Меня привезли в замок, точней, это когда-то называлось замком. Ветхие стены грозили обрушиться, не дожидаясь осаждающих их войск. Замку нужен был нужен ремонт, но средств, видимо, не хватало. Знамена на вершинах угловых и центральной башен выцвели, что стали походить на размазанные серые полотна, которые сливались с небом. От рва остался лишь небольшой бруствер, мост был без одной цепи, а та, которая осталась, была полностью проржавевшей, и вряд ли когда-нибудь мост сможет быть поднят.

Надо отметить, вонь стаяла невыносимая. Меня, человека долго работающего с химикатами и ядами, - это не особо напрягало, как и местных. Видимо, они уже привыкли к этому. В замке было мало народу, в основном женщины с земляными лицами. Глаза их были пусты, такие глаза обычно у тех, кто просто жил по накатанной дороге. Если бы кто-то сказал им выйти в окно, они бы вышли. Опустошённые жалкие люди.

Томир провел меня в просторный зал главной башни замка. Там, за большим дубовым столом с погрызенными ножками, сидел молодой человек, примерно двадцати лет. На нем был синий с серебром камзол и смешные, длинные чулки, выходящие из фонариков-шорт. А его красивое лицо с правильными чертами явно привлекало немало женщин. Увидев меня и главу охраны, он радостно воскликнул:

- Приветствую лекаря Феста, сына Лоренца в моём замке. Я, баронет Нарис сын барона Клода. Признаться, я вас уже заждался, - баронет весело мне улыбнулся, но тут же стал серьёзным и слегка понизил тон: - Томир, нельзя же так обращаться с гостями.

Он поднялся, и, взяв из ножен Томира кинжал на поясе, аккуратно перерезал веревки, плотно стягивающей запястья обоих моих рук. Томир недовольно скривился, показывая своим видом, что это не совсем разумное решение. Тогда как меня насторожило поведение баронета. Разве так должен вести себя аристократ? Но я не заострил на этом внимание, так как мои руки были наконец-то свободны.

- Приношу свои извинения за манеры моего подчинённого, но времена такие, - улыбнулся мне баронет, и, не глядя, возвратил кинжал хозяину, - Я бы хотел с вами поговорить. Однако, не изволите сначала разделить со мной скромную трапезу? - внезапно ухмыльнулся баронет и махнул рукой на место рядом с собой, приглашая присоединиться.

- Благодарю за приглашение к трапезе, ваша светлость, - сказал я, делая неловкий поклон, одновременно потирая запястье, - я с удовольствием приму ваше предложение.

Ужин у баронета был предельно простым: сыр, неизвестные мне коренья, краюхи хлеба и жареная рыба. И тут я понял, настолько был голоден. Правда, от меня не укрылся внимательный взгляд баронета  и его кивок Томиру, на то, как я ловко управляюсь столовыми приборами.

Я долго размышлял над своим поведением, и понял, что нет уже смысла скрывать, кто я есть. Никто не может в одночасье перебороть и переделать  свои привычки, характер и социальное поведение человека из другого мира и по щелчку пальцев став совершенно другим. Возможно, я бы смог согнуть спину в идеальном поклоне для простолюдина, или есть руками, или говорить так, как говорит смерд, но я уже показал, кто я есть. Надо придумать новый план.

Когда я и баронет насытились, а со стола было убрано, пришло время для увлекательной беседы, которая решит мою судьбу.

- Итак, - весело сверкнул глазами баронет Нарис, но я заметил, что лицо его побледнело, - расскажите мне о себе, лекарь Фест сын Лоренца.

Я глубоко вздохнул, втягивая в себя оставшийся приятный запах еды.

- Как вы знаете, ваша светлость, я простой лекарь из деревни Посоле. Лекарь, весьма посредственный. И я не могу ничего сказать о своей жизни. Она была ничем не примечательной до определенного момента. До того момента, когда я переболел душнилкой, – ответил я, полностью успокоившись.

Лицо баронета мгновенно побледнело, а глаза сузились. Он напоминал мне собаку, взявшую верный след.

- Да, я ей переболел. И скорее всего, у меня появилась невосприимчивость к ней. Но, к сожалению, я потерял чувство страха и чувство жизни. Эмоции немного притупились, - решил я открыться, сказав правду, соврав при этом. Хотя у меня действительно притупились чувство и желание жить, но это было еще до того, как я появился в этом мире, поэтому это была относительная правда.

- Допустим, я тебе поверю. Но меня интересует самое главное: как ты вылечился? - спросил баронет.

- Никак, - честно ответил я.

Баронет долго молчал, смотря мне в глаза, затем кивнул и откинулся на спинку стула:

- То есть ты хочешь сказать, что великие маги белой некромантии умирают, великие герои умирают, великие лекари умирают, но ты, посредственный травник и лекарь, смог побороть душнилку ничего при этом не делая? - недоверчиво уточнил баронет, всматриваясь в мое лицо своими пронзительно серыми кошачьими глазами.

- Я не помню ничего, - невозмутимо ответил я, разглядывая свои ладони, - может я что-то и принимал. Какие-нибудь отвары или настои. Но не думаю, что это мне помогло.

- Ты демон или колдун, вселившийся в тело лекаря Феста? - задал вопрос баронет, который я ожидал услышать.

- Нет. Я никакой не демон и не колдун, - я весьма твердо и уверенно посмотрел на него так,  что он даже смущенно отвел взгляд.

- Ты владеешь магией?

- Нет, я не владею магией.

- Ты владеешь мечом?

- Я не владею ни мечом, ни копьем, ни луком. Я не боец.

- Где ты научился пользоваться столовыми приборами, - спокойным тоном спросил Томир, все это время стоящий у меня за спиной.

