— Тоу!

Я был ребёнком, когда спрыгнул с криком с детской горки.

Для ребёнка горка и правда была большой.

Ребёнок бы испугался, спрыгнув с такой горки, но я смог благополучно приземлиться.

— Круто, Хатабе-кун! — в ладоши захлопала девочка с чёрными волосами, моя ровесница.

Ко мне подбежала девочка в белом платье без всяких узоров и украшений.

— Конечно круто!

— А зачем ты с такой высоты спрыгнул?

— Потому что в будущем я стану героем!

— Героем? — повторила девочка, впервые услышав это слово.

— Герои крутые! Они сражаются с плохими людьми и всех защищают! Я стану героем и буду всем помогать!

— ... Здорово, — сказала она и прикрыла рот руками.

— ... Тян, а ты кем хочешь стать?

— Не знаю... Я почти не выхожу на улицу. И не знаю, что тут вообще есть.

Девочка помрачнела. Я сам не заметил, как погладил по голове ту, кто напоминала дрожащего щенка, покинутого родителями.

Девочка подняла голову, не понимая, почему я стал её гладить по голове.

— Ты читала мангу или новеллы?

— Да, — кивнула она.

— Тебе кто-нибудь нравится в манге?

— ... Да. Много кто.

— И какие это люди?

— Это, девочка с красивыми крыльями, она с таким удовольствием летает по небу.

— Круто! Я бы тоже хотел летать, увидеть мир с воздуха... Наверняка это потрясно.

— А ещё быстрая девочка, она очень энергичная.

— А, быстрые ноги! Завидую тем, кто может быстро бегать! Та-та-та-та-та! Быстро бегать очень здорово.

— А ещё прямолинейная девочка, она сильная и никогда не врёт.

— Это... В-врать же нехорошо! Наверняка здорово расправляться с плохими людьми.

— Здорово...

— А?

— Всё. Это всё здорово.

Я вздрогнул, а потом улыбнулся с застывшим выражением.

— А-ха, а-ха-ха-ха... А-а что ещё?

— Ещё... Ничего.

Она опустила голову, и я опять погладил её.

Такие гладкие, совсем не как у меня.

— Вот и попробуй всё!

— Что всё?

— Понятно же. Летать в небе, быстро бегать, ненавидеть ложь, а ещё будь милой... Тян!

Девочка была тронута моими словами.

Однако выглядела она обеспокоенной.

После неловкой паузы она заговорила.

— ... Это ничего?

— Что?

— Я правда могу быть такой эгоистичной?

Как серьёзный ребёнок, переживающий из-за комендантского часа, девочка считала, что это неправильно.

— Нормально быть эгоистичным. Ведь... Ты хорошая.

— Я хорошая?

— А хорошие всегда должны быть счастливыми.

— Хатабе-кун, играя с тобой, я очень счастлива.

— Так не пойдёт! Этого недостаточно. В мире полно вещей покруче, и я хочу показать их... Тян.

В то время внутри была не чистая вода, а грязный источник.

Девочка подняла голову и посмотрела на меня.

— ... Я буду эгоистичной.

Выражение на её лице прояснилось, и она лучезарно улыбнулась.

Кажется я впервые видел у неё такую естественную улыбку.

— ... Да, я очень этого хочу.

— А? Где это я, и кто я?

Я проснулся. И находился я в белой комнате.

Спирт заглушал все остальные запахи, мне казалось, что я от него опьянею.

Поднявшись с кровати, я осмотрелся.

Полки были заставлены лекарствами, а ещё оборудованием, например электрокардиографом, которое можно увидеть в больнице, потому я подумал, что это больничная палата.

Я считал, что тут никого, но внезапно услышал спокойный женский голос.

Я увидел высокую женщину с волнистыми тёмно-зелёными волосами до талии, такую красивую, что на неё любой внимание обратит.

Она была в белом халате, и я подумал, что возможно она главная тут. Пришла пора для тех самых слов?

— Это, почему я здесь?

— А, похоже ты поссорился с Сильвией... Или ты не помнишь?

... Ведь и правда.

Наверное стоит проверить моего незаменимого товарища.

— Хм, похоже твоя память затуманена. Но ты уже всё вспомнил, так что проблем быть не должно, — сказала она и достала сигареты из кармана.

— Это ведь больница, точно всё в порядке? — спросил я, пока она доставала зажигалку, и она ответила:

— Ты о чём? Я учёная, а не врач.

Похоже я ошибся, то есть это никакая не больница?

Пока я доходил до всего этого, она взяла сигарету в рот и зажгла.

Довольная, она затянулась, после чего сказала:

— Кстати, мы ещё не представились, меня зовут доктором. Я та, кого ты искал, — точно ведя светскую беседу, она выпустила дым.

Вот уж не думал, что моя цель сама покажется. Ещё и красоткой окажется.

По её лицу было ничего не понять, но я понял, что она не такая, как другие.

— А тебя как зовут?

— А ты не слышала от остальных?

Раз я здесь, значит меня доставили сюда Сильвия и Паймон.

