Раз уж я всё-таки умудрился простудиться, ничего не оставалось, кроме как отдыхать. Выпив жаропонижающее, найденное дома, я медленно вернулся в постель и лёг.

«…Ну, учитывая всё, что произошло, я и так неплохо держался до вчерашнего дня».

Вспоминая всё с начала декабря, я понял, что этот месяц был переполнен событиями гораздо больше, чем обычно.

Всё началось, пожалуй, с ситуации моих родителей. Я волновался из-за них, пытаясь жить обычной школьной жизнью, выстраивать новые отношения с Уми и общаться с такими людьми, как Амами-сан, Нозому и Нитта-сан.

Психическое напряжение и физическая усталость постепенно копились, а когда вчера всё наконец разрешилось, удерживаемое мной напряжение спало, и накопленная усталость сразу обрушилась на меня.

Наверное, в долгой перспективе эти моменты станут хорошими воспоминаниями, особенно встреча со всеми, кто фотографировался с моими родителями — это для меня бесценно. Но, честно говоря, слишком много всего произошло за один месяц.

Любой, кто не привык к подобному круговороту событий, закончит так же, если попытается сопротивляться.

Вчера вечером мама, вероятно, выпив с Сорой-сан, оставила записку: «Сегодня возвращаюсь к работе (чмок! ♡)» и бодро отправилась на работу. Я написал ей о температуре, но понятия не имею, когда она вернётся.

С запасами еды и напитков пока порядок — осталось с вечеринки, но если болезнь затянется на пару-тройку дней, я начну волноваться.

В любом случае, надеюсь, симптомы скоро спадут.

«Ах, точно. Нужно сообщить Уми».

Сообщив маме, я сразу написал сообщение Уми.

На протяжении зимних каникул мы планировали встречаться почти каждый день, но эти планы придётся отложить.

Не видеть Уми какое-то время очень грустно, но если у меня простуда, я не могу рисковать здоровьем своей любимой девушки.

Пока остаётся только лежать в кровати и терпеливо ждать восстановления сил.

[Маэхара]: «Уми, извини».

[Асанаги]: «Доброе утро, Маки!»

[Асанаги] «Что такое? Что-то случилось?»

[Маэхара]: «Насчёт вчерашнего обещания… Я немного плохо себя чувствую, можем перенести?»

[Асанаги]: «Может, простуда?»

[Маэхара] «Ага. Именно».

[Маэхара]: «Температура, кажется, 39.6».

[Асанаги]: «Т».

[Маэхара]: «Уми?»

[Асанаги]: «Ой, извини, палец соскользнул».

[Асанаги]: «Нет, ну температура просто сумасшедшая!»

[Асанаги]: «Тебе плохо, да? Я уже иду!»

[Маэхара] «Подожди, нет, это…»

Я ожидал подобной реакции, но по её сообщениям видно, что она взволновалась намного сильнее, чем я думал.

…Возможно, зря я так сразу написал ей про высокую температуру.

Получилось, что я заставил её волноваться больше, чем нужно.

[Маэхара]: «Нет, ни в коем случае. Я рад, что ты заботишься, но я могу заразить и тебя».

[Асанаги]: «Но Маки, ты сейчас один, верно? Я слышала от мамы, что тётя Масаки уже вышла на работу — так ты нормально не отдохнёшь. И в больницу самостоятельно не доберёшься!»

[Асанаги]: «Между прочим, здесь нет больниц в шаговой доступности».

[Маэхара]: «Ух».

Наш район похож на сельскую местность. До ближайшей открытой в выходные или праздники клиники нужно ехать на машине или общественном транспорте.

Я рассчитывал сбить симптомы домашними средствами перед выходом, но…

[Асанаги]: «Я понимаю, ты не хочешь доставлять мне неудобства, Маки».

[Асанаги]: «Но больницы на Новый год тоже закрываются, поэтому нельзя тянуть — вдруг станет хуже».

[Асанаги]: «Поэтому я сейчас же приеду к тебе».

[Асанаги]: «И немедленно отвезу тебя в больницу».

[Маэхара]: «…М-м».

Когда она так говорит, ничего не остаётся, кроме как сдаться.

Уми, вероятно, права по поводу того, как нужно вести себя во время болезни, да и семья Асанаги, живущая здесь давно, наверняка знает лучшие больницы.

Я не хочу доставлять ей хлопоты, но слишком упрямиться тоже нехорошо.

Будь я на её месте, тоже захотел бы быть рядом с любимым человеком, даже рискуя заразиться.

[Маэхара]: «…Прости, Уми».

[Маэхара]: «Я снова на тебя полагаюсь».

[Асанаги]: «Всё нормально. Раз уж мы зашли так далеко, я позабочусь о тебе, пока не поправишься».

[Асанаги]: «Считай это дополнительным обслуживанием после того раза».

[Маэхара]: «С-спасибо, я на тебя рассчитываю».

Совсем недавно она утешала меня у себя в комнате до утра, а теперь ещё и собирается приехать ухаживать за мной.

…До демонстрации ей своей крутости в роли парня мне явно ещё далеко.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Уми позвонила примерно через несколько минут после просьбы о помощи — видимо, уже закончила собираться.

— …Алло?

— Маки, ты как?

— Хотелось бы сказать, что в порядке… но, честно говоря, мне не очень хорошо.

— Боже, Маки, опять притворяешься. Это только сильнее тревожит, так что в такие моменты будь честен, ладно?

— Понял…

— Хе-хе, умница.

Услышав мой голос, она немного успокоилась и теперь говорила очень нежно.

Узнать, как я себя чувствую, можно и по сообщениям, но в такие моменты слышать голос — лучшее средство.

— Я у входа в подъезд, скоро буду у тебя.

— Хорошо. Тогда я сейчас открою…

— Нет-нет-нет! Ты лежи и отдыхай — не двигайся!

— А? Но…

— Всё нормально, у меня есть ключ.

— …А?

Ключ? От нашей квартиры? Откуда?

Растерявшись, я услышал, как щёлкнула входная дверь, а сразу после этого в комнату заглянули две головы.

— Хе-хе, доброе утро, Маки!

— Ой, ну и вид у тебя. Температура высокая, да?

— Уми… и Сора-сан тоже?

— Доброе утро, Маки-кун. Решила тоже немного похлопотать о тебе вместе с дочерью.

Это, конечно, успокаивает, но появление Соры-сан стало для меня неожиданностью.

— Маки, мы отвезём тебя в больницу — надо нормально обследоваться. Мама будет за рулём. У тебя карточка страхования в кошельке, верно?

— Наверное… Но подожди, откуда у тебя ключ от моего дома?

Ключ, поблёскивающий в руке Уми, точно наш.

В семье Маэхара три ключа: один у меня, один у мамы, и запасной лежит в её комнате на случай потери… Подожди… Не может быть.

— Неужели мама дала тебе запасной ключ?

— Ага. Вчера вечером, когда пошла пить с тётей Масаки. Правда же?

— Верно. Она сказала: «Позаботься о моём сыне». Сначала я сомневалась, но раз это парень моей дочери — всё в порядке.

— Как и следовало ожидать…

Уми и Сора-сан — надёжные, и, если честно, в подобных бытовых вопросах это, наверное, даже лучше, чем мама, которая немного легкомысленна.

Пока что ключ хранится у Соры-сан, и она передаёт его Уми, когда нужно. …В такие моменты, как сейчас.

— Маки-кун, полностью переодеваться не надо — просто надень что-то тёплое сверху. Уми, возьми пуховик со стула.

— Уже бегу!

Под чётким руководством Соры-сан я быстро собрался, затем, опираясь на них, сел в семейную машину Асанаги, и мы направились в их привычную больницу.

По словам Соры-сан, дорога занимает двадцать минут. Станций поблизости нет, а автобус ходит всего раз в час — решение Уми было абсолютно правильным.

Температура с утра, похоже, даже немного поднялась.

— Мам, сегодня у тебя больной пассажир, так что веди осторожно, ладно?

— Я всегда вожу аккуратно. Не говори при Маки-куне такое, а то он ещё неправильно поймёт. У-фу-фу.

— …

Улыбка Соры-сан на водительском сиденье внезапно показалась мне пугающей.

[Маэхара]: «Уми».

[Асанаги]: «Ну, понимаешь…»

[Асанаги]: «Мама обычно ездит нормально. Я же с ней катаюсь всё время — она хороший водитель».

[Асанаги]: «Но… если увидит, что кто-то превышает скорость, или заметит хамов на дороге, может немного… взбеситься».

[Маэхара]: «У неё как будто меняется характер?»

[Асанаги]: «Ага. Становится… ядовитой, наверное».

[Маэхара]: «Понял. Лучше помолчу».

Мы тайком переписываемся, чтобы Сора-сан не заметила, а я тем временем надёжно пристёгиваюсь ремнём на заднем сиденье.

Я благодарен за поездку, так что не жалуюсь — просто молча надеюсь, что всё пройдёт спокойно.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

— Да, это простуда. У тебя жар и немного воспалено горло, так что поставим капельницу, чтобы сбить температуру и снять воспаление. Ещё выпишу лекарства — возвращайся домой, держись в тепле и отдыхай.

До больницы мы добрались без происшествий к середине утра. После осмотра я пролежал около получаса под капельницей. Возможно, придётся вернуться, в зависимости от анализов, но пока что просто отдохнуть будет достаточно.

