— Флора. Смотри.

Прежде чем вступить в бой, Руджер позвал девушку, и та, утерев слёзы, робко взглянула на него.

— Смотреть куда?

— Магия, которую я буду использовать с этого момента, будет отличаться от той, которую я показывал в классе.

— Отличаться… Вы имеете в виду тот свет, который я видела минуту назад?

— Да. У остальных не получится это понять, но твой талант достаточно велик для этого.

— Это…

— Так что следи внимательно. Однажды ты тоже сможешь использовать подобную магию.

На мгновение Флора растерялась.

«Смогу использовать подобную магию? Те же самые невероятные силы, выходящие за грани воображения, которые показал профессор Руджер? Но это невозможно…»

Однако голос профессора был предельно серьёзен.

Руджер с самого начала был человеком, который не бросал слов и обещаний на ветер. Всё, что он говорил, было искренне, а значит он по-настоящему думал, что Флора сможет в полной мере познать эту магию. Мужчина верил в её талант, способности и, главное, желание учиться, поэтому и решил показать то, что ранее не видел никто из других студентов.

«…!»

Флора с трудом сглотнула, почувствовав как в глазах защипало, однако в этот раз слёз не было. Она пролила их уже достаточно.

В последний раз утерев лицо, девушка решительно посмотрела на затылок Руджера.

Словно почувствовав её взгляд, мужчина слабо улыбнулся и, окутав свое тело фиолетовой молнией, метнулся к Басаре.

Флора не могла оторвать глаз от этого зрелища. Теперь даже секундная задержка была для неё роскошью.

«Я должна это увидеть и запомнить. Я должна сделать эту магию своей».

Девушка ни на секунду не допускала мысли о том, что Руджер мог проиграть. Для неё был сам собой разумеющимся факт того, что даже в такой безнадёжной ситуации профессор победит. Более того, она чувствовала мандраж и предвкушение от перспективы изучения новой магии.

Её печаль ушла, и осталось только стремление идти дальше.

«Я хочу быть похожей на него… нет, хочу превзойти его».

В этот момент глубоко в сознании Флоры запечатлелась новая жизненная цель.

«Нельзя упустить ни секунды».

В этот момент Руджер, охваченный молнией, сконцентрировал её в руке и направил прямо на демона. Послышался взрыв и даже с большого расстояния был виден огромный кратер в том месте, где всего мгновение назад находился Басара.

— Гхаааа! Почему?! Почему ты продолжаешь мешать мне?!

Насмешливо взглянув на взбешенного Басару, Руджер поднял правую руку к небу.

Огромная сила сконцентрировалась в пустоте, и в руке мужчины появилось ослепительное копьё, состоящее из молний.

Мифы, легенды и предания ничего не значили в реальном мире, однако в этом духовном пространстве стойкая и непоколебимая вера могла превратить их в самое могущественное и непобедимое оружие, ограниченное лишь фантазией создателя.

— Вперёд. [Раскат Молнии].

После этих слов копьё вылетело из руки Руджера и исчезло в ослепляющей вспышке света.

Внезапно Басара почувствовал ужасную боль и согнулся пополам, пытаясь понять, что произошло. Прямо в его груди зияла сквозная дыра размером с кулак.

Он не понимал, когда это произошло, а главное, что за силу использовал этот человек.

Басара опустил голову от боли в животе, пытаясь отследить её местоположение.

Его плоть, только недавно получившая повреждения от удара Будды, вновь подверглась нападению, поэтому демон поспешил залечить полученные раны. Он мог восстанавливаться столько, сколько хотел, до тех пор, пока его разум и воля не были бы сломлены.

Так что в этом мире Басара был практически бессмертен.

Такое знание должно было привести его врага в отчаяние или хотя бы замешательство, однако Руджер смотрел, как он залечивал раны, словно это было само собой разумеющимся.

«Да. Было бы обидно, если бы он сломался так легко».

— Я не могу проиграть на глазах у своей студентки, к тому же в такой ничтожной битве.

Руджеру не доставляло никакого удовольствия причинять Басаре боль — он просто делал то, что должен был.

Демон же, услышав его слова, разъярился больше прежнего и с криком направил на Руджера огромный сгусток чёрной магии, желая быстро и безжалостно его уничтожить.

На этот раз Руджер поднял руки, и над его головой взвилось алое пламя. От него исходил адский жар, и оно сияло, подобно солнцу. Внезапно пламя начало менять свой облик и приняло вид магического меча, которым когда-то владел гигант, испепеливший дотла все девять миров.