— Слышала. Но когда встречаешься впервые, стоит ведь представляться. Хотя я понимаю, что это странно звучит.

— Меня зовут Джокер.

— Ты ведь больше не герой. Представься настоящим именем.

— ... Хатабе Харухико. А где Сильвия и остальные?

— Я попросила их кое-что сделать, они скоро вернутся.

Тут дверь распахнулась, и вошли Сильвия и Паймон.

— Доктор, мы вернулись!

— Что-то этих типов стало больше, раздражает.

— Спасибо за работу, он как раз очнулся.

Слова доктора обрадовали Паймон, а Сильвия нахмурилась.

Ни к чему быть такой жестокой, я схватил её за сиськи, потому что меня Мариси толкнула.

— Кстати, а девочка где?

— Та, которая была с тобой? — ответила ему Паймон. Неужели её тоже схватили, считая, что она со мной заодно?

— Она здесь.

— Где?

— Здесь... Ты не заметил?

Паймон сорвала с меня одеяло.

О-остановись, Паймон! Ты такая смелая, раз решила лечь со мной... А?

Под одеялом было нечто чёрное, а потом высунулось лицо.

— Мариси, так ты здесь?..

Пусть и с ребёнком, я спал вместе с девушкой?

Я же решил, что стану её папой. Мы же почти семья.

— ... Доброе утро.

Ещё не до конца проснувшись, она потирала глаза.

Похоже все тут обладают способностями, передо мной разыскиваемые преступники, только Мариси не знала это и вела себя как обычно.

— Доброе утро, Мариси, ты тоже здесь?

— ... Да.

— Джокер! Знаешь, как с ней непросто было?! — злилась Паймон. Чего непросто-то?

— После того, как ты проиграл Сильвии, мне пришлось тащить тебя сюда.

— Вот как, прости, что пришлось пройти через это.

Всё же меня сюда Паймон донесла, Сильвия меня скорее уж на верёвке бы притащила, а Масири слишком мала для этого.

Молодец Паймон, болтает много, но меня не бросила, хорошая она.

— Когда я собралась тебя забрать, она сказала, что пойдёт с нами! Никак не собиралась отставать.

— Вот как.

Я посмотрел на Мариси.

— ?..

У неё на лице был знак вопроса.

— Возможно ты сама так не думаешь, но доставила нам проблемы.

— Кстати, Паймон, долго ты ещё ныть будешь?

Похоже Паймон преувеличивала, прямо ребёнок в отделе со сладостями в магазине.

Нельзя недооценивать ребёнка, когда он что-то хочет, но выглядит всё равно мило.

— Пока снимала с тебя штаны, чуть трусы не стащила.

— Мариси-сан? Может расскажешь про свою цель, думаю, мы поймём друг друга.

Что? Хочет уничтожить мою социальную жизнь?

— ... Боялась, что тебя забирают.

— Я был не прав, ты хорошая девочка. Спасибо.

Прости, что сомневался, Мариси.

— Лично я тоже не хотела видеть... Ну, его... — краснея точно вишня, сказала Паймон.

Сам я ничего не сделал, но всё равно чувствовал вину.

— Кстати, когда тебя принесли сюда, на тебе только бельё было, — спокойно сообщила доктор.

М, почему я в одном белье был? А верхняя одежда?..

— Но, Паймон, я же почти голый!

Я не сразу это понял, то я в одних трусах.

Не мог же я знать, что было в то время, пока я в отключке был...

Торчу тут без одежды перед одними девушками.

— ... Почему?

Со штанами я понял. Мариси сняла.

А остальное?!

Ответила мне Паймон.

— Пока я тебя тащила, Мариси сняла.

— ... Я старалась, — она с гордостью показала знак V.

— Ты так сильно не хочешь, чтобы я был твоим папой?

Мариси правда хочет разрушить мою жизнь?!

... То есть пока меня тащила красотка, я в одних трусах был?!

Всё кончено, моя социальная жизнь теперь как старая тряпка.

— Я теперь никогда не женюсь!

— А ты чьей-то невестой стать собираешься?

— Доктор, не обязательно указывать на это.

— А, а-ха-ха. Я бы тоже была бы не против, чтобы ты оделся, — отведя взгляд, неловко заговорила Паймон.

Тогда могла бы меня одеть, и не смущалась бы из-за того, что я в одних трусах.

— Но Сильвия...

— Мужчине, который думает лишь нижней частью тела о груди, одежда не нужна.

— ... Так и сказала.

Сильвия смотрела на меня как на грязь.

— Это не так! И тут скорее Паймон извращенка, раз тащила меня в таком виде!

— А?! И правда! Потому ты со мной меняться не стала, Сильвия!

Услышав обвинения Паймон, девушка отвернулась.

Ува, так она сразу об этом думала.

— Н-не взяла бы я его. Даже если бы он одет был!

— Враньё! Я-то знаю, что ты на Джокера поглядывала, когда он раздетый был!

— Н-н-н-н-не смотрела я!

О... Теперь ещё и Сильвия покраснела, и как мне на это реагировать?

