В описании к артефакту было написано «Текучее серебро».

— Это настоящий жидкий металл. Он чем-то напоминает Жидкого голема, которого использовал Виктор Дредфул.

Учитывая то, что сумасшедший учёный создал своего голема путем алхимического смешения магии и науки, в существовании «Текучего серебра» не было ничего странного.

Задумавшись, Руджер протянул руку к постаменту и опустил её к артефакту.

В тот же момент серебро, до этого спокойно растекающееся по поверхности, начало быстро обвиваться вокруг его руки, будто живое. Это было похоже на воду, текущую вспять, или живую движущуюся змею.

Руджер внимательно посмотрел на серебряную лужицу, застывшую у него на ладони. Он ещё в первое мгновение понял принцип работы этого артефакта.

В следующее мгновение серебро вдруг начало расширяться и превратилось в острый длинный меч. Мужчина схватил его и осмотрел со всех сторон.

Всё, от кончика острия до рукояти, состояло из серебра, однако тяжесть и твердость меча свидетельствовали о том, что это было лишь иллюзией. Спустя некоторое время Руджер возвратил меч обратно в исходное состояние и слегка наклонил ладонь, позволив серебру течь вниз.

Оно всё растягивалось и растягивалось, но не подало, напоминая этим огромный ком слизи. И пока Руджер думал над новым образом, по поверхности артефакта расходились мелкие волны и рябь.

— Оно больше кажущегося объёма и может принимать любую форму…

Роджер вновь собрал вещество на ладони, после чего подбросил руку вверх. В тот же момент серебро заструилось в воздухе и распалось на десятки маленьких тонких нитей. Сначала они беспорядочно витали над землёй, однако стоило мужчине напрячь пальцы, как нити тут же натянулись.

Увидев это, Руджер некоторое время внимательно смотрел на артефакт.

Каждая из нитей была подобна острому мечу, способному в одночасье измельчить бумагу на сотни маленький частей. При этом в тех местах, где нити касались его кожи, не было ни дискомфорта, ни боли.

— Отлично.

На этом выбор второго подарка был завершён.

Задумавшись, Руджер воспроизвел в своей голове нужный образ, и «Текучее серебро» в тот же момент обвилось вокруг его правой руки, приняв вид невзрачного серебряного браслета.

При виде этого мужчина удовлетворенно хмыкнул и пошёл дальше.

Остался последний.

Шаги Руджера мягким эхом отдавались в тишине хранилища.

Одинокая прогулка в таком большом месте вызывала в нём странные чувства.

— Есть ли здесь какой-нибудь полезный эликсир?

Подумав об этом, Руджер сокрушённо покачал головой.

Эликсиры не стали бы хранить в таком закрытом месте, как императорское хранилище. Для того, чтобы получить их, ему пришлось бы обратиться к Эйлин напрямую.

— ...Думаю, мне не следует этого делать.

Услышав его просьбу, Эйлин бы с радостью пошла к нему навстречу и достала бы все, о чём бы он не попросил. Однако стоит ему принять эти дары, как он тут же станет её рабом минимум на пять следующих лет.

Конечно, с ним обращались бы хорошо, с учётом его способностей, однако Эйлин терпеть не могла, когда талантливые люди сидели где-то без дела. Поэтому, если Руджер поступит к ней на службу, ему придется исполнять её приказы сутки напролёт.

Словно аспиранту.

— Я не пойду на такое.

Обдумав всё, Роджер без сожаления избавился от желания получить эликсир таким способом. В любом случае, в этом сейчас не было особой необходимости, так что он мог справиться со всем и своими силами. К тому же недавние эксперименты Беллалуны имели поистине ошеломляющий успех.

Походив по залу ещё немного, Руджер понял, что едва ли здесь было что-то, заслуживающее его внимание.

— Может, мне стоит зайти немного глубже.

В любом случае, ему было необязательно выбирать что-то для себя. Он вполне мог найти что-нибудь, что могло пригодиться другим членам Оуэнса.

Подумав об это, Руджер вдруг остановился и всмотрелся в одну из витрин.

— Монокль?

На деревянном постаменте действительно лежал небольшой позолоченный монокль. Он выглядел очень элегантно и стильно, однако даже с учетом этого простой аксессуар не мог оказаться в таком месте.

Заинтригованный, Руджер подошёл ближе и прочёл описание на табличке неподалёку.

— [Глаз Возможностей]. Способен определять текущие характеристики изучаемых субъектов.

Удивительно, но этот артефакт был создан первым директором Теона. Видимо, после своей смерти он завещал своё творение императорской семье.

Аккуратно взяв монокль в руки, Руджер надел его и слегка покрутил головой. Тот сидел, как влитой.

— Неплохая подгонка.

