В далеком прошлом.

В одной деревне на острове в южной части континента жила обычная семья из четырех рыбаков.

Муж и его беременная жена вместе выходили в море на промысел, а две их дочери присматривали за домашним хозяйством.

Жизнь была трудной, ведь улов не всегда радовал изобилием, но семья жила счастливо, заботясь друг о друге.

Но наступил роковой день. Супруги надеялись поймать побольше рыбы.

Дочери подрастали, и в утробе матери вскоре должен был зародиться еще один ребенок, поэтому они хотели скопить побольше денег на будущее.

После долгих раздумий они рискнули зайти в рыболовную зону, которая в деревне считалась запретной.

Жители деревни не ловили там рыбу, так как это место из поколения в поколение считалось священным, и поэтому оно так и кишело рыбой.

Это стало началом их беды.

В этих водах жил морской дракон, и, по трагической случайности, в сети супругов попал детеныш морского дракона. Сети разорвали его на куски и убили.

В ярости морской дракон явился перед парой, сожрал мужа и проклял жену.

«Я проклинаю дитя в твоем чреве. Подобно моему ребенку, пойманному и разорванному в твоих сетях, оно проживет отвратительную жизнь и встретит жалкий конец».

Жена едва сумела добраться до берега. После десяти дней и ночей мучений она родила ребенка и умерла.

Младенец появился на свет с гротескной внешностью. Вместо волос на его голове извивались змеи, тело поросло звериной шерстью, а конечности были из металла.

Его глаза превращали всё, на что падал взгляд, в камень.

И всё же.

Две сестры не бросили своего ужасающего младшего брата.

Вместо покойных родителей они решили воспитывать ребенка с любовью и заботой.

Сестер звали Стено и Эвриала.

А имя рожденного монстром младшего ребенка было Медуза.

***

Второй день вторжения сестер Горгон.

Погода была пасмурной.

Казалось, скоро пойдет дождь, а может, посыплется снег или град.

Кугугугунг!..

Гнездо, свитое сестрами Горгонами в Кроссроуде, обрушилось.

Среди облака пыли каменные конструкции окончательно рассыпались, разлетаясь пеплом.

Затем из этого пылевого облака медленно показались тени двух монстров.

Кунг... Кунг... Кунг...

Стено и Медуза.

Два монстра, вышедшие из гнезда, стали еще больше, чем накануне.

Медуза, пожравшая Эвриалу и поглотившая ее крылья и окаменяющую кожу, и Стено, впитавшая остаточную магическую силу, еще сильнее раздулись в размерах.

Даже отрубленные руки теперь были полностью восстановлены, словно ничего и не произошло.

— ...

Чк—

Путь двум наступающим монстрам преградили два рыцаря.

Лукас и Евангелина.

Лукас, наспех надевший разрозненные высококачественные доспехи, оставшиеся в Кроссроуде, накинул поверх них черный плащ.

Напротив него стояла Евангелина, повязавшая белый плащ наподобие шарфа. Она выглядела расслабленной в своих подогнанных по фигуре доспехах.

«Когда наш господин вернется...»

Лукас, взглянув на Евангелину, проворчал про себя:

«Я попрошу у него комплект лучшей брони и для себя».

«Как прискорбно. Нет брони лучше моей».

«Будет».

«Не-а~ Не будет».

Два рыцаря на мгновение встретились взглядами сквозь шлемы.

«Тогда мне придется попросить Келлибея выковать её».

«Наш мастер-дварф весьма искусен, но ничто не сравнится с моими доспехами, пропитанными сущностью древнего магического королевства».

«Никогда».

«Посмотрим».

«Посмотрим, пфф, совсем не страшно».

Обмениваясь шутками, два рыцаря одновременно развернули зеркальный и ледяной щиты.

Кииииинг!

Окаменяющие злые глаза Стено и Медузы пронеслись по округе.

Кугунг! Кугугугунг!..

Среди зданий, превращающихся в камень и рассыпающихся в пыль, два рыцаря медленно выпрямились.

— ...Вам не кажется, что их взгляды стали тяжелее, чем вчера?

— Это не просто воображение. Они определенно стали сильнее.

— Нас снова ждет тяжелый день, эх...

— Чем лучше мы справимся, тем меньше придется жертвовать остальным. Давай выложимся на полную.

Евангелина протянула кулак в сторону Лукаса.

— Не умри.

Лукас тоже протянул руку, ударив своим кулаком о кулак Евангелины.

— И ты тоже.

Кунг!

Их закованные в латные рукавицы кулаки встретились и разошлись.