— Сильвия, ты озабоченная! При этом Джокера извращенцем называешь!

— Сильвия, тебе надо было сразу это сказать. Мне тоже интересно его тело.

— Доктор, вот только ты не лечь! Я серьёзно! Он мне вообще не интересен!

— Тут нечему смущаться, личные предпочтения надо уважать так же, как желания обладателей способностей, а я не мелочная, чтобы относиться предвзято.

— Сказала же, что всё не так!

Я был тронут тем, что они спорили из-за меня, совсем позабыл самую главную жертву здесь, а именно меня.

Я полуголый, а три красивые женщины обсуждают меня. Вот оно счастье!

— ... Харухико плачет. Тебе больно? — Мариси с беспокойством посмотрела на меня. Похоже я был так тронут, что у меня полились слёзы.

— Нет, Мариси, это... Да. Слёзы счастья.

— ... Счастья? Случилось что-то хорошее?

— Ну да. То, от чего все мужчины мира плакали бы кровавыми слезами от зависти.

Находясь на кровати, я погладил Мариси по голове.

Легко её по голове гладить, точнее мне это хочется.

— Довольно... Шумно.

Я перепугался.

Тело напряглось, когда я услышал голос, который раньше тут не звучал. Я ещё не забыл то проигранное сражение, когда меня загнали в угол.

Я посмотрел на вход, где стояла рыжая женщина.

— Патра...

— Давно не виделись.

Она всё так же обворожительно улыбалась и поздоровалась так, будто мы старые знакомые.

— Не думала, что мы вот так встретимся. Я ожидала более драматическое воссоединение.

— Ну уж прости за это.

— Ах, это лишь слова. Не переживай.

Стоило появиться Патре, и горячая сковорода под нами тут же остыла.

Передо мной стояли четыре злодейки. И одна из них главная здесь, моя цель, доктор.

Ещё одна известна даже среди героев, обладательница способностей, известная как Красный Кнут.

Сильвия и Паймон не так известны, но им по силам расправиться с несколькими героями и уйти совершенно целыми.

Можно было бы сопротивляться, но я против всех не справлюсь.

— Что-то заболтались, пора бы перейти к делу, — сказала доктор и взяла уж третью сигарету.

— ... Хс, хс.

Кстати, Мариси отправилась в мир сновидений у меня на коленях.

Лица из-за чёлки я не видел, но слышал её мерное дыхание и видел, как поднимается и опускается грудь.

— Позволь услышать о твоей цели. Почему ты искал меня?

— Я перестал быть героем, и идти мне было некуда...

— Это правда? — точно зная, что это ложь, она прервала меня.

— П-правда.

— Причиной были совсем не героические действия.

— Вот как.

— ... Это не враньё.

Я понял, что она не сомневалась. Доктор раскрыла почти весь мой обман.

Но нельзя признаваться, что я вру. Даже если подозревает, всегда можно договориться.

— Хм... — доктор приложила руку к подбородку и задумалась. Она напоминала Котоне в своей лаборатории.

Доктор. Я считал её врачом, но похоже она исследователь.

При том, что она создала чёрные сферы, правильнее было назвать её учёной.

— Я бы хотела узнать мнение Сильвии, Паймон и Патры. О его характере.

— Извращенец.

— Озабоченный.

— Подросток в период полового созревания.

Сильвия, Паймон и Патра дали свои ответы.

Нельзя было подобрать слова, которые меня воодушевят?

— Вы так говорите, будто я слабоумный извращенец, думающий лишь нижней частью тела.

«...»

Все молчали, но взгляды, направленные на меня не отличались.

— Это взаимопонимание?

— Понимаю. Я не из тех, кто прибегает к грубой силе, а пытки — это варварство.

Доктор сняла халат, оставшись в рубашке. Это подчеркнуло её грудь, которая не уступала груди Патры.

Даже не верилось, что такую грудь мог скрыть халат, она была такой большой, что буквально выпирала из рубашки.

Кое на что я рассчитывал, и мне повезло.

— Справедливый обмен.

Застучали каблуки подходившей ко мне женщины.

Она встала рядом с моей кроватью и схватила меня за запястье.

— Я позволю потрогать мою грудь. А ты расскажешь мне всё, что ты скрываешь.

— Т-ты чего говоришь? Я и так говорю одну лишь правду.

Плохо! Соберись, Джокер!

Не забывай, что ты Белый[1]! Я не поддамся чужому влиянию и выполню свою миссию!

— Ах.

— Ва! Доктор, как смело!

— Д-доктор! Это не обязательно, я бы сама всё выяснила!

Все трое удивились, а доктор отреагировала так, будто у неё затычки в ушах, и крепче сжала мою руку.

— Если не получится, я позволю выбрать кого-то из них троих, и ты наверняка захочешь говорить.

В каком месте она доктор?! И я просто не смогу выбрать!

— Доктор, а всех нельзя?

— Можно.

«Не можно!»

— ... Хм, я никого не принуждаю. Потому и вызвалась первой.