— Маки, сюда.

Когда я вышел из кабинета, Уми уже ждала, чтобы поддержать меня. После лечения я чувствовал себя чуть лучше и мог идти сам, но раз она так переживает, позволил ей помочь.

— Маки-кун, ну как?

— Зависит от анализов, но, похоже, просто простуда. Серьёзных симптомов нет — через пару дней должно пройти.

— Фу-у-ух…

Похоже, Сора-сан тоже волновалась — она облегчённо выдохнула после моего ответа.

Хоть я и парень её дочери, но для неё просто посторонний, а она уже столько для меня сделала — я искренне благодарен.

— Я уже сообщила тёте Масаки, так что не думай ни о какой благодарности — просто отдыхай.

— Да. Спасибо вам большое.

— Хе-хе, не за что. Лекарства мы взяли, так что поехали домой, хорошо?

Они оплатили и за приём, и за лекарства, а потом мы все втроём поехали в машине Соры-сан к моему дому.

По пути в больницу в машине царило напряжение из-за моего состояния, а теперь Уми и Сора-сан выглядели намного спокойнее.

— Эй, Уми, с Маки-куном, похоже, всё не так серьёзно — хорошая новость, верно?

— Ч-что ты сразу меня спрашиваешь?!

— Ой, ты что, забыла, Уми? Сегодня утром ты разбудила меня в панике и кричала «Маки, Маки!». Даже в комнате ожидания не могла усидеть спокойно.

— Ну, да, но я ведь… должна была…

Уми покраснела и опустила взгляд, но не отпустила мою руку.

— Он же ещё вчера был совершенно здоров, а сегодня температура взлетела, голос слабый, вид у него ужасный… Мы ведь только-только стали встречаться… Я испугалась. Вдруг бы больше не смогла его увидеть…

— Уми…

Она всегда выглядит уверенной, но на самом деле Уми тревожится больше всех. Увидев, как мне трудно дышать, она, наверное, представила худшее.

— Прости, Уми. Ничего серьёзного. Я зря заставил волноваться.

— …Маки, дурак. Если ещё раз заболеешь и никому не скажешь — никогда, никогда не прощу!

— Простуда ведь сама по себе случается…

Всё равно мне пора перестать перенапрягаться и начать заботиться о себе, а не только о других.

Я хочу, чтобы Уми больше не приходилось вот так переживать. Я хочу, чтобы она всегда могла спокойно улыбаться рядом со мной.

После этого Уми постоянно заботилась обо мне: «Вот, попей воды, нужно восполнить запасы жидкости!», «Ты не вспотел? Сейчас протру!» — так, что даже Сора-сан, сидя за рулём, с трудом сдерживала улыбку. И вот мы приехали к дому Асанаги.

Как оказалось, Рику-сан, как обычно, дома, а Дайчи-сан на работе и вернётся только после Нового года.

— Уми, я отлучусь по делам, так что позаботься о Маки-куне. Запасные футон и подушки в гостевой комнате — уложи его там. В свою комнату не тащи, ясно?

— Ой, ну мам, ну что ты такое говоришь! Маки, не слушай её — проходи, проходи!

— А, да… Простите… Подожди.

— А? Что случилось?

— Это я хотел бы спросить.

Я-то думал, почему пейзаж за окном не совпадал с дорогой домой. Оказывается, меня высадили не у моего дома, а перед домом Асанаги.

Я думал, сначала завезут Уми, а потом отвезут меня домой, но Сора-сан умчалась по делам, оставив нас вдвоём.

— Эй, Уми.

— Что такое

— Мне ведь надо отдохнуть, да?

— Ага. Поесть нормально, принять лекарства, быть в тепле и спать.

— Значит, мне пора домой.

— Нет, это не вариант.

— Почему?

Я не против быть приглашённым в дом Асанаги, но с простудой мне как-то не до этого.

— То есть… я останусь здесь, пока не поправлюсь?

— Мы спросили разрешения у тёти Масаки! Идея была наша.

— Без моего согласия…

Я отошёл от Уми и позвонил маме. Обычно она не берёт трубку, но сегодня ответила сразу.

— Алло, Маки? Всё в порядке?

— Не очень. …Слушай, насчёт ночёвки…

— А, это. Если что, я сначала пыталась вежливо отказаться — у меня, мол, работа, но я ещё могу позаботиться о ребёнке. …Но Уми-чан меня уговорила.

— Ясно. А что она сказала?

— Это секрет. …Но я подумала, что тебе будет спокойнее, если рядом будет надёжная Уми-чан, чем я — уставшая после работы. Или ты хочешь, чтобы мамочка снова тебя холила и лелеяла? Я бы с радостью!

— Это… однозначно нет.

— Эх, жаль.

Представив, как мама меня «нянчит», я передёрнулся.

Полагаться на Уми — это нормально, но быть старшеклассником, которого опекает мама… не то.

— В общем, я загляну, когда смогу, так что не перенапрягайся — пусть Уми-чан о тебе позаботится. Сора-сан и я всё уладим.

— Раз так… ладно.

— Хе-хе, спасибо. …Прости, Маки, что я такая мама.

— Да всё нормально. Ладно, кладу трубку.

— Ого, какой холодный.

Я завершил разговор и вернулся к Уми.

— С возвращением. Пошли!

— Ага… Извини за беспокойство, которое я доставляю твоей семье.

— Эй, опять это виноватое лицо. Да, забота — дело хлопотное, но гораздо страшнее оставить тебя одного. Вот скажи честно — ты сейчас можешь готовить? Стирать? Убираться? Наполнить ванну?

— Это… вряд ли.

С уборкой или стиркой мама, возможно, справится позже, но вот с едой — беда.

Отдых — это не просто лежание в кровати, это ещё и нормальное питание и режим, чего в моей ситуации добиться трудно.

Всё это очевидно, и потому Сора-сан с Уми решили, что лучше, если они позаботятся обо мне сами.

— Я знаю, ты думаешь, что мешаешь нам, Маки. Но мы уже свозили тебя в больницу — дай нам уже довести дело до конца. Для меня и даже для мамы ты уже не просто «какой-то знакомый».

— Ух…

Эти слова бьют прямо по слабому месту.

После того ужина на днях, не только Уми, но и Дайчи-сан с Сорой-сан стали меня принимать. Да, они отчитали нас за тот случай с ночёвкой, но простили, а Дайчи-сан даже дал совет насчёт семьи.

Они начали относиться ко мне как к своему.

…И всё равно, во мне до сих пор осталась капля сомнения — можно ли вот так вот полагаться на доброту Уми и Соры-сан?

— Маки, ты опять что-то там себе накручиваешь, да?

— …Ты поняла?

— Ну да. Я же твоя девушка, в конце концов. …Подойди сюда, а?

С этими словами Уми крепко меня обнимает, не обращая внимания окружающих.

Прямо как в ту ночь, когда она утешала меня, пока я ревел как ребёнок. …Уми так нечестно играет.

Когда она так делает, всё моё самообладание и сдержанность куда-то исчезают, и настоящие чувства тут же прорываются наружу.

— Я ведь не какой-то выдающийся парень. Всего лишь тряпка, хоть и старшеклассник, чуть что — сразу заболеваю, и постоянно всем доставляю хлопоты.

Сейчас всё нормально, но вдруг однажды она устанет от меня.

Говорят, я добрый и заботливый — возможно, это одно из немногих моих достоинств, но это всего лишь одна сторона медали. За ней скрывается страх быть отвергнутым.

— …Прости. Похоже, болезнь влияет и на настроение.

— Хе-хе, похоже на то. Боже, Маки, ты безнадёжен.

И всё равно Уми продолжает нежно гладить меня по голове.

Будто принимает все эти запутанные чувства — не хочу быть обузой, но хочу на неё опереться; хочу на неё опереться, но не хочу показаться слабым.

— Пока что просто позволь нам о тебе позаботиться. Поешь, поспишь, а когда твои разум и тело придут в порядок, расскажешь всё, что на душе.

— …Ага, спасибо, Уми. Тогда я снова положусь на тебя.

— Ага. Добро пожаловать, Маки!

С этими словами я полностью доверился Уми, лёг на мягкое постельное бельё в гостевой комнате и позволил Уми с Сорой-сан заботиться обо мне.

Так начинается моё восстановление в доме Асанаги.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Я должен был оставаться здесь, пока не поправлюсь как следует — что нормально, но есть несколько моментов, которые беспокоят.

Во-первых, одежда. Врач сказал, что температура спадёт через два-три дня, а значит, всё это время я буду на попечении.

Я не могу всё время носить эту пижаму. Я сильно вспотел и это неприятно. Хочется переодеться, но меня притащили в больницу как есть, так что пока выбора нет.

Можно, конечно, попросить Сору-сан или Уми забежать домой за вещами… это неосмотрительно, но и просить купить новые как-то не по себе…

Пока я это обдумываю, Уми заглядывает в комнату, отодвигая дверь.

— Маки, я принесла сменное бельё и домашнюю одежду. Давай переоденемся, пока мама не вернулась. Скоро обед — ты есть сможешь?

— Не особо голоден… Подожди, чья это одежда?

— Хм? А, брата. Он высокий, но худощавый, так что размер подойдёт. Всё чистое, не переживай.

— Рику-сана… Ладно, спасибо, Уми.

