Сирамори-семпай ездила в школу на поезде, а я на велосипеде.

После дел нашего кружка мы обычно вместе добирались до парковки велосипедов.

Могли начать расходиться слухи, что мы вместе по школе ходим... Но к счастью или нет, ничего такого не говорили.

Скорее всего дело в том, что хоть мы и шли вместе, никто не считал, что мы встречаемся.

«Сирамори-семпай с каким-то парнем идёт... А, это кохай из её кружка. Она просто добрая, вот и дружит с этим мрачным и неприметным типом».

Типа так.

Все считали как-то так.

Ну, я уже привык. Меня не сильно тревожит, кто и что думает. Я никому не интересен, и могу делать всё, что захочу... Вот такие мысли у меня были.

Но если честно, когда мы начали встречаться, весь мой опыт сбросился. Я замечал взгляды вокруг. Хотел вести себя как обычно, но теперь не понимал, как это. А? А как обычный я с Сирамори-семпай ходил? Немного впереди? Слегка позади? Рядом?

— Кстати, — когда добрались до велосипедной площадки, девушка заговорила.

Она не заметила, что я почти упустил её из виду, и слегка сентиментально сказала:

— Куроя-кун, а ты быстро читаешь книги.

— А?.. Чего так внезапно?

— Да нет. Просто подумала. Книги, которые я тебе одалживала, ты всегда очень быстро читал. Обычно уже на следующий день возвращал, и даже впечатлениями делился. И так с тех пор, как мы познакомились...

— ... Ну, одолженную книгу надо ведь прочитать поскорее и вернуть.

— Неужели, — заговорила Сирамори-семпай.

Она посмотрела мне в лицо и ехидно улыбнулась.

— Ты так привлекал моё внимание?

— Что?..

— Считал, что если вернёшь поскорее, то моя симпатия усилится?

— ... Конечно нет. Ты всё неправильно поняла. Я всегда считал, что так правильно. Кто бы ни одалживал книги, я за день читал и возвращал, — вздыхая, сказал я, отстегнув свой велосипед. — Блин, ну да, я застенчивый. И к тебе... Я как бы уже давно испытываю симпатию, но это не значит, что мой мир вращается вокруг тебя...

— ... Вот как, — слегка печально сказала она.

На лице была улыбка, но она больше напоминала усмешку и была окрашена унынием.

— А-ха-ха... Как неловко. Я всё не так поняла.

— Сирамори-семпей...

— А я радовалась. Куроя-кун сразу же читал книги, которые я одалживала. Читал книги, которые понравились мне, и говорил, что они и тебе понравились. Для любителя книг тут ничего особенно радостного нет.

Эти чувства... Я прекрасно понимал.

Я сразу же читал одолженные и рекомендованные книги.

Тут нечему особенно радоваться.

Всё же... Львиную долю книг прочитать не выйдет.

— Ты ведь любишь книги, потому я думала, что ты серьёзный парень... Но я слегка надеялась, что так ты решил сблизиться со мной... И я была бы рада, окажись это правдой... А-ха-ха. Прости, что-то я напридумывала.

— ...

— Ладно… Я домой. Пока.

— П-подожди!

Я видел, что она собирается уходить, готовая расплакаться, и тут же позвал её.

Сирамори-семпай остановилась, но поворачиваться ко мне не стала.

— П-прости... Я соврал. На самом деле... Всё так, как ты сказала, — я выдавливал слова ей в спину. — Нет у меня... Таких принципов. Да и друзей у меня немного, никто мне книг не одалживает... Я читал так быстро, потому что ты мне их одалживала... Они были для меня приоритетнее других... Это, как бы... Я только так мог привлечь твоё внимание...

Я мог возвращать книги любимому семпаю.

Парень вроде меня... Рад уже этому.

Было так здорово, что я читал так быстро, как мог... Но и расчёт тут был.

Если прочитаю быстро рекомендованные книги, она обрадуется.

Потому если буду читать быстро, я надеялся, что её симпатия станет сильнее.

Вот такой обходной способ.

Прямо о чувствах я рассказать не мог и бился за любовь на окольных путях...

— Так что это... Ты всё верно сказала, семпай...

— ... Хе, — пока я говорил, она обернулась. — Так и знала.

А на лице её была улыбка.

Такая улыбка, будто она радовалась, что добычу в ловушку заманила.

— Вот как. Всё же ты пытался как мог привлечь моё внимание.

— ... А, что?..

— Хи-хи. Какой же ты милый, Куроя-кун.

— ... М? Т-ты меня провела?

— Ты сам купился. Я лишь слегка печальное лицо состроила.

— Это и значит «провела»!

— Ты сам первый соврал. Мог сразу признаться, но тебе надо было повыделываться.

— ... М!

Она меня сделала.

Всё обман.

И эта её печальная улыбка и неловкие признания.

— Будь осторожен, Куроя-кун. Все женщины мастера обмана. Если тебя так легко провести, тебе ещё расти и расти.

— ... Я-я домой!

Она собиралась тыкнуть пальцем мне в щёку, а я отстранился и сел на велосипед. И поехал поскорее.

Ретировался, пока ещё что-то неприятное не случилось.

А за спиной я слышал заливной смех.

— До завтра, Куроя-кун.

— ... М?! М?!.. Да, до завтра!

Я злился, было обидно, я был унижен, но при этом сказал «до завтра», в любви я совершенно точно был проигравшим.