Она потянула мою руку.

Вдохни поглубже, Джокер. Ты надежда особого отдела, отправленный на важную миссию, ты много разных сисек лапал, должен справиться.

Мой дух героя подобное сломать не должно.

Пока я крепился, доктор вела мою руку в заветный оазис.

Жамк.

Рука, рука утопает...

— А теперь отвечай.

— В-ва! Доктор и правда это сделала, рука Джокера буквально утопает! Вот что значит огромные!

— Д-доктор... Ты была не обязана...

— Хи-хи, я была не права, когда сказала, что это не вариант.

Блин! Она мою руку обволакивает!..

Она такая же большая как у Патры, но я вообще не ощущаю сопротивления!

Будто рука впервые в шерстяное одеяло погружается, даже не думаешь, что будешь вот так утопать...

— М-моя цель...

Мой рот... Не смей! Соберись, я не могу предать ожидания Котоне!

Ну же, говори. Ты хочешь подружиться, ничего дурного ты не задумал.

— ... Ничего дурного я не задумал.

— Хо...

Она ещё сильнее меня прижала?!

— Вот как, одной руки тебе мало.

Она схватила мою вторую руку. И потянула, чтобы я мог схватиться за вторую грудь.

Жамк.

— Р-расследую... Ч-чёрные сферы...

Я... Никчёмен. Не смог устоять перед наслаждением...

— Понятно.

«... М?!»

Доктор была довольна тем, что достала нужную информацию, а глаза Сильвии и Паймон расширились от удивления.

Меня переполняло счастье от того, что я смог насладиться грудью доктора, а ещё облегчение от того, что я излил душу.

При виде лиц девушек меня накрыл стыд за мой обман.

— ... Простите, что обманывал.

— З-значит слова о том, что ты ушёл из героев.

— Не уходил, я на миссии по проникновению.

Я не мог больше врать, оставалось лишь искренне возражать.

Я стал двигать руками по собственной воле.

— М, неплохо. Немного щекотно.

Жамк-жамк.

Стоило надавить пальцами, и грудь доктора менялась, даже не сопротивляясь. Точно голодный зверь я погружался в неё, наслаждаясь чувством безопасности.

Я тёрся об одежду и ощущал специфичный запах спирта.

— Я прибыл сюда из-за создателя чёрных сфер, а ещё собирался узнать, есть ли другое оружие.

— И что бы ты сделал, выяснив всё?

— Если бы ты считалась опасной, я был бы вынужден тебя задержать. Но если нет, я бы решал по обстоятельствам.

— Джокер... Я думала, мы подружимся... А ты меня обманул, — в глазах Паймон были слёзы. Кстати, когда она узнала, что я больше не герой, то проявила дружелюбие.

Хоть и злодейка, но ведёт она себя не так, потому я временами забываю об этом.

— Прости. И, доктор, это ведь ты создала чёрные сферы?

Ничего не отрицая, она улыбнулась.

— Верно. Как создательнице, мне ни к чему врать. Но хватит использовать это безвкусное название.

— Ах, а что такого? Чёрные сферы звучит милее, чем то бессмысленное длинное название, что ты дала.

— Так и думала, это ты, Патра.

Их так назвала Патра, потому и мы стали так звать, но создательница дала им другое название.

Жамк, жамк.

Доктор похоже подозревала что-то такое, потому не удивилась, скорее ожидала подобного.

— Особый отдел переживает, что чёрные сферы могут использовать все обладатели способностей, и они попадут в руки злодеев.

Если они лично для Патры, начальница сказала, что закроет глаза.

— Я здесь за тем, чтобы выяснить это, потому можешь рассказать, доктор.

— Хм... Я и правда владею всей необходимой тебе информацией, но я не настолько добрая, чтобы всё тебе рассказать.

— Справедливый обмен.

— Хо, — доктор с интересом прищурилась.

— Говори, что ты хочешь в обмен на информацию.

— Разве ты не знаешь, что такое переговоры?

— Я не знаю, что вам нужно. Потому говори, в данном случае я только могу спросить.

Такое себе предложение на переговорах. Но я только это и мог. Ведь я не мог знать, чего хотят девушки, выживающие в мире злодеев.

— Я сделаю всё, что в моих силах. Поверь мне, — выказывая искренность, я поклонился.

Жамк, жамк.

— ... Хорошо, нам как раз не хватает людей.

— Эй, доктор, ты уверена? Что-то я не очень...

— Он же герой, лучше от него избавиться, а не переговоры с ним вести!

Реакция Сильвии была вполне естественной, герои и злодеи никогда не ладили.

При встрече мы сражаемся, герои пытаются схватить злодеев, а злодеи сбежать или убить героев.

Нынешнюю ситуацию нормальной не назвать.

— Я слышала про его способности, но не думаю, что он сможет в полную силу использовать свои навыки. Мне кажется, он серьёзен.

— Э-это...

— Эй, Джокер, — переживавшая Паймон приблизилась. — Что ты о нас думаешь?

— Что думаю?..

