100.

Оглядываясь назад, я рад, что тогда установил ровно 100 этажей — круглое число.

Если бы я просто написал «глубины Бездонной пещеры», найти это было бы вообще невозможно.

Через неделю после входа под землю мы обнаружили «устройство».

«Это оно?»

«Похоже на то…»

Шевельнулось!

«Ух».

Эуриль слегка коснулась льдом на расстоянии, и блестящая поверхность дёрнулась и сократилась.

По черновато-красной слизистой словно пульсировала и текла какая-то жидкость.

Хотя, написав «устройство», я представлял себе простой рычаг, который можно потянуть, такой гротескный вид мне не нужен был точно.

«Кажется, оно живое».

Как и сказала Эуриль, устройство было огромным живым существом.

Сама по себе структура не нова. Видимо, можно считать его своего рода материнским организмом.

Слабое течение маны струится по полу и потолку Бездонной пещеры. Типичная форма, часто встречающаяся у материнских организмов.

Что ещё не ясно — так это его размер.

«Насколько же оно большое?»

«Кажется, оно заполняет всё пространство позади».

Черновато-красная масса, плотно закупоривая проход, шевелилась, и того, что за ней, не видно.

Я, говоря это, крепко прижал пальцы к вискам. Голова болела, и самочувствие было неважным. Причина была не связана с его внешним видом.

А в том, что материнский организм передо мной излучал колоссальную ману, достаточную, чтобы влиять на всю глубочайшую Бездонную пещеру.

«Нужно просто уничтожить это».

«Атаковать?»

«М-м…»

Я ненадолго задумался.

Почему в тестовом прохождении попытки пройти Бездонную пещеру оканчивались неудачей?

Просмотрев логи, я увидел, что все неудачи были из-за того, что не успевали добраться до 100-го этажа вовремя.

«Напротив, в случаях, когда удавалось достичь 100-го этажа…»

Хотя самих случаев было слишком мало, остались только логи тех, кто без особых проблем вернулся из Бездонной пещеры.

Даже с Эуриль, которая в таких условиях была практически неуязвима, начиная с 90-го этажа мне приходилось изрядно использовать магию — настолько это было сложно.

Тогда, значит, трудность заключается в самом процессе достижения этого места, а после прибытия всё просто?

«Кажется, вокруг нет монстров?»

«Угу».

«Я попробую».

Я отодвинул Эуриль назад.

Способностям Эуриль нет равных в обезвреживании монстров, но для пробивания таких проходов они не подходят.

«Сначала вот так…»

Поднимаю правую руку.

Горючий газ, плотно сбитая грязь, обвивающее пламя, прямая линия, тянущаяся остро и далеко.

Вжух, в момент лёгкого броска копьё пламени пронзило блестящую поверхность материнского организма.

Это была магия 3-го уровня, комбинированная магия «Огненное копьё», с добавлением небольшого взрыва. Магия, как раз подходящая по уровню, чтобы не перегружать печать.

Бу-ух!

«Ух».

Эффект был достаточным.

От взрыва с глухим стуком брызнула какая-то жидкость. Осколки разорванного материнского организма. Благодаря заранее развёрнутому «Ветряному барьеру» нас не обдало.

Сразу после — лёгкое напряжение.

Мы с Эуриль замерли на месте, проверяя реакцию окружения.

«Тихо».

«Да».

Мы убрали монров поблизости и некоторое время наблюдали. Ничего не изменилось.

Не только тихо.

Хотя часть тела была разрушена, реакция материнского организма ничем не отличалась.

Обычно у материнских организмов есть привычка при атаке приказывать монстрам округи защищать себя.

Именно в этом и заключается явное различие между этим материнским организмом и другими.

«Кажется, у него нет защитной системы».

Эта тварь, кроме подачи маны, не взаимодействует с другими монстрами никак.

«Значит, он пожертвовал этим, чтобы влиять на широкую область».

Тогда понятно.

Хотя небесная сороконожка тоже материнский организм монстров, она явно отличается от материнских организмов, появляющихся в северной нейтральной зоне.

