Глава 3

В тот момент я была настолько ошеломлена, что у меня отвисла челюсть. Ч-что? Он всерьез подозревает, что она пыталась покончить с собой? Конечно, Эбигейл порой пыталась привлечь внимание, но обвинять ее в подобном — уже перебор! Эбигейл притворялась больной! Сама бросалась в озеро! Даже яда выпила!

Хм… да уж. Основания для подозрений есть. Даже я начала сомневаться в ней. Почему Эбигейл устроила беспорядок, а мне приходится его разгребать? Хотя я чувствовала себя глубоко несправедливо, я решила сдержать свой гнев ради спокойной жизни в будущем.

— Конечно, я немного чудила, потому что хотела привлечь внимание Вашего Величества…

— Немного?

— Н-несколько раз…

— Несколько раз?

— В-в любом случае! Не в этот раз.

Я старалась говорить как можно ровнее. Но в его глазах по-прежнему читалось недоверие.

— Что бы вы ни делали, я не могу дать вам ту любовь, которую вы желаете.

Мне захотелось плеснуть ему в лицо холодной водой. Нет, кто об этом говорил? Я почувствовала себя униженной, словно меня отвергли еще до признания.

— Вот и прекрасно. Я тоже больше не стремлюсь к вниманию Вашего Величества. — Эти слова были не шуткой или бравадой, а чистейшой правдой. Я больше не хотела его внимания. Но Савилиан по-прежнему смотрел на меня с подозрением. Я повторила искренне: — Умерев и вернувшись к жизни, я осознала тщетность всего этого. Выпрашивая любовь Вашего Величества, я заслужу лишь жалость. А я не нуждаюсь в жалости.

Как Савилиан не пытал ко мен теплых чувств, так и я не испытывала привязанности к нему. Поначалу меня привлекла его красота. Но вскоре мне приелось это хладнокровное отношение.

— Вы можете подозревать меня, но на этот раз я клянусь своей честью и честью моей родины, что я здесь ни при чем.

— Вы уже клялись честью.

Черт, Эбигейл! Надо было меньше врать, подумала бы о том, кто будет разгребать твой беспорядок!

Сохраняя спокойствие, я продолжила:

— Если бы я сделала это ради привлечения внимания Вашего Величества, я бы указала на служанку как на виновную.

Настоящая Эбигейл так бы и поступила. Она бы выбрала одну из служанок, которую считала красивой, и уничтожила бы даже ее близких.

— Я уже несколько раз устраивала инсценировки, и если бы я сказала, что не знаю, кто виновник, меня бы наверняка заподозрили. Я бы скорее придумала убедительного для Вашего Величества виновника. Вместо того, чтобы подвергаться этим подозрениям.

— …

Савилиан не возразил. Но и не отвел от меня подозрительного взгляда. Недоверие между нами застыло, как лед, и не таяло как снег.

— Конечно, учитывая мое прошлое, вы имеете право меня подозревать. Впредь я буду вести себя безупречно. В знак раскаяния за прошлые поступки у меня есть предложение.

— Предложение?

— Мы… — я постаралась приветливо улыбнуться, приподняв уголки губ, — будем спать в разных комнатах.

Я заметила едва уловимое расширение его зрачков. Похожее выражение я видела лишь однажды, когда Эбигейл умерла и вернулась к жизни.

— В разных комнатах… Вы имеете в виду?..

— Да. В разных комнатах, — подчеркнула я каждое слово.

Казалось бы, инициатива в интересах Савилиана, но на самом деле, это решение выгодно и для меня. Сейчас Эбигейл и Савилиан делят одну постель. Это создавало мне огромные неудобства. Мне хотелось спокойно высыпаться, переворачиваться во сне, но присутствие постороннего человека сковывало мои движения, заставляя лежать неподвижно, словно труп.