— Кийя-а-а-а-ак!..

Медуза и Стено одновременно издали оглушительный рев.

Мощные звуковые волны пронеслись по улице, оставляя от зданий лишь голые каркасы и сметая всё остальное на своем пути.

Два рыцаря, чьи плащи яростно развевались на ветру, разошлись в разные стороны.

***

Стратегия второго дня немного отличалась от первой.

Лукас должен был выманивать Стено, а Евангелина — Медузу.

Поскольку целью операции больше не было убийство врага, а скорее ожидание возвращения Эша.

Не было нужды в безрассудном сражении.

Им нужно было лишь блокировать злые взгляды зеркальным щитом и сохранять безопасную дистанцию, отступая вглубь города.

Тактика заключалась в том, что Лукас и Евангелина примут на себя основной удар двух монстров, но если они выбьются из сил или окажутся в опасности, остальные отряды героев, рассредоточенные по городу, вмешаются и помогут.

И один из таких отрядов героев уже был развернут.

Три выживших члена Блэклиста сбились в кучу на крыше здания, проводя военный совет.

— Давайте сбежим.

Заклинательница големов с блестящими глазами заговорила тихим голосом.

— Серьезно, мы так больше не можем. Мы даже не в состоянии сражаться.

— ...

— Давайте сбежим на этот раз. Нет, даже не так — «давайте сбежим».

— Я сбегу одна, если придется, оставив вас позади!

— Что... ты такое говоришь? Оставить нас... и сбежать одной?..

Маленький ребенок в тюремной одежде, закованный в цепи и использующий черную магию, резко состарился, превратившись в старика.

По мере того как его моложавый облик, поддерживаемый черной магией, угасал, проступала его истинная внешность.

Чернокнижник указал дрожащей, покрытой печеночными пятнами рукой на заклинательницу големов.

— Всё это время... после того, как я кормил и растил тебя!.. Неблагодарная девчонка!.. Я столько раз оплачивал твои игровые долги!..

— Я ценю, что ты покрывал мои долги. Но это не повод для меня выбрасывать здесь свою жизнь.

Заклинательница големов сердито посмотрела на остальных двоих.

— Со стариком-чернокнижником, который ослаб и с трудом может даже заключить контракт, и слепым мечником со сломанными ногами! У меня нет ни малейшего желания подыхать здесь вместе с вами.

При этих словах слепой мечник, забившийся в угол, внезапно вскочил.

— Эй, меня вчера жрец вылечил, ясно? Я теперь ходить могу!

Пытаясь продемонстрировать свои успехи, слепой мечник споткнулся о камень перед собой и рухнул.

— Ай!

— Посмотрите на это, посмотрите на этого идиота. Почему ты не попросил исправить глаза, пока тебе лечили ноги?

Ворчащая заклинательница големов вывернула наизнанку свой пустой мешочек для магических ингредиентов, энергично встряхивая его. Вылетела только пыль.

— У меня то же самое. У меня больше нет ингредиентов, чтобы призывать големов.

— ...

— Эти тупой, еще тупее и совсем безнадежный... мы ничего не можем сделать против этих могущественных монстров.

— ...

— Давайте прекратим эту чушь и просто сбежим вместе. Ладно? Если я смогу каким-то образом раздобыть последний ингредиент, я призову голема, чтобы он нес нас, и мы уберемся отсюда...

В этот момент случилось невероятное.

Куагвагвагванг!

Здание, на котором они сидели, яростно содрогнулось от оглушительного шума.

— Что это?! Что происходит?!

Перепуганная заклинательница големов быстро посмотрела вниз.

— Кийя-а-а-а-ак!

— Кх... Гх!

Это были Лукас и Стено.

Стено неслась вперед с неистовой и сокрушительной силой, а Лукас пытался заблокировать ее рывок ударом своего меча.

Но Стено, не обращая внимания на светящийся меч, вонзившийся в ее руку, продолжала неумолимо теснить его.

Лукас был беспомощно отброшен назад — почти на целый квартал, пока не врезался спиной во внешнюю стену этого самого здания.

Вспышка—!

Даже в таком состоянии Лукас с огромной силой взмахнул своим световым мечом по горизонтали.

Клац!

Ему удалось отсечь все пальцы на одной из рук Стено.

Однако Стено, оставшись без пальцев и действуя лишь одной ладонью, каким-то образом ухитрилась схватить Лукаса за шею.

Давления одной ее ладони было достаточно, чтобы смять горжет доспехов Лукаса, отчего ему стало трудно дышать.

— Кх... Угх!

Кугунг! Кугугугунг!..

