Глава 82. Инцидент с ядовитой иглой

«Каждое новое начало происходит из конца другого. Поэтому в реальной жизни не существует такого понятия, как начало с нуля», – Сенека Младший, римский философ.

Да, я содрал умную цитату какого-то римского философа, да неважно. Я лишь хотел сказать, что зимние каникулы наконец-то закончились и мне снова придется ходить в школу.

Я знал, что если не проснусь пораньше, то в первый учебный день мне придется несладко, но я ослабил бдительность. Прошлой ночью я засиделся допоздна и проспал.

В моей форме было душнее, чем обычно. Впрочем, это было в порядке вещей, ведь последние несколько недель я пользовался только свободной повседневной одеждой. Когда я переоделся и направился к двери, Угин остановила меня и поправила мой кривой галстук. Я поразился ее поведению. Неужели она наконец-то встала на правильный путь?

Вскоре я вошел в школу и оказался в классе. В классе, куда я неизменно ходил с прошлого года.

Как правило, после летних каникул у многих моих одноклассников кожа становилась темнее из-за загара, но после зимних каникул этого не происходит. Наоборот, они становились еще светлее.

Я сел на свое место и бросил учебники и другие вещи на свой стол. Вид этих учебников вызвал у меня чувство печали. Они сопровождали меня весь прошлый год, но скоро с ними придется попрощаться. Мне не хотелось отпускать их, хотя они не приносили мне ничего, кроме головной боли.

Поверили? Конечно же, при возможности я бы сжег эту кучку бесполезных бумажек прямо сейчас. К черту их.

Через год все, кто учился в моей школе, выпустятся, пойдут по своим дорогам и постепенно отдалятся друг от друга. Большинство из нас не смогут увидеть друг друга после окончания школы.

Именно в такие моменты я понимал, насколько ценной и чудесной была моя школьная жизнь. Макото, Цуру, Арина и остальные, если бы в моей жизни все пошло немного по-другому, даже не говоря о том, чтобы найти с ними общий язык, я бы даже не смог бы с ними встретиться.

Если бы я поступил, например, в другую школу, я бы не смог встретиться с ними, но вместо этого я бы познакомился и сошелся с другими людьми, может быть, даже вступил бы в какой-нибудь клуб, завел бы группу друзей, с которыми всегда проводил бы свою юность. Что ж, такой сценарий был бы наилучшим.

Давайте представим, что существует кнопка, позволяющая отмотать время назад, причем при ее нажатии вы можете выбирать, сохранять свои воспоминания или нет, – вы бы решились на это?

Некоторые люди поступили бы так без колебаний, возможно, чтобы спасти близкого человека, погибшего в результате несчастного случая, или чтобы, используя воспоминания о номерах в лотерее, сорвать большой куш. Какой бы ни была причина, они нажмут на кнопку, попытаются достичь того, что сделало бы их счастливыми, а потом будут жить долго и счастливо.

А что, если они решат стереть свои воспоминания?

Это означало бы, что их прошлые отношения, обстоятельства, физические и душевные травмы, которые у них случались, все, что они накопили в своей жизни до этого момента, — все это превратилось бы в ничто. Они потеряют свои воспоминания, а значит, даже не будут знать, что прибыли из будущего. Им бы в голову не пришло, что они уже были в будущем, и Бог знает, повторили бы они свои ошибки или нет.

Если бы вы спросили меня, хочу я нажать на эту кнопку или нет, я бы ответил так: даже если бы вы дали мне сто миллионов иен, я бы никогда этого не сделал. Я так дорожил своими близкими, ведь эти люди стали для меня просто незаменимыми. Как я уже говорил, встреча с ними была сродни чуду. Сомневаюсь, что я смогу воссоединиться с ними, если вернусь в прошлое.

Поскольку это последний год, когда мы вместе, я должен беречь его как следует.

— С новым годом!

Живущий полноценной жизнью старшеклассника Макото поприветствовал меня. Он почему-то выглядел сонным, что было для него необычно.

— С новым годом. Что случилось? Не выспался? Снотворное может помочь, только не пристрастись к нему.

— Я не буду его пить, черт возьми. Я не мог уснуть прошлой ночью, слишком нервничал перед школой...

— Ты что, детсадовец?

— Мог бы отнести меня хотя бы к среднекласснику… В любом случае, что насчет тебя? Ты выглядишь сонным... Впрочем, для тебя такое состояние нормальное...