В конце концов, он для меня — совершенно чужой мужчина. Несмотря на формальность брака, мы оставались незнакомцами. Мне надоело каждую ночь засыпать в напряжении и просыпаться от сонного паралича. Поэтому, если мы будем спать отдельно, это пойдет на пользу обоим. А если я еще и заслужу его расположение благодаря этому, то будет просто прекрасно.

Савилиан продолжал смотреть на меня с недоверием. Прошлая целая вечность, прежде чем он кивнул.

— Хорошо. Я распоряжусь подготовить вашу спальню в ближайшее время.

— Замечательно. А, и еще… У меня есть не только предложение, но и просьба.

— …Просьба?

Ух, его взгляд снова стал настороженным.

Я поспешила развеять возможное недоразумение:

— Вам не обязательно исполнять супружеский долг передо мной. Но, пожалуйста, будьте верны своей роли отца.

— Роли отца?

— Если вы не заинтересованы в создании наследника, разве не следует вам заботиться о той дочери, которая у вас уже есть?

На лице Савилиана читалось полное непонимание. Я тихо вздохнула.

— Когда принцесса Бланш поранилась, не вы обращались с ней равнодушно, как с чужой?

— Разве я не вызвал придворного врача?

— Было бы гораздо лучше, если бы вы первым делом поинтересовались ее самочувствием.

На его лице не появлялось ни тени раскаяния. Какой же он все-таки сложный человек. Сначала я думала, что Савилиан пренебрегает Бланш из-за того, что она девочка, но теперь я в этом сомневаюсь. Если бы ему нужен был наследник, он давно бы попытался зачать сына с Эбигейл.

Возможно, ему просто не нравилась Эбигейл. Но при этом он не собирался разводиться и не искал другую королеву. Тогда в чем же дело? Спартанское воспитание, когда лев сбрасывает своих детенышей со скалы? Стратегия, чтобы вырастить Бланш сильной? Глупости. Строгость и пренебрежение — это совершенно разные вещи.

— Это ваш ребенок, не кто-то другой. Пожалуйста, любите ее немного больше.

— Да. Вы правы. Это мой ребенок.

О? Теперь понимает?

Однако вопреки моим ожиданиям, голос Савилиана был холоден, словно северный ветер.

— Это не ваше дело, а мое. И я сам разберусь.

Что? «Дело»? Он что, только что назвал собственного ребенка вещью?

Прежняя Эбигейл, услышав такое, наверное, заплясала бы от радости. Ведь никто не радовался сильнее ее, когда отношения между Бланш и Савилианом портились. Но теперь все иначе. Я не могла притворяться, что не замечаю, как жестоко обращаются с ребенком. Сжав зубы, я резко вскочила с места. От моего движения стол слегка качнулся, и чай немного выплеснулся.

— Теперь мое имя — Эбигейл Фридкин. Бланш тоже носит фамилию Фридкин. Так что у меня есть полное право вмешиваться.

Я посмотрела на него с нескрываемым презрением и ненавистью. Савилиан же ответил лишь молчанием.

— Мое требование остается прежним. Пожалуйста, любите принцессу Бланш. С сегодняшнего дня я буду спать отдельно. Прошу простить.

Уходить первой было невежливо, но мне уже все равно. Я покинула гостиную, оставив за собой холодный ветер. Савилиан даже не подумал меня проводить.

* * *

— Клара, неужели королева и правда будет спать отдельно от Его Величества?

— Правда, госпожа Нома!

Служанки, прислуживавшие Эбигейл, тихо шептались между собой.

Женщина по имени Нома была далека от стандартов красоты: высокая, долговязая, с горбатым носом. Клара, с которой она беседовала, тоже выглядела совершенно обычно — молоденькая служанка с каштановыми волосами и веснушками на лице.

Клара понизила голос так, будто раскрывала какую-то страшную тайну.

— Причем это королева сама предложила спать отдельно.

— Что она опять задумала?