Проверив размер, понимаю, что у Рику-сана L — мне подойдёт, я обычно ношу M. Может, бельё чуть великовато, но для того, кто просто лежит, главное — чтобы оно было чистым.

— Маки, ты справишься? Помочь переодеться?

— Н-нет, сам справлюсь!

— И… снизу тоже?

— И снизу тоже! Боже, я сам!

— Правда~? Хе-хе, шучу, шучу. Извини. Я пока подготовлю пакет со льдом, переодевайся скорее.

Похоже, то, что я у неё на виду, её немного успокаивает — Уми, как обычно, шутливо улыбается и закрывает дверь.

Подшучивает над больным… Ну, если это Уми — мне даже нравится.

Поблагодарив про себя Рику-сана за одежду, я переодеваюсь до возвращения Уми и ложусь, как было велено.

Ещё недавно мысль спать в чужом доме казалась странной, но в доме Асанаги на удивление спокойно. …Наверное, потому что здесь пахнет Уми?

— Прости, что задержалась… О, уже лёг? Молодец, что слушаешься — держи поглаживание в награду.

— М-м-мф… Боже, ты опять как с ребёнком обращаешься.

— Говоришь так, а сам ведь ещё ребёнок, Маки. Ну, я тоже. …Подними голову, я подушку положу.

Она подкладывает мне под шею холодную подушку и кладёт влажное полотенце на лоб, охлаждая горячую голову. Капельница сняла большую часть усталости и озноба, но температура всё ещё высокая.

— Я буду в гостиной рядом, так что зови, если что — в туалет, переодеться, неважно.

— Понял. Спасибо, Уми.

— Всегда пожалуйста. Вода вот тут… Спокойной ночи, Маки.

Уми с нежностью касается моей щеки, затем встаёт и выходит из комнаты.

— Спокойной ночи, Уми.

Слабый шум телевизора и бытовые звуки доносятся из соседней комнаты — и я закрываю глаза.

Обычно, когда я болею в одиночку, высокая температура заставляет меня нервничать, а тишина раздражает. Но осознание того, что Уми совсем рядом, успокаивает.

«…Пожалуй, посплю пока».

Поблагодарить Уми, Сору-сан и Рику-сана за одежду я смогу позже. Сейчас главное — выздороветь.

Чтобы снова бездельничать с Уми у меня дома.

*спит*

Медленно дыша, я погружаюсь в сон. Температура ещё держится, но лекарства из больницы скоро должны подействовать.

Как только я начинаю засыпать, до слуха доносится тихий стук.

— Ннх?..

Вздрогнув от звука, я сонно открываю глаза.

Поворачиваю голову и вижу, как Уми обеспокоенно выглядывает из приоткрытой двери.

— Уми?..

— П-прости. Я беспокоилась, нормально ли ты спишь…

— Понятно. Я в порядке, так что отдохни тоже, Уми.

— Д-да, так и сделаю.

Уми неловко улыбнулась и отступила, но, зная её тревожный и заботливый характер, уверен, что она заглянет снова.

Поэтому, даже после того, как дверь закрылась, я продолжаю смотреть на неё. И, конечно же…

Через пять минут Уми ме-е-едленно заглядывает снова.

— …

— …

Наши взгляды пересекаются, и между нами повисает тишина.

— Ну… э-э-э…

— Уми, это…

— Н-но! Я же беспокоюсь о тебе, Маки, так что ничего не могу с собой поделать!

Сдавшись, Уми входит в комнату с полотенцем и спортивным напитком под мышкой.

Я не думаю, что нужно так заморачиваться, но Уми явно решила ухаживать за мной по полной.

— Я не могу оставить тебя одного… Сидеть спокойно, пока ты мучаешься? Не могу.

— Но ты ведь можешь заразиться.

— Могу, но… Мне спокойнее, когда я рядом с тобой.

Она такая упрямая, но каждая её черта мне кажется такой милой, что отказать невозможно.

— Ладно. Раз уж я остаюсь тут, полностью избежать контакта вряд ли получится… Значит, позволю тебе ухаживать за мной, сколько захочешь.

— Вот так лучше. Ты ведь и сам счастливее, когда я рядом, да, Маки? Твоё настроение улучшится, и ты скорее поправишься!

— Не уверен насчёт этого… Хотя говорят, что все болезни от нервов, так что, возможно, это и сработает.

Врач упоминал, что причиной мог стать стресс, так что позволить Уми заботиться обо мне, возможно, неплохая идея.

…Я слишком легко иду на поводу у Уми.

— Хе-хе, наконец-то понял, да, Маки?.. Шучу — спасибо, что терпишь мои капризы.

— Нет, это я должен благодарить тебя за всё, что ты делаешь. Честно говоря, мне было немного одиноко.

— Тогда ради одинокого Маки-куна сегодня я постараюсь быть с тобой как можно дольше!

— Да. Рассчитываю на тебя.

— Эхе-хе. Хочешь, за руку возьмёмся? Чтобы тебе было не одиноко спать.

— …Пожалуй, так и сделаем.

Балуя друг друга, мы с Уми крепко переплетаем пальцы.

— Маки, ты всё ещё горячий.

— Ага. Так что остуди меня хорошенько своими руками, Уми.

— Какой избалованный мальчик.

— Ну… Может, только с тобой.

— Правда. Ладно, балуйся, сколько хочешь, пока здесь. Я позабочусь о тебе по полной!

Уми садится рядом, держит мою руку и нежно гладит лицо свободной рукой.

Мне это действительно очень нравится.

— …Спокойной ночи, Уми.

— Ага. Теперь точно спокойной ночи.

Ощущая тепло и аромат Уми, я погружаюсь в глубокий, спокойный сон.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Уми всё время была рядом, и я проспал до самого вечера без кошмаров.

— …Холодно.

Я хватаю полотенце со лба — оно всё ещё влажное и прохладное, видимо, его только что поменяли.

Я медленно поднимаюсь в полутёмной комнате. Голова уже яснее, чем раньше — вероятно, температура начала спадать.

Проверяю телефон у подушки — 9 вечера. Меня уложили примерно в 11 утра, значит, я проспал целых десять часов подряд.

Вот это я вырубился.

— О, Маки, ты уже проснулся? Прости, я была в ванне и ненадолго вышла из комнаты.

Уми входит в комнату в спортивном костюме, её волосы ещё влажные после ванны. От свежих волос доносится сладкий аромат шампуня, отчего моё сердце замирает.

— Ясно… Подожди, ты всё время была рядом, пока я спал?

— Ага. Я отлучалась поесть или в туалет, но в основном была рядом.

Подойдя ближе, Уми берёт меня за руку, вторую руку осторожно прикладывает ко лбу, проверяя температуру, затем перепроверяет термометром.

— …Отлично! Температура значительно упала с обеда. Маки, ты голоден? Уже поздновато, но тебе стоит поесть. Каша подойдёт?

— Да, подойдёт… Подожди, ты сама её готовишь, Уми?

— Ну, конечно… Что за лицо? Проблемы какие-то? Мм?

— Нет, я рад, что ты готовишь, просто… ты ведь, ну, не особо в этом хороша.

Сам я этого не видел, но по слухам (от Амами-сан), Уми способна превратить ингредиенты шоколадного печенья в уголь — так что даже с простой рисовой кашей надо быть осторожнее.

— Всё нормально. Мама меня научила, и если будут сомнения, она поможет. Я не собираюсь рисковать тобой из-за какой-то странной гордости.

— П-правда? Тогда ладно.

Если она будет чётко следовать указаниям Соры-сан, то всё будет нормально… Но если решит делать всё сама, возможно, придётся готовиться к «уголькам».

В любом случае я не собираюсь отказываться от блюда, приготовленного моей девушкой.

Пока Уми готовит поздний ужин, я направляюсь в туалет. Сегодня без ванны — просто переодеться, но завтра, если станет лучше, может быть, оботрусь полотенцем или приму ванну.

Семейная ванна… Интересно, смогу ли я там расслабиться?

«…Ладно, об этом позже подумаю. Пока что в туалет…»

Сдерживая желание, я тянусь к двери туалета прямо рядом с гостиной, когда дверь вдруг открывается сама.

Там уже кто-то был.

— Ах.

— О…

Неудачное (или удачное?) время — сталкиваюсь прямо с Рику-саном. В отличие от нашей первой встречи, он в нормальной домашней одежде, хотя длинные спутанные волосы всё те же.

Суровый с виду, но вроде бы добродушный.

— Э… Рику-сан, здравствуй…

— А, да. Мама мне рассказала… Не повезло тебе, да.

— Нет, извини, за беспокойство в прошлый раз.

— Да я не… В общем, проходи.

— А, да. Извини.

После неловкого обмена фразами я слегка кланяюсь и быстро захожу в туалет, чтобы спокойно сделать свои дела.

Я здесь задержусь, так что переживал, не доставлю ли хлопот Рику-сану, но раз он так сказал, просто постараюсь не мешать.

— Эй, братишка, я готовлю, не мешай мне — ты меня отвлекаешь!

— Боже, я просто хотел взять попить… Ай, горячо?! Ты чего, идиотка, задела половником — попало по руке!

— Эй, потише там, оба!

«…По-прежнему весело у них».

Слушая семейную перепалку из гостиной, я тихонько улыбаюсь.

