― Неужели кому-нибудь реально под силу вызвать нечто подобное, пусть даже ценой своей жизни?

Голова Йена кишела вопросами.

― Возможно ли, что Древнему Богу удастся снизойти сюда, в место, не являющееся демоническим царством? Да еще и через такой узкий проход?

Поток сомнений мало походил на рациональное мышление и больше напоминал неосознанную попытку сохранить рассудок перед ликом безумия. И все же посреди хаоса в голове всплыла одна отчетливая мысль - Люси, Мигель и его легион.

Йен, очарованный становившимся все более глубоким фиолетовым цветом вихря, отвел взгляд. Его Ментальная Стойкость и Сопротивление, развитые до сверхчеловеческого уровня, позволили ему устоять.

Любой другой человек уже потерял бы сознание или сошел с ума, оказавшись в плену влияния вихря. Однако Йен сосредоточил свои чувства на легионе за пределами тумана. К счастью, он все еще мог ощущать их присутствие. Пока что они не теряли ни сознания, ни рассудка.

― Должно быть, защитная пелена священного пламени все еще действует. Это радует.

Благословение Битвы не повышало Ментальную Стойкость или Сопротивление, так что они выжили, скорее всего, благодаря святой защите. Это означало, что Люси и другие жрецы тоже были в безопасности - хотя Мигель мог быть исключением.

В любом случае Йену нужно было немедленно вернуться к ним и отдать приказ об отступлении. Что бы к ним сейчас ни приближалось, с этим не мог столкнуться ни один легион, даже благословленный богом. Однако ноги Йена отказывались двигаться. Стоило ему сделать всего один шаг вперед, как он почувствовал на себе пристальный и давящий взгляд сверху.

Тяжесть этого взгляда сковала все его тело. Непонятные, зловещие символы и узоры, сопровождаемые фиолетовым свечением, захлестнули его взор.

Казалось, мир перевернулся с ног на голову. Непостижимый шепот впился когтями в его разум, и Йен понял, что все его физические ощущения полностью исчезли. Непреодолимое безумие охватило его сознание.

Удар... удар...

Слабый пульс оттащил его от края пропасти. Он сразу узнал его - это был резонанс фрагмента хаоса, находившегося внутри него.

Зловещий шум, проникавший в его сознание, растворился в ровном ритме пульса. Распадающееся сознание Йена внезапно вернулось, словно он внезапно пробудился от кошмара.

Впрочем, это было лишь ощущение. Кошмар на этом не закончился. Он продолжался, прочно укоренившись в реальности.

― Блядь...!

На фоне статичного поля зрения Йен узрел первозданные руны и очертания трансцендентных существ. Он уловил проблески пустоты и космоса, их формы, слишком непостижимые для понимания, мелькали перед ним без остановки.

Шепот, который, как он знал, нужно игнорировать, сопровождался ощущением бесконечного падения.

― Действительно ли законы этого мира позволят существу, обладающему столь огромной силой, пересечь границу?

Один из многочисленных вопросов, бушевавших в его голове ранее, всплыл вновь. И на этот раз его подсознание сразу же дало ответ.

― Нет, это невозможно.

Законы этого мира не позволят совершить подобное нарушение. И даже если сущность прорвется сюда, преступив установленные правила реальности, она сможет воплотиться лишь на короткое время. И даже если бы она снизошла полностью, Небесные Боги не стали бы просто стоять и смотреть.

― Если это все-таки произойдет, они вмешаются напрямую, а не косвенно, как раньше.

Если бы это было событие, имевшее место в игре, рассуждения Йена представлялись правдоподобными. В конце концов, они еще даже не перешли к Третьей Главе.

Было еще слишком рано для столкновения с трансцендентным существом. Однако в конце Третьей Главы была битва с Бросившим Вызов Небесам, но это была схватка с боссом, в которой он осознанно решил принять участие.

Кроме этого, Йен никогда не вступал в прямую конфронтацию с трансцендентным существом. Ни разу - вплоть до того момента, когда сюжет игры резко оборвался, не позволив ему продвинуться дальше. Даже с Искаженным Драконом он не сталкивался до тех пор, пока этот мир не воплотился в реальность.

Кроме того, Йен сомневался, что разработчики игры вообще собирались в полной мере реализовать сражения с Древними Богами. Такие существа, несомненно, были бы непобедимы - так же как ни один муравей, каким бы сильным он ни был, никогда не смог бы победить человека.

