— Даже в этом случае я не настолько сломлен, чтобы баловаться демоническими силами.

Андрей смиренно принял резкое замечание Руджера, потому что знал, что тот был прав.

— Я знаю, что демоническая сила опасна и что я не такой, как ты, когда дело касается её использования, но у меня были на это свои причины.

— Демоническая сила влияла на твой разум?

— Нет.

Андрей ответил твёрдо.

— Говорят, что демоны используют всяческие уловки, чтобы получить физическую оболочку в обмен на предоставление своей силы. Однако в моем случае это не совсем верно, потому что я сам решил воспользоваться ею. Все эти выборы были сделаны исключительно мной.

— Почему?

«Причина должна быть», — подумал Руджер.

Ходили слухи, что Андрей сошёл с ума от жадности и что его разум был полностью разрушен из-за экспериментов над людьми, но Руджер, просто поговорив с ним, мог спокойно утверждать, что мужчина находился полностью в здравом уме.

Он не был сумасшедшим. На самом деле, его глубокие, как океан, глаза были даже яснее, чем у обычного человека.

Во время успеха Третьего подопытного мужчина был излишне взволнован и эмоционален из-за демонической силы, однако теперь, когда тот погиб, он вновь стал магом, соответствующим своему возрасту и статусу.

— Однажды ко мне пришёл отец, просящий спасти его сына.

Андрей тихо начал рассказывать историю из своего прошлого.

— В то время я работал под прикрытием, леча людей в трущобах, и просто хотел протестировать препарат, который собирался производить. Я старалась использовать его умеренно и тайно, но вдруг ко мне в скрытую лабораторию пришёл мужчина с маленьким мальчиком на руках.

Вспоминая тот день, Андрей усмехнулся, но глаза его были мрачнее тучи.

— Как ни странно, он был ярым последователем люменсизма. Представляешь, человек, проповедующий истребление всего, связанного с злом, пришёл за помощью ко мне, колдуну, занимающемуся тёмной магией. Лучше шутки и не придумаешь.

Андрей сухо откашлялся.

— Но знаешь, что ещё смешнее? Ребенок, которого он принёс, уже не дышал. Он умер не так давно — даже тело ещё не остыло — однако отец всё равно умолял меня спасти его.

— …

— Я был сильно ошарашен. Спросил, почему он просил меня спасти ребёнка, который уже мёртв. И тогда он сказал, что, если я колдун, значит смогу излечить мертвеца.

Андрей усмехнулся, потому что безумие того заявления всё ещё было свежо в его памяти.

— Я пытался сказать ему, что я маг, специализирующийся на алхимии и фармации, и что не занимаюсь некромантией, но знал, что это было бесполезно. Он бы не принял ничего, что я попытался бы объяснить, так что вместо этого я задал вопрос. Вопрос, почему он не додумался лечить мальчика, пока тот был ещё жив. Этого бедного ребёнка убила простая лихорадка — обычное жаропонижающее спасло бы его жизнь…

Андрей всё ещё помнил слезы отчаяния в глазах того мужчины.

— Он сказал, что думал, будто если помолится Богу, тот осуществит его желание, и сын поправится.

— …

— Абсурдно думать, что человеческие болезни можно вылечить молитвой. Но ещё абсурднее то, что тот мужчина искренне верил в эту чушь! Вплоть до последнего вздоха своего ребёнка… Однако, в конечном счете, вопреки всем мольбам, мальчик умер.

Он мог бы жить ради Бога, но в итоге погиб из-за него.

Его можно было бы спасти, но, увы, этого не случилось.

Какой ужасный и отвратительный фарс.

— Люменсисты долгие годы ставили эксперименты над людьми ради того, чтобы потешить собственное эго, прикрываясь при этом именем своего Бога. Несмотря на это, они яро преследовали всех, кто проводил такие же опыты даже на трупах, называя это богохульством и ересью и уничтожая все записи и исследования… Я не отрицаю, что проводить эксперименты над людьми чудовищно, однако порой ради прогресса приходится идти по нечестивому пути. Но какой с этого толк, если наши потомки всё забудут…

— …

— Люди, отравленные религией, не желают учиться и развиваться — только бездумно повторяют за другими и покорно делают всё, что им скажут. И это в век расцвета науки.