Когда-нибудь мне бы хотелось естественно вписаться в этот круг.

Как только шум стихает и шаги Рику-сана удаляются в его комнату, я возвращаюсь в гостевую комнату и жду блюда от Уми.

Простое блюдо, но я немного волнуюсь — хотя запах, доносящийся из кухни, кажется приятным, и это уже радует.

— Прости, что заставила ждать, Маки. Вот!

— Спасибо, Уми. Это каша с умэбоси[1]?

[1]: Умэбоси — солёно-квашеные плоды абрикоса.

— Ага. Просто рисовая показалась слишком пресной, так что в конце добавила умэбоси. Сделала побольше, давай вместе поедим.

В маленькой кастрюльке, рассчитанной на одного человека, плещется рисовая каша, а в самом её центре находится красная умэбоси… На вкус ещё не пробовал, но выглядит очень аппетитно.

— Маки, вот.

Я ожидал этого — Уми зачерпывает немного каши маленькой ложечкой и подносит её к моим губам.

— Э, Уми-сан…

— Ой, прости, не остудила. Фу-у, фу-у… Вот так, теперь нормально.

— Нет, я не это имел в виду…

— Давай уже.

— …Ммф.

Уми ухмылялась, словно давила на меня «дай покормить», а Сора-сан издалека наблюдала за этой сценой.

Такое внимание немного смущает и даже кажется чрезмерным, но бороться с ними бесполезно, так что я буду вести себя послушно.

— А… ням.

— Молодец, Маки! Не горячо? Язык не обжёг?

— Нет… О, это вкусно!

Вкус — главная моя тревога — оказался абсолютно нормальным, даже жаловаться не на что.

Лёгкая солоноватость каши отлично сочетается с мягкой кислинкой умэбоси, постепенно растворяясь во рту.

С утра я почти ничего не ел, кроме напитков, так что голод только усиливает впечатление. Но даже без этого каша была бы очень вкусной.

Её немного больше, чем нужно, но съесть всё до конца мне вполне по силам.

— Правда? Эхе-хе, ура! Хотя мама была рядом, так что я не могу сказать, что полностью сама приготовила.

— Но ведь ты старалась от начала до конца, да? Значит, это полностью твоё блюдо, Уми.

— Наверное. Так… Ещё ложечку?

— Да, давай.

— Вот, держи.

После этого Уми медленно и не спеша кормила меня кашей.

Желудок ещё слабый от температуры, так что я немного оставил, но на первый день этого вполне достаточно.

…Разумеется, с завтрашнего дня никаких кормлений с ложечки.

После еды я принимаю выписанные в больнице лекарства и ложусь спать до утра, чтобы быстрее выздороветь. Во время болезни самое главное — отдыхать и избегать лишних нагрузок.

— М-м-м, поправить… вот так, готово.

— Уми, что ты делаешь?

— Хм~? Да так, кое-что~.

После еды я некоторое время рассматривал потолок комнаты. Уми начала что-то доставать из шкафа.

Наблюдая за ней, я понимаю, что она спокойно раскладывает ещё один комплект постельного белья — матрас, одеяло, подушку.

— …Погоди, Уми, ты тоже здесь будешь спать?

— Ага. Я же обещала быть с тобой сегодня, так что, естественно, остаюсь спать тут. Ах да, мама сказала: «Только сегодня, можно».

Так что, что бы я ни говорил, Уми не сдастся. К тому же, она уже забралась в постель, а у меня нет сил бороться с её энергией.

В этой небольшой комнате поместились два футона, плотно лежащие друг к другу.

— Маки, я выключаю свет.

— Ага. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Уми нажимает кнопку на пульте, и в комнате становится темно. Сора-сан уже в своей спальне, так что на первом этаже остаёмся только мы с Уми.

Я уже второй раз ночую с Уми, но почему это происходит, когда моё тело или сознание не в лучшем состоянии?

Хотя… будь я здоров, Сора-сан, скорее всего, вообще не позволила бы нам спать вместе.

Разговаривать или дурачиться перед сном в моём состоянии тяжело.

— …

Пожелав спокойной ночи, я закрываю глаза, стараясь заснуть, но после долгого дневного сна чувствую себя полностью бодрым. Обычно я бы встал, почитал что-нибудь или послушал радио до появления сонливости, но рядом со спящей Уми это невозможно.

Из любопытства я незаметно повернулся в её сторону.

Она только что крутилась, устраиваясь поудобнее, но сейчас слышно лишь её ровное дыхание — уже заснула.

Приоткрыв глаза, я увидел Уми, которая как раз повернулась лицом ко мне. Её глаза были закрыты.

Её спящее лицо такое же милое, как всегда. Обычно она забавно пускает слюни и выглядит слегка неряшливо, но сейчас её спокойное выражение подчёркивает её красоту.

— …Уми.

Я прошептал её имя настолько тихо, что никто не услышит.

Я не отличаюсь крепким здоровьем, даже в конце года создаю ей проблемы — но именно она беспокоится обо мне больше всех и бережёт меня.

— Я люблю тебя… Уми.

Я тихо произношу свои искренние чувства. До сих пор не верится, что у меня есть такая милая девушка, как Уми, и ещё меньше — что я без колебаний говорю такие приторные вещи.

Парень, который раньше отгораживался от всех, избегая общения, изменился настолько, просто встретив одну девушку.

…Любовь — невероятная штука. Возможно, я оказался проще, чем думал.

На мгновение поддаваясь импульсу, я протягиваю руку к милому спящему лицу Уми.

Хочется её коснуться.

У меня нет никаких странных намерений. Просто хочется хоть немного поделиться своими чувствами.

Но прежде чем мои пальцы достигают её щеки, я убираю руку обратно под одеяло.

«…Наверное, лучше завтра».

Уми не обиделась бы, если бы я внезапно коснулся её, но нехорошо будить её, когда она так крепко спит — особенно после того, как она весь день обо мне беспокоилась. Ей нужен отдых.

Побалую её завтра, а пока лягу спать, удерживая её милое спящее лицо в поле зрения. Я медленно закрыл глаза.

— …Не обязательно сдерживаться.

— А?..

Внезапно глаза Уми, которые вроде как спали, широко распахнулись.

Честно говоря, это меня немного пугает.

— Уми, ты что, не спала?

— …Нфу-фу.

Похоже, так и есть. Она притворялась… значит…

Она слышала, как я пытался коснуться её лица, и эту неловкую фразу тоже — возможно, а может, и нет.

— Маки-и-и.

— …Что?

— Скажи ещё разок~.

— Угх…

Подтверждено — она всё слышала. Мои щёки быстро краснеют.

Можно, конечно, списать на температуру, но Уми это точно так не оставит.

— Ну же, не стесняйся. Просто прошепчи, как раньше — мама и братик точно не услышат.

— Может, и так, но…

— Ну пожа-а-алуйста? Скажешь — разрешу трогать моё лицо сколько угодно.

— Нет, тогда, как бы сказать, у меня было такое настроение из-за позднего часа — я не то чтобы…

— Пожалуйста? Скажешь — разрешу трогать моё лицо сколько угодно.

— Заело?

Я произнёс это случайно, но Уми в восторге просит снова.

Когда она так просит, мне даже хочется это сделать… но что мы — больной парень и его девушка — творим в такое время?

Я должен быть слишком измотан, чтобы шевелиться, но когда мы дурачимся с Уми, я забываю обо всём.

Наверное, мы с Уми действительно очень-очень любим друг друга.

Люди называют нас парочкой голубков — теперь понятно почему.

— …Если скажу, ты уснёшь как следует?

— Ага, усну! А завтра буду ухаживать за тобой с удвоенной энергией!

— Ладно…

Я придвинулся к нетерпеливой Уми ближе и коснулся её щеки.

Приятно ощущать её тепло.

— Маки, ты всё ещё немного горячий.

— Ага. Так что, извини, но я ещё чуть-чуть на тебя положусь.

— Мм, конечно. Еда, купание — всё на мне!

— Э… ну, купание, наверное, не надо.

— Э-э-э~

— Никаких «э-э-э».

Мне хотелось бы продолжать так всю ночь, но пора ложиться спать, чтобы завтра быть в форме. Так что я вернулся к более серьёзному разговору.

Придвигаясь ещё ближе, так, чтобы слышала только Уми, я выражаю свои чувства без стеснения.

— …Я люблю тебя, Уми.

— …Я тоже очень люблю тебя, Маки.

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Прикасаясь друг к другу руками и щеками, мы завершаем рождественскую ночь, 25 декабря.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Второй день моего выздоровления в доме Асанаги.

Открыв глаза, я вижу прямо перед собой лицо Уми.

— О, проснулся.

— Ага… Доброе утро, Уми.

— Доброе! Выглядишь намного лучше, чем вчера, Маки. Видимо, лекарства действуют.

Уми касается моих щёк и лба, облегчённо кивая.

Проверяю температуру — ровно 38°C. Лицо всё ещё горячее, и я слегка вялый, но двигаться уже можно.

— Уми, ты ждала, пока я проснусь?

— Ну… Когда смотрела на твоё милое спящее лицо, время пролетело незаметно — всего-то около часа.

— Час…

Для меня это солидный отрезок времени, но сейчас чуть больше восьми утра, так что для Уми это словно короткая дрёма.

Обычно проспать час означало бы опоздание, но во время зимних каникул мы могли спокойно валяться и до вечера.

