— Разель! — радостно закричал Рафель, размахивая руками, пока Тия раскачивала его на качелях. Под лучами сияющего солнца его лицо светилось от счастья. Разель, глядя на него, улыбнулась с тёплой нежностью и ответила тем же жестом.

Сегодня прошла ровно неделя с тех пор, как она стала женой герцога. Когда она провела в герцогском поместье месяц в качестве гостьи, она была чужой, временным жильцом. Но теперь, когда она вдруг стала хозяйкой, многое изменилось.

Прежде всего, Честер перестал называть её «леди» и начал обращаться «жена моя». Сначала это казалось непривычным, но со временем она свыклась с этим.

— Жена моя.

Однако, когда он вот так неожиданно произносил это слово, она всё равно вздрагивала. Было как-то слишком неловко.

— Да? — Разель посмотрела на Честера, который сидел рядом с ней на скамье в саду и, как и она, наблюдал за тем, как Рафель качается на качелях.

— Сегодня маркиз Хенерон прислал весточку. Он собирается уехать в загородный дом раньше, чем планировалось, так что Эйнсия прибудет в поместье раньше, чем мы ожидали. Вас это не смущает?

Рохан, стоявший неподалёку и до этого совершенно незаметный, был ошеломлён тем, насколько искусно его господин лжёт, не моргнув и глазом. Ведь всего несколько дней назад именно он собственноручно отправил письмо маркизу, убеждая того побыстрее уехать на отдых и не беспокоиться об Эйнсии, потому что её можно спокойно отправить в герцогское поместье.

Рохан только покачал головой, поражаясь тому, как стремительно Честер оттачивает своё актёрское мастерство.

— Конечно! — Разель обрадовалась новости о раннем приезде Эйнсии. — Теперь у Рафеля появится друг.

Это было хорошо для мальчика. К тому же, ей было любопытно — наконец-то она увидит главную героиню оригинальной истории своими глазами.

"Эйнсия, наверное, такая милая!"

Одна мысль о том, как два очаровательных ребёнка будут играть вместе, уже поднимала настроение.

По словам Тии, Эйнсия для своего возраста была довольно рассудительной… Разель не терпелось встретиться с ней.

— Ваша Светлость, пора заняться документами… — Рохан, стараясь сохранить терпение, напомнил о работе.

— Жена моя, — Честер перебил его, повернувшись к Разель. — Какие у вас планы после обеда?

— Не знаю… Но, Ваша Светлость, разве вы не заняты? — она бросила взгляд на Рохана, который выглядел так, будто вот-вот взорвётся.

Изменение, которое сильнее всего ощущалось с тех пор, как она стала супругой герцога, было именно этим: Честер не отходил от неё. Весь последний месяц, пока она гостила в особняке, он не проявлял такого рвения, но с момента свадьбы всё изменилось. Он был рядом за каждым приёмом пищи, сопровождал её во время прогулок, даже когда она играла с Рафелем. И особенно перед сном.

Конечно, ночи они проводили не вдвоём. Из-за Рафеля, который неизменно появлялся в спальне, уже неделю подряд они втроём спали в одной постели.

— Я не занят, — уверенно заявил Честер.

Каждую ночь вынужденно делить постель с племянником было достаточно мучительно, а потому он отчаянно пытался выкраивать время для уединения с Разель.

— Хаа… — Рохан не выдержал и тяжело вздохнул, потирая лоб.

«Не занят? Не занят?!»

Из-за того, что герцог уже неделю бегает за супругой, бумаги скопились в невообразимых количествах. К тому же оставались важные дела, требующие немедленного рассмотрения, например, разработка шахт на территории герцогства… Но, конечно же, он «не занят».

Рохан, стоя за спиной Честера, бросил на Разель умоляющий взгляд.

«Пожалуйста, спасите меня…»

— Идите, у вас же есть дела, — Разель, уловив его взгляд, подтолкнула Честера к работе.

Она наслаждалась этим временем, проведённым с Честером и Рафелем. Разве могло не нравиться общество дорогих сердцу людей? Однако Честер был не из тех, кто мог позволить себе праздность. В конце концов, он был главой дома Хейлосов.

Достаточно было одного взгляда на Рохана, который сейчас, сложив руки, умолял её взглядом. Даже если Честер откровенно уклонялся от своих обязанностей, закрыть на это глаза было невозможно.

— Я действительно не так уж занят…

— Закончив с делами, спускайтесь. Мы с Рафелем подождём вас. Пообедаем вместе.

Едва Разель предложила пообедать вместе, Честер резко поднялся.

— Я скоро вернусь.

Его длинные ноги уверенно понесли его в сторону особняка.

До сих пор Разель никогда сама не приглашала его на обед… Честер не мог сдержать улыбку, уголки его губ невольно приподнялись.

— Ваша Светлость! Подождите меня! — Рохан несколько секунд ошеломлённо смотрел, как легко Честер подчинился ей, но, опомнившись, поспешил за ним.

И в этот момент он понял: герцогиня в совершенстве овладела искусством приручения своего супруга. Если нужно было заставить Честера что-то сделать, достаточно было попросить Разель.

Разель смотрела ему вслед, а затем подняла взгляд к небу. Она уже осознала свои чувства к нему, но вот что делать дальше — не знала.

"У нас не совсем обычные отношения. В глазах общества мы состоим в браке, но наш союз лишь временный, заключённый по контракту. В этом договоре, составленном по обоюдному согласию, не оговаривается, что делать, если один из нас начнёт испытывать к другому чувства.

Да и что он чувствует ко мне? Судя по его поступкам, вряд ли можно сказать, что я ему безразлична… но если он сам ничего не говорит, как можно быть в чём-то уверенной?"

— Мя-яу.