В руках Руджера оказалось самое разрушительное оружие на свете.

И в тот миг мир будто раскололся.

Огромный столб пламени поднялся высоко в небеса и, следуя за движениями меча, поглотил магию Басары, при этом полностью уничтожив его правую руку.

Демон с досадой взглянул на культю, оставшуюся от конечности, и попытался регенерировать её, однако сколько бы он не пытался, рана не исцелялась.

— Как?...

Почему отрубленная рука не регенерировала?

Басара не понимал.

— Думаю, ты уже и так знаешь ответ на этот вопрос.

После этих слов Руджер призвал пять элементов один за другим и атаковал ими демона. Вода, огонь, земля, дерево и металл снесли тело Басары, словно метеориты, пока тот в замешательстве отбивал их.

«Что это? Что это значит?»

Но как бы сильно он ни отрицал истину, демон не мог ничего изменить. .

— Я боюсь?

Это духовный мир. Здесь разум Басары был бессмертен и не мог умереть, пока его воля к жизни не была сломлена.

Другими словами, ему придет конец в тот момент, когда он даст слабину.

— Меня пугает простой смертный?

Но это было невозможно. Это Басара был тем существом, которого все боялись и которое держало сердца людей в своих руках, питаясь их негативными эмоциями.

Это другие должны были трястись от страха при одном его появлении, а не наоборот.

— Я не мог испугаться.

Басара пытался отрицать собственный страх, оправдываясь тем, что его раны не заживали из-за какой-то неизвестной магии, которую использовал человек. У него это почти получилось, пока он не увидел, что Руджер готовил следующую атаку.

Внезапно ослепительный свет залил всё пространство вокруг, и в руках Руджера вновь появился «Раскат Молнии», однако в отличии от прошлого раза его форма отличалась от копья. Она была более тупой и тяжёлой.

— Молот?

Это был молот, сделанный из молнии, обладавший силой, сравнимой с величайшими орудиями всех времён.

Басара шокировано уставился на это зрелище, в неверии раскрыв рот.

Сначала он не осознавал природы силы, которую использовал Руджер, но теперь он ясно видел её истоки.

— Ты, человек, как ты можешь… использовать силу Бога?...

Это была божественная сила.

Но она принадлежала не ненавистному Люменсису.

Конечно, молот Руджера всё ещё был лишь имитацией, однако даже в ней можно было почувствовать след Божьей воли.

— Простой смертный, даже не апостол! Как ты можешь использовать такую силу?!

Внезапное откровение впилось в сердце демона терновыми лозами, и страх стал стремительно проникать в его душу.

— О, Бог мой, господин, покинутый хитрым Люменсисом, помоги мне, помоги своему апостолу!

Басара начал выкрикивать это, будто в бреду.

— Притворяясь безумцем, ты ничего этим не добьешься.

Подобные слова ни на секунду не поколебали решимость Руджера. Одним взмахом руки он опустил молот прямо на голову демона, и тот, в последней отчаянной попытке спастись, поднял над собой последнюю оставшуюся руку, создав защитный барьер.

Спустя мгновение две могущественные силы столкнулись друг с другом, однако взрыва не последовало. Вместо этого щит Басары покрылся мириадами мелких трещин и рассыпался в прах.

— Ах.

Узрев воочию силу молота, демон окончательно узнал силу великих существ, давно пропавших из этого мира.

Вечные Небеса.

Невероятная сила, пришедшая из прекрасного рая, где когда-то жил тот, кому он поклялся служить.

— Я так надеялся…

Послышался новый раскат грома, и тело Басары поглотил взрыв чистой энергии.

Весь мир на мгновение окрасился в белый, и, когда свет рассеялся, на месте Басары осталась лишь глубокая воронка, на самом дне которой лежала только его голова.

— Какой сюрприз.

Басара искренне восхищался Руджером.

Голова демона медленно распадалась в пыль, однако в его голосе не было ни гнева, ни сожалений. Он полностью принял своё поражение и скорую смерть.

— Владеть силой Богов, будучи смертным, невозможно, не сломав себя разум. Но, может, именно поэтому мои атаки не действовали на тебя.

— …

— Это очень иронично. В конце концов, именно люди объявили всё, кроме Единого Престола Небес, злом, а теперь появился человек, обладающий еретической силой других божеств.

Басара с самого начала понял, что силы Руджера не принадлежали Люменсису.

— Может быть, это моя судьба: проснуться спустя несколько сотен лет, встретить тебя и потерпеть сокрушительное поражение.