Сквозь беспорядочный шум, заполнивший его разум, Йен вдруг почувствовал, как его пронзает чей-то взгляд. И прежде чем его охватил испуг, шепот проскользнул сквозь резонанс фрагмента и проник в его сознание.

Это была не речь, а мысль. Однако Йен сразу же понял ее суть.

Сущность приказывала ему подчиниться. Но это было не требование, а скорее снисходительное предложение пощады, словно служение ей - единственный путь к выживанию. Среди всего этого резко выделялась одна вещь - системное окно. Его взору предстало яркое квестовое окно с опцией выбора.

[Слуга Алчной Бездны]

Завершить квест было так же просто, как и принять его. В качестве награды были указаны Семя Затонувшей Бездны и два загадочных знака вопроса.

― Семя Бездны?

Похоже, оно было связано с фрагментом хаоса. Даже когда эта мысль пришла ему в голову, Йен без колебаний отказался от задания.

Возможно, его принятие положило бы конец этому испытанию, но заключение подобного пакта нельзя было назвать выбором. Становление Апостолом Небесного Бога было достаточно плохим решением; союз с божеством пустоты - худший из возможных вариантов.

Стоило приглашению исчезнуть, как на него снова навалилась гнетущая тяжесть взгляда. Однако на этот раз Йен не потерял сознания. Возможно, это произошло из-за того, что он уже балансировал на грани потери сознания и обнаружил, что не может провалиться ещё дальше.

― Теперь, когда я думаю об этом, этот взгляд кажется мне знакомым. Неужели я уже сталкивался с ним раньше?

Словно прочитав его мысли, присутствие отступило, отводя взгляд, словно признавая его отказ. Ощущение падения исчезло, сменившись слабым возвращением физических ощущений.

Вхуоош...!

Шепот в его голове затих, поглощенный оглушительным ревом штормового ветра. Это была не иллюзия. Йен чувствовал, как на него обрушивается сокрушительная сила ветра, как его тело сковывает чудовищное давление.

Заполнявший его зрение хаотический шум исчез, и Йен понял, что снова смотрит на небо.

― Что за черт...

Темно-красный вихрь над головой яростно вращался, а в самом центре кипел и пузырился, словно живой.

Вхуоош...!

От краев вихря тянулись длинные фиолетовые усики, пульсирующие злобной энергией.

По мере того как зрение Йена против его воли обострялось, усики становились все более отчетливыми. Их поверхность была скользкой и желеобразной, практически источающей энергию. Это были не усики, пробивающие себе путь сквозь фиолетовую завесу - это была сама завеса, обретшая форму гротескных придатков. Выглядело это так, словно чудовищная сущность пытается пробиться наружу из амниотического мешка.

Вероятно, завеса служила средством для формирования формы бесформенной сущности.

― Это что-то вроде эктоплазмы?

Мысль была совершенно неуместной, но взгляд Йена оставался прикованным к клубящемуся вихрю, его извивающимся усикам и напоминающему глаз центру. Впрочем, у него не было иного выбора - он вообще не мог пошевелить собственным телом. Непреодолимое присутствие за бурлящей завесой все еще удерживало его в плену.

Алчная Бездна - Древний Бог Пустоты, истинное имя которого оставалось неизвестным - все еще наблюдал за ним.

Вуум... Треск!

Помехи, затуманившие зрение Йена, пульсировали, смешиваясь с шепотом и ветром, образуя хаотичную симфонию. И хотя взгляд сущности продолжал сковывать его тело, Йен понял, что не теряет рассудка.

Получается, она действительно не может спуститься прямиком сюда, да?

Несмотря на первобытный страх, раздирающий его чувства, Йен был до жути спокоен. Даже пред ликом такого всепоглощающего ужаса его разум оставался сосредоточенным.

Эта ясность позволила ему обратить внимание на две важные вещи: Древний Бог оказался не в состоянии проявиться за пределами своей нынешней формы, а глаз вихря продолжал уменьшаться, мгновение за мгновением.

В некотором роде это ошеломляющее зрелище было проявлением отчаянной борьбы бога.

Вхуоош...!

Колышущиеся и извивающиеся усики внезапно собрались вместе, складываясь, подобно лепесткам гротескного цветка. Фиолетовое сияние, исходящее от них, усилилось. В их сердцевине образовалась густая, вязкая масса энергии.

