Однако в этот момент сознание капитана переполнял не страх, а вопросы. Вопросы о личности медленно приближающейся смерти: Как этот человек смог догнать их в этом наряде? Как он мог одновременно держать в руках и щит, напоминавший реликвию, и проклятый меч? И как он мог обладать столь сильной магией?

― .....!

Как только деревянный ящик, пристегнутый к его спине, оказался в хватке левой руки, капитан опомнился. Чувство долга, глубоко въевшееся в его подсознание, двигало его телом.

Тат-тат!

Без какого-либо предупреждения мужчина внезапно бросился на него. Капитан подбросил коробку над головой, а правой рукой нацелил арбалет на мужчину. Практически одновременно с этим в его сторону устремился фиолетовый магический шлейф.

Удар!

Магическая дуга прошла мимо лица капитана, высекая глубокую борозду в ледяной стене позади него.

Туд...!

Секунду спустя его отрубленная ниже локтя правая рука упала на землю.

Мужчина, низко пригнувшийся и рванувшийся вперед, даже не смотрел на него. Его взгляд был прикован к коробке, которую капитан подбросил в воздух.

Взмах...

Точнее, на черного дрозда, который выпорхнул из коробки и стремглав вылетел за барьер. Это был посыльный ястреб, призванный сообщить в штаб о провале миссии.

Взгляд мужчины без тени сожаления вернулся к капитану. Капитан же стоял на месте, даже не потрудившись остановить кровотечение из отрубленной руки. У него не было причин сопротивляться, ведь он уже выполнил свою роль.

Словно уловив эту мысль, мужчина снова замедлил шаг. Хотя шаги его были неторопливы, глаза, лишенные каких-либо признаков беспечности, не отрывались от капитана, пока он говорил.

― Кто вас нанял и каково задание?

― .....

Капитан молчал. Теперь оставалось только одно.

Сжал...!

Устроить собственную смерть.

Крутанув челюстью, он прикусил капсулу с ядом, спрятанную за коренными зубами. Его глаза закатились, а сам он рухнул на землю.

― ...Отлично, - равнодушно пробормотал Йен, остановившись перед упавшим капитаном.

Самоубийство - вполне предсказуемый конец.

Он смотрел на бьющегося в конвульсиях ассасина без малейшего разочарования. Успокоившись, он убрал Платиновый Барьер и закрыл появившееся перед ним окно завершения квеста. В конце концов, он и не рассчитывал получить от ассасина какую-либо ценную информацию. Важен был сам факт их ликвидации.

Однако все оказалось бы не настолько просто, не ослабь убийцы бдительность и не сбавь они свой темп, или же не усиль Йен Ледниковую Стену дважды, используя бусину эссенции и Силу Хаоса.

Сс...

Йен взглянул на Ледниковую Стену, которая, исчезая, испарялась как сухой лед. Висевшее посреди нее тело безжизненно упало на землю. Кивнув самому себе, Йен вернул бусину эссенции, которую держал в левой руке, в карманное измерение.

Вой...

Не колеблясь, Йен изогнулся и швырнул в подпространство дрожащий, словно не желающий возвращаться обратно, черный меч. Покончивший с собой ассасин теперь безвольно лежал на земле. Йен протянул руку и с силой сорвал с него маску. Его брови слегка нахмурились.

― Так вот почему они скрывали свои лица.

Вместо носа на лице убийцы зияла дыра. Они намеренно обезобразили собственные лица. Скорее всего, это было сделано для того, чтобы сделать их первоначальный облик совершенно неузнаваемым.

Возможно, они даже могли замаскироваться, прикрепив фальшивый нос. В конце концов, нос существенно влияет на внешний вид человека.

Как бы то ни было, это не отменяло того факта, что это был крайне безумный метод.

― Неужели я выглядел бы так же, выбери я класс скаута и искази его?

Йен выпустил короткий смешок, по привычке осматривая тело ассасина. Впервые он был рад, что стал именно магом. Несмотря на то что искажение также превращало магов в гротескных существ, сейчас он почувствовал небольшое облегчение.

Убедившись, что нет никаких улик, указывающих на то, кто стоит за нападением, Йен забрал метательный нож, спрятанный у подмышки убийцы, и убрал его в карманное измерение. В ряду ножен на его поясе остался всего один экземпляр.

Он также сорвал тонкое ожерелье с шеи ассасина. К нему был прикреплен маленький свисток, размером с мизинец, и крошечный металлический пузырек.

― Значит, он был лидером. Логично, если учесть, что он послал птицу.

В пузырьке находилось высококлассное противоядие, способное обезвредить любой существующий в игре яд. Йен убрал его в карманное измерение, а затем подобрал с земли отрубленную руку ассасина.

