Жизнь полна взлетов и падений: то, что кажется удачей, может обернуться бедой, а беда — обернуться благом.

Именно так всё сейчас и обстояло.

Честно говоря, попасться Хон Согёну оказалось не так уж и плохо. Пусть это и было недоразумением, но самая неприятная проблема с моей личностью разрешилась.

Получив поручительство Хон Согёна, я смогу войти в подземелье Панги-дон, которое к этому времени уже должно было появиться.

Но, зная Хон Согёна, расслабляться было слишком рано.

— Как поживаешь?

— Мы только вчера виделись.

— Вчера было вчера, а сегодня — это сегодня.

И хотя я нехотя пожал протянутую руку, отпускать меня никто не спешил. Вместо этого меня продолжали держать в Отделе по расследованию преступлений пробужденных.

С виноватым видом Хон Согён попросил меня остаться здесь, пока ситуация не прояснится. Никаких подробных объяснений не последовало.

«Я и не рассчитывал, что меня отпустят сразу... В противном случае Хон Согён не стал бы устанавливать за мной слежку».

По крайней мере, это не тюрьма. Судя по тому, что сегодня он пришел не с пустыми руками, у меня появился шанс выбраться.

Хон Согён положил на стол папку с документами и, как и в первый день, придвинул стул, чтобы сесть напротив.

Хотя в комнате для допросов не было ни тусклого света, ни наручников, устройство контроля маны на лодыжке и ограничение свободы передвижения...

«Погодите-ка. Если не считать отсутствия тюремной робы, всё это время со мной обращались как с заключенным, не так ли?»

— Почему у тебя такое каменное лицо?

— Это мое обычное выражение.

— Да неужели?

Хон Согён прицокнул языком.

— Парень, постарайся хоть немного улыбаться. Не будь таким угрюмым. Тебе удалось сбежать из организации и обрести свободу. Разве ты не говорил, что у тебя куча планов?

«Вот же хитрый старик. Он твердит это уже целую неделю».

Очередная попытка прощупать почву.

Я терпел его выходки целых двадцать лет. Хвастаться тут нечем, но, по крайней мере, теперь я не так легко ведусь на его уловки.

Хоть он и утверждает, что даже толком не слышал моего имени, какую-то информацию от Кима он наверняка получил. Им просто нужно подтверждение, действительно ли я тот самый перебежчик.

— Тот, у кого куча планов, это не я... а вы.

— Какой же ты напряженный. Называй меня просто учителем.

— Учителем?

Хон Согён пожал плечами.

— Ну да. Помнишь ребят, которых ты спас в Мёндоне?

— Ребят?

— Пятерых в школьной форме.

Конечно, помню. Я ведь приложил столько усилий, чтобы их вытащить.

— Это мои ученики.

Хон Согён кивнул.

Не то чтобы я только сейчас о них узнал. Должно быть, он заговорил об этом, потому что я прошел его недельную проверку.

— Ах, да. Чуть не забыл сказать. Они рассказали, что ты согнал коров в стадо? Благодаря этому ущерб оказался минимальным.

«О чем он вообще говорит?»

— Когда мы завалили Минотавра, остальные твари взбесились, верно? Наверное, из-за смерти вожака у них нарушилась структура подчинения. Но благодаря тому, что ты погнал их прямо на нас, мы легко с ними расправились. Иначе жертв было бы вдвое больше.

— ......

— Я все гадал, откуда вдруг взялось столько коров, но все обернулось как нельзя лучше. Дети тоже целы. Спасибо.

Так вот... как все обернулось?

Всё верно. Я предвидел такой исход. Ни за что бы я не стал гнать монстров вслепую.

Я знал, что всё так и сложится. У меня с самого начала был план.

— Что ж... кхм.

Я взял себя в руки. Не стоит терять бдительность только из-за того, что меня похвалили.

— И какое отношение ко всему этому имеет то, что я должен называть вас учителем?

— Я тут подумал.

Я нахмурился. Всякий раз, когда этот старик начинает думать, ничем хорошим это не заканчивается.

— То, что происходит между нами — это одно, но здесь совсем другое дело, верно?

— ...Вы про то, что я согнал монстров?

— Я про спасение моих учеников.

Лицо Хон Согёна стало серьезным. Во рту вдруг почему-то пересохло.

— Я прекрасно знаю способности своих подопечных. Им пришлось бы туго даже в одиночку, а уж с гражданскими на хвосте? — жестко произнес Хон Согён. — Если бы не ты, они бы все погибли.

Все бы они не погибли, но... были бы близки к этому. Отрицать я не стал.

— Я посчитал, что должен как-то отплатить тебе.

