***

В конечном итоге я так ничего и не выяснила. В тот день мне пришлось вернуться домой с горьким осадком на душе, успев лишь бросить Рудрику на прощание, что я тоже еду на Север.

И всё же я решила дождаться его возвращения после того внезапного бегства. Глядя на его лицо издалека, я не на шутку встревожилась, он выглядел слишком серьезным, почти пугающим. Когда Рудрик не появился спустя довольно долгое время, я уже всерьез подумывала переночевать в особняке герцога.

Однако Итан Миллер, один из командиров дивизий, отговорил меня от этой затеи. Я как раз сидела в приемной, собираясь позвать дворецкого, чтобы он подготовил для меня комнату, когда столкнулась с Итаном в дверях гостиной.

«Вы всё еще здесь?» - он выглядел искренне удивленным.

Узнав о моем намерении остаться на ночь, он заметно занервничал, и на его лбу выступила холодная испарина.

«Его Превосходительство внезапно отбыл по крайне срочному делу и вряд ли вернется до конца дня.» - остановил он меня.

С этими словами он мягко, но настойчиво подтолкнул меня к выходу, всем своим видом показывая, что мне пора уходить. Я была в замешательстве, но у меня не оставалось выбора, кроме как вернуться домой.

[Всё это казалось крайне подозрительным: Рудрик, который еще мгновение назад спокойно сидел рядом со мной, внезапно «стал очень занят». Командиры, сорвавшиеся вслед за ним, а теперь и странное поведение Итана...] Не выдержав, перед самым уходом я тайком спросила его:

«Да что всё-таки происходит?»

Сэр Итан посмотрел на меня с каким-то странным выражением лица и произнес фразу, которую я тогда совершенно не поняла:

«Всё закончилось, даже не успев начаться.»

«…?»

В итоге я ушла ни с чем. Следующий день не принес облегчения. Так и не сомкнув глаз ночью, я написала Рудрику, как только рассвело. Но ответа не последовало, и мои надежды начали таять.

А потом, словно гром среди ясного неба, пришла весть:

«Вы скоро отправляетесь на Север?»

Оказалось, Рудрик вовсю готовится к отъезду.

«Да, он уезжает уже на этой неделе...Разве ты не знала?» - родители посмотрели на меня с недоверием.

Я лишь неловко улыбнулась и пробормотала:

«Я не думала, что он сорвется так скоро.»

Но в голове так и крутился вопрос: [Разве ты не говорил тогда, что никуда не поедешь? Видимо, он всё обдумал и решил изменить свое решение. В тот момент, в гостиной, он казался настолько искренним в своем нежелании уезжать, что я даже не могла заподозрить его во лжи. У него явно была причина.]

[Значит ли это, что проблема решена? Но какая именно?]

Сколько бы я ни размышляла, у меня не было ни единой зацепки, поэтому вскоре я бросила эти пустые гадания. [В конце концов, Рудрик едет на Север, это факт, и точка.] На всякий случай я отправила ему ещё одно письмо. На этот раз официальный запрос от имени леди Аверин к Его Превосходительству герцогу Боузеру: просьба разрешить посещение их северного особняка.

Ответ пришел на удивление быстро:

[Как пожелаете.]

[Казалось бы, мне следовало радоваться, но в лаконичности этих слов чудилось что-то зловещее.] Я ещё долго сверлила глазами это письмо, прежде чем прийти в себя. Впрочем, времени на ворчание не оставалось, как и говорили родители, сборы пошли в бешеном темпе.

«К чему такая спешка?» - поражалась я.

Император и Рудрик, оказывается, уже давно обсуждали детали похода, и стоило им договориться, как всё пришло в движение. Только под моими ногами земля буквально горела. Я лихорадочно паковала вещи: [нельзя было позволить Рудрику уехать без меня из-за моей неготовности. Эта поездка была слишком важна, чтобы я могла позволить себе хоть одну оплошность.]

До самого последнего дня я была поглощена сборами. Хестия, помогавшая мне, всё ещё возилась с чемоданами.

«Завтра уже в путь.» - задумчиво произнесла я, глядя в окно.

[Я не путешествовала целую вечность. В детстве мы иногда выбирались в загородный коттедж неподалеку от родительского дома, но с тех пор, как начались эти зловещие сны, я почти не покидала столицу, разрываясь между подготовкой к возможной войне и делами семьи. Да, были рабочие поездки, но это не в счет: вечные бумаги в карете, спешные встречи и немедленное возвращение в особняк.]

[Вообще-то, я и сейчас еду на Север не отдыхать. Но, может, стоит прислушаться к родителям и постараться хоть немного расслабиться в пути? Когда вернемся, снова начнется суматоха. Если мне удастся найти демонического червя и получить титул, дела пойдут в гору, и тогда нашей семье не видать покоя до самого собрания по выбору преемника.]

