— Это мой предел...

Диана, с трудом проглотившая кусок мяса, который пережевывала, откинулась на спинку стула. Ее маска была надвинута на лоб, а сама она пыхтела, словно в агонии, с губами, блестевшими от жира и соуса.

— Черт возьми... Я думала, что смогу съесть гораздо больше этого. Мой желудок определенно уменьшился.

Вопреки ее словам, вокруг тарелки перед ней лежала груда костей, очищенных от мяса.

И это касалось не только ее. На всем столе группы царил беспорядок — кости, оторванные куски хлеба, ошметки рагу, лужицы масла, приправ и вина украшали каждый сантиметр стола.

— Это все потому, что ты ела слишком быстро, — пробормотала сидящая рядом Люсия, жуя.

Ее губы были такими же блестящими, как у Дианы.

— Когда ты умираешь от голода, нужно держать себя в руках. Медленная и равномерная трапеза позволяет съесть больше.

Она уронила кость, которую держала между большим и указательным пальцами с тихим стуком, и добавила:

— Этому секретному приему я научилась у гномов.

— Те пни, с которыми я была знакома, никогда не учили меня ничему столь полезному. Бесполезные полторашки, — сказала Диана.

Прищелкнув языком, Диана посмотрела через стол на Йена. Он молча, не останавливаясь ни на минуту, продолжал трапезу. Его челюсть не останавливалась даже тогда, когда он подходил к центральному круглому столу, чтобы набрать еще еды. Как человек современный, он считал, что не нарушать ход трапезы важнее всего остального.

— Я вынуждена взять назад свои слова.

Пока он жевал и подносил к губам бокал с вином, Диана продолжала:

— Если бы я ела это каждый день, все мое тело в мгновение ока обросло бы жиром.

— Ты совершенно права. Никогда не думал, что скажу подобное, но это восхитительно, — ответил Йен, опустив свой бокал, взглянул на Диану и добавил:

— Хотя и не настолько, чтобы на глаза навернулись слезы.

— Нет... это было...

Диана нахмурилась.

— Просто... немного жира попало мне в глаз...

— Точно. Уверен, что именно так все и было, — пробормотал Йен и откусил еще кусочек мяса.

Острый, соленый и жирный вкус еды показался группе, которая на протяжении долгого времени довольствовалась мясом пустынных чудовищ, едва ли не жестоким.

Стоило Диане откусить кусочек мяса, как по ее щекам потекли слезы, хотя сама она даже этого не осознавала.

— Нечего стесняться, Диана. У меня тоже немного навернулись слезы. Поэтому я и представить себе не могу, что ты чувствовала, — добавила Люсия, прожевав.

Диану это, похоже, ничуть не успокоило.

— Я же говорила тебе, что все было не так... Черт возьми, — пробормотала Диана, поднося бокал с вином к губам.

Оно было более жидким и кислым, чем то, которое находилось в кабинете Биллиона, но никто не жаловался. Более того, благодаря этому им удалось съесть гораздо больше блюд.

— Так не пойдет. Я соберу все это и отнесу в свою комнату, а когда желудок успокоится, наемся еще.

Поставив опустевший бокал на стол, Диана встала, открыто демонстрируя присущую феям алчность.

На круглом столе в центре все еще оставалось более половины всех яств.

Йен слегка кивнул подбородком.

— Пока ты на ногах, поднеси мне еще один кусок мяса на тарелку.

— Какой?

— Неважно. Это все разные виды мяса с одной и той же приправой.

— Хорошо, — с готовностью кивнула Диана и направилась к нему.

— Значит, даже фея становится послушной после полноценной трапезы.

Йен наполнил свой бокал вином. Он был так же сосредоточен на еде, как и остальные. Все заботы о будущем были пока отодвинуты на второй план.

Вскоре к нему подошла Диана и положила ему на тарелку кусок мяса на кости, после чего снова ушла. Йен не знал, что это было за мясо. Очевидным было лишь то, что это ребро, замаринованное в чем-то соленом и странно-терпком, а затем поджаренное на гриле. Похоже, южная кухня делала основной упор на резкие, солоноватые вкусы.