Я не понял смысл вопроса, но меня не простят, если попытаюсь просто выкрутиться.

— Мы простые преступницы? Враги общества, совершающие плохие поступки? Какими ты нас видишь?

— Идеальная группа, в которой есть сиськи всех размеров.

— ... Доктор, мне кажется, что Джокера всё же стоит лишить головы.

— П-подожди! Ты всё не так поняла! Совершенно не так поняла!

Вот чёрт! Я так хотел сказать правду, что ляпнул это!..

Патра может живо мою судьбу решить, потому больше никаких ошибок!

— ... Джокер. Я серьёзно спрашиваю, так что и ты ответь серьёзно.

— Х-хорошо... — я смутился под их пристальными взглядами. — С нашей первой встречи я не считал вас простыми злодейками. Не знаю почему, но мне казалось, что мы можем поладить.

Услышь меня Мистер Хаммер, накричал бы.

— Я испытываю то, чего не испытывал к другим злодеям.

Начальница посмеялась бы.

— Хатабе Харухико не собирается ловить вас. Так я думаю с того боя с Патрой.

Они всё так же остаются преступницами, но я не могу представить их в тюремной форме.

Это как смотреть на птицу, которая не может летать.

Это бы запятнало моё представление о них.

— Значит ты — наш союзник?

Союзник. Почему-то мне казалось, что это не так.

— Не союзник, я герой, а вы злодейки, потому есть грань, которую я не могу пересечь. Но я считаю, что мог бы стать поддержкой.

— Хоть ты и герой.

— Я герой, и у меня нет причин, почему я должен исключать вас из списка тех, кого должен спасти.

Если бы мне пришлось серьёзно противостоять им, то для того, чтобы защитить.

Герой помогает, потому что хочет этого. Мой образ героя далёк от сражений злодеев из-за ненависти.

— Ты хочешь спасти нас?

— Правда сомневаюсь, что услышу от вас призыв о помощи, — сказав это, я посмотрел на Патру, а она пожала плечами.

— ... Понятно. Я согласна с доктором. Сильвия, ты же тоже не будешь возражать?

— ... Я в данном случае в меньшинстве.

— Ах, всё такая же непокорная.

— Только не надо смеяться надо мной, Патра.

— Что ж.

Доктор хлопнула в ладоши. Этот звук ослабил напряжение.

— Тогда договоримся. BPFP, как вы говорите, чёрные сферы, тебе нужна информация о них и маршруты распространения. Верно?

— Да, и как я могу за это заплатить?

Особый отдел должен решить, насколько опасны сведения, которые я заполучу, сам я ничего не решаю, потому могу лишь собрать информацию.

— Я хочу купить твои боевые способности. Другие силы часто мешают, и нам не хватает рук.

— Понял, с преступлениями я помогать не стану, но я отлично умею приструнять тех, кто разошёлся.

— Тогда мы договорились.

Отлично, много всего приключилось, но я достиг лучшего финала.

У меня хорошие новости для поддерживающей меня Котоне.

— Кстати, Джокер.

— М? Что такое, Паймон?

— Ты долго ещё собираешься этим заниматься? — она указала на доктора, за грудь которой я продолжал так же старательно держаться.

— Ах, он так давно меня лапает, что я уже совсем забыла об этом, — спокойно сказала женщина, но за спиной Паймон я ощутил, как вытащили что-то очень острое.

— ... Не знаю, в какой конкретно момент тут стоит шутить, но может пора завязывать?

— Точно, мы как раз договорились...

— Паймон, отойди, — вперёд вышла Сильвия с катаной в руках.

Стала демонов. Увидев её такой, я сразу же убрал руки от сисек.

Колых. Они стали раскачиваться, проявив упругость, которую я не чувствовал, пока мял их.

— Не скажу, что было неприятно, я наслаждалась этим.

— Э-эй! Доктор тоже не была против, потому неправильно, что ты злишься, Сильвия!

— Ты здесь раб. Я не собираюсь относиться к тебе как к человеку...

— Понял! Буду рабом! Только катану убери!

Я только договорился работать вместе, если начну драться с Сильвией, всё может пойти прахом!

Н-надо как-то успокоить Сильвию!

— Сиськи доктора огромные и невероятно мягкие! Но сиськи Сильвии, всё очарование их упругости можно понять, когда их мнёшь!

— Никто не хочет слышать, что ты испытываешь, когда кого-то лапаешь!

Как так?! Я собирался похвалить её, а она ещё сильнее разозлилась!..

Полагаясь на личный опыт, я попытался попросить о помощи у Паймон.

— ... Всё же большая лучше.

Не может быть! Я и не заметил, как навредил обладательнице самых маленьких сисек здесь!

— Везёт, что у тебя такие большие, Сильвия... От них сочится очарование.

— П-Паймон? Успокойся, не принимай на веру слова этого извращенца.

Сильвия не думала, что подруга будет молча терпеть муку, потому пыталась её поддержать.

Предоставь мне прикрытие!

— Не переживай из-за размера груди, Паймон, у тебя куда больше, чем у Мариси!