— Моему мозгу нужно тринадцать часов сна в сутки, вот почему я такой. У меня накопились долги перед мозгом, потому что в школьные дни я не могу их выплачивать. Мне кажется, что скоро я стану банкротом.

— А что будет, если ты обанкротишься?

— Я умру.

— Тогда что ты здесь делаешь? Иди спать!

— Ну, я потихоньку выплачиваю часы по выходным, так что мой долг держится в пределах разумного.

Ну, давайте на секунду прекратим размышлять о моем графике сна, сейчас это не имело значения. Куда важнее была Арина. С того дня я ничего не слышал о ней. Я несколько раз пытался связаться с ней, но всегда останавливался на кнопке вызова. Мне было неловко поговорить с ней, но в то же время я боялся самого худшего варианта.

Перед самым началом урока я вышел из своего класса и отправился к Арине.

— Фу-ух…, – облегченно вздохнул я, увидев ее.

Она была одета в свою форму, шарф скрывал половину ее лица. Ее руки были в карманах, а сама она свернулась калачиком, как броненосец. Ей действительно не нравится холод, да?

— Йо. Холодно?

— Почему я должна смотреть на твое лицо с утра пораньше?

— Раз ты продолжаешь так общаться, то я полагаю, что у тебя всё в порядке, да?

— Что значит в порядке? Ты что, слепой? Я тут замерзаю до смерти. Как ты можешь вести себя обычно в такой холод? Может, у тебя есть шерсть? Ты что, на самом деле животное?

— Что за чушь ты несешь в такую рань?

— Можешь сказать мне правду, я не буду осуждать.

— Признай, что ты просто слабачка.

— Скажешь это еще раз – я тебя прибью.

Пусть её слова и звучат угрожающе, но говорила она не четко, потому что бормотала в шарф, который прикрыл её рот. Руки же, которыми она обычно меня била, были спрятаны в карманы.

Она попыталась напугать меня, но мне это, наоборот, показалось милым.

— Что-то случилось еще?

— О чём ты?

— …Я про твоего отца…

— А, он так и не вернулся. Что, ты беспокоишься обо мне?

— Конечно, волнуюсь! Но я рад, что ничего не случилось.

— Хм, в последнее время ты стал лучше выполнять обязанности раба.

— Когда-нибудь я восстану против своего владельца!

Я почувствовал облегчение.

Ее ядовитый язык успокоил меня, так как он означал, что у нее все хорошо. Если бы она заговорила, как в прошлый раз, я бы не знал, что делать.

Как раз в тот момент, когда я собирался вернуться в класс, кто-то схватил меня за левое плечо и оттолкнул. Парень встал между мной и Ариной. Я встречал его в коридоре, но никогда раньше не разговаривал с ним, и от его внезапного грубого поведения мне стало не по себе.

— Арина! Вы всегда мне нравились с первого курса!

Он ни с того ни с сего начал публичное признание, что было довольно редко в наше время. Так поступали только горячие парнишки, потому что рисковали быть отвергнутыми и опозоренными.

После его слов в классе воцарилась тишина. Его голос был настолько громким, что мне захотелось заткнуть ему рот чем-нибудь.

Тем временем Арина, получившая признание, не сдвинулась с места несмотря на то, что услышала его.

— Ты такой шумный. Я разговариваю вон с тем парнем, не мешай мне. Неужели родители совсем не научили тебя соображать? Ты как корова, возвращайся в свой загон и спокойно ешь свое сено.

Конечно, итог был таким же, как и всегда. То есть грустным. Представьте, что девушка, которую вы обожаете, обращается с вами как с коровой. Будь он мазохистом, ему бы понравилось, но, кажется, он таким не был.

Его лицо сразу же помрачнело. Казалось, ее слова задели его гордость.

— Что такого хорошего в этом парне?! Такое ничтожество!.. Как и ожидалось, вы встречаетесь, да?

Ну и ну, она и правда задела его гордость.

Я услышал смех Юри позади себя. Я обернулся и жестом попросил ее вмешаться и успокоить парня, но она полностью проигнорировала меня.

— Так, так, успокойся, выпей кофе или еще чего-нибудь, наверняка так ты успокоишься.

— Не зазнавайся, Сакаки! Ты не заслуживаешь Арину!

— Знаю, знаю, можешь не объяснять мне. Ну, если на этом все, то я возвращаюсь в свой класс.