— Я тут подумала, — сказала Люсия, когда Йен закончил отделять мясо от двух ребер.

Срезав ножом мясо с третьего ребра, Йен ответил:

— Похоже, твой желудок уже полон. Наконец-то ты полностью расслабилась, чтобы подумать.

— Вообще-то я уже давно наелась. Сейчас я ем все это лишь для того, чтобы получше насладиться вкусом. Нет... дело не в этом.

Люсия, которая с готовностью отвечала на вопросы, слегка покачала головой.

Затем, подняв стоявший перед ней бокал, она понизила голос и продолжила:

— Это ведь было сделано не просто для того, чтобы избежать хлопотного расследования, не так ли?

— Что именно?

— Отказ от раскрытия подробностей того, что вы пережили в черных землях.

Люсия, которая сделала глоток вина, наблюдая за тем, как Йен жует, словно корова, добавила:

— Вы ведь не хотите, чтобы императорская семья узнала о принце Хайкеде? Или я ошибаюсь?

Краем глаза Йен заметил, как фигура Дианы вздрогнула. Разумеется, это длилось лишь мгновение. Вскоре она небрежно взяла кусок мяса и положила его на большой поднос, находившийся у нее в руке.

— В итоге они все равно узнают. Я просто не хочу быть тем, кто им об этом скажет.

— Иначе я с самого начала окажусь втянутым в борьбу за власть между Императором и Темным Принцем.

Проглотив невысказанные слова вместе с прожеванным мясом, Йен пожал плечами.

— Конечно, это еще и потому, что чем позже они узнают, тем лучше.

— Так вы хотите сказать, что это вызвано сугубо практическими соображениями? А не потому, что вы поддерживаете Принца Хайкеда.

— Так вот что ее интересовало.

Уголок рта Йена изогнулся, когда он взял в руки свой бокал.

— Я ни на чьей стороне. Если уж на то пошло, я сам по себе.

Увлажнив губы вином, Йен подцепил вилкой кусок мяса и добавил:

— Будет ли так продолжаться в будущем — посмотрим.

Хотя будущее оставалось неопределенным, его прошлый опыт слишком явственно указывал на то, что придет время, когда ему придется встать на чью-то сторону.

— Понятно. Я поняла, — улыбнулась и кивнула ему Люсия, сделав еще один глоток вина.

— Какой бы выбор вы ни сделали, я поддержу вас, Сэр Йен. Даже если этот выбор огорчит Пылающую Богиню. Уверена, вы уже догадывались об этом, но я все равно хотела вам это сказать.

— Это обнадеживает. Но у твоей Богини не будет причин для огорчений. Я не стану втягивать тебя в это.

Йен откусил еще один кусок мяса, при этом у Люсии слабо дрогнули брови.

— Что вы имеете в виду, говоря, что не станете меня втягивать в это?

— Ты вернешься в храм, Люси. Только не говори мне, что собиралась остаться со мной, это ведь не так?

— Ну...

— Значит, ты...

Когда Люсия замялась, Йен протяжно выдохнул через нос. Даже в этот момент его рот продолжал жевать.

Люсия, слегка прикусив нижнюю губу, сказала:

— Разумеется, первым делом, после того как мы вместе прибудем на материк, я планировала вернуться в храм, Сэр Йен. Однако...

— Ты планировала после этого снова вернуться?

Когда Люсия лишь слегка кивнула, Йен наконец издал сухой смешок. Храм никогда бы этого не допустил, но было очевидно, что она и не думала о подобном.

В конце концов, она по собственной воле присоединилась к нему на Севере. В результате этого выбора она оказалась за Черной Стеной, но, похоже, не вынесла из этого ничего нового.

А может, все было наоборот. Может, она столько всего повидала и пережила за Стеной, что просто не могла отпустить его одного.

— Если ты настаиваешь на этом, я не смогу силой остановить тебя. Ты уже взрослая. К тому же ты мне здорово помогаешь, — сказал Йен, проглотив пережеванное мясо.

Он смотрел на Люсию столь же спокойно, каким был и его тон.