Паймон бросила взгляд на спавшую на моих коленях девочку. Как же она крепко спит, раз её весь этот шум не разбудил.

— ... Хм, — однако Паймон хмыкнула, мои слова не достигли её.

Почему?..

— Вот ведь ты дурак! Ещё обиднее от того, что с ребёнком сравнивают!

— В-вот как...

Я бы и сам не слишком обрадовался, сравни меня с учеником начальных классов.

Не спрашивайте, что сравнивать, слишком стыдно.

Я и Сильвия старались до ночи, чтобы успокоить пострадавшую сильнее всех Паймон.

Вот уж не думал, что наша первая ссора будет касаться подростковых проблем.

— Предоставь всё мне, Паймон! Я слышал, что если мять сиськи, они станут больше, потому давай я их помну...

— Заткнись!

— Бруш?!

— Вот так у меня получилось подобраться к доктору.

Я смог договориться с доктором, и теперь отчитывался перед Котоне обо всём, что случилось.

«Всё в порядке? Пусть вы и работаете вместе, но они злодеи, а значит опасны».

Проникая сюда, я мог взять с собой лишь немного денег и устройство связи с Котоне.

Пусть мы могли лишь разговаривать, я представлял, как она за меня волнуется.

— Ну, должен справиться.

«Ты слишком оптимистично мыслишь... Лучше не надо. Не забывай, что сейчас тебе некому помочь».

Герои обычно работают в одиночку или небольшими группами, но это не значит, что все миссии можно выполнить числом.

Мы можем работать как герои, потому что у нас есть поддержка наших организаций.

— Но ты ведь меня поддержишь?

«Это моя работа, прости, что я вместо привычного Командира».

Командир, у нас все знают, кто это.

Говорят, что лучше Командира нет никого, кто бы мог поддержать героя.

Получишь точные и краткие указания Командира, и больше не сможешь работать с другими агентами поддержки.

— У Командира не очень дружелюбный характер, общаться с тобой куда веселее, потому никакой проблемы.

«Ты совсем дурак?»

В работе героя, которого поддерживают и не поддерживают, есть огромная разница.

Я, как бесполезный вне боя, могу точно сказать это. Потому мне нужна поддержка кого-то вроде Котоне или Командира.

К работе Командира у меня точно претензий нет. Снимаю шляпу перед такими умениями, но...

— Знаешь, как я общаюсь с Командиром? Меня вообще не слушают, я будто с какой-то машиной говорю.

Ощущение такое, будто со стеной разговариваешь, у нас не было душевных разговоров как с Котоне.

Вообще мне надоели те равнодушные разговоры.

«А, а-ха-ха... Похоже ты весь в работе. Общаешься совсем не как обычно».

— Да?

«Да».

Чтобы вы не поняли неправильно, Командир — женщина. Не хуже Котоне, только у неё будто все лицевые мышцы отмерли.

Да, она красивая девушка...

Возможно к нам сюда берут только сотрудниц, похожих на детей?

При том, что отбор проводит начальница, то вполне возможно.

«В следующий раз она ведь обещала показать новую одежду».

— Командир очень модная... Никто не будет отрицать, что она милая, но я себе такое представить не могу.

«Джокер, это грубо по отношению к женщине. То, что она не выражает эмоции, это не значит, что у неё их нет».

Котоне была права, это я сам решил, какой человек Командир.

— ... Прости.

«Ей это скажи, кстати, похоже Командир слушает, потому осторожнее подбирай слова».

— Погоди, чего раньше не сказала?!

«Что, я ведь новичок в этом, потому меня пока учат. И герой не должен говорить то, о чём потом будет сожалеть».

Я даже застонать не мог.

С тех пор, как Котоне присоединилась, из её словаря точно пропало слово «сдержанность».

Странно, я считал, что у нас будут дружелюбные отношения коллег...

Похоже я что-то не так понял.

— Понял, потом извинюсь.

«Командир сказала, что ей нравятся сладости из магазина Сугино».

Котоне-сан, ты в курсе, что говоришь? Это магазин элитных японских сладостей, там с самого утра длинные очереди.

«Для того, кто наговорил гадости девушке, это лёгкое наказание».

— ... Йес, мэм.

«А для меня зайди в магазин с пирожными, что напротив».

Я только её слышал, но смог представить, как она мне подмигивает.

Магазин напротив... Он же вроде такой же известный? Разве туда не такая же длинная очередь?

— ... Сделаю, как просишь.

Нет у меня права отказываться. Пусть ненамеренно, я сказал то, что обидело девушку, и теперь могу лишь склонить голову и попросить прощения.

«Что ж, я всё проверю. Больше тебе нечего доложить?»

— Больше нечего, всё идёт хорошо.

Я сообщил то, что должен был.

Рассказ о том, как навалился на Сильвию и схватил её за грудь, мял сиськи доктора, напоминающие зефир, и стал присматривать за Мариси, я опустил.

Посчитал, что докладывать об этом не обязательно.

«Угрозы нет?»

