Трюд затаил дыхание и застыл, глядя на Йена. Должно быть, он понял, что в глазах Йена не было ни капли прежней улыбки.

Поймав глубокий, темный взгляд, он заколебался.

― Хаха... С чего бы это? Я просто сомневался, потому что там настоящий свинарник, вот и все. Вы же знаете, как я живу.

Трюд издал преувеличенный смешок, блеснув на лбу капельками пота. Йен взглянул на Люсию и Мигеля, затем поднял бутылку и встал.

― С нетерпением жду, когда увижу, насколько там все запущено.

― Хаха... Вы, правда, не против?

― В отличие от тебя, я привык спать на улице, - сказал Йен направившись к лестнице.

Группа прижалась к стене, а страх, оставшийся со времен их совместной жизни в Травельге, полностью ожил. Даже без этих воспоминаний страх и уважение к Йену были вполне естественны. В отличие от рядовых членов группы, они знали, что он получил благословение Кархи и сражался на поле брани как настоящий сверхчеловек, а у некоторых даже были смутные, похожие на сон воспоминания о том, как он сражался в окружении Драконов. Поэтому они не могли просто отмахнуться от каких-либо слухов о Йене как от беспочвенных.

― ...Понятно.

Трюд с жестким выражением лица кивнул и обвел взглядом зал.

― Слушайте! Проявляйте должное уважение и вежливость к нашим гостям! Понятно? Они прибыли из Храма Огня! Это будущая Святая и однорукий жрец!

― Железный Кулак.

― А...? - повернулся Трюд, услышав тихий голос.

Мигель, жуя сосиску, добавил:

― Зовите меня Жрецом Железным Кулаком. Это прозвище даровал лично Убийца Драконов.

― Неужели? Вы все это слышали? Будущая Святая и Жрец Железный Кулак здесь!

― Хватит болтать, поднимайся уже. Хватит блокировать лестницу, - равнодушно добавил Йен.

Трюд кашлянул и поспешил вверх по ступенькам. Застывшие на месте члены группы этого не заметили, но офицеры ясно видели, как опустились его плечи.

Как только Трюд и Йен исчезли наверху, в зале воцарилась странная тишина. Никто, кроме двоих, спокойно поедающих свои блюда, не осмеливался заговорить или пошевелиться.

― Давайте, прекратите прижиматься к стенам и присаживайтесь, - сказал Мигель, небрежно жестикулируя.

Когда знакомые офицеры нерешительно кивнули и подошли, Мигель обменялся взглядом с Люсией, которая заговорила.

― Теперь нам понадобится ваша помощь.

Она обвела взглядом комнату и спокойно добавила:

― Во-первых, все, кто прибыл из заснеженных территорий или имеет опыт путешествий по ним, встаньте, пожалуйста.

После короткого обмена недоумевающими взглядами несколько наемников нерешительно поднялись. Большинство из них были северянами, в том числе и несколько офицеров, которые как раз собирались сесть.

Мигель, усмехнувшись, жестом пригласил их подойти.

― Тогда все подойдите ближе и присядьте. Нам нужно будет кое-что обсудить. Но сначала позвольте нашей Святой закончить трапезу.

По мере того как наемники пересаживались, таверна наполнялась тихим шумом.

* * *

В коридоре второго этажа было чище и тише, чем Йен помнил. Как и следовало ожидать, это было место, предназначенное только для офицеров группы наемников. Если бы все наемники имели туда доступ, он не был бы таким безупречным.

Пока они шли, Йен пробормотал:

― Ты ведь платишь за жилье, как положено?

― К-Конечно.

Трюд, шедший впереди, вздрогнул и начал заикаться в ответ.

― Мы даже платим больше, чем положено. Каждую неделю.

Его лицо открыто выражало беспокойство и тревогу, и он больше не пытался это скрыть. Необходимость в сохранении видимости исчезла.

Йен спокойно кивнул.

― Хорошо. Это радует.

― ... Моя комната в конце. Я слыхал, вы раньше там останавливались. Это правда?

― Да. Правда, не с самого начала, - ответил Йен, предаваясь старым воспоминаниям, а затем слегка ухмыльнулся.

― Так вот почему ты сделал это место своей базой.

― Ну, символизм имеет значение, не так ли?

Трюд взялся за ручку двери и снова заговорил.

― Мы время от времени слышим о вас новости, даже здесь. Ваша слава распространилась по всему континенту. Но лично я думаю, что ничто не сравнится с подвигом убийства Драко...

― Эй, - сузив глаза, вмешался Йен.

― Просто открой дверь.