То же самое и сейчас — можно наслаждаться медленным течением времени.

— Эй, Уми.

— Хм? Что такое?

— Можем ещё немного подержаться за руки?

— …Хе-хе, конечно.

Я сжал руку, которую держал всю ночь. Уми счастливо улыбнулась и нежно ответила на моё пожатие.

Она была рядом перед тем, как я заснул, и теперь дождалась моего пробуждения.

Мне всё ещё не очень хорошо, но часть меня хочет ещё немного побыть вот так.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

После тридцати минут держания за руки и ленивого валяния, мы идём в гостиную завтракать тем, что приготовила Сора-сан.

Желудок ещё слаб после простуды, так что снова ем кашу, но аромат тостов и фруктов на столе заставляет живот заурчать — аппетит возвращается.

Съедаю кашу и немного фруктов, затем возвращаюсь в постель.

Придётся снова пялиться в потолок или лампы, но раз Уми тут, скучно не будет.

В этот момент Уми, которая отошла переодеться в домашнюю одежду, появляется снова…

И смотрит на меня с виноватым видом.

— Э, Маки, мне очень жаль, но…

— Что такое? Ты как-то нарядно выглядишь для домашней одежды…

— Да… Вот в чём дело.

Она слишком долго переодевалась, и её наряд выглядит очень мило. Причина была в сообщении на экране её телефона.

[Амами]: «Уми, сегодня всё в силе — встречаемся на станции до 11. Это последний раз в этом году, когда мы втроём сможем повеселиться в доме Нины, так что давайте закупимся, вкусно поедим и повеселимся!»

— А, понятно… Тогда ничего не поделаешь.

Я уже догадался по её виду, что у неё сегодня планы с Амами-сан и остальными.

Мы немного увлеклись друг другом после признания, но мы не можем встречаться абсолютно каждый день. Дружба — важная часть хорошей жизни, и её тоже нужно ценить.

— Не беспокойся обо мне — иди и веселись. Встреча была запланирована давно, отменять нехорошо.

— Да. Я бы хотела как можно больше времени провести с Ю, но…

— Но ты всё ещё переживаешь за меня?

— …Ага.

Уми тихо кивает.

— Ты выглядишь лучше, чем вчера, и за это я не волнуюсь, ясно? Но заставлять тебя отдыхать здесь, пока я пойду развлекаться с друзьями… как-то нехорошо.

Это я простудился и заставил её переживать, а Уми беспокоится, что я остаюсь здесь почти насильно. Конечно, если я «гость в доме Асанаги», то уйти куда-то, оставив меня, её смущает — это я понимаю.

— Всё в порядке. Ты вчера весь день обо мне заботилась — этого уже более чем достаточно. Я не могу требовать большего… Ну, если честно, мы только начали встречаться, и было бы ложью сказать, что я не хочу быть с тобой. Я был рад, думая, что мы проведём вместе весь сегодняшний день. Но я не хочу портить твои планы своим эгоизмом.

Если бы я попросил, Уми сейчас же позвонила бы им, всё объяснила и отменила бы встречу — и Амами-сан с Ниттой-сан всё бы поняли… Да и Амами-сан, возможно, даже сказала бы: «Конечно, оставайся с ним!»

Но Амами-сан наверняка ждёт встречи с лучшей подругой, и даже если поймёт причину, будет расстроена.

Я пробуду здесь ещё день-другой, так что даже если Уми уйдёт днём, к вечеру она вернётся, и у нас останется куча времени — ужин, вечер, время перед сном… Зная её, она найдёт какой-нибудь повод снова спать рядом со мной. Времени для нас двоих будет достаточно.

Но с Амами-сан и Ниттой-сан не так. Я не знаю их семейных обстоятельств, но у них есть комендантский час и семья, которая их ждёт — семейные поездки, дела по дому и прочее.

Время с друзьями, как ни странно, выпадает редко, поэтому, когда планы совпадают, я хочу, чтобы она ценила это.

Ради Уми, а также ради Амами-сан и Нитты-сан.

— Так что иди и повеселись на полную. А потом расскажи мне обо всём, что сможешь.

— …Ладно. Раз ты так говоришь, Маки, тогда я на этот раз действительно развлекусь. Ах да, ещё хочу как следует поблагодарить их за сочельник.

Точно, ещё и это.

Если бы мы проводили обычную встречу впятером у меня дома позавчера вечером, не было бы никакой романтической атмосферы, признания и даже того поцелуя. Это всё могло бы перенестись на следующий год.

Амами-сан и остальные уже считают нас влюблённой парочкой, но поскольку мы официально начали встречаться в сочельник, нужно поскорее их за это поблагодарить.

— Тогда мне уже пора, я пошла. Маки, смотри не играй весь день в игры, пока меня нет!

— Ты что, моя мама? …Да, я буду спать, пока ты не вернёшься, как ты сказала.

— И в туалет нельзя!

— Что это ещё за наказание?!

— Эхе-хе. Ах да, если почувствуешь себя плохо или температура подскочит, звони сразу же. Я тут же вернусь.

— Понял. Хорошо проведи время!

— Ага! Пока!

После небольшой шуточной перепалки Уми легко отправляется на встречу с Амами-сан и остальными.

Проводив Уми, я жду, пока её шаги полностью затихнут, и медленно возвращаюсь в постель.

Этот футон, которым я пользуюсь, действительно удобный. По словам Уми, он давно лежал в шкафу без дела, но даже так, и матрас, и пуховое одеяло кажутся мягкими и пушистыми.

Наверное, Сора-сан регулярно за ними следит, чтобы они всегда были готовы к использованию. Сильный контраст с кроватью в доме Маэхара, которая обычно превращается в вечный бардак.

Я решил, что вернувшись домой, достану старую сушилку для футонов, которая уже давно пылится в глубине шкафа.

Тихий стук-стук в дверь прерывает мои мысли.

— Маки-кун, я бы хотела прибраться. Сейчас можно?

— Сора-сан… А, да, конечно. Не обращайте на меня внимания.

— Фу-фу, тогда я захожу, извини за беспокойство.

Получив моё разрешение, Сора-сан тихо входит в комнату. Фартук, маска, резиновые перчатки, средство для мытья окон — довольно серьёзная экипировка. Тут до меня доходит — сейчас то самое время генеральной уборки перед Новым годом.

Я снова начинаю чувствовать себя неловко за то, что занимаю татами-комнату в такое время.

Сора-сан открывает окно, чтобы проветрить комнату, пылесосит татами, тщательно протирает декоративные предметы и небольшую шкатулку рядом с ними (вероятно, семейный алтарь).

— …Маки-кун, большое тебе спасибо.

— А?

— За мою дочь. Видеть, как лицо Уми наполняется радостью, гневом, грустью и всем остальным… Я давно её такой не видела.

Полируя большое окно, выходящее в сад, с помощью средства для стекла, Сора-сан тихо говорит это мне.

Она стоит ко мне спиной, так что я не вижу её выражения лица, но на сверкающем, зеркально чистом стекле ясно отражается её счастливая улыбка.

— Эта девочка, знаешь, когда была маленькой, была настоящим ураганом. Таскала друзей с собой допоздна, получала выговоры от меня и отца, рыдала навзрыд, дралась с братом, который старше её на десять лет — было непросто, но по-своему весело. А ты знал? Сейчас почти незаметно, но у неё есть шрам возле линии роста волос на лбу. Когда была маленькой, она врезалась в угол стола, и кровь хлынула фонтаном. В тот момент я сильно испугалась.

— Ха-ха… Так у Уми тоже был такой период, да?

— Ага… Ой, прости, заболталась. Тебе ведь нужно отдыхать, а я, старая бабка, тут уши тебе прожужжала.

— Да ничего, Сора-сан. Слушать вас гораздо интереснее, чем просто лежать.

Судя по рассказам, она в детстве была та ещё проказница.

Я же, насколько помню, проводил время за играми, книгами, иногда карточками — уже тогда проявлялась моя тяга к жизни домоседа.

Так что мы с Уми с детства были полными противоположностями… но, как она мне раньше говорила, в средней школе многое изменилось, и теперь она счастливо играет роль влюблённой девушки рядом со мной.

— Когда она говорит о тебе, Уми такая милая. Даже если просто упомянуть твоё имя, она сразу расплывается в улыбке, а если мы начинаем поддразнивать — краснеет и сердится, но видно, что ей это нравится. Прямо как раньше — Уми остаётся Уми, сколько бы времени ни прошло.

В школе она редко это показывает, но настоящая Уми — это выразительная и эмоциональная девочка.

Она ведёт себя как взрослая почти всегда, но рядом с теми, кому доверяет, может быть капризной, навязчивой, ревнивой, когда ей одиноко. Честно говоря, она самая милая девушка на свете.

Такая и есть настоящая Асанаги Уми.

— Так что, Маки-кун, я понимаю, что это очень эгоистенная просьба, но… если можешь, продолжай поддерживать Уми и дальше. Она из тех, кто всё делает безупречно, но именно поэтому берёт на себя лишние заботы и переживания.

Уми кажется сильной, но на самом деле она удивительно ранимая — и если рядом будет кто-то, кто даст ей опору, она сможет использовать это как стержень и стать сильнее любого.

И сейчас тем, на кого она опирается, являюсь я — её парень.