— Нет, все злодеи тут со способностями. Ещё и Патра тут, пока не предам, я в безопасности.

К тому же почти все тут ориентируются на сражении, с такими так просто не справиться.

Котоне лично видела Патру в деле, потому её имя убедило девушку.

«... Хм. Так ты с Патрой».

Котоне-сан? Почему тон твоего голоса стал ниже?

«Ну и ладно. Тот факт, что я присматриваю за тобой, это не меняет».

— Это, ты о чём?

«Да так, продолжай выполнение миссии», — более напористо сказала она.

— П-понял.

«Продолжай в том же духе, Джокер».

Это она про миссию?

Но я мог лишь слышать её, потому ничего толком сказать не мог.

— Джокер отчитался, начальница.

Поговорив с Джокером, Котоне отчиталась начальнице.

— Ага, отличная работа. Джокер-кун молодец, в первый же день подобрался к доктору, — начальница закивала.

Котоне показалось, что начальница предполагала, что так и будет.

— Вы можете это сказать просто по отчёту?

— Тут как ни пытайся манипулировать, это чистая удача. Даже я не могу контролировать это.

— То есть вы повысили шансы, чтобы всё так получилось?

Котоне развернула карту и указала на территорию доктора, куда начальница велела проникнуть Джокеру.

В устройстве связи Джокера был GPS-маячок, который срабатывал лишь во время общения, потому они могли видеть, где он находится.

— Места, откуда Джокер вышел на связь и где проник. Это же по сути одно и то же место.

Как и сказала Котоне, он находился не так далеко от отправной точки.

Пусть территория злодеек не была больной, но всё случилось так удачно, что можно было предположить, что всё случилось не само по себе.

— Бывают же совпадения, я сама удивлена.

— ... Начальница.

Когда начальница сказала про совпадение, Котоне понизила голос.

Это не может быть простым совпадением, вот на что намекала девушка, и начальница вздохнула.

— Да уж, не получилось тебя обмануть, Котоне-тян.

— Значит...

— Я предвидела нечто подобное, потому и отпустила Джокера одного. На это потребовалось время.

— То есть вы предполагали, что он вступит в контакт с доктором?

— Если честно, я думала, что на это несколько дней уйдёт, и точно не верила, что всё произойдёт в первый же день, — пожала плечами начальница, но Котоне не могла точно сказать, насколько девушка честна с ней.

— Так что ты хочешь сказать, Котоне-тян?

— Я?

В отличие от общения с Джокером с начальницей Котоне говорила более напряжённо.

— Я хочу сказать, что ты ведь переживаешь за него?

— ...

— Ты бы хотела помочь ему, находясь не вдалеке, а вблизи.

По этим словам было ясно, что она отлично понимает, о чём думает Котоне.

— Моя обязанность — поддерживать Джокера, это всё, что я могу здесь сделать.

— И есть то, что отсюда не сделать.

— ... Думаю, что так.

Словами это загадочное существо не победить, за то короткое время, что Котоне провела здесь, она отлично это поняла, потому не выбирала слова для ответа.

В данном случае такой расплывчатый ответ подходил лучше всего.

— Как с тобой скучно, Котоне-тян, — и вот начальница повысила голос.

Напряжение пропало, и начальница завалилась на стол, надув щёки.

— Всё потому что вы сразу создали эту атмосферу загадочности.

— Потому что я манипулятор, и все пляшут у меня на ладони, — она махала ногами, выглядя прямо как ребёнок.

Всякий раз, как юбка задиралась, Котоне бросала взгляды под неё, но девушка никак не реагировала на женское бельё.

А точнее вздыхала, считая, что от этого только проблемы.

— Начальница, можете не надеяться.

— А?! А ведь Джокер-кун всегда реагировал.

— Только Джокер... И перед ним прекратите так делать.

— Хи-хи-хи, ревнуешь? — ещё более провокационно заявила начальница, но Котоне проигнорировала её, встала и собралась уходить.

— У меня ещё есть работа, прошу простить.

— А, подожди.

Только Котоне собиралась взяться за ручку, и дверь распахнулась.

— Простите за ожидания.

Голос по ту сторону был настолько холодным, что его можно было спутать с механическим.

Котоне слегка удивилась, узнав её.

— Командир, ты пришла?

— Да, я слушала твой разговор с Джокером в отдельной комнате, когда меня вызвала начальница.

За открытой дверью стояла девушка с короткой стрижкой. У Командира были вьющиеся каштановые волосы, и все, кто знали её, считали, что такая причёска не согласуется с её характером.

Она была немного выше Котоне, но недостаточно, чтобы считаться взрослой.

Однако её бесстрастное лицо привлекало всеобщее внимание.

Её кукольные черты казались искусственными, она озадачивала своей манерой тех, кто общался с ней впервые.

— Я ждала тебя, Командир-тян.

Они напоминали собравшихся вместе учениц средней школы, хотя кто-то мог воспринять это совершенно иначе.

Джокер усмехнулся бы, если бы увидел их.

— Начальница, у вас ко мне дело?