Мрачные глаза Андрея хранили непостижимую мудрость, накопленную годами его скитаний.

— Вот почему я ненавижу Бога и церковь. Людей спасает не благословение священника или божья благодать, а медицина и фармакология. То же самое касается и неизлечимых болезней. Благодаря исследованиям учёных и врачей были найдены многие новые лекарства и действенные методы лечения.

Голос Андрея был полон страсти, когда он говорил это.

— Спасать людей должны люди, а не Бог.

Вот, что случилось на самом деле.

Он был тем, кто решил прибегнуть к демонической силе и тёмной магии из-за ненависти к Богу.

— Я хотел доказать, что люди ошибались, веря в религию. Хотел открыть человечеству новый путь развития с помощью демонической силы, которую все так ненавидели.

Губы Андрея скривились в горькой улыбке.

— Но, в конце концов, я потерпел неудачу… и вот результат.

Мужчина полностью осознавал, что действовал исходя лишь из собственного эгоизма. Но если это могло спасти ещё хоть одну человеческую жизнь, он был готов замарать руки.

— Ты ведь такой же, как и я. Хотя, если честно, я даже представить себе не могу, через что тебе пришлось пройти, чтобы обрести такую силу и мощь в столь юном возрасте.

Андрей попытался заглянуть Руджеру в душу, но всё было бесполезно. Его эмоции, личность и воспоминания были тщательно скрыты, как и та магия, которую он показал.

Поэтому не было лучшего кандидата на то, чтобы передать его труды.

— Это пригодится тебе в будущем.

Андрея уже не волновало, что дело его жизни исчезало на глазах. Он передал его Руджеру не из отчаянного желания оставить после себя след в истории, а чтобы помочь тому, кто шёл по тому же пути.

Висевший над ладонью Андрея знак замерцал, и Руджер протянул руку, чтобы коснуться его. Магическая формула, преобразованная в мана-код, втянулась в руку мужчины и исчезла в его теле.

Андрей всё это время неподвижно сидел и следил за процессом так пристально, будто это была его последняя воля.

Убедившись, что передача завершена, колдун на мгновение отдышался и устало посмотрел на Руджера, однако на его месте Андрей видел прежнего себя — глупого и наивного.

— Ты не потерпишь неудачу.

С этими словами последний огонь жизни в Андрее погас, и в его голове пролетела мысль:

«Я слышал, что, когда люди умирают, мир вокруг них окрашивается в чёрный. Думаю, это будет достойным окончанием моей грешной жизни».

Но, как ни странно, мир, открывшийся перед мужчиной, был абсолютно белым.

Он задумался, было ли это галлюцинацией, порождённой его умирающим сознанием, как вдруг увидел вдалеке одиноко стоящую детскую фигуру.

— Ах.

Словно заворожённый, Андрей начал идти к ней. С каждым шагом он всё ускорялся и ускорялся, пока не сорвался на отчаянный бег.

Задыхаясь, он рухнул прямо перед ребенком и крепко обнял его.

— Прости.

На глаза Андрея навернулись слёзы.

— Мне очень жаль, что я не смог защитить тебя.

Его дочь лишь улыбнулась и, заверив, что всё в порядке, вытерла ему слёзы. Затем она поняла палец и указала себе за спину.

Там стояла его давно умершая жена.

Андрей, не в силах поверить в это, недоверчиво посмотрел на дочь, но вскоре его лицо разгладилось.

— Итак, вы ждали.

Девочка аккуратно взяла отца за руку и повела дальше, навстречу матери, когда мужчина внезапно остановился и обернулся.

— Папа, что-то случилось?

Андрей в ответ мягко улыбнулся и, покачав головой, продолжил идти.

— Ничего.