— Это всё, что ты можешь сказать?

Басара, уже потерявший почти половину головы, лишь ухмыльнулся на эти безжалостные слова.

— Я понимаю, насколько тернист будет твой путь. Жаль, что мне не удастся увидеть это самому, но держать тебя в напряжении не помешает.

— Раз закончил говорить, уходи.

— Остерегайся апостолов.

Басара сказал это тихо, но Руджер прекрасно услышал это предупреждение. Не было похоже, что демон лгал, а значит, в мире были и другие такие существа.

— Полагаю, вы, ребята, не считаете друг друга союзниками.

— Это вы, люди, смешали нас в одну кучу, но по своей природе мы отдельные существа. Иногда враги, иногда союзники.

— Сколько всего апостолов?

— Подробностей не знаю, но важно, что они существуют.

Басара усмехнулся так, будто сделал всё, что мог.

— Что бы тобой не двигало, я уверен, ты сможешь добиться этого, так что хорошенько встряхни этот мир, герой.

После этих слов тело Басары окончательно превратилось в пыль и рассеялось.

— Я не герой. Просто профессор.

Пробормотав это, Руджер отвернулся.

Флора, все это время внимательно наблюдавшая на сражением, поняла, что всё закончилось, и со всех ног побежала к мужчине. Задыхаясь, она остановилось рядом с ним, чтобы отдышаться, при этом не сводя с его фигуры своего сияющего взгляда.

Обычно её лицо было спокойным и безэмоциональным, однако теперь на нём ясно читалось безмерное уважение и восхищение.

Это было естественно.

В конце концов, только что на её глазах Руджер победил демона и показал невероятную магию, о которой она не могла и подумать.

Сам мужчина, тем временем, задумчиво наблюдал за тем, как поле цветов вокруг них медленно разрушалось, уходя вслед за своим создателем.

— Флора.

— Да, профессор.

— Нам пора идти.

***

Мэдлин и Эйдан с трепетом наблюдали за чёрной бурей.

Они одновременно ударили изо всех сил, однако даже этого было недостаточно. Шторм остановился лишь на секунду, рассеченный напополам, но быстро восстановился и будто стал ещё яростнее и сильнее.

Мэдлин нервно закусила губу. Её атаки, даже усиленные антимагией Эйдана, не смогли остановить бурю, и она совершенно не знала, что с этим делать.

Если вдруг этот шторм снова разрастётся, девушка не сможет его остановить.

Осознав это, она медко задрожала, и по её виску начал струиться холодный пот.

— Учитель, смотрите!

Эйдан поднял палец и указал на центр бури.

В тот же момент и сама Мэдлин заметила изменения.

— Шторм утихает?

Чёрная буря, которая, казалось, никогда не прекратится, медленно теряла силу, растворяясь в воздухе. Сквозь вихрь стала виднеться улица, и с каждой секундой силуэты людей внутри становились всё отчетливее. Наконец, Эйдан и Мэдлин увидели Флору, без сознания лежащую на земле, и стоявшего неподалёку Руджера, чьё тело всё было покрыто ранами.

— Профессор!

— Ух! Эй, Эйдан!

Эйдан кинулся сквозь ещё не прекратившуюся бурю к ним, и Мэдлин не смогла его удержать.

Руджер же, будто услышав этот оклик, повернулся к ним.

«Наконец-то всё закончилось».

С такими мыслями мужчина рухнул без сил.

***

Руджер медленно открыл глаза.

На улице стояла середина ночи, поэтому всё вокруг было погружено во тьму.

Через несколько минут мужчина привык к окружающему мраку, и аккуратно сел на кровати, внимательно осматривая своё окружение.

Это явно была больничная палата главной больницы в столице.

После этого Руджер проверил своё тело и осознал, что все раны исчезли без следа. Значит, пока он лежал без сознания, его успели подлечить.

Однако причина, по которой он так резко проснулся, была не в этом. Руджер почувствовал едва уловимое движение рядом с собой и медленно заговорил.

— Я не думал, что вы будете достаточно свободны, чтобы навестить меня посреди ночи.

— Тут ничего не поделаешь. Сейчас или никогда.

Что-то зашевелилось в темноте, и оттуда возник человек в чёрной мантии и маске на лице.

Посмотрев на него, Руджер произнёс:

— Нулевой Орден.

Гость в ответ лишь улыбнулся и игриво сказал:

— О, нет. Ты больше не оказываешь мне почтительность?