Эта масса быстро увеличивалась, а ее форма была беспорядочной и пугающей, напоминающей искаженное существо - или, возможно, концентрированное воплощение самого хаоса.

Сквирм...!

По центру массы протянулась вертикальная линия, которая затем широко раскрылась. Появился одиночный фиолетовый глаз. Он перемещался, сканируя землю внизу, словно впервые видя мир. Массивный сгусток с единственным неморгающим глазом и окружающие его шипастые усики представляли собой отвратительно гармоничный образ.

― Эта штука выглядит до отвращения зловеще.

Единственным облегчением было то, что глаз вихря быстро закрывался. Он уменьшился до размеров, не превышающих обхвата рук Йена. Корни усиков вокруг глаза сближались все больше и больше.

Взгляд, устремленный на Йена, стал неожиданно напряженным, словно полностью сосредоточенным на нем. Это было мимолетное мгновение, прямо перед тем, как глаз вихря должен был закрыться. Взгляд Йена помутнел, а тело снова онемело. Однако это не было вызвано враждебностью. Эмоции, излучаемые взглядом, были, как ни странно, лишены злобы - более того, в них чувствовалось нечто прямо противоположное.

Бульк...!

Когда массивный сгусток сущности навис над землей, прямо из его сердцевины внезапно высунулась толстая удлиненная рука. По своей структуре она напоминала липкую, тягучую глину, но быстро затвердела, приобретя устойчивую форму. Следом за ней наружу, словно гротескные корни, вырвались длинные усики, неестественно извивающиеся и вьющиеся.

― Неужели она формирует свое тело на основе увиденных вокруг форм?

В тот момент, когда глаз вихря закрылся, усики завершили трансформацию. Присутствие Древнего Бога внезапно исчезло, словно погаснув. Усики, окружавшие массу, лопнули, как проколотые водяные шары, и разлетелись во все стороны фиолетовыми каплями.

Вхуооош...!

Однако сокрушительное давление и ревущий ветер по-прежнему оставались, их интенсивность не ослабевала. Масса, висящая в воздухе с широко расставленными усиками, наконец обратила свой взор прямо на Йена.

Рядом с первым глазом открылся еще один, повернувшийся в его сторону. На мгновение взгляд его заострился, а затем глазные контуры слегка изогнулись, словно в насмешке. Фрагмент хаоса резонировал с громовым импульсом, пронизывая вибрацией все тело Йена.

Прежде чем он успел отреагировать, перед его глазами всплыло квестовой окно.

[Незавершенный Аватар.]

У Йена не было времени ознакомиться с деталями квеста. Аватар широко раскинул свои гротескные руки, разминая массивные кисти.

Вхуоош...!

Разлетевшиеся фиолетовые капли изменили своё направление, как будто само время отмоталось назад, и собрались в сияющие сферы вокруг его рук. Через мгновение в воздухе зловеще зависли десятки фиолетовых сфер разного размера.

Взгляд аватара скользнул по Йену и сосредоточился на пространстве позади него. Под глазами проступила тонкая линия - рот. Губы скривились в ухмылке, а затем вытянутая правая рука совершила едва уловимый взмах запястьем.

Вхуоош...!

Дюжина или около того фиолетовых сфер, парящих справа от этого существа, выстрелили по острым диагональным траекториям. Не было нужды задумываться о том, что было их целью - легион.

Блядь!

Йен, который с трудом заставлял себя двигаться с тех пор, как появилось квестовое окно, наконец открыл меню навыков.

Бум, бум, бум!

В тот момент, когда он рефлекторно поднял до максимума Первобытную Стойкость, оглушительный взрыв сотряс воздух и землю позади него. От ударной волны Йен пошатнулся. Кровеносные сосуды в его глазах лопнули, а сам он с трудом мог пошевелить лишь кончиками пальцев.

Свищ...!

Сфокусировавшись на какой-то точке, аватар устремился вперед, подобно стреле. Оставшиеся сферы обрушились прямо на Йена, не оставляя ему шансов на спасение.

Свуш...!

В тот момент, когда вокруг него поднялся тусклый Барьер Света, в расширенных глазах Йена вспыхнуло нарастающее фиолетовое сияние.

* * *

Люсия открыла глаза.

Грубая текстура грязи упиралась ей в лицо. Она поняла, что на мгновение потеряла сознание.

― Кхм... кхм...! - закашлялась она, отхаркивая кровь.