― Понял, - вздрогнул Трюд, испуская длинный выдох через нос, когда открыл дверь.

Его широкая спина была напряжена от волнения.

― ...Ну и сколько же ты еще будешь чувствовать себя виноватым?

Щелкнув языком, Йен протянул руку, схватил Трюда за плечо и оттолкнул его в сторону.

― А...?!

Массивная фигура, почти заблокировавшая дверь, сдвинулась с места без особого сопротивления. Глаза Трюда расширились от удивления, когда Йен шагнул в комнату, не удостоив его взглядом.

― О... весьма благородно, разве нет? - издал Йен едва слышный ропот восхищения.

Прямо перед ним стоял большой деревянный стол. Кресло за ним, обращенное к окну, было высоким и внушительным, с высокой спинкой и подлокотниками, придававшими ему величественный вид. На столе лежали чернила, перо, подсвечник с серебряной ложечкой для плавления воска и книга в кожаном переплете. Кресло для гостей напротив него, напротив, было маленьким и потертым.

― ...Итак, на этом великолепие заканчивается, - сказал Йен, оглядываясь по сторонам.

Остальная часть комнаты выглядела как обычная трактирная спальня. На полу лежала медвежья шкура, а вокруг кровати были разбросаны оружие, бутылки и даже серебряные монеты.

― Как бы часто я ни убирался, здесь снова становится грязно. Хаха... - запоздало воскликнул Трюд и неловко рассмеялся.

Однако его смех был недолгим.

Йен, не задумываясь, продолжил идти, обогнул стол и сел в кресло главы. Поставив бутылку с ликером на стол, он невозмутимо скомандовал.

― Просто принеси бокалы.

Хотя Йен вел себя так, словно находился в своей собственной комнате, Трюд не смог ничего возразить.

― ...Разумеется.

Смирившись, Трюд на мгновение закрыл глаза и подошел к кровати.

Тем временем Йен открыл книгу, лежавшую на столе. Как он и ожидал, это была бухгалтерская книга. Инициалы, предположительно клиентов и цифры, все было аккуратно записано. Вероятно, в ящиках под столом было больше подобных книг.

― У тебя талант к управленческой деятельности.

Когда Трюд с напряженным лицом подошел к столу, Йен заговорил, не поднимая глаз от бухгалтерской книги.

― Судя по тому, как упорядочены эти записи, похоже, ты управлял группой наемников столь же организованно.

Трюд поставил оловянный бокал на стол, поднял бутылку и пробормотал:

― Я только притворялся... просто подражал.

― Если это действительно было так, то беспокоиться не о чем.

Йен поднял глаза и посмотрел на Трюда.

― Но ты ведь не просто притворялся, когда прикарманивал что-то на стороне?

Трюд замер, наливая Йену напиток. Он едва успел придержать бутылку, когда она едва не переполнила бокал, отставил ее, сухо сглотнул и произнес.

― Я... я признаюсь, капитан. Вы, наверное, уже знаете, но это правда, что мы ведем себя несколько развязно. И, как вы только что сказали, мы потворствовали этому через закулисные сделки, - быстро проговорил он, нервно облизывая губы.

Рука, державшая бутылку, слегка дрожала.

― Но мы занимались этим только с дворянами. Особенно с Его Высочеством, Эрцгерцогом. Мы никогда не использовали в своих интересах горожан или наших соотечественников-северян. Конечно, бывали случаи, когда кто-то пытался вымогать деньги у прохожих, но если мы узнавали об этом, то ставили их в пример, начиная с пальцев. Мы бы не сделали ничего, чтобы опозорить ваше имя...

― Хватит, - вмешался Йен.

Он на мгновение уставился на Трюда непроницаемыми черными глазами, а затем указал на пустой бокал перед собой.

Трюд, все еще находясь в замешательстве, инстинктивно налил в бокал напиток.

― Я здесь не для того, чтобы раздувать проблему из-за того, что ты взял.

Протянув руку, Йен взял наполненный до краев бокал.

― До тех пор, пока ты выполняешь свои обязанности и несешь за это ответственность.

Когда Трюд снова затаил дыхание, Йен медленно поднес бокал к губам, не пролив ни капли. Единственный бокал, который оказался переполнен, принадлежал Трюду.

― Пришло время оправдать свое имя, Трюд.

С резким звоном Йен поставил свой бокал на место.

Только тогда Трюд удивленно моргнул и отставил бутылку в сторону. Он опустил взгляд, даже не подумав вытереть пролитый напиток, и наконец заговорил:

― ...Так вы действительно вернулись из-за Черной Стены.