— Да, конечно. Я ещё только начинаю быть её парнем, но что касается моих чувств к Уми — тут я не собираюсь никому уступать.

— Даже нам?

— Э… Простите, тут, наверное, немного уступаю. Немного увлёкся и перегнул.

Может, я и не дотягиваю до родительской любви, но как друг и парень — я не проиграю никому.

Даже её лучшей подруге, Амами-сан.

— Хе-хе, не обязательно говорить что-то эффектное, но ты такой честный… в самых странных вещах, Маки-кун. Наверное, поэтому и Уми, и вся наша семья не могут оставить тебя без внимания.

— Вы тоже так считаете, Сора-сан?

— Ага. В глубине души ты прямой и добрый, но в тебе есть какая-то неуверенность, из-за которой хочется тебя защищать. Тот ужин, и теперь вот эта ситуация — всё именно так.

— …Буду работать над собой.

Я доставил немало хлопот семье Асанаги. Так что, если я собираюсь поддерживать Уми, мне самому нужно стать морально сильнее.

…И физически тоже. Живот, руки — всё мягкое. Я не толстый, но тело у меня слишком уж слабое.

— Первый шаг — это побороть простуду.

— Именно. Ладно, больше не буду утомлять тебя болтовнёй старой дамы — просто позволь нам о тебе позаботиться и скорее выздоравливай. Когда поправишься, устроим праздник с кучей вкусной еды. В этот раз никто не сбежит посреди вечера… правда?

— …Правда.

Ради Уми и ради тех, кто за ней присматривает.

Заболеть было неприятно, но, может, это именно то, что было нужно, чтобы немного остудить моё вознесённое к облакам сердце после появления такой милой девушки.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Когда уборка в татами-комнате была закончена, и помещение наполнено свежим воздухом, оставалось только держаться в тепле и лежать.

По словам врача, с которым ранее говорила Сора-сан, анализы крови не показали ничего серьёзного, так что повторного визита не потребуется. Поскольку впереди новогодние праздники, мне выдали лекарства с запасом — к тому времени, как я их допью, должен прийти в норму.

На обед — снова лёгкая пища: удон, который приготовила Сора-сан. Не просто лапша быстрого приготовления, а настоящий бульон даси, почти без соли, нежный и полезный для организма.

…Как и ожидалось от хозяйки семьи Асанаги. Я тоже готовлю, так что есть чему поучиться.

— Маки-кун, я принесла желе на десерт… О, ты уже доел удон?

— Да. Очень вкусный… Спасибо за еду.

— На здоровье. Тогда оставлю желе и лекарства после еды здесь… О?

Сора-сан убрала миску и готовила мне одежду на день. Вдруг она что-то услышала, повернулась к двери и наклонила голову.

— Ох, эта девочка говорила, что вернётся только к вечеру…

— Уми вернулась?

— Похоже на то. И, кажется, не одна.

— То есть…

В тот же момент от входа доносится шумный голос.

— Я дома!

— Здравствуйте, извините за вторжение~! Фух, я так долго не была в доме Уми~! А, кстати, где Маки-кун? Только не говори, что он в твоей комнате?

— Э-э-э? Серьёзно? Вы только начали встречаться, а уже парня к себе в комнату спать затащила? Асанаги, да ты настоящая хищница, да?

— Н-нет, всё не так! Он в гостевой, а мама помогает мне ухаживать за ним!

По голосам понятно — с ней Амами-сан и Нитта-сан.

Уловив атмосферу, Сора-сан усмехается и выходит из комнаты. И в тот же момент троица подруг врывается с другого входа.

— Эхе-хе~! Маки-кун, привет~! Мы слышали, что ты заболел, вот и пришли навестить. Держи — спортивные напитки, желе на случай, если не сможешь есть, и салфетки от пота. Мороженое мы уже положили в морозилку, так что потом съедим вместе, ладно?

— Смешно. Староста, ты реально выглядишь наполовину мёртвым. Так и высохнуть недолго.

— Уже намного лучше… В любом случае, привет, Амами-сан, Нитта-сан.

— Ага. Два дня не виделись.

— Йо~.

Амами-сан вела себя как обычно — настоящая лучшая подруга Уми, а Нитта-сан, похоже, тоже чувствовала себя в доме Асанаги вполне свободно — она пододвинула к себе столик и стала выкладывать привезённые вещи.

Тем временем Уми, хозяйка дома, наблюдала за ними, стоя рядом со мной.

— Уми, эм, а это что вообще?..

— Мы просто гуляли до обеда, как обычно. Но потом, на караоке, они заметили, что я слишком часто смотрю в телефон, и начали допрашивать. Я ждала результатов твоего анализа крови со вчерашнего дня — мама долго не писала, и я начала волноваться.

Выходит, они почувствовали, что с ней что-то не так, начали расспрашивать, и она всё рассказала — что я уже со вчерашнего дня живу у Асанаги и свалился с высокой температурой из-за простуды.

К тому моменту они уже знали, что мы с Уми официально начали встречаться.

— Эхе-хе, я с утра думала, что с Уми что-то не так, но она призналась, что с вечера тебя выхаживает. Так переживает за своего любимого — такая милашка~! Правда, Нина-тян?

— Ага. Обычно она еду сметает только так, а сегодня почти ничего не съела и всё время витала в облаках. Типа: «Как я могу спокойно есть, когда мой любимый мальчик валяется с температурой» — просто ангел, Уми-тян.

— Гх… Вы, ну… при маме и Маки, вот же ж…

— Ну-ну, всё нормально, Уми-сан~ А раз вы теперь вместе, давайте уже рассказывайте, что было накануне Рождества, в рождественскую ночь!

— Хорошая идея, Ю-тян. Мы ведь не смогли вытянуть это из Уми раньше — стеснялась. Значит, всё узнаем от честного старосты… Да, староста?

— …Только полегче, ладно?

Они на взводе, потому что искренне рады за нас. Мне это не мешает, но я всё ещё болею, так что хочется, чтобы вели себя поспокойнее.

— Уми, Ю-тян, Нина-тян, болтать можно, но потише, хорошо? Я люблю шумные разговоры, но Маки-куну нужно отдыхать.

— Да-а-а~.

— …Я и так знаю.

После того как Сора-сан напомнила, чтобы всё не переросло в балаган, мне разрешили лечь, чтобы поговорить.

Я-то думал, что весь день проведу один, а в итоге у моего футонного ложа — трое одноклассниц (и одна из них моя девушка).

— Маки, не обращай внимания на этих двух дурочек — просто отдыхай.

— Му-у~ Уми такая злюка~! О, Маки-кун, хочешь пить? Держи, вода — это важно. Кстати, вы вчера спали вместе?

— Староста, а что ты сказал Уми, когда признался ей два дня назад? И вы уже, ну… того?..

…Похоже, мне придётся научиться справляться с атаками сразу трёх девушек.

С этой мыслью я снова укрылся одеялом.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Первые два дня моего выздоровления в доме Асанаги были настоящим вихрем, но потом всё наконец успокоилось — никаких гостей, только тихое время с Уми.

Мои симптомы скакали вверх-вниз ещё пару дней после второго, но постепенно стали сходить на нет.

— Уми, как там?

— Хм~... Подожди немного~...

Утренние замеры температуры с Уми уже стали привычкой, но, похоже, сегодня будет последний раз.

Благодаря её заботе я полностью пришёл в норму. И, к счастью, Уми не заразилась от меня, так что нам не пришлось меняться ролями.

— Да, всё отлично! Температура держится в норме со вчерашнего вечера. Похоже, лекарства больше не нужны — ура!

Когда я только заболел, температура почти в сорок градусов была тяжёлой, но из-за почти полного отсутствия других симптомов всё ощущалось не так уж плохо.

Всё же я не ожидал, что проваляюсь в доме Асанаги целую неделю.

Сегодня 31 декабря — канун Нового года.

Этой осенью я подружился с девушкой по имени Асанаги Уми, и вот уже этот стремительный год подходит к концу.

— Эй, Маки, эм, можно кое-что попросить... Можно?

— Хм? Конечно, но с чего это с утра пораньше?

— Ну, эм...

С этими словами Уми тихо закрыла глаза и подалась ко мне с поджатыми губами.

Я сразу понял, чего она хочет.

Мы оба сдерживались всю неделю, но теперь с этим покончено.

— Тогда... эм, с добрым утром, Уми.

— Ага. Доброе утро, Маки.

При тусклом утреннем свете я притянул Уми к себе и поцеловал её.

С того дня, как стали парой, мы ограничивались только держанием за руки, но теперь нам больше не о чем волноваться.

— Фух…

— Хаа…

Мы отстраняемся, чтобы перевести дух, а потом снова обнимаемся, прижимаясь друг к другу.

Из-за моего плохого состояния Уми пришлось долго сдерживаться, так что теперь надо компенсировать всю эту неделю воздержания за оставшиеся дни зимних каникул.

…На этот раз — у меня дома.

Разумеется, всё будет в рамках приличий.

— Уми, Маки-кун, вы уже встали? Сейчас будем делать новогодние моти, так что идите помогайте.

— О, да, хорошо~! Мама зовёт, Маки, вставай. Ты ведь останешься у нас до похода в храм, да?

— Ага. Забегу домой переодеться в свою одежду, но пока побуду здесь.