С этими словами мужчина огляделся. Благодаря магии, наложенной на линзу, Роджер мог видеть скрытую силу артефактов, которая подсвечивалась мягким голубым светом.

— Ого.

С восхищённым вздохом, Руджер стал осматриваться вокруг. Похоже, чем больше в выставленном предмете было сил и возможностей, тем ослепительнее он сиял.

Однако Руджер понял кое-что ещё.

— Я могу оценить силу любого артефакта при помощи этого, но эта оценка не идеальна.

Например, если у одного артефакта уровень силы был пять, а у другого десять, то второй сиял ярче, однако первый артефакт мог быть доработан, что увеличило бы его силу до двадцати. [Глаз Возможностей] же показывал лишь текущий лимит в пять единиц.

— Если кто-то решит скрыть свою силу, то этот артефакт будет бесполезен.

Но, даже принимая это во внимание, потенциал [Глаза Возможностей] был невероятен.

— Теперь осталось лишь проверить, как это работает на людях.

В конце концов, какими бы сильными ни были артефакты, они оставались простыми вещами, для которых не существовало понятия «потенциального роста». Осознав это, Руджер слегка пожалел о том, что рядом не было подопытного.

— Тем не менее, от него уже будет огромная польза.

И всё-таки, найти артефакт, которым пользовался первый директор, в таком месте было невероятно.

Была ли это судьба или простое совпадение?

Задумавшись об этом, Руджер развернулся и направился к выходу из хранилища.

***

Огромные каменные ворота распахнулись, и мужчина вышел в коридор.

— Ты поздно.

Эйлин, как будто всё это время ждавшая у двери, подскочила, как только увидела Руджера.

— Как ты смеешь заставлять кронпринцессу ждать так долго? Ещё немного и тебя бы арестовали за оскорбление императорской семьи.

— …

— Так что там было?

— Вы разве не знаете?

— Нет. Я никогда не заходила в хранилище. Я смогу это сделать только после восхождения на престол.

— Действительно. В любом случае, вы, наверное, и так догадываетесь, что я выбрал.

— Ты имеешь в виду тот фрагмент реликвии?

— Да, а ещё…

— Монокль. Что ж, он тебе идёт.

Увидев как Руджер надел [Глаз Возможностей], Эйлин скрестила руки на груди и пробормотала что-то вроде комплимента.

Вместо ответа мужчина лишь пристально посмотрел на Эйлин и Пассиуса через артефакт.

«Хм, действительно»

Через [Глаз Возможностей] Эйлин выглядела как великолепный драгоценный камень, затмевающий своим сиянием всё вокруг. Словно величайшая драгоценность, которой не было равной во всём мире.

Наверное, если бы такой камень действительно существовал, то на целом континенте не набралось бы столько сокровищ, чтобы его купить. Нет, скорее сам акт назначения цены можно было считать кощунством.

Следующим на очереди был Пассиус. Всё это время он хорошо скрывал свою силу, однако его аура императорского гвардейца ярко сияла под действием артефакта. Впрочем, по сравнению с Эйлин даже такому выдающемуся человеку, как Пассиус, недоставало света. Даже не так… скорее создавалось впечатление, будто свет Эйлин окутывал его со всех сторон.

Извивающееся, будто живое сияние медленно растекалось по комнате и мелко подрагивало, будто собираясь добраться и до Руджера, поглотив его в процессе.

— …

Почувствовав внезапную головную боль, Руджер поспешно снял [Глаз Возможностей] и аккуратно сунул его во внутренний карман.

Эйлин, будто что-то учуяв, подозрительно сощурила глаза.

— Что случилось? Ты будто увидел сейчас что-то секретное.

— Вам показалось.

— Показалось? Этот монокль хранился в сокровищнице моей семью, поэтому скорее всего является магическим артефактом. Разве он не для того, чтобы видеть что-то особенное? Расскажи мне, что ты видел.

— На самом деле там не было ничего интересного.

— Я приказала тебе ответить.

Эйлин привыкла смотреть на других и оценивать их, однако самой подвергаться подобному было неприятно. Возможно, потому что до этого она никогда с таким не сталкивалась.

Руджер, понимая это, слегка задумался, после чего ответил:

— Только что я видел самый красивый драгоценный камень в мире.

— Что?

Щеки Эйлин слегка покраснели, когда она осмыслила его слова. Со стороны Пассиуса в этот момент раздался тихий восхищенный возглас.

Услышав это, девушка пришла в себя и, откашлявшись, отвернулась.

— Замечательно. Итак, что ещё ты взял?

Вместо ответа Руджер показал серебряный браслет на правой руке, который спустя мгновение превратился в длинный меч.

Воочию увидев [Текучее серебро], Эйлин удовлетворённо кивнула.

— Эти вещи тебе подходят. Так что ты собираешься делать теперь?

— В любом случае, моя работа здесь закончена. Я намерен вернуться обратно к своим обязанностям профессора.