Словно в замке бушевал ураган, каждый день здесь ходили новые слухи. И причиной этого урагана была не кто иная, как Эбигейл. Ее имя чаще других звучало на устах обитателей дворца. Женщина, которая однажды умерла, была одета в саван и положена в гроб, а потом неожиданно вернулась к жизни. Более того, после своего возвращения она начала вести себя совершенно непредсказуемо.

— Что значит «задумала»? Ведь их отношения изначально были плохими, разве не из-за этого она решила спать отдельно? — наивно спросила Клара.

Нома лишь крепче сжала губы.

— Не может быть все так просто, Клара. Она явно что-то замышляет. Это же госпожа Эбигейл.

Нома служила Эбигейл с самого ее появления во дворце. За год, проведенный рядом с ней, она могла бы целую неделю рассказывать, сколько мучений ей пришлось пережить. Даже сейчас ее одежда красноречиво говорила об этом. В отличие от обычных горничных, служанками могли быть только девушки из дворянских семей. Поэтому они обычно носили красивые платья и драгоценности.

Однако наряды Номы и Клары ничем не отличались от одежды простых горничных. Все это из-за того, что Эбигейл строго следила за их внешностью. Стоило кому-то хоть немного выделиться на ее фоне, как тут же следовал выговор. Из-за этого служанки старались одеваться максимально просто, не красились и не носили украшений.

— Люди так легко не меняются. Скоро она опять сорвет на нас свое плохое настроение. Будь осторожна.

— Хм-м, хорошо. Я буду внимательнее.

Клара кивнула, но на ее лице по-прежнему читалось сомнение. Нома тихо вздохнула. После покушения на Эбигейл множество служанок и горничных были заменены новыми людьми. Клара была одной из них и еще не знала, какой страшной женщиной может быть Эбигейл. Если так пойдет и дальше, ее выгонят уже через несколько дней.

Нома собиралась вновь предупредить ее, но в этот момент из комнаты раздался звонок — звала Эбигейл. Опасаясь упреков за медлительность, обе поспешили внутрь. Однако Эбигейл уже выглядела недовольной. С плотно сжатыми губами она смотрела на стол так, словно собиралась испепелить его взглядом.

«Чер, неприятности», — мысленно выругалась Нома. Судя по выражению лица, она опять готовилась устроить истерику.

— Я хочу кое-что спросить у вас двоих.

От холодного голоса королевы по коже пробежали мурашки. Нома почтительно ответила:

— Да, Ваше Величество.

— Как вы думаете, какие из этих туфелек лучше подойдут принцессе Бланш?

Эбигейл указала на стол, на котором стояли две пары очаровательных детских туфелек. Одни были черными туфельками типа «Мэри Джейн», а другие — белыми, с маленьким каблучком и милым бантиком сзади.

Подарок для Бланш? Конечно же, здесь скрывался какой-то подвох. Наверняка она задумала что-то ужасное, например, подложить внутрь гвозди или иголки. Но проблем в том, что на вопрос следовало ответить. Может, лучше сказать, что оба варианта слишком хороши для принцессы?

Пока Нома мучительно размышляла, Клара рядом с ней внезапно заговорила. С сияющим лицом она радостно произнесла:

— По-моему, оба варианта ей очень подойдут!

Нома испуганно уставилась на Клару. Как можно было дать такой глупый ответ? Теперь Эбигейл точно разозлится…

— Правда? Мне тоже кажется, что оба варианта ей идут, — вдруг радостно воскликнула Эбигейл, глаза ее засияли. Но тут же лицо королевы снова омрачилось. — А вдруг ей не понравится мой подарок?

— Тогда, может, покажете ей оба варианта и дадите выбрать самой?

— Думаешь, так будет лучше?

Эбигейл снова задумалась. Нома ошеломленно смотрела на нее.

Неужели королевы действительно просто выбирала подарок? По ее выражению лица казалось, будто она собиралась кого-то убить…