— Я обязательно сделаю все, чтобы ты покинула это ужасное место… — надрывисто прошептала я.

Сейчас мое тело не контролировало эту способность, о которой я даже не подозревала. Я не контролировала свой разум и именно из-за этого несколько дней назад я просила всех бежать сегодня. Я все равно хотела отомстить. Вот только жаль, что смерть так быстро пришла к этому ублюдку Инелю.

Времени не было думать, откуда способность, и почему я о ней не знала до сих пор. На самом деле, в этой ситуации я просто не могла думать.

В носу застыл запах пролитого вина и крови, когда я, вздохнув полной грудью, подняла холодное тело Трины. Затем я услышала кашель, когда пики развалились на мелкие осколки. В этот момент я была уже почти у самой двери, но раздавшийся звук заставил меня обернуться.

— Мюллер… — сказала я хрипло, и тот вздрогнул, хватаясь за кровоточащий бок. — Жаль, что ты все еще жив…

В моих руках была та, кого явно мучили и морили голодом. Пять дней… Как только она умерла, они решили показать ее мне…

'— Кричи! Я хочу видеть твои страдания!' — вспомнились мне злобные крики Инеля, когда я абстрагировалась от ситуации, чтобы испытывать меньше боли. Я быстро скользнула взглядом по мёртвому ублюдку, что с каждой секундой становился бледнее, а лужа крови вокруг больше.

В его груди зияла дыра, в то время как Мюллер что-то отчаянно пытался прохрипеть. Тот смотрел прямо на меня.

— Сейчас я ухожу, но ты должен выжить, пока я не вернусь, — мой голос звучал строго, и я направилась прочь из комнаты. Его выражение лица я никогда не забуду. Полное страха. Обязательно вернусь, чтобы увидеть его еще раз…

Я не контролировала то, что бушевало во мне. Шаг за шагом я шла туда, где меня ждут люди, которых я обещала вывести отсюда. Когда кто-то подбегал ко мне, я никак не реагировала, преисполненная уверенностью. Однако тот был сразу мертв, пронзенный острой ледяной пикой, что появлялась из ничего, прямо из-под моих ног.

С губ сорвалось ледяное облачко, что сразу начало медленно оседать инеем. Холод. От меня оставался след льда, что вился по полу прямо из покоев лорда. Взгляд опустился на Трину… ее тело замерзало от моего прикосновения, так же как и все, до чего я касалась.

— Так будет лучше, потерпи… Я обязательно найду хорошее место, где тебе будет удобно, — зашептала я, поцеловав Трину в холодный лоб, и от моего прикосновения там остался след из инея.

Лицо мое не выражало ничего, а в глазах появилась ужасающая пустота. Чувства, которые я сейчас испытываю, казались чем-то из ряда вон выходящим. Я была на пике… своих возможностей и чувств. Я еще успею поплакаться перед ее могилой. Но перед этим мне нужно будет сделать много всего…

— Обязательно выполню все, что ты хотела…

***

Рабский двор встретил меня суматохой.

— Ловите их!

— Быстрее!

— Чертовы рабы!

Был вечер. Я дала четкие инструкции, что именно им нужно сделать, чтобы сбежать. И, кажется, они зашевелились. Я решила поторопиться. Все еще действовал этот лед, защищающий меня, поэтому надзиратели не могли приблизиться, так как увидели несколько быстрых смертей от этих ледяных пик.

Увидев тех, кто ждал одну лишь меня, я почувствовала, что вот-вот сорвусь. Подбежав к Гейлу, я произнесла:

— Позаботься о Трине, пока я не вернусь… а пока бегите… Я найду вас, — при каждом слове я чувствовала, насколько сильно я становлюсь все холоднее и холоднее.

Тот переводил шокированный взгляд с тела на меня. Я была бледна как смерть.

— Я… я… — он что-то пытался сказать.

Однако затем я передала ему тело и развернулась.

— Уходите, прячьтесь… — зашептала я.

Мина и Гейл выглядели потрясенными, но перед моими глазами стояли не выражения их лиц, а их кровавые подтёки, ушибы и ранения.

Сейчас мы сражаемся.

На входе я слышала, как кричали надзиратели солдатам и охранникам. За убежавшими уже явно отправили погоню.

«Нужно быстро разобраться с ними…»

Я более не чувствовала себя уверенной… Весь наш план пошел к черту, а из-за того, что мы не смогли уйти тихо, за нами отправили погоню. У меня не было выбора, кроме как использовать эту неизвестную силу, чтобы спастись. С каждым применением я замерзала все сильнее. Однако после мне пришлось побежать в сторону нахождения моих людей…

Я дышала очень тяжело и надрывисто во время бега и ничего не видела перед собой. Даже не пыталась увернуться от веток деревьев или кустов, позволяя себя ранить. А все из-за теплой улыбки седой женщины, стоявшей перед глазами, вместо трупов надзирателей, проткнутых ледяными пиками.

На самом деле, проблемы начались, когда я добралась до нужного места. Моих людей окружили солдаты, которых послали сюда. Также оставалось еще много людей, которые были на службе у Инеля и Мюллера… К тому же последний жив. Я помню, как пыталась прорваться, как убивала людей, неумело пронзая их замёрзшее тело мечом, найденным рядом с одним из трупов. Мое тело в какой-то момент начало содрогаться от холода, но я с боем прорывала путь для бьющихся за свободу людей.

