Каждый раз, когда их наставница кашляла кровью, Беллуна вспоминала, как Оливен смотрел на неё тогда, с налитыми кровью глазами. Но гнев в этих алых глазах был направлен вовсе не на неё.

«Отлично.» - только и сказала Беллуна, полностью отзывая свою ману.

Оливен тут же закашлялся, согнувшись пополам:

«Кхе-кхе! Спасибо, что всё-таки доверяешь мне!»

Бенджамин глубоко вздохнул, глядя на Оливена, который даже сейчас не упускал случая съязвить.

«…Так что ты узнал? Как собираешься использовать магические камни наставницы?»

«Это ключ к её обнаружению.» - с довольной ухмылкой заявил Оливен. «Просто рассыпь их неподалёку, и она не сможет пройти мимо.»

«Для этого ей придётся снова использовать свою силу!»

«А ты думал, что мы найдём её просто так? Без жертв?»

Бенджамин не смог ничего возразить. Их наставница и правда никогда не показалась бы просто так. Если бы её можно было найти столь легко, она не скрывала бы свою личность даже в башне магов, где они провели столько времени вместе.

«Связь с наставницей закончилась в башне.» - тихо проговорил Оливен. «Она сказала нам жить своей жизнью…и отпустить её.»

«…»

«Мы не были к этому готовы. Но и то, как она ушла, не сказав ни слова - неправильно.»

Голос Оливена дрогнул. Он на мгновение сжал кулак, потом выдохнул и поднял голову:

«В любом случае, я первым делом связался с Первым принцем в поместье Алтон.»

«С Первым принцем? Зачем?»

«Подумай сам. Если наставница сейчас в Империи. Она не будет сидеть тихо. Она обязательно замешается в какой-нибудь крупной заварушке.»

«В этом ты прав.» - пробормотал Бенджамин, невольно кивая. Их наставница действительно была магнитом для бед, если в башне происходило что-то серьёзное, она была где-то рядом, так или иначе.

«Поэтому я разузнал о самом громком деле, что потрясло Империю. Это дело…Первого принца, которого лишили права наследования.»

«Говорят, у него отвратительный характер и он абсолютно не годен для трона. Мы тоже слышали об этом в башне.»

«Но знаешь, что стало решающим моментом?»

Оливен понизил голос, будто собирался рассказать нечто секретное. Его интонации сразу заставили Беллуну и Бенджамина насторожиться. Бенджамин даже поморщился, слишком хорошо знал, к чему ведёт этот "особенный" голос Оливена. Там, где он начинал говорить вот так, всегда начиналось что-то сомнительное.

«…»

«…»

Беллуна и Бенджамин переглянулись. Даже без слов было ясно, оба думали об одном. Но выбора не было, и оставалось только слушать дальше.

«Он поднял меч на юного господина Амброзию.»

«…И что это меняет?»

«Если быть точнее, на самого мальчика и на его няню. Герцог Амброзия, увидев это, буквально вышел из себя.»

«Это мы знаем. Но при чём здесь наставница?»

«А ты не чувствуешь подвоха? Ну ладно, Первый принц махнул мечом…но за это сразу отобрать право наследования?»

Оливен хитро прищурился. А Бенджамин, в свою очередь, начал мысленно перебирать всю информацию, которую собрал в столице. И чем больше он вспоминал, тем больше становилось ощущение, что в этой истории что-то не сходится.

«Возможно, сила рода Амброзия действительно так велика.» — проговорил он вслух.

«Или есть нечто, что пугает Императора куда больше.» — добавила Беллуна.

«Или…дело вовсе не в ребёнке.» — с особым нажимом сказал Оливен. «Может, трогать нельзя было его няню.»

«…»

В ту же секунду их мысли сошлись в одной точке. Они переглянулись, и с каждой долей секунды сомнение превращалось в уверенность.

И тут Оливен довольно улыбнулся:

«Ну, и вот вопрос. Что же я узнал, когда связался с Первым принцем?»