— Но о том, действительно ли ты справляешься со своими обязанностями и ответственностью, тебе следует поразмыслить более основательно, Люси. И правильный ли это выбор по отношению к людям, которые рискуют своими жизнями ради тебя.

Йен, проткнув вилкой кусочек мяса, поднес его ко рту и добавил:

— Потому что ты уже взрослая.

Люсия не смогла ничего ответить. Только после того, как Йен проглотил мясо, которое пережевывал, она сказала:

— Я была легкомысленна. Тревожась о благополучии дорогих мне людей, я упустила из виду, что и сама могу быть для них самым большим источником тревог.

Она на мгновение заглянула Йену в глаза, тяжело вздохнула и добавила:

— Когда я вернусь на Север, я перестану быть такой безответственной и эгоистичной.

— Я не считаю тебя такой, Люси.

Наконец улыбнувшись, Йен поднес к губам бокал с вином. Его и без того хорошее настроение стало еще лучше.

— Ты сделала мудрый выбор, Люцифер, — сказала Диана.

Она вернулась и поставила на стол большой поднос.

Когда взгляд Йена наткнулся на беспорядочную груду еды, вываленную на него, его брови слегка дрогнули.

Диана добавила:

— Ты была рождена с качествами героя. Внутри тебя, должно быть, теплится стремление положить конец всем этим раздорам и установить мир. Но это невозможно.

Она присела на стул и пожала плечами.

— Об этом можно судить, просто изучив историю. Было так много героев, но мир по-прежнему пребывает в смятении, не так ли? Гораздо разумнее стремиться к миру и стабильности вокруг себя. Этого тоже трудно достичь, но, по крайней мере, это не так уж и невозможно.

— Так вот почему ты решила все бросить и вернуться в родной город? — спросила наблюдавшая за ней Люсия.

Диана кивнула.

— Да. К такому выводу я пришла после десятилетий прозябания в сточной канаве. Вывод был сделан давно, но я не могла выбраться из канавы, поэтому просто продолжала барахтаться в ней.

— Впервые за долгое время ты говоришь то, с чем я полностью согласен, — произнес Йен, опуская бокал.

Диана перевела взгляд на него.

— Тогда тебе тоже стоит все хорошенько обдумать, Йен Хоуп. Выбраться из сточной канавы не так сложно, как ты думаешь.

— Это очень сложно. Твоя канава была там, а моя канава — сам этот мир.

— Сам этот мир...?

Диана, наклонившая голову в ответ на безразличный ответ Йена, вскоре прищурилась и кивнула.

— Верно... как и ожидалось, твоя цель — вознесение. Под стать Великому Воину Севера.

Этого было достаточно, чтобы Йен глубокомысленно нахмурил брови, а Люсия поджала губы.

Когда Диана в замешательстве наклонила голову, Йен с резким звоном отложил вилку и пробормотал:

— Только я собрался похвалить тебя, как ты тут же говоришь что-то, что портит мне аппетит.

— Э-э... если это из-за разговоров о сточных канавах... это не входило в мои намерения...

— Не бери в голову. Я и так потерял аппетит с того момента, как ты вернулась с этим собачьим кормом.

В ответ на слова Йена, вставшего со своего места, Диана тоже нахмурила брови.

— Собачьим кормом? Как это вообще можно считать...

Не обращая на нее внимания, Йен подошел и открыл дверь в обеденный зал. Его взору предстал мрачный, практически без окон, коридор.

— Вам понравилась еда, сэр?

Темнокожий мальчик-слуга, сидевший на корточках за дверью, быстро встал и поднял перед грудью поднос, который держал на коленях. На нем находилось несколько свернутых пергаментов.

— Это и есть информационные сводки? — спросила Люсия.

— Пока мы ели, этот ребенок, видимо, тоже не сидел сложа руки.

В одной руке она держала оловянную бутылку вина, а в другой — бокал для вина.

Слуга кивнул.

— Да. Сэр Биллион отметил, что, поскольку это копии, присланные из главного управления, в них могут быть расхождения или упущения по сравнению с оригинальным содержанием.

— Мы будем иметь это в виду.

— Да. Тогда...

Слуга, с опаской поглядывавший на Йена, повернулся.

— Я провожу вас в ваши покои.