- Сам научился, - улыбаясь самому себе, ответил я ему не оборачиваясь, - не большая наука держать вилку и нож. – Ещё вопросы есть? – спросил я. Но ответом было долгое молчание.

- Не знаю, говорит ли он правду, Нарис, но он не лжет, - сказал баронет и устало закрыл лицо руками.

Я обернулся и удивленно посмотрел начальника охраны.

-  Нарис, сын барона Клода, - тихо, но уверенно представился мужчина, - Я не хотел обманывать, но нам нужно было убедиться, что ты тот, за кого себя выдаешь, что ты не колдун и не демон, что у тебя нет злых помыслов в отношении людей.

- Поэтому ты претворился начальником охраны и сам поехал за мной? - моя изогнутая бровь заставила его смутиться на доли секунды, но он быстро взял себя в руки.

- Если хочешь что-то сделать хорошо, сделай это сам, - ответил баронет, - Начальник охраны - Томир, мой наставник, пару дней назад умер от душникли. Я никому не мог поручить это дело, потому что...

- Все, я больше не выдержу, - крикнул бывший бывший баронет и, оттолкнув стул,  устремился ко мне. От его неожиданного поведения, я рефлекторно встал и попятился, но ЛжеТомир схватил меня за плечо, останавливая. Фальшивый баронет подбежал ко мне и сделал то, что я меньше всего ожидал - легонько стукнул меня ладонью по лбу.

Когда он оказался рядом, я заметил, что пот с его бледного лица катился градом, дыхание было учащенным, глаза были влажными. Я удивленно смотрел на него, потом на баронета, ожидая пояснений. Но никто ничего не собирался объяснять.

- Мой друг, иди отдыхать. Ты мне можешь еще понадобиться, - твердо сказал баронет, и бывший баронет слабой походкой вышел из зала. Настоящий Нарис  провожал его обеспокоенным взглядом, кулаки его были сжаты так, что костяшки побелели.

- Иди за мной, - зло бросил он мне. Мне ничего не оставалась, как идти за новым баронетом.

Мы молча шли по темным коридорам замка. Баронет был явно не в духе. Он расстроился из-за поведения или самочувствия своего друга? Или из-за того, что я не знаю, как лечить болезнь? Или потому что я не демон и меня не за что повесить? Вопросов было много, а ответов было никаких. Я явно прошел какой-то тест, сам того не подозревая. Но глядя на баронета, вопросы сейчас лучше не задавать.

- Мы идем в покои моего отца, который болен. Вылечи его, - отчеканил баронет.

Я закатил глаза. Он хоть что-то запомнил из разговора за ужином?

- Повторюсь, ваша светлость, я не знаю, как лечить эту болезнь, - немного раздосадовано ответил я.

- Хотя бы попытайся, - уже немного мягче, даже с просьбой в голосе ответил ЛжеТомир, - у тебя есть два или три дня прежде чем….

Баронет прервал свою речь на полуслове, но затем продолжил:

- У тебя есть два или три дня. Вылечи его.

Больше вопросов я не стал задавать, так как чувствовал, что тема весьма болезненная. Через пару минут, баронет открыл ключом дверь. Мы пришли в просторное полутёмное помещение, в котором пахло сыростью, травами и дымом от свечей.

- В комнате уже есть все необходимое. Три раза в день тебе будут приносить еду, убирать отходы. Если что-то нужно, говори. Я постараюсь достать все необходимое.

Я кивнул и вошел в комнату. Дверь тут же за мной закрылось, и послышались быстрые удаляющиеся шаги.

Я прошел в глубь просторной комнаты. На кровати лежал мужчина лет пятидесяти и хрипел. Его лицо было потным и красным. Но даже в таком виде, он производил впечатление весьма благородного человека. Его сильно знобило, было видно, высокая температура держалась уже долгое время.

По бокам комнаты стояли лавки, заваленные различным тряпьем и шкурами. В комнате находилось два стола, на которых были пучки трав, различные кувшины, предметы для врачевания и даже варочная стойка (средневековый дистиллятор, который создан для смеси и варки ингредиентов).

Я не знал, как лечить душнилку, но хрипы умирающего человека весьма раздражали. Видимо из-за сильной боли в легких он не мог уснуть. Сначала я решить избавится от раздражающих меня факторов, а потом спокойно подумать. Мне было абсолютно все равно, умрет барон или нет. Но расстраивать тупого баронета не хотелось, потому надо продержать его отца живым хотя бы пару дней. Необходимых компонентов тут, конечно, не было, но я стал работать с тем, у меня было на руках.

Я не знал, чей сбор трав лежал на столе, но он был не так плох. По крайней мере, я нашел кору белой ивы, которая была достаточно мощным антисептическим и жаропонижающим средством, и мой любимый молочай, корни которого ядовиты, но при правильной дозировке обладают противовоспалительное эффектом. Кто-то уже снял с корня буроватую кору, а значит корень можно применить в отваре. Я растолок несколько унций шалфея и медуницы, и хотел добавить еще немного полыни, но это было уже сильно рискованно. Заварив это в варочной стойке, а потом дав настояться, я аккуратно дал испить отвар барону из пиалы. Со временем, хрипы барона стали тише, но никуда не исчезли, а дыхание стало относительно ровным.

Теперь можно немного отдохнуть. Я сел на лавку и прислонился к стене, блаженно закрыв глаза. Покой? Неужели? Можно расслабиться. Но под шкурой что-то слабо зашевелилось. Меня прошиб холодный пот.

Крыса?!

P.s. Все рецепты представлены в новелле не действительны. Не будьте полнейшими идиотами, не лечитесь по новелле в жанре иссекай.