***

Первый бал в его жизни был по-настоящему великолепным. Повсюду, яркие костюмы, нарядные люди, шум и смех. Когда он впервые вошёл в зал Стения, его глаза разбегались, но вскоре взгляд стал осознанным, внимательным. Он начал различать лица, знакомые и незнакомые.

Вдалеке, среди взрослых, стоял его отец - Итан Амброзия. А чуть поодаль - его няня. Итан и Сара ненадолго отошли, решив не мешать детскому празднику. Всё-таки бал был устроен для ровесников Клода.

[Со мной никто не играет…]

Однако, вопреки ожиданиям окружающих, ровесники оказались для сравнительно взрослого не по годам Клода ничем иным, как скучной, наивной и невежественной ребятнёй. Дети постарше даже не пытались подойти к нему, после того, как сын виконта Навена повёл себя по-хамски, вся его семья получила публичное порицание. Клод не испытывал ни малейшего желания общаться с теми, кто поспешно отводил взгляд при каждой случайной встрече глазами.

И вот, среди всего этого разочарования, его внимание привлекла именно она - Сара.

«Мэй, Мэй.»

«Да, господин Клод?»

«Видишь того старика, что ухмыляется, глядя на няню?»

«Вижу, очень хорошо.»

Клод внимательно наблюдал за незнакомцем, который разговаривал с Сарой. Высокий, плечистый, с открытой улыбкой. [Он был, пожалуй, самым презентабельным из всех тех мужчин, что когда-либо вились вокруг его няни. В отличие от остальных, что трусливо ретировались после пары вежливых отказов, этот задержался надолго.] Но для Клода он был всего лишь очередным мотыльком, летящим на огонь.

«Даже не понимает, что няня улыбается ему просто из вежливости.»

«Похоже, он наивно полагает, что Сара действительно наслаждается его обществом.»

«Отвратительное зрелище.»

«Пытается заполучить ту, кто ему не по зубам.»

Клод и Мэй переглянулись. Слов больше не требовалось, они и так всё понимали друг о друге. Незримая рука поддержки соединила их в едином фронте.

«Пойди и скажи няне, что я упал.»

«Есть, господин Клод! Бегу!»

Мэй сорвалась с места, даже не обернувшись. А Клод, не колеблясь ни секунды, прилёг на пол с деланным страданием.

«А-а, молодой господин Амброзия?!»

Взоры детей и взрослых рядом устремились к нему, но Клода это нисколько не волновало. Вид мужчины, уступающего его отцу по всем параметрам, прильнувшего к его няне, раздражал его до глубины души.

«Госпожа Сара!»

Тем временем Мэй предстала перед Сарой с самым тревожным выражением лица.

«Мэй? Что случилось?»

«Это...это...» — девочка замялась, а затем прошептала Саре на ухо: «Господин Клод упал…и не может встать.»

«Что?!» — голос Сары сорвался от испуга.

[Не может встать?!] Лицо Сары тут же побледнело. В одно мгновение она забыла о существовании мужчины, с которым только что вела беседу, и бросилась прочь.

«П-постойте! Графиня Миллен!»

Незнакомец с тоской протянул к ней руку, но было уже поздно. Он потратил весь вечер, чтобы получить хоть несколько минут общения с Сарой Миллен после её первого танца с герцогом Амброзия. Он вырвал шанс у других претендентов, вьющихся вокруг неё, как пчёлы на мёд. И вот, всё исчезло за считанные секунды.

Мэй, наблюдая за этим, еле сдержала лукавую усмешку.

«Ах, простите, сэр.» — с вежливым реверансом сказала она. «Случилось нечто крайне важное для графини Миллен, потому она была вынуждена уйти, не попрощавшись.»

«Н-ничего страшного. Это…возможно,» — пробормотал мужчина, не в силах скрыть растерянность.

«Благодарю вас за ваше понимание.» — с сияющей улыбкой произнесла Мэй и приложила ладонь к сердцу, будто всерьёз тронута.

Повернувшись, она тихо пробормотала, достаточно громко, чтобы «бедняга» всё услышал:

«Госпожа Сара вообще не интересуется мужчинами.»

«…!»

Мужчина вздрогнул, осознав, что был безнадёжно отвергнут, и печально опустил плечи.