Ему нужно было отстегнуть арбалет, пристегнутый к запястью. Скорострельный арбалет ассасина был редкого класса, а во встроенном металлическом отсеке оставался всего один болт. Похоже, арбалет был оснащен механизмом, обеспечивающим перезарядку после каждого выстрела. Сняв с убийцы накидку, Йен наконец встал. Теневой Плащ тоже был редкого класса и увеличивал стат ловкости на один пункт.

― ...У него есть дополнительная особенность, которая не была отображена в информационном окне.

Йен отряхнулся и непринужденно пожал плечами - ни одной капли дождя не просочилось сквозь ткань. Не раздумывая, он двинулся дальше, быстро обыскивая расчлененные и уже остывшие тела ассасинов.

Ни у кого из них не было противоядия, тем не менее можно было извлечь и другую выгоду. Он зарядил цилиндр арбалета болтами с ядом, а также добавил в свой арсенал еще четыре метательных ножа, покрытых парализующим ядом. Он даже подобрал относительно неповрежденный, хотя и довольно гротескный меч под названием Клинок Гадюки. Клинок пришелся ему не по вкусу, однако в качестве запасного оружия он вполне мог сгодиться.

― .....

Закончив мародерствовать, Йен натянул капюшон и окинул взглядом окрестности: до него доносился лишь шум дождя. Тела ассасинов будут гнить здесь, в лесу, никем не обнаруженные. Осознание этого не вызвало в нем никаких особых чувств. Он просто хотел убедиться, что не пропустил ничего важного. Удовлетворенный, Йен пожал плечами и отвернулся. Предстояло еще связать концы с концами.

* * *

Дождь понемногу стихал, превращаясь в морось. Через несколько часов он, скорее всего, прекратится полностью. Впрочем, судя по небу, будет неудивительно, если вскоре он вновь возобновится.

― Крестный. Если ты меня слышишь, пожалуйста, ответь. Крестный?

Слабая улыбка заиграла в уголках губ Йена при появлении знакомого шепота в его сознании. Также это означало, что он не заблудился.

― Я здесь.

― Я знала, что это не просто мое воображение, когда что-то почувствовала... Хвала небесам. Ты уже закончил?

― Да. Но...

Йен слегка нахмурил брови, глядя на опушку леса, где заканчивались тени.

― Почему отвечаешь только ты? Где Филипп?

Тот, кто обычно шумел громче всех, был странно молчалив. Ответ Элии последовал практически сразу.

― Сэр Филипп... сейчас молится.

― Молится...?

Йен ускорил шаг. Должно быть что-то произошло, раз Филипп молится настолько сосредоточенно, что даже не мог ему ответить.

― Какова ситуация?

― Ну, я в безопасности. Лошади тоже, если ты еще не знаешь. Но Асме была ранена.

Подойдя к кромке леса, Йен коротко щелкнул языком. Безусловно, маги в традиционном понимании были беззащитны перед убийцами. И несмотря на то что Асме использовала свою магию нетрадиционными способами, по сути она все равно была магом.

― Если эти ублюдки добрались до нее, она наверняка не просто ранена.

― Я думаю, ее отравили. Сэр Филипп пытается очистить ее молитвой, но прошло уже довольно много времени, а ответа все нет.

― Это не сработает. Ведь это никакое не проклятие, - подумал Йен, выходя из леса и разглядывая силуэты выстроившихся впереди экипажей.

Из окна кареты принцессы мерцал слабый свет.

― Сэр Йен...? - раздался сбоку голос Фадена.

Йен взглянул в его сторону. Фаден, держа один труп за ногу, смотрел на него в ответ.

Его шлем был снят, что свидетельствовало о том, что он в одиночку занимался уборкой.

― Это я.

― ...Хорошо. Из-за этого плаща я подумал, что вернулся ассасин.

Фаден отбросил тело с дороги и быстро подошел к нему.

― Я слышал, там есть пострадавшая, - сказал Йен, не останавливаясь и не бросая взгляда на Фадена, который кивнул, шагая рядом.

― На Асме напали. Болт угодил ей прямиком в руку, и яд распространяется. Как и в случае с Шелби...

Его мрачное выражение лица, скорее всего, было вызвано потерей оруженосца. Он бросил взгляд на низко надвинутый капюшон Йена.

― Ты разобрался со всеми убийцами?

― Да.

― ...Спасибо. Ты отомстил за него от моего имени. Это было моей обязанностью, но мне стыдно, что я не смог сделать это сам.

― Забудь об этом. Я сделал это не ради мести, - сухо ответил Йен, подходя к двум припаркованным бок о бок каретам.