Я ещё раз благодарю Сору-сан за всё и обещаю заглянуть с мамой в новогодние каникулы, а затем присоединяюсь к Уми, чтобы помочь с приготовлением моти.

Моя задача — посыпать свежие, большие моти мукой и разламывать их на порционные куски.

— У этой машины для моти... цвет прям как у старых моделей. Прямо раритет.

— Да. Мама подарила её мне и моему мужу на свадьбу, так что ей почти тридцать лет. Наверное, пора бы уже заменить, но я так к ней привязалась, не могу выбросить. Она ведь до сих пор отлично работает.

С громким гулом распаренный клейкий рис медленно превращается в знакомую большую массу.

— Маки, может, это невежливо, но давай тайком отломим свежего. У нас есть кинако и соевый соус — что выберешь?

— Возьму проверенный вариант — с кинако.

Мы втроём отрываем по кусочку горячего, тянущегося моти и пробуем его.

Пышная текстура моти сочетается со вкусом кинако и сладостью сиропа — вкуснотища.

— Я моти почти только в это время года и ем, но каждый раз жду с нетерпением. В этом есть что-то особенное.

— Понимаю. У нас дома, в семье Маэхара, нет ни машины, ни времени, так что просто покупаем нарезанный моти в магазине. Он, конечно, вкусный… но чего-то не хватает.

Покупной моти, конечно, лучше по вкусу, но в домашнем — вкус «впечатлений» и «воспоминаний». Это и есть настоящая приправа.

Первое домашнее блюдо, еда, связанная с воспоминаниями о ком-то — думаю, вкус этого моти, сделанного вместе с Уми, навсегда останется у меня в памяти.

— Вы двое, хватит пробовать — продолжайте работать. У нас ещё одна партия риса осталась — для семьи отца и соседей.

— Ага, ага.

— Принято.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Так прошёл мой день 31 декабря — я помогал с приготовлением моти и генеральной уборкой, которая ещё не была закончена. Один раз я заскочил домой переодеться — и был втайне потрясён, насколько там всё в беспорядке по сравнению с домом Асанаги.

Мы с мамой всегда считали, что минимальной уборки достаточно, но, возможно, стоит хотя бы раз в год устроить настоящую чистку. Чистота — это не так уж плохо, и настроение улучшает.

— Спасибо всем за работу. Благодаря вашей помощи мы закончили намного быстрее, чем обычно. Особенно с Маки-куном рядом, Уми прям расцвела.

— Ч-что?! Я всегда такая! …Маки, есть жалобы? Если хочешь что-то сказать — выкладывай.

— Нет, всё в порядке…

Я в такой же ситуации, как и Уми, так что лучше промолчать.

Конечно, я хотел отблагодарить Сору-сан за ту неделю, что она обо мне заботились, но, откровенно говоря, главным стимулом было желание показать себя перед любимой девушкой.

— …О, Рику-сан, тебе тоже спасибо.

— Ага… Хотя я только свою комнату прибрал, ничего особенного.

Раз уж началась генеральная уборка, даже Рику-сан, который обычно запирается у себя, был втянут в процесс по настоянию Соры-сан и Уми.

Оба мы по натуре довольно стеснительные, так что особо не болтали, но неловко вроде не было.

Хотя он с Уми успел изрядно повздорить, мне в основном пришлось играть роль миротворца и немного остужать её пыл.

— Ладно, я пошла за заказанной лапшой соба и суши. Рику, присмотри за этими двумя, пока меня не будет.

— Не перекладывай это на меня… Уми, разбирайся сама.

— Не спихивай всё на младшую сестру… Ладно, мы просто поиграем во что-нибудь, так что не волнуйся. А, братец, я возьму одну твою игру, так что не возвращайся пока.

— Не вторгайся в мою комнату просто так. И не выгоняй брата ради игры.

— Эх, вы оба такие… Маки-кун, извини за этот бардак.

— Ничего, я люблю, когда шумно, да и привык уже.

Когда всё было закончено, каждый занялся, чем хотел.

Смотрели старый боевик по телевизору и болтали, взяли у Рику-сана игру, чтобы поиграть впервые за долгое время, читали мангу…

…и немного побаловались в комнате Уми. Совсем немного — всё-таки Рику-сан в соседней.

Когда Сора-сан вернулась, мы вчетвером (без Дайчи-сана, который застрял на работе) поужинали и весело встретили Новый год.

Так закончился год, показавшийся одновременно длинным и коротким, и начался новый.

— С Новым годом, Уми.

— С Новым годом, Маки. Давай проведём этот год вместе, хорошо?

Хочется сказать: «и следующий, и через год тоже», но пока — только этот. Без жадности, шаг за шагом, в своём темпе.

Сразу после новогодних поздравлений в комнате Уми наши телефоны одновременно подали сигнал о входящем сообщении.

Это были Амами-сан и Нитта-сан.

[Групповой чат — 1]

[Амами]: «Уми, Маки-кун, Нина-чи, с Новым годом!»

[Амами]: «Пусть этот год будет ещё лучше!»

[Асанаги]: «С Новым годом, Ю».

[Маэхара]: «Амами-сан, с Новым годом».

[Амами]: «Эхе-хе, с Новым годом и всего наилучшего~»

[Нина]: «С Новым годом всех».

[Нина]: «Касательно первого похода в храм — во сколько встречаемся? Я уже готова».

[Амами]: «Я тоже! Мама нарядит меня в кимоно в этом году — я в предвкушении!»

[Нина]: «Ну, ты ведь идёшь, да? Уми-тян сейчас прям вся в режиме влюблённой девочки».

[Амами]: «Точно-точно. Тогда встречаемся через час на обычной стоянке у святилища».

[Асанаги]: «Эй, вы там, прекратите болтать».

[Маэхара]: «Уми сейчас переодевается, как закончит — напишем».

[Амами]: «Окей».

[Асанаги]: «Эй, вы серьёзно…»

Мы обсудили планы в групповом чате, который создали в тот день, когда Амами-сан и Нитта-сан пришли навестить меня, а потом вернулись к сборам.

Я уже переоделся в повседневную одежду и делать особо нечего, поэтому просто немного привёл себя в порядок и ждал в гостевой комнате, пока Сора-сан помогает Уми надеть кимоно.

— Ох, ну надо же. Когда ты надевала его в прошлый раз, было ещё много места… Взрослеешь, однако. С ростом всё в порядке, но грудь особенно… эй, не бей меня по голове!

— Мам, ну что ты несёшь?! Как старая бабка! И вообще, Маки же рядом…

— Да что такого. Он же не просто кто-то — твой настоящий парень. Ты же ведь на днях позволяла Маки-куну себя баловать.

— Э-это правда, но… тогда и сейчас — немного разные ситуации…

Наверное, ничего страшного, что я это слышал… Но лучше не рассказывать, если Амами-сан или Нитта-сан начнут меня допрашивать.

Пока я слушал их перепалку из соседней комнаты и смотрел новогоднее шоу по телевизору, первой из комнаты вышла Сора-сан.

— Прости, что заставили ждать, Маки-кун. Давненько не надевали это, так что возни было много… но, думаю, получилось мило. Ну, давай, Уми, покажись скорее Маки-куну.

— Д-да, сейчас… Честно, мам, ты балда…

Сора-сан подталкивает Уми. Она выходит, слегка покраснев от смущения.

— Маки, э… как тебе?

— Эм…

Кимоно досталось по наследству от Соры-сан, но ни качеством, ни дизайном оно совсем не уступает современным.

Основной цвет ткани — яркий синий, как небо или море, прямо в тему её имени[2], а вышитые цветы и растения аккуратно дополняют его — достаточно пестро, но не споря с синим фоном.

[2]: Имя «Уми» (“海”) на японском с прямого перевода — «море».

Причёска у неё тоже не как обычно. Обычно волосы свободно лежат на плечах, а теперь аккуратно собраны и заколоты заколкой в виде цветка сливы.

На Рождество у неё было элегантное чёрное платье, от которого я чуть дар речи не потерял, но этот образ с кимоно сияет не меньше, если не больше.

— Тебе очень идёт. Эм… т-ты красивая, Уми. Этот синий тебе очень подходит, правда.

— П-правда? Тогда хорошо…

— Ага. Подожди, ты только что меня спародировала?

— А? Правда? Не нарочно… Похоже, просто переняла?

— Ну, мы же много времени вместе проводим.

— Это точно… Эхе-хе.

Довольная моей реакцией, Уми лучезарно и немного глуповато улыбается от облегчения.

— Хе-хе, молодёжь — это здорово, да?

Рядом я чувствую тёплый, уж слишком близкий взгляд… Но делать вид, что не замечаю, проще. А то дразнить будут — не хочу.

— Пошли, Уми.

— Ага. Маки, проводишь меня?

— Конечно. Первый раз, правда, не знаю, как надо, но… вот так?

— Угу!

Я первым выхожу к входной двери и протягиваю руку; Уми застенчиво улыбается и аккуратно кладёт свою ладонь на мою. Не уверен, что это по правилам, но раз Уми довольна — значит, всё правильно.

Поскольку мы идём в храм в полночь, с нами пошла и Сора-сан.

Это условие — как сопровождение, но если бы не она, я бы никогда так поздно не вышел, так что внутри я немного взволнован, даже если стараюсь не показывать этого. Рядом с Уми веду себя спокойно, но внутри всё гудит, как у ребёнка накануне школьной экскурсии… хотя школьные экскурсии я терпеть не мог.