— Да вот подумала передать тебе работу Котоне-тян.

— Н-начальница?! — Котоне быстро подошла к ней.

Под таким напором она слегка откинулась назад, но всё же заговорила:

— Котоне-тян, отправляйся на место в качестве помощницы Джокера-куна.

— А, а?

— А я должна стать их поддержкой?

— Рада, что ты сразу всё поняла.

Командир без вопросов приняла задание.

А вот Котоне была в полном замешательстве.

— М-мне отправляться на место? Тут нечем хвастаться, но у меня же нет боевых способностей.

Котоне была почти всесильна, когда речь касалась электронных устройств, но в остальном не сильно отличалась от обычных людей.

Так как она обладательница FP способности, её физические способности выше средних, но едва ли она могла выстоять против профессионального бойца.

Даже если Котоне отправится в мир беззакония, туда, где сильные пожирают слабых, вряд ли она как-то поможет Джокеру.

— Хм, не думай, что я отправляю тебя туда с пустыми руками. У тебя ведь есть твоё оружие.

— Это...

— Испытаешь там своё оружие и гаджеты.

Работой Котоне была разработка оружия, которое могло бы помочь героям.

Пусть девушка работала недолго, но начальнице было известно, что она уже создала несколько прототипов.

— Если уж даже ты, та, кто не умеет сражаться, докажет их пользу, они помогут и героям.

— Я поддержу. Так что проблем не будет.

— Командир...

Даже обычно не высказывающая своего мнения Командир подтолкнула Котоне.

Пусть выражение на лице не изменилось, но общавшаяся с ней девушка поняла, что та поддержала её.

— И я не могу дождаться, когда получу свой сувенир.

— ... Поняла. Я отправляюсь.

— Этих слов я и ждала, Котоне-тян. Преступный мир страшен, но он станет твоей ступенькой. Ты станешь ближе к тому, чтобы поравняться с Джокером.

— Не то, чтобы мне это надо.

Котоне отвернулась, похоже ей не нравились слова той, кто с виду одного с ней возраста.

— Правда? У тебя уши красные. А, неужели ты так сильно этого хотела?

— М?! Я пошла готовиться!

Не дожидаясь ответа, Котоне покинула кабинет начальницы.

Командир бросила на неё взгляд, когда девушка проходила мимо, а потом посмотрела на начальницу.

— У неё и правда лицо красное. Похоже она взволнована.

— Командир-тян, похоже мне стоит немного научить тебя тонкостям эмоций.

— Для работы это не требуется.

— А для личной жизни?

— На данный момент не было случаев, чтобы мне это пригодилось.

В отличие от Котоне, у которой одно слово могло вызвать десятки эмоций, Командир на всё реагировала одинаково.

И потому начальница не смогла сдержать горькую улыбку.

— То есть пока проблем нет?

Речь шла о том, чтобы отправить Котоне на помощь Джокеру.

— Да, всё отлично. Будь я здесь одна, она бы стала упрямиться, но мне повезло, что ты в хороших отношениях с Котоне-тян.

— Быть с ней в хороших отношениях — это личное дело. К этому делу это отношения не имеет.

— Всё нормально, я же не демон. Мне достаточно одной любимой игрушки.

Командир хранила молчание, догадываясь, о какой игрушке идёт речь.

Очередная вредная привычка её начальницы.

— Ах, и как же отреагирует Джокер-кун?.. На бедного монстра, созданного страной...

Щёки начальницы заалели, она спокойно смотрела вдаль.

Тепло оставило её дыхание, оставив лишь холод.

— Как же он поступит?.. Убьёт? Или совершит двойное самоубийство? Или же ничего не сможет и будет лишь рыдать?

Не способная сдержаться начальница встала и театрально расставила ноги.

— Я не виноват, так не должно было случиться, почему так вышло?.. Будет ли он сломлен непреодолимой судьбой?

То ли она забыла о присутствии Командира, то ли её не волновали зрители, начальница устроила своё сольное выступление.

— Будет ли он следовать своему заданию и выполнять обязанности героя? Будет ли придумывать бессмысленные оправдания, говоря, что только это и остаётся и что так надо?

Она сделала шаг точно шут в актёрской труппе.

— Хочу поскорее увидеть. Хи-хи... А-ха, а-ха-ха, а-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Она едва не начала танцевать, но будто кто-то нажал на кнопку отключения, и девушка застыла.

Сиявшие всего миг назад глаза потухли, она не двигалась ни на миллиметр, напоминая переставшую работать марионетку.

— Эх... Скучно.

— Сыграем в дженга?

— Даже Командир-тян может шутить.

На лице начальницы появилась усмешка, а в руках Командира откуда-то взялась игра.

— Сыграем в игру, в которую Джокер может победить Котоне-сан?

— ... Можно.

До тех пор, как Котоне пришла со стопкой запросов на прототипы, две девушки нещадно сражались в Дженга.

После чего игроков стало трое, и бой стал ещё более ожесточённым.

Примечания переводчика:

1. Кто забыл, его героическое имя Белый Джокер.