[Было бы неплохо найти для этого надежного человека. Нет, я не просто надеялась, он был мне необходим. Пришло время действовать. Чего бы мне это ни стоило!]

«Вы готовы?»

Я злорадно ухмылялась, перебирая в уме свои планы, когда за спиной открылась дверь. Я обернулась. Там стоял Джерон, скрестив руки на груди. Как выяснилось, он должен был отплыть в Королевство Хансен через несколько дней после моего отъезда. Я ослепительно улыбнулась ему: [мне нужен был кто-то объективный, чтобы оценить мои приготовления.]

«Всё. Готово.»

Джерон, почуяв неладное в моей подозрительной улыбке, тут же развернулся, собираясь сбежать.

«А? Ну, раз всё хорошо, то я, пожалуй, пойду...»

«Нет уж.»

Но я была быстрее. Предвидя его реакцию, я в один прыжок настигла его и схватила за запястье. Глядя, как его лицо становится всё более обреченным, я весело рассмеялась:

«Ну же, взгляни поближе!»

***

В это же время командиры дивизий сидели за столом с лицами более серьезными, чем когда-либо. Честно говоря, они собрались лишь потому, что их господин сейчас обсуждал маршрут на Север с кем-то из Имперских рыцарей, и им было нечем заняться. Тем не менее, обычно разбредающиеся кто куда рыцари сейчас сгрудились вместе. И не просто так. Они активно участвовали в «совещании», которые обычно так ненавидели.

«Это наша вина.» - первым подал голос Рут Федекс, командир второй дивизии.

Он чувствовал странный укол совести. [Его называли «голосом разума в рыцарском ордене Боузера», но как он мог допустить, чтобы ситуация настолько вышла из-под контроля? Если бы он вовремя вмешался, Его Превосходительство не впал бы в столь нелепое заблуждение.]

Рут тяжело вздохнул. Рядом с ним сидел человек с не менее мрачным видом. Это был Итан Миллер, командир четвертой дивизии, ставший невольным катализатором этой драмы. Именно он принес скандальные сплетни из светских салонов и ляпнул: «Мне кажется, ему это нравится».

«Какой позор...Если бы я только промолчал...» - сокрушался Итан.

«Эй, ну хватит тебе, не вини себя. Мы все ошиблись.» - попыталась утешить его Леона Сельвиг, начальник третьей дивизии.

«Да уж, я тоже не ожидал, что всплывет именно это имя.» - кивнул Мишель Димитри, командир шестой дивизии.

Но Рут, наблюдавший за ними, твердо прервал их:

«Мы не можем отрицать, что Его Превосходительство пострадал из-за наших промахов.»

На этих словах все поникли. Даже для них стало шоком известие о том, что леди Аверин влюблена вовсе не в их господина. Трудно было представить, какой травмой это стало для самого Рудрика, ставшего свидетелем её признания. Они никогда раньше не видели, чтобы он так импульсивно покидал свое место.

«Его Превосходительство, конечно, надеялся на лучшее, но…»

«Но мы ничего не можем поделать. У леди уже есть возлюбленный.»

«Нет, можем.» - Рут обвел взглядом командиров. «Они ведь ещё не встречаются.»

Леона уставилась на него, открыв рот:

«Ты хочешь сказать…мы должны заставить леди передумать?»

«Именно.»

«Но разве это в наших силах? Если мы снова начнем сводить от имени Его Превосходительства и сядем в лужу…»

«На этот раз всё иначе. Его Превосходительство настроен решительно.»

Рут ясно помнил слова своего господина, который исчез на полдня после того дня. Скрежет зубами от ярости, тот произнес: «Посмотрим, на что мы способны». В этом холодном, горящем взгляде Рут прочел истину. [В этот раз всё будет по-другому. Впервые в жизни их господин собирался бороться за то, что ему дорого. До этого он всегда выглядел опустошенным и безразличным к жизни.]

«Именно поэтому мы обязаны помочь ему.» - заключил Рут.

Его решимость передалась остальным. Командиры медленно подняли головы, переглянулись и твердо кивнули. Сейчас они напоминали заговорщиков на пороге революции.

«Сделаем это.»

«Женщина лучше всего понимает сердце другой женщины, не так ли?» - прищурилась Леона.

«А мой кузен, между прочим, невероятно искусен в соблазнении дам.» - вставил кто-то.

Они переглянулись и коротко рассмеялись. Рут Федекс, с гордостью глядя на своих товарищей, объявил:

«Тактическое совещание объявляю закрытым!»

И командиры разошлись, готовые к действию.

В это время Рудрик, сидевший в своем кабинете над картами вместе с Имперским рыцарем, внезапно нахмурился. По его телу пробежали мурашки, а вдоль позвоночника скользнул неприятный холодок.

[Почему мне так неспокойно на душе?]