— Эй, эй, Маки, а что ты обычно загадываешь в храме? Только не говори, что не ходишь или не загадываешь — это не вариант, ясно?

— Даже я так не скажу… Но я давно не был. Последний раз — в каком-то случайном храме, когда ездили с родителями в поездку, ещё в детстве. Даже название не помню. А потом мы часто переезжали, так что…

— Поняла. Тогда в этом году попроси за все те разы, чтобы наверстать.

— Если слишком много просить, боги могут и разозлиться… Хотя это же бесплатно, так что, может, попросить всё, что в голову придёт.

Раньше я всегда просил просто здоровья, но в этом году столько всего произошло, что даже не знаю, с чего начать.

Себя, семью, друзей, которых я впервые обрёл в прошлом году, и любимую девушку, которая всегда рядом…

Надо определиться с желаниями до того, как встану перед алтарём.

Мы ехали около десяти минут к местному храму, глядя на тёплый оранжевый свет уличных фонарей, отражающийся в ночи. Этот храм известен благословениями для учёбы и дел, и когда мы приехали, там уже было полно людей. На территории стояли палатки с угощениями, и всё это было похоже на мини-фестиваль.

— А! Вы двое, сюда~!

Когда мы паркуемся и выходим, нас замечает Амами-сан. Она подпрыгивает, сияя от радости, и машет рукой. Рядом с ней стоит Нитта-сан — похоже, они пришли вместе.

— Прости, Ю, подготовка заняла чуть больше времени.

— Да нет, мы тоже только пришли! Главное — Уми, ты безумно милая! Это мамино кимоно?

— Ага. Ты его каждый год видишь, Ю, но тебе всё равно идёт как всегда.

— Эхе-хе, спасибо! В этом году я постаралась с аксессуарами.

Амами-сан кружится на месте, чтобы показать своё кимоно — тёмно-красный фон, отлично сочетающийся с её красивыми светлыми волосами. Образ сдержаннее, чем у Уми.

Как она и сказала, обувь, заколки и маленькая сумочка для телефона и кошелька — всё выдержано в японском стиле. Безупречный вкус… хотя, может, у меня и нет права это оценивать.

Неожиданно, но и Нитта-сан тоже в кимоно — зелёное, с современным дизайном, скорее всего, арендованное.

— Маки-кун, а как я? Мне идёт?

— А, эм… да. Как всегда, очень хорошо, я думаю.

— Хе-хе, спасибо… Хотя, с твоих слов кажется, будто это ничем не отличается от моей обычной одежды! Я ведь сегодня наряжалась, между прочим~!

— Эй-эй, староста, у тебя теперь девушка — даже если ты ещё новичок, тебе стоит подучиться немного. Хотя, если переусердствуешь, твоя ревнивая подружка, вцепившаяся в тебя, может и взорваться, да, Асанаги-сан?

— Н-не то чтобы я обращаю внимание на каждую мелочь…

Она делает вид, что ей всё равно, но в темноте незаметно щиплет меня за бок, так что придётся быть осторожнее с формулировками.

Оставлю все пылкие комплименты и «милая» с «красивая» только для Уми — по крайней мере, пока что.

Когда мы собрались все вчетвером, направились к храму, проходя под тории[3] и поднимаясь по пологому склону. Можно было бы срезать по лестнице, но с тремя девочками в кимоно мы выбрали более безопасный, хоть и медленный путь.

[3]: Тории — ритуальные ворота, устанавливаемые перед святилищами.

— Уми, аккуратнее тут, ступенька.

— Ага, спасибо.

Я беру Уми за руку и иду рядом, подстраиваясь под её шаг. Обычно это она тянет меня за собой, но сегодня полностью полагается на меня — идёт чуть позади, с лёгкой улыбкой поглядывая на меня и ступая весело и спокойно.

Отчасти она просто вежливая, но мне приятно, что я вроде как справляюсь с ролью парня.

— Муу~ Вы двое такие счастливые — нечестно~! Эй, Нина-тян, давай тоже попробуем! Я буду дамой, а ты меня сопровождай.

— Эм, вообще-то я тоже в кимоно… Если уж так хочется, попроси папу — он добрый, сыграет с тобой.

— Э-э-э, с папой~? Это же будет как повтор семилетнего обряда…

— Ладно, справедливо. Тогда, с неохотой, но придётся…

— …

— …Маки.

— Ага, всё в порядке. Я понял.

Я чувствую на себе их озорные взгляды, но слишком занят Уми, чтобы вливаться в их игры — пусть развлекаются сами.

Мы продолжаем идти в той же весёлой атмосфере, шутя и поднимаясь к главному залу с ящиком для подношений. Уже первый час ночи, так что пик прошёл, и ждать долго не пришлось.

— А? Эй, Уми, как тут правильно? Сначала руки? Или кланяться?

— Два поклона, два хлопка. Сначала два раза поклониться, потом дважды хлопнуть в ладоши, загадать желание, а потом ещё раз поклониться. А, и сначала нужно бросить монетку. Маки, понял?

— Ага. Но это же нечасто делаем, забыть не страшно.

— Ух ты, староста всё знает. А я каждый год сюда хожу и всё равно забываю.

— Нина, тебе бы чуть больше уважать традиции.

Мы по очереди бросаем по монете и складываем руки в молитве.

Не знаю, о чём молились остальные трое, но надеюсь, у нас у всех будет хороший год.

— Всё, закончили — раз уж мы тут, давайте по классике вытянем карточки с предсказаниями, а потом пойдём обратно. Все за?

— Ага! Ладно, в этом году точно вытяну «великое благословение»! Хотя не помню, что там было в прошлом...

— Ха-ха, как обычно. У Ю-тян всегда, кажется, выпадает великое благословение. А я не жадная — просто хочу максимум удачи в любви и деньгах, пожалуйста.

— Это звучит уже достаточно жадно…

Мы по очереди даём по сотне иен жрице у лавки с амулетами и тянем предсказания.

Плохой результат — не страшно, ведь это всего лишь листочек, но было бы приятно начать год с «великого благословения», так что я надеюсь хотя бы на «среднее благословение».

— Ого…

Как только я разворачиваю бумажку, у меня невольно вырывается звук.

№ 5 — Великое благословение

Всё пойдёт по твоему желанию, но если упустишь момент и позволишь себе расслабиться, последует неудача. Будь начеку.

— Ого, круто! Маки, у тебя великое благословение!

— Ага. Хотя подробности не совсем радужные. А у тебя что, Уми?

— Среднее благословение. Примерно то же самое, что и у тебя.

Если будешь стараться, всё получится… что-то в этом духе.

Обычные слова, но я всё равно буду держать их в голове.

— Завидую~ У меня всего лишь малое благословение~!

— …Ну, это же всего лишь предсказание. Ю-тян, давай повяжем его вон там. Там ещё и амадзакэ[4] бесплатно раздают.

[4]: Амадзакэ (яп. 甘酒) — традиционный японский сладкий напиток с низким содержанием алкоголя, приготовляемый из ферментированного риса.

— О, круто! Время новогоднего обжорства~!

Нитте-сан, похоже, досталась неудачная — она хмурится, туго повязывая её на ветку. Но ведь это всего лишь предсказание, так что тёплое амадзакэ точно поднимет настроение.

— Маки, они ушли вперёд — что будем делать?

— Если что, позвоним. Давай немного побродим сами. От прогулки я что-то проголодался.

— Отлично! Тогда давай купим мини-кастеллы[5] у входа. Если возьмём побольше, можно будет угостить остальных.

[5]: Кастеллы — японский бисквит.

— Ага. Есть сладкое в полночь — не лучший вариант, но сегодня ведь первый день года.

— Вот-вот! На Новый год нужно наесться всяких вкусностей и поваляться. Вес… ну, наберём немного, а потом как-нибудь сбросим после каникул.

— Ха-ха, точно.

Мы пишем другим, что отделились, и наслаждаемся маленьким свиданием у храма — только вдвоём.

Прошла неделя с тех пор, как мы стали парой на Рождество.

Неизвестно, куда нас приведёт эта связь, но я надеюсь, что мы и дальше сможем вот так смеяться вместе. Я буду прилагать усилия ради этого.

Учёба, общение, уход за собой, спорт и любовь…

Всё ради этой милой девушки рядом.

— Эй, Маки.

— А?

— Ты так долго стоял с закрытыми глазами во время молитвы… О чём ты просил?

— А? Ну… «Пусть все, кто мне помогал, будут здоровы и счастливы в этом году».

— Понятно. То же, что и я.

— Ну, здоровье — это же главное, да?

— Ага. Особенно после того, как приходилось кое-кого выхаживать до недавнего времени.

— …Моя вина.

— Вот именно… Маки, не заставляй меня вот так волноваться.

— Понял, буду осторожен.

— …Дурачок.

Ставя здоровье на первое место — как свою личную цель — я начал новый год вместе с Уми.

Перевод: ZAK

В ТГК вся информация и новости по тайтлу: https://t.me/AngelNextDoor_LN

На Бусти на 1 том больше, чем тут и в ТГК: https://boosty.to/godnessteam

Поддержать переводчика:

Тинькофф https://pay.cloudtips.ru/p/84053e4d

Бусти https://boosty.to/godnessteam