Мальчик развернулся и рысью побежал вперед.

Йен, собиравшийся выйти, вдруг оглянулся на Люсию, державшую в руках бутылку вина и бокал, и Диану, державшую в одной руке поднос с едой. Люсия, встретив взгляд Йена, наклонила голову.

— В чем дело, Сэр Йен?

— Ерунда. Пойдемте.

* * *

Апартаменты располагались в углу на верхнем этаже крепости. Как и по пути к ним, поблизости не было никаких признаков присутствия посторонних. Было очевидно, что Биллион расчистил все это пространство под их нужды. Вероятно, изначально это место не было солдатскими казармами.

— Вам еще что-нибудь нужно? — вежливо поинтересовался стоящий у двери слуга, когда члены группы один за другим вошли в комнату.

Кивнув, Йен обернулся к мальчику.

— Принеси немного мяса для моей лошади.

— Мяса, сэр? ...Да. Понял.

Слуга, на мгновение замешкавшийся, словно не понимая, вскоре быстро склонил голову и ответил.

— Передай Сэру Биллиону, что мы уезжаем завтра утром.

— Да. И?

— Возвращайся после того, как солнце полностью сядет. Я слышал, что здесь есть молельня, а мне нужно ее посетить.

— Да. Я думаю, самое подходящее для этого время наступит как раз после того, как я улажу все дела, о которых вы упомянули. Скоро увидимся. Если вам что-то понадобится, пожалуйста, позвоните в колокольчик рядом с дверью в коридоре. Кто-нибудь из тех, кто его услышит, придет.

— Хорошо. До встречи.

Слуга склонил голову. Он был довольно умным ребенком.

Когда Йен слабо улыбнулся и закрыл дверь, сзади раздался низкий голос.

— Утро я еще могу понять, но отчего тащиться в молельню в столь поздний час?

Это была Диана, которая опустила поднос на приставной столик в углу. Еда на нем теперь была полностью перемешана, словно в одном блюде.

Развернувшись и направившись к ближайшей от двери кровати, Йен пожал плечами.

— Великий предпочитает, чтобы его призывали по ночам.

— Великий? — переспросила Диана, широко раскрыв глаза.

— Ты собираешься встретиться с ним прямо сейчас?

— Нет смысла откладывать. Хочешь пойти с нами? — спросил Йен, опускаясь на кровать.

Диана покачала головой без малейшего колебания.

— Нет. Мне будет нечего сказать, даже если я увижу его. Пожалуй, в это время я лучше посплю.

— Я бы очень хотела увидеть Платинового Дракона, но... — раздался голос Люсии.

Она сидела на кровати напротив Дианы.

— Но мне кажется, что вам двоим нужно многое обсудить. Я не хочу вмешиваться. Я останусь в комнате. Мне все равно есть что почитать.

— Не думаю, что этот старичок будет возражать против твоего присутствия, — добавил Йен, прислонившись спиной к стене.

Люсия, взявшая пергамент с подноса, стоявшего перед ней, покачала головой.

— Нет. Если я увижу Великого и услышу его слова, думаю, мне захочется продолжать следовать за вами, сэр Йен. Я должна сопротивляться.

— Ну, если дело в этом, тогда ладно.

— Всегда лучше держаться подальше от соблазнов.

Йен сунул руку под свой нагрудник. Он вытащил плотно сложенный пергамент. На обратной его стороне красовались магические руны - это был Свиток Переписки.

— Зажги свечу и читай. Иначе испортишь себе зрение, — произнес Йен.

После этих слов Йен неторопливо развернул свиток. В демоническом царстве этот свиток был бесполезным куском пергамента. Но после обрушения Стены он мгновенно пробудился, напитавшись магией.

— Агент Святого. Удалось ли вам успешно отразить вторжение? Если вам удалось, пожалуйста, ответьте.

А ниже, заполняя собой практически половину оставшегося свободного места, красовались крошечные, плотно написанные строчки:

— Ходят слухи, что вы бесследно исчезли. Вы в безопасности? Пожалуйста, ответьте. Пожалуйста.

Все это, разумеется, были послания, оставленные Принцессой Серас.