В «Кризисе северного барьера» вместе с одним материнским организмом нахлынуло почти 100 тысяч опаснейших высших монстров, тогда как летающих монстров, контролируемых одной небесной сороконожкой, — всего пара тысяч.

Это потому, что, обеспечив себе мобильность для полёта, она сократила количество монстров, которыми может управлять.

Раз эта тварь влияет на всю Бездонную пещеру, то и другие её стороны, видимо, ослаблены.

«Повезло».

«Мне, наоборот, немного страшно».

«Почему?»

«Потому что это значит, что они настолько умны».

Расположившись на 100-м этаже Бездонной пещеры, они уже обеспечили себе оборонительное преимущество. Отказ от способности реагировать на кризис — вполне рациональный выбор.

То есть у материнского организма есть интеллект, позволяющий это оценить. Изначально я давал им настройки с определённым уровнем интеллекта, но…

«Не знаю, насколько».

Поэтому монстры неизбежно становятся угрозой для человечества.

«Сначала нужно войти внутрь».

Стараюсь не обращать внимания на хлюпающий пол, продвигаюсь вперёд.

Кстати, когда мы захватили небесную сороконожку, мы не смогли получить информацию о её внутренностях. Интересно, как устроено внутри этого огромного тела.

«Должно быть что-то вроде сердца».

У тел монстров тоже течёт кровь, и, следовательно, есть сердце.

Мы видели, как жидкость течёт по багровым сосудам материнского организма снаружи, значит, должно быть сердце, которое заставляет эту кровь течь.

Внутри, к удивлению, было много пустого пространства.

Если бы всё было плотно заполнено и приходилось бы пробивать путь магией, это было бы крайне мучительно, так что я вздохнул с облегчением.

«Ты не промокла, Эуриль?»

«Немного».

«Потерпи, даже если грязно».

«Ничего. Не обращай внимания».

Но со временем одежда всё же испачкалась. Если бы Байлер попал в такое место, он бы, наверное, ужаснулся.

Прошло около 10 минут.

Учитывая, что почти всё это время мы двигались, даже 10 минут — огромный размер.

Концентрация маны постепенно увеличивалась, и когда я почувствовал, что мы приближаемся к центру…

«Сплошные яйца».

Мы обнаружили комнату, полную огромного количества яиц. Строго говоря, это внутри монстра, так что называть это комнатой несколько странно.

Яйца монстров выглядят как пробирки, покрытые плёнкой вместо скорлупы. Чем ближе к инкубатору, тем они крупнее, но пока маленькие, до вылупления, видимо, ещё далеко.

«Давай разобьём их побыстрее».

В момент, когда Эуриль коротко вздохнула.

Тр-р-р-рень!

Лёд, распространившийся из-под ног во все стороны, заполнил комнату, а затем с хрустом разлетелся на мелкие осколки.

«Ты и это без маны?»

«Немного использовала».

«Немного…»

Это было простое применение магии воды, распространяющей влагу на широкую область.

Зато вот рука стала такой, сказала Эуриль, отряхивая руки. Сыпались, звеня, драгоценные ледяные кристаллы. Никаких признаков усталости не было.

Так мы миновали комнату, полную яиц, продолжая беспорядочно разрушать всё внутри и продвигаясь вперёд, и добрались до цели.

«Это…»

«Должно быть, сердце материнского организма».

Тук. Тук. Тук.

Сердце монстра пульсирует, то сильно раздуваясь, то быстро сжимаясь.

Видно, как по толстым сосудам, прилипшим к полу, непрерывно извиваясь, поступает кровь. Размером оно было такое, что внутри могли бы поместиться пятеро взрослых мужчин.

«Что будем делать?»

«Сейчас уничтожим».

Сердца материнских организмов мы уже в изобилии добывали из туш небесных сороконожек, а монстры такой формы, скорее всего, есть только в Бездонной пещере, так что особой ценности нет.

Глядя на него, мне почему-то стало дурно, и я создал один большой «Огненный шар» и запустил его.

Вжу-у-х!