― Да. Я полагал, что ты мог этого ожидать.

― Я надеялся, что это не так. Я бы предпочел, чтобы вы пришли, дабы расправиться с нами из-за многочисленных слухов. Это тоже было бы страшно, но, по крайней мере, мы могли бы взмолиться о милосердии...

Трюд вздохнул и тяжело рухнул в кресло, а дерево под ним заскрипело так, будто могло вот-вот проломиться. Он поднял бокал своими дрожащими руками, отчего напиток выплёскивался по бокам.

Йен наблюдал за ним с бесстрастным выражением лица и снова заговорил:

― Я не приму никаких оправданий по поводу текущих контрактов. Аннулируй их все или отложи. Об Эрцгерцоге тоже не беспокойся. Я здесь в соответствии с Императорским Указом.

― ...Императорским Указом, говорите?

― Да. Я получил официальный титул и должность. Теперь я являюсь Маркграфом Северных Заснеженных Территорий, - ответил Йен, снова взяв в руки бутылку.

Трюд, только что поставивший свой бокал, крепко зажмурил глаза.

― Черт возьми, это все объясняет... Мне казалось, что в донесениях с передовой что-то не так...

Бровь Йена слегка дернулась, когда он наполнял свой бокал.

― Были какие-то необычные донесения?

― Похоже, войска с передовой неуклонно выводятся.

Йен нахмурился, отставил бутылку и добавил:

― Расскажи мне больше.

― Я и сам не знаю всех подробностей. Я просто повторяю то, что слышал, - проговорил Трюд, почувствовав перемену настроения в тоне Йена, и тут же открыв глаза.

Йен слегка кивнул, наполняя бокал Трюда.

― Некоторое время назад я слышал, что передовые легионы передислоцируются. Они заявили, что это связано с тем, что столичные гарнизонные войска готовятся к отступлению.

― Гарнизонные войска?

Трюд кивнул и снова поднял свой бокал, после чего продолжил:

― Они сообщили, что это происходит в соответствии с императорскими приказами. Примерно половина из них якобы отправляется на Восточный Фронт, поэтому они соответствующим образом перераспределяют войска в передовых крепостях.

― ...Когда именно ты об этом узнал?

― Посмотрим. Около пятнадцати дней назад, наверное? На самом же деле, насколько я понимаю, все началось за несколько дней до этого...

Голос Трюда прервался, когда он увидел горькую улыбку, расплывшуюся по лицу Йена... Улыбку, достаточно резкую, чтобы Трюд оцепенел на месте. Он не мог понять почему, но для Йена такая реакция была вполне естественной.

― Значит, так и было задумано с самого начала.

Наконец-то Йен смог разглядеть истинные намерения Императора. Усилить Северный Фронт за счет присутствия Йена, а оставшиеся войска перераспределить на другие направления. Это было, без сомнения, разумное, с точки зрения стратегии, решение. В конце концов, эрозия не наносила удары по всем фронтам одновременно. Будь Йен в таком же положении, он, возможно, сделал бы аналогичный выбор. Но от понимания этого не становилось легче.

― ...У старика всегда найдутся причины для беспокойства.

Этого было достаточно, чтобы в его голове промелькнул образ Археаса. Это также укрепило его решимость удерживать линию фронта и вернуться, чтобы получить достойную награду от Императора.

― Продолжай, - сказал Йен, отставляя бокал и обращаясь к Трюду.

Внимательно наблюдая за Йеном, Трюд быстро продолжил:

― Насколько я слышал... Карлингион лишился наибольшего количества войск. Но даже тогда мне это показалось странным. Карлингион - передовая крепость.

― Да... самая передовая.

Йен слегка искривил уголки губ.

― ...Так вот почему квест был связан с Карлингионом.

Внутренне бурча, Йен наполнил свой бокал. Это решение и впрямь соответствовало интересам Эрцгерцога Олафа.

Войска, отправленные на битву в крепость Беллиум, благодаря которой Йен стал Убийцей Драконов, на самом деле были всего лишь жертвами, чтобы выиграть время. Теперь, получив приказ от Императора, Эрцгерцог вновь подготовил место в главной крепости для чемпиона Севера и его легиона, надеясь на повторение того чуда.

― Но несколько дней назад до меня дошли более тревожные новости, - сказал Трюд, сделав глоток и украдкой взглянув на Йена, прежде чем продолжить.

― Говорят, что и Отряд Чистильщиков вместе с Крестоносцами Ордена готовятся к выводу войск.

На этот раз улыбка с лица Йена исчезла полностью.

― Всех?