Мы бежали на юг какое-то время, стараясь отбиваться от солдат. Затем, спустя пару часов, когда мы отбились от погони и многие начали падать от усталости, я взяла на себя ответственность повернуть на юго-восток.

Мы удерживали друг друга от падения, наконец замедлив ход.

— Привал! — крикнула я спустя время, и все просто упали в снег. Послышались тяжёлые вздохи и продолжительные стоны.

Хотя мы прибывали не на открытой местности, дул сильный холодный ветер, что пронизывал до мозга костей. Я пыталась заставить работать мою неизвестную силу, благодаря которой мы и спаслись. Пусть из-за нее и пошло все не поплану, но я могла бы сделать стены от ветра, а так и небольшой теплый дом, однако на это была лишь ужасная реакция тела: руки задрожали и дыхание сорвалось.

Никто не спрашивал меня об этих ледяных пиках только из-за невозможности. Но я чувствовала, что люди, которые не доверяли мне полностью, остерегались этой способности и меня в частности еще больше. Все эти люди просто устали от рабской жизни, большинство из них жили так чуть ли не с младенчества. Они пошли за мной не потому, что я хороший лидер. По крайней мере, так я думала.

Пошатнувшись, я выдохнула, и изо рта вырвался пар. Обычный пар. Шок от пережитого постепенно сходил, и я давила в себе бурю эмоций. Перевела взгляд на Трину, чье бездыханное тело все еще было на руках у Гейла.

Я неосознанно дотронулась до бока, где все еще красовалась корка льда, что не давала мне потерять кровь, из-за чего рана не могла сойтись. Но с этим можно разобраться, когда прибудем в безопасное место. Рана была достаточно глубокой, и мне было неизвестно, насколько серьезна она может быть. Кинжал, который воткнул в меня Инель, был с мелкими зубьями. Тогда я не обратила внимание на это, поскольку он специально пырнул и вытащил его. Острая боль не давала сосредоточиться. Он любил причинять мне боль. Но сейчас все сошло на нет из-за ужасного холода. Я не чувствовала ни своих покрасневших пальцев, ни щек… Мы готовились, поэтому на нас было много одежды и также нами было припасено много всяких объедков. В суматохе один из детей сумел выкрасть некоторую еду с кухни, какую смог унести. Мы посоветовались и решили оставить ее детям. Из последних сил я начала расчищать снег. Затем я выложила обломанные ветки с деревьев и подожгла. После стала делать еще один костер.

— Сядь отдохни, мы пока все подготовим… — сказала Мина, которую я толком не знаю. Нас объединяет лишь побег и Трина…

На ее реплику я лишь молча впилась в нее взглядом. Женщина вздрогнула, ну а я просто проигнорировала это и опустилась, наконец, на землю, придерживая бок. С самого начала это ужасное стягивающее чувство я просто игнорировала. Когда вы долго держите руку на льду в минусовую погоду... ощущения примерно такие же.

Я выдохнула, краем глаза заметив движение.

Затем до моих ушей донёсся голос:

— Она столько народу поубивала…

— А это нормально, что она скрывала свои способности?

— Кто-нибудь знает, как ее зовут хотя бы?

Я с безразличием слушала все это, прикрыв глаза. Но они все продолжали:

—… нас ведь будут преследовать. Они вообще знали, что все пойдет не по плану?

Нас осталось меньше двадцати.

Для кого-то это всего лишь цифра, а для кого-то смерть нескольких людей, которых ты видел все это время… Как они трудились и редко улыбались…

«Улыбаться…» — честно говоря, я забыла, что это.

Я открыла глаза и заставила всех заткнуться, после чего все же встала, дабы разжечь костры.

Однако потом я услышала свой голос словно со стороны:

— Нам придется выживать, — начала я, и мой взгляд прошелся по этим несчастным людям. — Если вы думали, что достаточно просто сбежать, то вы сильно ошиблись, — те, кто недавно шептались, вздрогнули. — Чтобы стать свободным, нужно бороться. Бороться не с кем-то из людей Инеля, — в этот момент я услышала удивлённые вздохи и шепотки «она назвала его по имени!..» — а с самим собой. Бороться за свое «я» и изничтожить рабское мышление.

В этот момент я заметила, как многие затаили дыхание, смотря на меня в ожидании.

— Вы не должны перекладывать на кого-то ответственность за свою жизнь и тело, — на этом моменте мой голос захрипел, и я сморщилась. Но они, видимо, подумали, что я искренне переживаю за них. — Вам никто не нужен, чтобы жить.

Этот мир погряз в людской лени. Однако эта лень иного характера. Люди в этом мире кажется просто существуют. Пока им не скажешь, они не начнут думать… Это гребаная «хата с краю…». Даже в моем мире люди восстали, заставив власть прогнуться… Однако когда все сидят молча, верхушка будет наглеть все больше и больше.

Пока все мы держимся вместе, все будет хорошо.

— Я отведу вас туда, где вы все сможете спокойно жить… Но взамен вы кое-что мне пообещаете.

Многие нахмурились. Затем я посмотрела в сторону… туда, где лежал на приличном расстоянии все еще укутанный льдом труп…

— И что же? — спросил меня Лиам. Это был один из выживших детей.

— Я спрошу с вас это, когда мы сможем сбежать.

Моему холодному тону никто не смог возразить.