Снова здорово. Когда этот человек начинает думать, жди беды.

— Мои ученики все уши мне прожужжали, требуя тебя найти. Так вот в чем дело.

— ...И?

— Я тут подумал.

Опять он подумал...

Да почему ему так нравится думать?!

Не обращая внимания на мои мысленные возмущения, Хон Согён протянул мне папку. Я тупо пялился на нее, пытаясь понять, к чему всё это, а он тем временем вытащил из нее лист бумаги.

— Тебе все равно придется какое-то время побыть под моим присмотром... А просто таскаться за мной без дела будет скучно.

«Нет. Это было бы идеально».

— Кроме того, я привык работать один. Люди могут счесть странным, если я вдруг начну везде таскать за собой хвост.

И правда, Хон Согён начал собирать вокруг себя людей не в экспериментальной старшей школе, а когда стал управлять Академией Охотников. Он не из тех, кто держит при себе помощников, поэтому появление спутника действительно привлекло бы ненужное внимание.

А учитывая мой статус перебежчика из преступного синдиката, привлекать к себе внимание мне категорически противопоказано...

— Так значит, экспериментальная школа? Вы предлагаете мне туда поступить?

— Что? Ха-ха, нет. Как раз наоборот.

Хон Согён всучил мне лист бумаги.

Задаваясь вопросом, к чему было начинать такой долгий разговор, я опустил взгляд на текст. На самом верху красовалась простая фраза.

«Трудовой договор».

...Трудовой договор?

— Будешь ходить за мной по подземельям — привлечешь внимание. Но если устроишься работать в школу, это уже совсем другой разговор.

— То есть вы хотите сказать...

— Будешь учить детей.

Хон Согён произнес это тоном, не терпящим возражений.

По его лицу было видно: он все решил.

Будь я действительно тем самым инсайдером, сбежавшим из организации, я бы пришел в бешенство. Меня бы взбесила перспектива неспешно нянчиться с детишками вместо того, чтобы немедленно мстить врагам. Более того, как перебежчик, я бы не мог просто так взять и отказаться.

Но с моей точки зрения, дело было вовсе не в положении инсайдера. Дело было в У Хвидже, который вернулся на двадцать лет в прошлое.

Учить детей?

Конечно, это хлопотно. Но любая работа — это хлопоты и рутина. Нужно смотреть на то, какую выгоду из этого можно извлечь.

— Вы хотите, чтобы я... учил детей.

Я уже думал об этом, когда смотрел на Ким Чхемина. Спасение охотников, погибших нелепой смертью, может сослужить хорошую службу в будущем. Если мне удастся сохранить им жизнь до момента двадцать лет спустя, они смогут, по крайней мере, еще раз взмахнуть мечом.

Но взрастить их с самого начала — тоже отличная идея. Особенно если подумать о моей пенсии.

Связь между наставником и учеником может быть невероятно крепкой, что красноречиво доказывал пример Директора. Даже Ю Джиын, которая добилась бы куда больших успехов, работая в одиночку, присоединилась к Агентству по управлению способностями только из-за него.

И не только Ю Джиын — большинство охотников в Агентстве были такими же. Выпускники Академии Охотников, которые называли Директора своим учителем.

Не знаю насчет остальных учеников из первого набора экспериментальной школы. Но если мне удастся переманить на свою сторону О Хёнука, Пак Сохён и младшего отпрыска семьи чеболей, этого будет вполне достаточно. Эта троица обеспечит мне безбедную старость после спасения мира.

Хорошо. Очень хорошо.

— У меня нет необходимой квалификации, чтобы учить других.

Однако раскрывать свои истинные намерения было бы глупо. Я решил немного поломаться. В конце концов, как истинный кореец, я обязан отказаться как минимум трижды.

— Ерунда. Мне достаточно одного взгляда, чтобы понять: преподавание — это твое.

— Вы еще и лица читаете?

— Это интуиция Охотника.

— Нет в мире ничего более ненадежного, чем интуиция Охотника.

— И то верно.

— ......

— ......

Хон Согён ухмыльнулся.

— Ты ведь понимаешь, что в итоге всё равно согласишься?

— Понимаю, но мне бы хотелось, чтобы в протоколе было зафиксировано, что я отказывался.

— Конечно, конечно. Я запомню.

Что ж, видимо, отказываться трижды не придется.

Однако оставался один нюанс, который требовал прояснения. Я потряс лодыжкой, на которой было закреплено устройство контроля маны.

— Но чему я смогу научить детей, если даже не могу использовать ману? Если речь идет только о физической подготовке, то вы...

— Я же сказал: называй меня учителем.

— ...Учитель справится с этим куда лучше.