― Возвращайся к своей работе. Мне тоже есть о чем позаботиться.

Тихо поблагодарив, Фаден продолжил заниматься своим делом.

― Крестный! - раздался в голове шепот Элии.

Она стояла под деревом на другой стороне, а рядом с ней находились лошади, укрывавшиеся от дождя. Он задался вопросом, почему она там, и только потом понял, что она защищала лошадей. Однако со стороны это выглядело так, будто именно белая лошадь защищала Элию.

― Оставайся там, - прошептал в ответ Йен, приблизился к карете принцессы и распахнул дверцу, открывая взору происходящее внутри.

Обессиленная Асме лежала на сиденье без сознания. Рядом с ней на коленях стоял Филипп, обхвативший обеими руками ее левую руку и погруженный в молитву. От его тела исходил мягкий свет, освещавший внутреннее пространство кареты.

― Вы вернулись, Сэр...

Серас, сидевшая позади Филиппа, повернулась, чтобы посмотреть на него. Несмотря на невыразительное лицо, она была бледна, а ее глаза были полны непролитых слез. Йен взглянул на нее, но ничего не сказав забрался в карету. Он сразу же оценил состояние Асме.

Ее лицо, бледное как свинец, не проявляло никаких признаков сознания. По левой руке, в том месте, где был закатан рукав, стекала густая и почерневшая кровь. Рана же находилась между ладонями Филиппа. В отверстии, оставленном извлеченным болтом, скапливалась кровь, а окружающие вены потемнели, распространяя инфекцию.

Было совершенно очевидно, что именно благодаря молитве Филиппа она еще не умерла. Его божественная сила подавляла яд, но этого было недостаточно. Со временем яд, несомненно, распространился дальше, и бледность Асме это подтверждала.

― ...Какая жалость.

Несмотря на свое замечание, Йен протянул руку и силой раскрыл рот Асме. В другой руке он держал пузырек с противоядием. Откупорив пробку, он вылил подозрительную жидкость ей в рот. Асме бессознательно проглотила ее.

Серас, стиснув челюсти, смотрела на него со смесью надежды и страха. Йен не теряя времени, быстро снял стальную перчатку с правой руки.

Хиссссс...!

Проклятое кольцо, Болотная Обида, среагировало мгновенно, словно только и ждало этого момента. Оно сползло с пальца Йена и скорчилось от дискомфорта, ощутив божественную энергию, все еще сохранявшуюся в ране. Тем не менее змееподобное существо вонзило клыки в отравленную плоть.

― Достаточно. Ты хорошо поработал, - сказал Йен, положив руку на плечо Филиппа.

Сияющий свет вокруг него рассеялся в золотую пыль. Обессиленный, Филипп откинулся назад и рухнул на пол.

― Ха... фух... Вы прибыли. И как всегда, принесли что-то полезное, - сказал он, глядя на Йена с усталой ухмылкой.

Йен коротко хмыкнул.

― А... с Асме теперь все будет в порядке? - осторожно спросила Серас, наблюдавшая за тем, как черная змея высасывает отравленную кровь Асме.

Улыбка Йена померкла, когда он протянул руку к ране.

Хис...!

Болотная Обида отпрянула, как пружина, а затем снова обвилась вокруг пальца Йена. Быстро надев стальную перчатку, он наконец заговорил.

― Она будет в порядке после того, как хорошенько отдохнет.

― Спасибо... спасибо вам обоим, правда. Я вам безмерно признательна, - резко встала Серас и отвесила глубокий поклон.

Филипп, отмахнувшись от ее благодарности рукой, взглянул на Йена, заметив его молчание. Йен, не говоря ни слова, протянул руку и поднял Филиппа на ноги.

― Сходи за бинтами. И скажи леди, чтобы привела лошадей. Мы уедем, как только все будет готово.

― Что...? О, да, разумеется, - ответил Филипп, слегка смутившись, но не задавая лишних вопросов, и вышел из кареты.

Серас, бросив быстрый взгляд на Асме, снова повернулась к Йену.

― Прошу простить меня за вопрос, но... не могли бы мы отложить наш отъезд хотя бы на несколько часов, Сэр Йен? Хотя бы до того момента, когда состояние Асме немного стабилизируется?

― Вы вольны так поступить, - ответил Йен спокойным и ровным голосом, когда наконец повернулся к ней лицом:

― Но мы отправляемся немедля.

― Ч-что...? Что вы имеете в виду, Сэр? - растерянно моргнула Серас.

Йен, уже отвернувшись, ровным тоном добавил.

― Это значит, что я расторгаю контракт.