Не забывайте ставить лайки и писать комментарии  — это побуждает меня переводить главушки быстрее.

— Хм, Юс, ты решил, что сегодня самый подходящий день, чтобы привести на работу свою пассию?

Я быстро высвободила свою ладонь из руки Юса и вскочила с кресла.

— Мы с Юсом просто друзья. Я пришла сюда, потому что хотела здесь работать.

Ник, глаза которого на мгновение расширились от удивления, вновь хитро прищурился. Он присел передо мной на корточки.

— Работать хочешь, говоришь? Девочка, ты хоть знаешь, где находишься? — медленно переспросил он.

Дети — лакомый кусочек для любой гильдии убийц. Когда ты маленького роста, тебе не составит труда скрыться от преследования стражи. Поэтому ребятишки вроде меня или Юса отлично подходят для выполнения любой грязной работы.

Вот почему Юс получил целых шестьдесят альбонов в прошлом году. Мог бы заработать ещё больше, если бы был решительно настроен брать сложные заказы. Но, в отличие от Юса, я пришла сюда не для того, чтобы работать наёмной убийцей.

Притворившись наивной, я захлопала ресницами и переспросила:

— Разве это не дом важного дядечки? Я пришла, потому что услышала, что Юс выполняет какие-то заказы для очень богатой семьи. Разве вам не нужна горничная?

— Чего-чего? Какая ещё горничная? И нет у меня никакого живущего здесь брата.

Игнорируя наглость, с которой он ненавязчиво назвал себя “братом” главы гильдии, я притворилась слегка удивлённой.

— А-а-а, понятно. Однако дом тако-о-ой большой и в нём та-а-ак пыльно. Да и хозяин где-то запропастился. Что подумают господа полицейские, если вдруг не обнаружат в таком огромном доме ни одной горничной?

То, что у владельца трёхкомнатной квартирой нет горничных, было странно даже для трущоб. Служанки, которые ещё совсем недавно прислуживали только знати, постепенно стали появляться почти в каждом доме по мере развития технологий и ускорения коммерциализации. Все, даже бедняки, пытались нанять хотя бы одну горничную, чтобы чувствовать себя окруженными заботой. Так что прислуга была стандартом даже в доме, хозяева которого обладали сравнительно маленькими финансами.

Глаза Ника сузились, когда я намекнула на полицию. Но не из-за угрозы с моей стороны, а от банального интереса. Разве оборванка вроде меня может на полном серьёзе донести на гильдию убийц?

Даже если бы я сразу побежала в местный полицейский участок, офицеры могли бы запросто надрать мне задницу за клевету.

Ник нежно посмотрел на меня и спросил тихим голосом:

— Интересно, твоё имя такое же милое, как твоё личико? У тебя есть удостоверение личности?

— Вот.

Я потратила половину сэкономленных денег на получение поддельного удостоверения, чтобы скрыть свою настоящую личность.

— Меня зовут Маргарет, а моё прозвище — Мэг. Мне шестнадцать лет, и, по правде говоря, мне совсем негде жить, потому что я только что выпустилась из приюта Святой Урсулы и ищу работу.

— Ага, понятно. Приятно познакомиться, мисс Мэг.

— Уверяю вас, я буду хорошо выполнять всю работу по дому, покуда мне есть где спать и что есть. Если вы не уверены в моей кандидатуре, можете понаблюдать за мной пару дней, а затем решить. Я никуда не спешу.

— Ты ведь понимаешь, что, если останешься, то, возможно, не сможешь уйти?

— Да, понимаю. Это секрет, но… Я сбежала от своего бывшего работодателя после одного несчастного случая…

— Чисто теоретически, я могу нанять тебя на год, чтобы у тебя было время встать на ноги. Хм, как же мне поступить?..

— Я бы хотела почаще видеть миленькое личико брата. Неужели братец не желает того же?

Я сделала особый акцент на слове “брат”, стараясь разжалобить Ника. Рот мужчины растянулся в ухмылке, как у чеширского кота.

— Глава прибудет с дня на день. До тех пор можешь остаться здесь.

Затем я протянула ему деньги в качестве залога. Ник взял их, а это значило только одно — он замолвит за меня словечко перед главарём гильдии.

Мы с Юсом обменялись взглядами и широко улыбнулись друг другу.

***

Я до краёв наполнила раковину водой, налила туда моющее средство и замочила старую грязную посуду. Пара движений руками — и остатков еды, прилипших к тарелкам, будто и в помине не было. Вымытые тарелки были аккуратно сложены в башенку около раковины. Осталось ещё раз прополоскать их, высушить и убрать в шкаф.

Я уже заканчивала, когда Юс снова появился из ниоткуда и неожиданно выпалил:

— Я ранен, Мэг.

Я решила вести мирную жизнь, как Мэг, а не как Бетти. Это стало возможно благодаря сестре-близняшке Ника — Нине. Во-первых, именно она являлась главой “Чёрного Ястреба” — совсем молодой гильдии убийц в столице. Во-вторых, оказалось, что она питает слабость ко всему маленькому и миленькому (ко мне в том числе).

Прошла неделя с тех пор, как я стала служанкой гильдии. Кажется, будто это такой маленький срок, но дни здесь насыщены и наполнены делами. Я убираюсь, готовлю, мою посуду и помогаю оказывать первую помощь ассасинам гильдии. Несмотря на то что я батрачила с утра до ночи, у меня ни на что не хватало рук.