Так он смог воссоединиться со своей семьёй, и все трое медленно растворились в белом свете.

***

Протянутая рука Андрея упала, а сам он постепенно осел на землю. Жизнь окончательно покинула его тело, однако на лице мужчины застыла почти незаметная улыбка.

Руджер не знал, что тот видел перед смертью.

Быть может, он просто был рад оставить всё позади, а может почувствовал облегчение, передав кому-то свою работу.

Однако одно мужчина мог сказать — душа Андрея смогла спастись и, наконец, обрести покой.

«Искупление».

Руджер на мгновение прикрыл глаза, после чего развернулся и огляделся по сторонам.

После боя вся лаборатория и близлежащие территории остались лежать в руинах: повсюду валялись обломки от стен, машин и прочего оборудования, а также остатки от корней Мирового Древа.

«Учитывая, сколько здесь следов, я даже не представляю, какое оправдание можно придумать».

Может быть, ему стоило притвориться, что он вместе со всеми потерял сознание?

«Я израсходовал слишком много маны».

Руджер достал из внутреннего кармана баночку с таблетками, и, достав одну, сунул её в рот.

«Чрезмерное использование магии может серьёзно сказаться на моем теле».

Однако, когда мужчина уже решил передохнуть, он почувствовал, как по коже пробежал холодок от внезапно появившегося подавляющего присутствия за спиной.

Быстро обернувшись, Руджер заметил маленькую чёрную точку, зависшую в центре кратера.

«Что?»

Неужели, его атака не убила демона?

Точка, тем временем, начала стремительно расти, пока не превратилась в тёмное пламя, между языками которого яростно сверкнули красные глаза.

— Этого не может быть! Не может быть!

Басара завыл, и его вой звоном отдался в ушах Руджера, будто кричали у него над головой. Однако это был не простой крик — вместо звуковых колебаний он использовал магические, достигающие души.

Обычный человек, услышав такое, тут же потерял бы сознание.

«Чёрт. Он как таракан. Неужели все демоны такие живучие?»

Руджер еле сдержался от того, чтобы не выругаться вслух.

Он израсходовать почти всю свою ману в последней битве, поэтому, если им придется сразиться еще раз, с большой вероятностью он проиграет.

«Следует уничтожить его, пока он полностью не восстановил свою силу».

Но как?

Руджер и так использовал свое лучшее заклинание против демона, но тот все равно не умер.

Как можно было убить его?

Размышляя об этом, мужчина заметил, что с Басарой что-то было не так.

«Его тело не может регенерировать?»

Существо, парящее в воздухе, представляло из себя лишь сгусток маны, наделенный сознанием — лишенная физической оболочки душа.

«Тогда это означает, что он тоже не в лучшей форме».

Это был шанс.

Однако только Руджер собрался активировать свою магию, как внезапно истошные крики прекратились, и красные глаза Басары в упор уставились на мужчину.

— Человек!...

— Руджер Челичи.

— Т-ты… Это ты все испортил!

Демон, чьё физическое тело разрушилось, а духовное сильно пострадало, не мог контролировать свои бурлящие эмоции.

Он смотрел на Руджера с такой ненавистью и гневом, каких раньше никогда не испытывал. Единственное, что он хотел сейчас сделать, это убить жалкого человека самым жестоким из известных ему способов.

Руджер, в свою очередь, с готовностью встретил чужой яростный взгляд, при этом внимательно следя за окружающей обстановкой.

Подпитываемый эмоциями, Басара к тому времени раздулся до размера большой собаки, но, видимо, это был его предел, так как духовное тело не могло расшириться больше. На самом деле, ему было сложно поддерживать его даже в таком состоянии, так что оно начало медленно рассыпаться.

Его жизнь висела на волоске.

Демон не мог долго существовать без физической оболочки, и Басара ясно чувствовал, что его время было на исходе. Оставшейся от него сгусток маны был крайне нестабилен.

Такими темпами он действительно мог умереть.