Хон Согён кивнул.

— Верно. Но Охотник — это не только физическая сила.

Будь я Главным секретарем У Хвидже, я бы преподавал стратегии зачистки подземелий. Это не сильно отличается от того, чем я занимался раньше. Чтобы оказывать поддержку рейдовому отряду, нужно понимать механику работы подземелий.

Но информация, которой владеет нелегальный Пробужденный, только что сбежавший из преступного синдиката, вряд ли будет здесь уместна.

Хон Согён постучал пальцами по столу. Этот звук заставил меня невольно напрячься.

— Ты ведь упоминал Руну Сокрытия Маны?

— ...Да?

— Ту самую руну, которой ты обучил детей. Это ты ее создал?

— ......

Вот почему не стоит высовываться.

Нужно оставаться незаметным. Даже если ты что-то знаешь, притворись дураком и помалкивай. Такова цена забвения этой прописной истины.

— Вы предлагаете мне преподавать руны?

— Не имеет значения, создал ты ее или нет. Главное, что ты разбираешься в подобных вещах.

— ......

— Научить детей махать кулаками проще простого. Научить их драться — еще проще. Но магия — совсем другое дело.

Хон Согён скривил губы.

— Обычно магия передается от мастера к ученику. А уж уникальная магия — тем более.

Это одна из причин, почему маститые маги выступали против создания экспериментальной школы. Они опасались, что преподавание магии в школьных стенах обесценит их собственные знания.

— Я пробовал приглашать нескольких известных магов для проведения уроков, но это было лишь скольжение по поверхности.

— Руны — это не магия.

— Но они могут стать тайным оружием этих детей.

— ......

Хотя Руна Сокрытия Маны стала чуть ли не обязательной для Охотников, существует и множество других рун.

Даже если они не так незаменимы, как сокрытие маны, многие из них крайне полезны.

Руны, которые мне известны, всё равно будут разработаны и обнародованы через несколько лет. За некоторые из них будут выплачиваться роялти, приносящие десятки миллиардов ежегодно.

«...Может, мне стоит запатентовать их, раз сейчас о них никто не знает? Или это будет слишком нагло?»

Даже без патентов будет полезно раскрыть руны пораньше, чтобы множество Охотников могли ими воспользоваться. В мире есть масса ценных талантов, помимо Ким Чхемина, которые не должны погибнуть. Раз уж я не могу бегать и спасать каждого лично, то если обнародование рун спасет чьи-то жизни...

— ...Я согласен.

— Правда?

Для человека, который только что ухмылялся, заявляя, что у меня нет выбора, он выглядит слишком удивленным.

Я хмуро посмотрел на Хон Согёна. Тот неловко почесал щеку и рассмеялся.

В конце концов я тяжело вздохнул.

«Ладно. Я — тот самый парень, который не поленился спасти детей даже во время экстренного побега из организации. У меня мягкое сердце, раз я спас случайно встреченных школьников. Будем придерживаться этой легенды. В таком случае вполне естественно проявлять заботу о спасенных мной детях».

— Они всего лишь дети.

— Верно, дети.

— Да.

— ......

— ......

Хон Согён с минуту пристально вглядывался в мое лицо, а затем хлопнул в ладоши.

— Отлично, раз уж мы все решили... давай начнем с того, что ты распишешься вот здесь.

Хон Согён перевел взгляд на трудовой договор, который всучил мне ранее.

— Разумеется, я буду тебе платить. Что касается твоей регистрации и банковского счета... Я уже обо всем позаботился. Передам их тебе позже.

Я бегло просмотрел контракт.

«...Это еще что за цифры?»

— Хотя это школа, она финансируется из моего собственного кармана, поэтому ты будешь оформлен как член моей гильдии. Поскольку это не рейды в подземелья, никаких дополнительных бонусов не предусмотрено... Твоя зарплата рассчитывается исходя из минимальной ставки.

Минимальная ставка двадцатилетней давности...

— В первые три месяца ты будешь получать только 90%, так как это испытательный срок.

Еще и испытательный срок...

— Что касается отпуска... по документам это предприятие с численностью менее пяти сотрудников. Понимаешь, что это значит?

Вдобавок ко всему, меньше пяти сотрудников...

— Тебе просто нужно знать, что дела обстоят примерно так.

— ......

— Но все официальные праздники — твои законные выходные. А, правда, иногда дети могут попросить о дополнительных тренировках по праздникам. Ты не обязан приходить, если не хочешь. Но если тебе все равно нечем заняться, можешь заглянуть и понаблюдать.

«...То есть он прямым текстом говорит мне приходить, так? Разве это не чистой воды рабский контракт?»