Юс же приносил мне хлеб с сыром, и хотя он приходил не по работе, всегда казался немного на взводе, чем бы я ни занималась.

— Врёшь. Ты не пострадал, — холодно ответила я суетливому Юсу.

— А вот и нет. Дай мне помочь тебе помыть посуду.

— Почему это не знаю? Вот, посмотри!

Юс совершенно ничего не умел делать по дому. Причём не только он, но и большинство ассасинов, включая Ника и Нину.

Что ж, оно и неудивительно. В подобных романах ассасины часто появляются лишь ради того, чтобы подчеркнуть силу главного героя. Нина, Ник и Юс, возможно, являются такими же болванчиками в мире “ОМЗ”. Наверное, не стоит ожидать “нормальности” и искренности от персонажей массовки.

Я сделала шаг назад, давая Юсу возможность помыть посуду, но тут же начала ворчать, потому что смотреть на этот процесс было невыносимо.

— Разве ты не видишь остатки тёмно-красного соуса на тарелке?

— Эй, не отчитывай меня! Это мой первый раз…

Увидев, что Юс покраснел до ушей, я решила изобразить из себя строгую мамочку и начала перебирать посуду, которую он успел помыть.

— А почему на кромке этой тарелки жирные пятна?

— …

— Из-за тебя мне придётся заново перемыть всю посуду. Кыш отсюда. У меня нет времени на твои потуги.

— Снова играешь в дочки-матери, Мэг?

Я лишь закатила глаза. Какой сюрприз! Это пришли наёмники. Со временем мне пришлось привыкнуть к их постоянным подколкам и придиркам.

Я увидела Ника, стоящего позади другого ассасина и бесшумно приближающегося ко мне, как кошка. Он нахмурился, окидывая взглядом помытую посуду.

— Чем это ты занимаешься?

— Посуду мою. Если этого не делать, в доме рано или поздно заведутся тараканы или мыши…

— Ох, прекрати. Ты, вздорная девчонка, вздумала перевернуть мой дом с ног на голову? Так и знал, что не следовало брать тебя на работу...

Ник был не меньшей обузой, чем Юс. Хоть он и делал вид, что его не интересует, чем я занимаюсь изо дня в день, но каждый раз тайно вмешивался и пытался сделать всю работу за меня.

Я уставилась на Ника, который мыл посуду хуже Юса.

— Если кто-нибудь увидит нашу кухню, подумает, что ты хочешь нас затопить!

— Я всё подотру. И вообще, я расплескала совсем немного воды.

— Из-за тебя все доски в полу сгниют!

— Положишь новые.

Я бы и слова поперёк не сказала, если бы посуда была чистой. Я осмотрела тарелку, которую держал в руках Ник, и заметила прилипшую к ней неаппетитную коричневую массу.

— Можешь макать в нее хлеб, — язвительно сказала я.

— Не издевайся надо мной, — простонал Ник таким тоном, как будто почувствовал себя виноватым.

— Где ты научилась так ловко мыть посуду? — спросил дядечка-ассасин, стоявший рядом с нами.

Я призналась, что научилась этому сама, без чьей-либо помощи. Дядечка потрепал меня по голове и ласково похвалил, сказав, что был впечатлен тем, с какой тщательностью я выполняю свою работу.

Ник, который стонал так, как будто у него была хотя бы совесть, коротко сказал.

— Да-а-а, ты так стараешься. Хорошая девочка, — протянул Ник. Кажется, у кого-то проснулась совесть.

Под пристальным взглядом двух мужчин я домыла оставшуюся посуду, взяла большое блюдо и нарезала хлеб и сыр, которые притащил мне Юс. Затем я разлила газированную воду, которую мне на днях купила Нина, в три гранёных стакана и поставила всю эту красоту на стол.

— Вот. Ешьте.

Я уже собиралась сесть за стол, который несколько дней назад по моей просьбе перетащили поближе к окну, когда Ник ни с того ни с сего протянул мне что-то.

Это “что-то” оказалось мазью в плоском тюбике. На тюбике красовался цветочный узор, а по кухне разнёсся приятный приторный запах.

— Ты купил мне новую мазь?

— Нанеси её на руки перед сном.

Кажется, стоит эта мазь баснословных денег. Не могу сказать, что осталась довольна, но всё равно мило улыбнулась Нику.

— Спасибо…

Он потрепал меня по волосам, как щеночка.

Когда я снова подошла к столу, Юс и Ник, убиравшие посуду, о чём-то оживлённо спорили.

— Не связывайся с Мэг.

— Ты что, сбрендил?

Как только я подошла ближе, они сразу же заткнули рты. А жаль!

Несмотря на то, что стояла середина зимы, я удобно устроилась около тёплого окошка. Меня клонило в сон.

Сегодня мы рано поужинали, после чего сидели и наблюдали за тем, как на улице потихоньку вечереет.

— Как поживает твой братик?

— Сидит и кушает что-нибудь вкусненькое, наверное. Кстати, у нас масло заканчивается, надо будет прикупить его.

Когда Ник спрашивал Юса о его братишке, мальчик каждый раз пытался соскочить с темы.

Юс был единственным кормильцем для своего шестилетнего младшего брата. Поскольку Юс приносил в дом деньги, его братец, должно быть, занимался всей домашней работой. Обычное дело среди простолюдинов, к тому же сироток.

Ник покачал головой, вытащил из-за пазухи флягу водки и залпом выпил содержимое.

Находясь на социальном дне, я поняла, что бедняки не могут жить без алкоголя.