— Однако сейчас в императорском дворце ведь нет никаких срочных дел, верно? Учитывая количество пострадавших студентов, вам всем придётся остаться здесь ещё на несколько дней.

Всё было именно так, как и сказала Эйлин.

Руджеру, как главе отдела планирования, не оставалось ничего, кроме как покорно ждать указаний со стороны Теона. Императорская семья уже позаботилась обо всех остальных формальностях.

— Тебе наверняка пришлось пережить много трудностей за всё это время, так что было бы неплохо насладиться долгожданным отдыхом.

— Это…

— Если люди постоянно работают, то рано или поздно они ломаются. Так что обязательно нужно иногда отдыхать.

— …!

Услышав это, Пассиус удивленно уставился на Эйлин, не веря своим ушам.

Он не мог поверить, что такие слова сорвались с уст человека, печально известного своим безжалостным эксплуатированием работников. Видимо, по мнению Эйлин, Пассиус, которого она использовала чаще всего, был ещё полон сил. Мужчина мог бы многое сказать по этому поводу, но проглотил все свои возмущения, вернув лицу незаинтересованный вид.

Руджер, все это время молча наблюдавший за этим действием, посмотрел на своего преемника с жалостью и сочувствием.

***

Эйдан и его друзья с радостью осматривали императорский дворец. Вернее, восхищалась в основном Трейси Фриад, пока Эйдан, Лео и Иона О'Вэлли молча следовали за ней.

Из всей их компании именно Трейси была больше всего расстроена провалившейся поездкой.

Очнувшись от обморока после ментальной атаки Басары, она, после полного выздоровления, убедила своих друзей пойти и осмотреться, чтобы с пользой использовать оставшееся время.

— …Я просто хочу немного отдохнуть.

Лео, у которого было больше всего работы, периодически вздыхал и ворчал себе под нос, но продолжал молча следовать за всеми.

— Более того, Эйдан, ты в порядке?

— Хм? Ты что-то сказал?

— Нет, это… забудь.

Лео быстро сошёл с темы, однако не перестал оглядываться на друга.

После того, как все, потерявшие сознание, очнулись, единственным, кто сохранял спокойствие, был Эйдан. Он не паниковал и не пытался узнать, что произошло. Наоборот, он вел себя так, будто знал, что именно случилось. Другие люди, возможно, этого не замечали, однако Лео слишком хорошо знал Эйдана.

Конечно же, на все вопросы тот отвечал уклончиво и односложно, сколько бы раз друзья его не расспрашивали. Было очевидно, что он лгал, но Лео решил оставить это без внимания.

«В любом случае, этот парень не сделает ничего плохого».

Более того, юноша был очень благодарен ему за помощь. Хоть это было и недобровольно, Лео был тесно связан с террористами из Армии Освобождения и даже выступал в качестве их шпиона.

Эйдан же помог ему, не сказав на этот счет ни слова.

«И профессор Руджер тоже».

До этого Лео всегда звал его исключительно Руджером Челичи, но теперь он мог по-настоящему назвать его профессором и наставником.

Конечно, ему всё ещё было слегка неловко, но через некоторое время он начал привыкать.

К тому же, судя по тому, что говорили люди во дворце, Армия Освобождения понесла сокрушительный удар. Они даже попытались взорвать что-то под землей, но и это не помогло. По заявлению официальных лиц, решающую роль в этом сражении сыграла императорская гвардия во главе с Мастером Меча – сэром Пассиусом.

«Теперь всё действительно кончено».

Это было поистине насыщенная экскурсия.

Удивительно, но среди студентов не было погибших, только несколько раненных. Настоящее чудо, что всё обернулось именно так.

«…В любом случае меня не волнует, что происходит с другими людьми. Мне просто нужно, чтобы эти дураки оставались в безопасности».

При этих мыслях, Лео взглянул на Иону.

Неожиданно девушка, всё это время молча шедшая неподалеку, остановилась и внимательно посмотрела вдаль.

— …Что-то приближается.

— Эм-м.

На территории императорского дворца располагался небольшой лес, но Лео не видел ничего подозрительного.

— Там что-то есть?

— Хм.

— Действительно?

— Я отойду ненадолго.

Сказав это, Иона быстро развернулась.

Оставив растерянного Лео позади, девушка стала стремительно углубляться в лес, пока не остановилась на тихой одинокой поляне. На своей коже она отчетливо чувствовала чей-то настойчивый взгляд.

— Выходи. Я знаю, что ты здесь.

Стоило ей это произнести, как соседние кусты зашевелились, и из них вышел человек. От него не исходило чувства враждебности или настороженности, будто он с самого начала не намеревался прятаться.

— …Маг Ротерон?

Узнав человека перед собой, Иона широко раскрыла глаза.