Когда она моргнула, в голове промелькнули обрывочные воспоминания о том, что произошло всего несколько минут назад: Штормовой ветер, разрывающий туман на поле брани, всепоглощающее присутствие, доминирующее над всем, усики, извивающиеся в небе.

И в центре всего этого - зловещая сущность, обретающая форму и низвергающая смертоносные лучи, словно метеоритный дождь. Даже завеса священного пламени не смогла полностью заблокировать последовавшую цепочку взрывов.

― Мигель.

Ее мимолетные воспоминания оборвались, и Люсия оперлась на дрожащие руки.

Головокружение и шум в ушах захлестнули ее, едва не заставив снова упасть. Звон в ушах отказывался утихать.

Как раз перед тем, как взрывы и ударные волны прорвали завесу, она бросилась к Мигелю и притянула его к себе, чтобы прикрыть своим телом.

Ее нынешнее состояние было платой за то, что она приняла на себя ударную силу взрывов своей спиной. Это был ее единственный выбор. Мигель потерял сознание, не выдержав присутствия, исходившего из глубины вихря.

Если бы не завеса священного пламени, он мог бы и вовсе не выжить. Даже Люсия почувствовала, как ее сознание расплывается под его воздействием, а головокружение грозило полностью ее поглотить.

― О, Лу Энтре!

Борясь с головокружением, Люсия осмотрела окрестности, и у нее перехватило дыхание.

Сквозь дымку пыли она увидела легионеров, распростертых на земле, над которыми слабо мерцала тускло-красная божественная энергия.

Лишь немногие устояли на ногах.

― ......!

Солдаты, стоявшие на ногах, что-то неразборчиво кричали, но их голоса заглушал звон в ушах, пока они оттаскивали своих пострадавших товарищей в безопасное место.

У многих были сломаны конечности или раздавлены тела. Те, чья багровая божественная энергия полностью исчезла, были мертвы. Ошеломленные присутствием пустоты, они оказались слишком медлительны, чтобы среагировать.

Даже защита священного пламени не могла полностью нейтрализовать влияние этого трансцендентного существа.

Этого зрелища было более чем достаточно, чтобы Люсия ощутила тяжесть вины. Если бы она пылала священным пламенем ярче, принесла свою кровь в жертву и держалась до самого конца, будучи полностью готовой к смерти, возможно, все сложилось бы иначе.

Эти мысли полностью улетучились в тот момент, когда ее взгляд остановился на израненной фигуре, лежащей перед ней.

― М-Мигель. Мигель?

Пошатываясь, Люсия поползла вперед и крепко обняла неподвижного Мигеля.

Пусть он и был без сознания, но не умер: его дыхание оставалось ровным. Девушка испустила короткий вздох облегчения, но длился он недолго. Ее глаза расширились, когда она отпустила Мигеля и повернулась, а ее тело тут же окутала мерцающая завеса священного пламени.

Швик... Бум!

Звук, будто что-то пронзило воздух, и последовавшая за этим ударная волна возникли практически одновременно. Священное пламя, окружавшее Люсию и Мигеля, неустойчиво колыхалось под воздействием этой силы.

Ударная волна отбросила назад легионеров, уносивших раненых. Сквозь звон в ушах и нарастающее головокружение Люсия перевела взгляд на эпицентр ударной волны.

Там, рядом с опрокинутой жаровней и телами убитых лошадей, среди пламени, вырывавшегося из сломанной телеги с жаровней, приземлилось огромное существо.

С его появлением все вокруг словно сокрушило подавляющее присутствие. Длинные, похожие на усики ноги гротескно раскинулись, поддерживая туловище, похожее на грубый комок слипшейся глины, бессистемно вылепленной воедино. По бокам от него простирались две непропорционально большие толстые руки.

На вершине гротескной фигуры, словно опухоль, выпирала бульбообразная масса, извивавшаяся неестественными движениями. На ее поверхности блестели и перемещались неестественные фиолетовые глаза и неровный, зияющий рот.

Но даже среди этих гротескных движений его взгляд был прикован прямо к Люсии. В тот момент, когда их глаза встретились, его губы изогнулись в извращенной улыбке.

― Хе-хе...

Резкий и отчетливый звук смеха пронзил звон в ушах. Из широко разинутой пасти сверкнули ряды зазубренных черных зубов. В то же время от всего его тела исходили всплески фиолетовой энергии, наполнявшие воздух его хаотичным присутствием.