Пока большое сердце чернело и горело в пламени, я заметил, что концентрация маны вокруг резко упала.

«Конец…?»

С того момента, как прекратилась подача крови, поток маны внутри Бездонной пещеры также прервался.

«А, зажглось».

В доказательство этого факта магический фонарь, висевший у меня на поясе, снова начал излучать чистый белый свет.

Выходит, всё так просто?

«На всякий случай покопаемся здесь ещё и пойдём».

«Угу».

Возвращаться вот так было неспокойно. Мы с Эуриль, бродя внутри материнского организма, уничтожали всё, что попадалось на глаза.

Примерно через час от материнского организма уже ничего не осталось.

Повсюду валялись лишь разрозненные куски плоти.

И затем.

[……Кажется, успешно.]

Передатчик, который только слабо шипел, начал издавать нормальный звук.

Видимо, он был нерабочим не из-за расстояния, а из-за маны материнского организма.

Всё же Нэйл — великий человек.

«179-я группа. Слышно?»

[Да? А, да! Слышно!]

Голос О’Нила, сперва растерянный, быстро пришёл в себя.

«Сейчас мы на 100-м этаже. Как обстановка наверху?»

[Монстры ослабли. Чем ближе к поверхности, тем сильнее тенденция; все захваченные монстры мгновенно погибли, а на 40-м этаже мы подтвердили значительное замедление их скорости передвижения.]

[Вы сейчас на связи с сэром Рокстрином?]

[Что там произошло внизу?]

Слышались также возбуждённые голоса других магов. Наверху, похоже, всё шло без особых проблем.

«Мы уничтожили материнский организм, но расслабляться рано. Вероятно, ослабевшие монстры попытаются выбраться из Бездонной пещеры».

[Понял. Прикажу укрепить линию обороны.]

Потеряв источник маны — материнский организм, — монстры, у которых ещё остались силы, будут наперегонки выбираться из Бездонной пещеры в поисках пищи.

Конечно, в этом процессе большинство монстров будут заняты поеданием друг друга, так что можно не беспокоиться, что правильно построенная линия обороны рухнет.

Остаётся одна проблема.

«Но мы всё ещё внизу».

Я указал на лампу надежды и сказал. Луч света теперь приобрёл явно насыщенный цвет. К удивлению, не коричневый, а фиолетовый.

«Если далеко, можешь не идти».

«Нет. Кажется, прямо под нами».

Если вспомнить случай с Бреей, такой насыщенный свет появляется, когда цель находится почти в пределах видимости, совсем рядом.

Тера, вероятно, прямо на следующем этаже.

«Спустимся».

Спуск вниз мы нашли немного раньше. В отличие от прежних, ширина прохода была огромной.

Я освещал путь лампой и медленно спускался вниз по пологому склону.

«…?»

Реакция была немного замедленной.

Потому что пока мы спускались до 100-го этажа, ничего особенно не менялось, был всё тот же тёмный подземный пейзаж.

То, что внезапно появилось в свете лампы, было крайне чужеродным.

«…Ха».

Человек?

Если точнее, мальчик лет десяти-пятнадцати. С закрытыми глазами.

Впрочем, и Лама, и Брея тоже имели человеческий облик. Само по себе это не было чем-то особенным.

Я давно им не пользовался, не заглянуть ли в статус?

[СТАТУС]

Вечное проклятие, Тера

Стихия: Земля (9 звёздный уровень)

Принадлежность: Королевство Эйндарок

Титул: —

Особенности: Фея, Проклятие, Ненависть, Отчаяние, Месть

Не было времени рассматривать целых пять особенностей.

«Чую запах. Мерзкий запах чёрной феи».

Гу-гу-гум.

Стена за спиной внезапно вздыбилась. Путь к отступлению исчез. Я рефлекторно поднял ману.

«Заточить меня в таком месте и прислать в качестве закуски. Ладно».

Из темноты взметнулась чёрная земля. Остроконечные шипы, острые как лезвия, — это не то, что можно воспроизвести жалкой магией.

«Придётся съесть».