Судорожно размышляя, Басара пришел к выводу, что, вместо того, чтобы драться с Руджером, он должен был как можно скорее найти себе новый сосуд. Но где?

В отличие от Луипольда обычное человеческое тело не могло выдержать его силу.

В один момент взгляды демона и человека столкнулись в воздухе и они напряглись, однако в тот самый миг Басара почувствовал странно-знакомую энергию. Глаза демона метнулись в ту сторону, и Руджер проследил за ними, однако не увидел там ничего, кроме полуразрушенной стены и части обвалившегося потолка.

Однако Басара ясно чувствовал эту странную силу, задевающую что-то глубоко в его нутре.

— Значит, он всё ещё здесь! Остаток той проклятой святой!

— Что?

Прежде, чем Руджер успел спросить, демон начал действовать.

Приняв форму черного тумана, Басара подлетел к потолку лаборатории и просочился в образовавшуюся в результате боя трещину, стремясь попасть наружу. Это стало возможным только потому, что он был лишен своего физического тела.

Всё произошло так быстро, что у Руджера физически не было времени среагировать на такое неожиданное поведение демона.

— Чёрт.

На самом деле, он думал, что тот попытается сбежать через проходы, ведущие в другую часть подземелья, но он решил пойти через дыру в потолке?

Кроме того, по его поведению становилось ясно, что это был не просто испуганный побег. Он явно направлялся за чем-то конкретным.

— Но моя мана…

Руджер измерил оставшиеся у него запасы.

Он не знал, что конкретно увидел демон, однако был уверен, что тот явно говорил что-то о святой.

«Святая и демон».

Эти слова пронеслись в голове Руджера с бешеной скоростью, завершившись лицом прекрасно знакомой ему девушки.

Недолго думая, мужчина закинул в рот все оставшиеся таблетки восстановления маны, и его тело растворилось в тени, словно мираж.

***

Рене, изо всех сил бежавшая по улице в сторону императорского дворца Девалк, внезапно остановилась и пристально уставилась на землю в нескольких метрах от себя.

— Рене?

Элендил обеспокоенно подошла к подруге, но не успела она задать ни одного вопроса, как Рене вдруг закричала.

— Все бегите!

Однако было слишком поздно: земля под их ногами начала дрожать и трескаться, словно во время засухи.

— Какого чёрта?

— Почему вдруг?...

Студенты и сопровождающие их рыцари в панике заметались, когда из щелей в земле, словно лава, начал вытекать чёрный туман. Полностью поднявшись в воздух, он застыл, и на людей посмотрела ярко-красная пара сверкающих глаз.

— Где ты?

В тот момент, когда раздался этот голос, все люди в пределах слышимости рухнули на колени и отчаянно схватились за головы, не в силах противостоять его психическому давлению.

Басара, тем временем, нетерпеливо закатил глаза и начал внимательно осматриваться, пока, наконец, не столкнулся со сверкающим золотым взглядом.

— Нашёл!

Красные глаза демона сузились, и чёрный туман вокруг него внезапно превратился в водоворот, бросившийся к застывшей от шока Рене.

Однако тогда, когда он уже собрался поглотить её тело, перед девушкой возник электрический защитный барьер. С удивлением, она увидела впереди себя знакомую женскую фигуру с длинными темно-синими волосами.

— Старшая Флора?

Флора Люмос выступила вперёд, чтобы защитить её.

«Почему она?... Нет. Сейчас не это имеет значение. Даже магия старшей Флоры не сможет долго противостоять силе этого существа».

Демон, словно подтверждая ее мысли, с легкостью преодолел барьер и снова попытался броситься на свою добычу, однако Флора быстро восстановила барьер одной рукой, другой создав мощный порыв ветра, отбросивший Рене назад.

Девушка уже открыла было рот, чтобы что-то сказать, однако Флора повернулась к ней раньше, чем она успела произнести хоть слово.

— На этом мой долг оплачен.

В ту же секунду магический барьер окончательно рухнул, и черный туман полностью поглотил Флору.