Я легонько похлопал его по плечу, чтобы успокоить, пытаясь подражать тому, что показывали в зарубежных телесериалах.

В ответ он с силой отмахнулся от моей руки и толкнул меня в грудь. Если бы я был девушкой, то в этот момент я бы застонал от неожиданности, но я не думаю, что кто-то хотел услышать мои стоны.

Похоже, этот парень действительно посчитал меня своим врагом. Я оказался застигнут врасплох и не успел контратаковать, хотя мне и не хотелось этого делать. Ты крут, чувак, ты победил меня, теперь прикончи меня.

Затем по классу разнесся резкий хлопок.

Арина встала и дала парню пощечину.

Повторяю, она дала пощечину ему, а не мне.

Она дала пощечину не мне, жертве насилия, а тому, кто стал причиной перепалки.

Я удивился, что она не дала мне пощечину.

В классе снова воцарилась тишина.

Глаза парня дрогнули, он потер распухшую щеку, а Арина тем временем презрительно посмотрела на него, сморщившегося от силы ее удара.

— Проваливай! – сказала Арина ледяным голосом.

Парень вышел из класса с безжизненным выражением лица.

Юри, Шиона и Ран удивились, увидев резкую вспышку Арины. Они давно не видели ее такой, так что их можно было понять. После этого класс оживился, казалось, что они пытались восстановить накалившуюся атмосферу.

Посреди этого Арина вернулась на своё место, вздохнула и поправила шарф.

— Как зовут того парня?

— А? Не знаю... Кажется, Ичи?

— Хаа... Ну и заноза в заднице...

— Ты собираешься отомстить ему?

— Зачем? Я должна вписать его имя в блокнот.

— А?

— …Боже…

Она что-то написала.

«Я имею ввиду список признавшихся».

— А, точно…

Она записывала имена всех тех, кто признался ей, чтобы другая Арина была в курсе.

Так как она была в плохом настроении, а скоро должен был прийти мой классный руководитель, я решил вернуться. Я извинился и попросил прощения за беспокойство, которое я причинил остальным ученикам.

— Ну, я возвращаюсь. Успокойся, хорошо?

Она закрыла глаза, наморщила брови и кивнула.

***

— Почему ты снова обедаешь со мной?

Наступил обеденный перерыв, после чего Макото поспешил ко мне, как будто так и надо. Почему он оказался здесь, а не стал крутить любовь с Рукой? Кто знает.

— Между нами возникла проблемка…

— Ммм?

— Я ни разу не позвонил ей на зимних каникулах…

— Да? Давай разберемся.

Честно говоря, меня уже давно не волнует его личная жизнь. Точнее, меня интересует, как далеко зашли их отношения, но не более того. Мне были бы интересны их отношения, если бы я был лучше знаком с Рукой, но так как это не так, то мне без разницы.

— А еще до меня дошли слухи…

— По этой школе ходит много слухов. Серьезно, у людей слишком много свободного времени, чтобы распространять всякие сплетни...

— Я слышал, что Арина избила тебя до полусмерти.

— Ничего такого не было.

— Правда? Ну, ты вроде в порядке, так что, думаю, слухи ложны...

— Кто пустил этот дурацкий слух? Сакаки Суи так просто не сдастся. Что за надувательство!

— Так она подралась?

— Да, с кем-то, кто признался ей в любви. Это он получил пощечину, а не я.

— Когда это было?

— Сегодня утром.

— Понятно…

Я отчетливо помню эту пощечину. Она была настолько сильной, что я почувствовал его боль, хотя был всего лишь сторонним наблюдателем. Я не понимал, как такое стройное тело могло создать столь мощную силу, а если бы попытался понять, то обнаружил бы, что потратил время в пустую.

— Есть еще один слух.

— Еще один?

— Акакуса-сенсей может быть переведена в другую школу.

— А?

Акакуса-сенсей будет переведена?

Что значит «будет переведена»?

Переедет?

Как далеко? На три метра?

Или, может, он имел ввиду, что она переедет в другой дом?

Может я не так услышал, и он сказал не «дом» а «колодец»*?

[п/п: у них одинаковое произношение в японском]

Акакуса-сенсей не может ведь жить в колодце?

Переведена? Перевестись? Перевод?

Потом...

Очевидно, я застыл на месте с палочками, которые все еще держались за яичные роллы.