Кот, запрыгнувший рядом с Разель, легонько ткнул лапкой в её ногу.

— Ты тут? — Разель, поняв этот немой сигнал, ласково провела рукой по его макушке.

— Похоже, ты решил остаться здесь навсегда.

Пока её не было, кот успел стать питомцем Рафеля. Разель слышала, что у Рохана аллергия на котов, но, похоже, Рафель так сильно привязался к нему, что решение оставить его в доме было неизбежным.

Кот довольно сощурился и заурчал, наслаждаясь её прикосновениями. Казалось, он всё больше погружался в безмятежную жизнь в роскошном особняке.

— Значит, ты выбрал меня своей хозяйкой?

Разель улыбнулась, глядя, как пушистая мурлыка почти растаяла под её рукой. Хотя кот категорически отказывался принимать ласку от других, её прикосновения явно ему нравились. Похоже, сама того не осознавая, Разель была выбрана в «прислугу».

— Джелли!

Громкий голос внезапно прокатился по саду, и Разель, услышав давно знакомый голос, мгновенно оживилась.

— Леди Кейси!

Она радостно встретила Кейси, с которой не виделась уже так давно.

— Поздравляю с замужеством, Джелли! Ой, теперь же надо звать вас «герцогиня»?

Кейси, держа в руках большую коробку, поспешила к Разель.

— Нет, зови меня как удобно. А что это?

— Ну конечно же, свадебный подарок! — с гордостью заявила Кейси и поставила коробку на скамейку.

— Но, честно говоря, я была в шоке, когда узнала, что ты вышла за Его Светлость! В тот раз ты же говорила, что он для тебя просто богач, и я была уверена, что у тебя к нему нет ни капли чувств.

— Ха-ха… ну, так получилось. Люди ведь меняются.

Разель неловко улыбнулась, слыша такой прямолинейный комментарий.

Да, тогда она действительно так думала.

Когда Кейси однажды спросила её, что она думает о Честере, Разель ответила, что он просто человек с деньгами. Казалось, что это было совсем недавно… Но когда же её чувства так изменились?

Она тихонько усмехнулась.

— Вы так хорошо смотритесь вместе! Именно поэтому я выбрала этот подарок. Мама говорила, что, если преподнести такую вещь, супруги будут счастливы в браке долгие годы.

Кейси самодовольно продолжила:

— Спасибо. Можно открыть прямо сейчас?

— Конечно!

Разель потянулась к коробке, украшенной лентой, и раскрыла её. Внутри оказалось… алое полотно.

На мгновение она даже не поняла, что это такое, и осторожно вынула ткань из коробки.

Кот, сидевший рядом, осознав, что это за вещь, в ужасе прикрыл глаза лапками.

— …

Разель тоже быстро поняла, что держит в руках, и замерла в молчании.

Подарок Кейси оказался не чем иным, как нижним бельём. Причём таким, в котором почти нечего скрывать.

— Продавщица в бутике сказала, что в этом белье семейная жизнь будет особенно счастливой!

Кейси, сияя улыбкой, добавила пояснение. Сложно было сказать, действительно ли она понимала смысл своих слов — её лицо оставалось совершенно безмятежным.

— Это точно одежда?

На белье это походило мало.

Разель, всё ещё растерянно рассматривая находку в своих руках, заметила, что Кейси не сняла ценник.

«Сколько же тут нулей…»

Она не могла понять, почему эта крошечная тряпка, которую, развернув, можно было бы собрать лишь в горстку, стоит так дорого.

— Сестра!

В этот момент издалека раздался голос Рафеля.

Разель повернула голову и увидела, как он спрыгнул с качелей, а затем, заметив Кейси, побежал к ним.

Она поспешно поблагодарила подругу и тут же спрятала бельё обратно в коробку, плотно её закрыв.

Кажется, самое подходящее место для него — под кроватью.

* * *

Честер был крайне недоволен происходящим.

— О, вы уже здесь, братец?

Он только что завершил работу и спустился вниз, но тут же увидел, что Кейси с сияющей улыбкой уже заняла место рядом с Разель.

— Леди сказала, что тоже ещё не обедала, так что я подумала, что могу присоединиться. Вы же не против?

— …Конечно, нет.

Он не мог прямо сказать, что против, и потому лишь натянуто улыбнулся, усаживаясь за стол.

Когда она успела прийти?..

Теперь, когда к ним присоединилась не только Кейси, но и Рафель, Честер был уверен: он не сможет и слова сказать Разель за этим обедом.

— Прошу.

Тем временем шеф-повар вынес из печи две румяные жареные курицы и поставил их на стол, после чего удалился на кухню.

От идеально запечённого мяса исходил восхитительный аромат.

— Джелли, какая часть тебе нравится больше всего?

— Мне — ножка, — Разель без колебаний ответила на вопрос Кейси. Всё-таки лучше всего в курице — это ножки.

— Крылья! А я люблю крылья! — Рафель замахал вилкой, громко выкрикивая свой выбор.

Так и начался обед.

Четверо человек, две курицы.

Четыре ножки — по одной на каждого. Вроде бы всё честно.

Но Честер, не раздумывая, взял нож, ловко отрезал куриную ножку и положил её на тарелку Разель.

Затем вторую.

А после и третью.

Вскоре её тарелка оказалась заполнена целой горкой куриных ножек.

Кейси смотрела на это с потрясённым выражением лица, а когда Честер принялся за последнюю оставшуюся ножку, не выдержала:

— Братец, у меня тоже есть рот, знаешь ли.

— Правда? Не знал.

Честер даже не взглянул на неё и, как ни в чём не бывало, положил последнюю ножку на тарелку Разель.

Перед Кейси осталась только груда сухой грудки.