В таком положении Стено прижала Лукаса к стене.

Пробив спиной фасад здания, Лукас был втащен внутрь — чудовище всё еще крепко держало его за шиворот.

Трое членов Блэклиста, наблюдавшие за этим сверху, покрылись холодным потом.

— Что нам делать? Разве мы не должны вмешаться?

— Если... если этот рыцарь погибнет, то городу действительно конец!..

Пока слепой мечник и чернокнижник бормотали это, заклинательница големов огрызнулась на них.

— Придите в себя, идиоты! Что мы надеемся сделать, ввязавшись в эту драку? Нас раздавят как букашек, так же, как и тех, кто погиб вчера!

— ...

— Черт! Забудьте об этом, делайте что хотите. Помогайте или засыхайте тут, мне плевать, я действительно ухожу...

В следующий миг.

Заклинательница големов замолчала на полуслове.

Уа-а-а-а-а!..

С другой стороны города послышался едва уловимый звук.

Уа-а-а-а, уа-а-а-а!..

Это был безошибочно узнаваемый плач младенца.

Встревоженная троица посмотрела в ту сторону.

Крик ребенка доносился со стороны храма.

— А?

— Погодите, это... неужели?

Несмотря на ситуацию, улыбки невольно озарили лица троих, когда они услышали бодрый плач младенца.

— Это ведь ребенок, да?! Он наконец-то родился?!

— Проклятье, значит, все вчерашние мучения того стоили!..

— Благословение тебе, дитя. Расти большим и никогда не играй в азартные игры...

Пока трое бандитов на расстоянии благословляли рождение ребенка.

Квагвагванг—!

Внезапно Стено вырвалась из стены здания, где до этого сражалась с Лукасом.

Услышав плач ребенка, она отшвырнула Лукаса в сторону и немедленно бросилась наружу.

— Кхрык, кхрык...

Голова Стено, поворачивавшаяся влево и вправо, внезапно замерла, уставившись в одну точку.

Уа-а-а-а-а!..

В сторону плача ребенка, доносившегося из храма.

Тухак—!

Оттолкнувшись от земли, Стено помчалась к храму с пугающей скоростью.

— Ой-ой...

— Стойте, стойте, куда эта тварь направилась?!

— Этот сумасшедший монстр! Эй! Ты что творишь! Эй!—

Игнорируя крики троицы, Стено неслась к храму, сотрясая землю.

Трое членов Блэклиста переглянулись с побледневшими лицами. Заклинательница големов произнесла дрожащим голосом:

— ...Бесполезно так на меня смотреть. Я правда собираюсь бежать.

Слепой мечник и чернокнижник ничего не ответили.

Глядя в сторону храма, заклинательница големов задрожала от ярости.

— А-а, почему этот мир вечно пытается выставить меня злодейкой, черт бы всё побрал!..

***

Храм.

С изможденным лицом Лилли смотрела на ребенка в своих руках.

Младенец, завернутый в ткань, который до этого вовсю кричал, теперь крепко спал в руках Лилли, словно всё это было неправдой.

— Ах ты, проказник. Тебе, должно быть, нелегко пришлось при рождении, верно?

Зенис, также покрытый кровью и потом, вытирал свое мокрое лицо испачканным полотенцем.

— Это было действительно тяжело. Я никогда не видел таких трудных родов и никогда не видел, чтобы мать и дитя так их преодолевали. Фух.

— ...

— Так ты уже придумала имя для малыша?

Некоторое время молча глядя в лицо младенца, Лилли медленно ответила охрипшим голосом:

— Сид. Я назову его Сид.

— Сид...

Зенис усмехнулся.

— Хорошее имя.

В следующий момент.

Куагвагвагванг!

Стены храма разлетелись в щепки.

Зениса смело вместе с обломками стены, он отхаркнул кровь и оказался погребен под грудой камней.

Лилли в оцепенении крепко прижала ребенка к себе и посмотрела вперед.

— Кхрык, кхрык...

В клубах кружащейся пыли стоял монстр.

Горгона с массивным телом, покрытым металлом и камнем, и змеями, извивающимися на голове. Это была Стено.

И как раз в тот момент, когда затуманенный, серый взгляд Стено готов был пасть на Лилли и ребенка—

Чва-ак!

Торкель, вклинившись между ними, выставил вперед свой зеркальный щит.

— Бегите!

Торкель, которого уже однажды отбросило назад при попытке блокировать рывок Стено, был весь в крови.

В таком состоянии Торкель обернулся и закричал Лилли:

— Я ее задержу, скорее!..