелье D-ранга «Гниющие Трясины» в 10:47, — начал Ким, глядя на данные в своём планшете. — И ваш сольный выход в 16:12. В течение этого времени других охотников в подземелье не было. Вы понимаете, что это означает?

— Да, — коротко ответил Су.

— Это означает, — вступила офицер Ли, её голос был низким и на удивление мягким, но в нём чувствовалась сталь, — что вы, охотник E-ранга, либо совершили самоубийственную глупость, либо... — она сделала театральную паузу, — вы зачистили подземелье D-ранга в одиночку. Наши данные сканирования показывают полную ликвидацию всех врагов, включая аномалию, обозначенную как «Старейшина Трясины». Энергетическая сигнатура была высокой концентрации. Ранг C.

Она положила планшет на стол. На экране была схема подземелья с залившей всё красной зоной в центре — эпицентр энергии босса, которая теперь была нулевой.

— E-ранг, — продолжил господин Ким, отчеканивая каждое слово, — не способен на такое. Это противоречит всем нашим моделям и статистике. Вы либо лжёте о своём ранге, либо использовали несертифицированные средства, либо... с вами произошло нечто, что требует объяснений.

Су молчал. Он смотрел им прямо в глаза, чувствуя, как его собственная Система молча парит в сознании, готовая в любой миг выдать ему любую информацию. Он был крепостью.

— Ваше молчание лишь усугубляет ситуацию, — Ким постучал пальцем по столу. — По регламенту, при подозрении на сокрытие силы или использование запрещённых методов, мы имеем право задержать вас для полного досмотра и проведения... углублённого обследования.

В воздухе повисла открытая угроза. «Углублённое обследование» могло означать что угодно — от унизительных обысков до попыток выявления скрытых способностей.

Именно в этот момент дверь открылась. В комнату вошёл один из патрульных и что-то тихо прошептал господину Киму. Тот нахмурился, затем кивнул, и на его лице мелькнуло досадливое разочарование.

— Вам «повезло», Сон Су, — он произнёс это с лёгкой усмешкой. — Ваш выход привлёк внимание. С вами хочет побеседовать представитель... другой структуры. Наше расследование пока приостановлено.

Офицер Ли подняла бровь, явно удивлённая.

Су не почувствовал облегчения. Если что-то и могло быть хуже допроса в Ассоциации, так это «внимание другой структуры». Его одиночный подвиг приобрёл слишком большой резонанс. Игры только начинались.

Су вышел из здания «адаптационного центра» под конвоем того же патруля. Его не отпустили, а перевели в соседний корпус — более современный и строгий. Здесь пахло не кофе, а озоном и стерильной чистотой. Его проводили в небольшой, но комфортабельный кабинет. На столе стоял кулер с водой, а за ним, в кресле, сидел человек.

Это был не чиновник. И не охотник в привычном понимании. Мужчина лет сорока, в дорогом, но неброском костюме, с внимательным, проницательным взглядом, который словно сканировал Су, оценивая каждую деталь. На столе перед ним лежал тонкий планшет, но он им не пользовался.

— Сон Су, — его голос был спокоен и лишён эмоций, как у хирурга. — Присаживайтесь. Меня зовут Чон Минхо. Я представляю Комитет по Изучению Аномальных Феноменов.

Су молча сел. Комитет... Он слышал об этом лишь вскользь, как о чём-то между мифом и слухом. Элитная, закрытая структура внутри Ассоциации, занимающаяся всем, что выходит за рамки понимания.

— Вы произвели сегодня... впечатление, — Чон Минхо откинулся на спинку кресла. — Одиночная зачистка D-рангового подземелья с аномальным боссом. Впервые за последние пять лет. И, что ещё интереснее, вы сделали это, будучи официально зарегистрированным как охотник E-ранга. Это статистическая невозможность.

Он сделал паузу, давая словам повиснуть в воздухе.

— Господин Ким и офицер Ли считают, что вы либо скрываете свой истинный ранг, либо использовали запрещённые артефакты. Я же придерживаюсь иной точки зрения. Я считаю, что с вами произошло нечто. Нечто, что изменило ваши... базовые параметры.

Су сохранял каменное лицо, но внутри всё сжалось. Этот человек был опаснее всех патрулей и следователей вместе взятых.

— Я не буду тратить ваше и своё время на допрос, — Чон Минхо продолжил. — Вы ничего не скажете. Я это понимаю. Вместо этого я хочу сделать вам предложение.

Он достал из папки бланк и положил его перед Су.

— Это контракт. Контракт с Комитетом. Вы получаете особый статус «Охотника-Специалиста». Вам будут поступать задания, связанные с аномалиями. Высокооплачиваемые. Вы получаете приоритетный доступ к закрытой информации и некоторым... ресурсам Ассоциации.

Су скользнул взглядом по бланку. Цифры вознаграждений были заоблачными.

— А что взамен? — впервые за весь разговор нарушил молчание Су.

— Взамен, — лёгкая улыбка тронула губы Чон Минхо, — вы предоставляете Комитету эксклюзивные права на изучение всех аномальных артефактов и явлений, с которыми столкнётесь. И... отчитываетесь лично мне. Мы опустим формальное повышение вашего ранга в общих базах. Для всех вы останетесь E-рангом, внезапно нашедшим свою нишу в зачистке сложных подземелий. Это прикроет вас от излишнего внимания таких, как Ким.

Это была сделка с дьяволом. Невероятные возможности в обмен на свободу и пристальное внимание самой скрытной организации.

— Вам не нужно отвечать сейчас, — Чон Минхо протянул ему визитку — простой чёрный прямоугольник с номером. — У вас есть сорок восемь часов. Подумайте. Но имейте в виду: отказ будет расценен как отсутствие лояльности. А с такими, как вы, у Ассоциации... короткие разговоры.

Су взял визитку. Она была холодной, как лёд.

Через пятнадцать минут он вышел на улицу. Было уже темно. Город жил своей ночной жизнью, не подозревая, что в его серых улицах появился новый игрок. Он сжал в кармане визитку и посмотрел на свои руки — руки, которые всего за несколько недель превратились из орудия отчаяния в инструмент невероятной силы.

Он был свободен. Но его свобода висела на волоске. Он стал сильнее. Но его сила привлекла хищников. Он был один. И именно в этом одиночестве заключалась его единственная настоящая сила.

Он сделал шаг в сторону дома, к своей убогой квартире, которая вдруг перестала быть тюрьмой, а стала крепостью. Опорным пунктом в войне, о которой никто не знал. Его войне.