На следующее утро.

Возможно, из-за смены обстановки Разель проснулась раньше обычного.

Судя по тому, что за окном по-прежнему царил мрак, рассвет еще не наступил.

Она осторожно приподнялась и посмотрела на тех, кто спал рядом. Рафель, раскинувшись по ширине кровати, спал с открытым ртом, а Честер, словно каменное изваяние, даже не шелохнулся. У его ног, свернувшись клубком, мирно посапывал кот, негромко урча во сне.

Разель обхватила руками колени и, опершись на них лицом, долго разглядывала их.

Возможно, потому что теперь они официально состояли в браке, но этот момент был так похож на сцену из жизни настоящей семьи.

— Ммм… Желе-е... Обожаю… — пробормотал во сне Рафель.

Разель невольно улыбнулась.

Похоже, в своих грезах он лакомился сладостями, потому что его маленькие губы шевелились, будто он что-то жевал.

Опасаясь, что длинная челка может щекотать ему лоб, Разель осторожно провела рукой по его мягким волосам, отбрасывая пряди назад. Даже во сне Рафель ощутил прикосновение и улыбнулся во весь рот.

Ее взгляд, задержавшись на мальчике, вскоре плавно сместился в сторону. Честер, обладавший точно таким же цветом волос, как у Рафеля, спокойно спал рядом.

«Сегодня ночью можешь даже не мечтать о сне.»

Вспомнив его слова, сказанные накануне, Разель тихо усмехнулась.

"Мужчина должен побеждать ночью", "даже не думай о сне…"

Где же он нахватался всех этих странных фраз?

Это было, пожалуй, самым шокирующим из всего, что ей доводилось слышать за последнее время.

«Возможно, он действительно прилагает усилия к этому браку.»

Может быть, именно поэтому он повсюду ищет советы и пытается им следовать… Хотя Разель по-прежнему не могла с уверенностью сказать, что именно у него на уме.

Ее взгляд задержался на Честере, который спал спокойно и неподвижно, и, невольно коснувшись своих губ, она вспомнила, как накануне они едва не соприкоснулись. Хотя поцелуя так и не случилось, его горячее дыхание скользнуло по ее коже, оставляя после себя чувство жжения, которое, казалось, не угасло до сих пор.

Сердце дрогнуло. И вместе с этим в памяти промелькнули все моменты, проведенные рядом с ним.

«Давайте поженимся.»

«Называйте меня Честер.»

«Я всегда хотел произнести ваше имя.»

«Вы плачете… И это нормально?»

«Вы – единственная причина моей улыбки.»

«Потому что это опасно… Я... для вас…»

От его предложения о браке до момента, когда он, будучи пьяным, говорил невнятные вещи, от нападения, в результате которого он получил ранение, до того, как он поцеловал ее руку…

Разель увидела во всем этом одну общую черту — тот, кто всегда казался холодным, теперь все чаще улыбался, глядя на нее. А еще… Она сама, смотря на него, тоже улыбалась.

— …Веразель…

В этот момент, погруженная в мысли, она вдруг услышала слабый голос. Разель вздрогнула и резко повернула голову.

"Неужели он проснулся?"

Но Честер по-прежнему оставался с закрытыми глазами. Просто бормотал во сне.

"Что же ему снится, если он зовет меня даже во сне?.."

Разель тихо усмехнулась и осторожно пошевелилась, намереваясь выбраться из постели. Похоже, она уже выспалась, так что можно было бы выпить чашку чая…

Она осторожно приподнялась, стараясь не разбудить тех, кто еще крепко спал, но в тот же миг большая теплая ладонь накрыла ее руку, прочно удерживая ее на месте. Она застыла.

— Жена моя…

Низкий, только что пробудившийся голос, прорезавший тишину, пронзил ее сердце. Разель повернула голову, глаза ее дрожали.

— Доброе утро.

Честер, неведомо когда проснувшийся, смотрел на нее с мягкой улыбкой.

Она растерянно посмотрела его слегка взъерошенные волосы и лицо, лишенное обычной сдержанности, будто еще не до конца очнувшееся ото сна. Но больше всего взгляд ее притягивали приподнятые уголки его губ. Свежесть утренней зари, заглянувшей в окно, казалось, отражалась в этой улыбке.

Фраза «жена моя», прозвучавшее в ушах, словно затормозило время — теперь их мир двигался иначе, медленно, наполненный только ими двоими.

Сердце охватил жгучий жар, перед глазами все поплыло, а пульс учащенно застучал.

Разель не могла вымолвить ни слова. Она лишь опустила взгляд и посмотрела на свою руку. Он держал ее. Как всегда — крепко. А она… Она уже вся утонула в его тепле.

— Жена?

Когда она так и не ответила, Честер обеспокоенно приподнялся.

Тогда Разель сжала его ладонь в ответ и, подняв взгляд, улыбнулась, ее щеки пылали румянцем.

— Да. И вам доброе утро, Ваша Светлость.

Она не могла больше отрицать очевидное.

Это были не мимолетные чувства. Она действительно любила Честера.

* * *

В тот день после обеда.

Честер выглядел крайне серьёзным.

Он думал, что, поженившись с Разель и начав жить под одной крышей, они смогут проводить вместе гораздо больше времени. Однако это оказалось величайшим заблуждением.

Рафель, словно пытаясь восполнить время, проведённое в разлуке, теперь не отходил от Разель ни на шаг. Будто цикада, вцепившаяся в старый ствол дерева.

— Жена м...

— Разель!

Как только Честер открывал рот, чтобы позвать её, Рафель тут же перебивал его, выкрикивая имя Разель ещё громче.

Даже во время совместных трапез Рафель полностью перетягивал на себя внимание и безраздельно властвовал над атмосферой, будто бы Разель существовала только для него.

— Посмотри! Я ем брокколи! — радостно воскликнул мальчик, ловко подцепив вилкой зелёное соцветие и отправив его в рот, после чего принялся с аппетитом жевать.

— Какой же ты молодец, Рафель! Если будешь так хорошо есть, вырастешь большим и сильным! — Разель, сияя улыбкой, начала рассыпаться в похвалах.

Честер чувствовал себя одиноким. Хотя за столом сидели трое, создавалось впечатление, будто существует лишь двое.

Нет, правильнее было бы сказать, что ощущение было такое, словно женаты вовсе не он с Разель, а все трое.

— Хаа... — с тяжёлым вздохом Честер опустился в кресло в своём кабинете после обеда.

Если утром ему ещё удавалось смириться с таким положением дел, то за обедом он надеялся спокойно провести время с женой. Однако его план с треском провалился, потому что Рафель быстро расправился с едой и тут же начал упрашивать Разель пойти с ним поиграть.

— Вчера ничего не вышло? — осторожно поинтересовался Рохан, внимательно наблюдая за выражением лица Честера.

Он ведь так старательно изучал книгу, искал советы и передавал их герцогу, а теперь тревожно гадал, не ошибся ли где-то.

— Нет.

Совет Рохана, конечно, был полезен, но в итоге оказался бесполезным.

Потому что прошлой ночью, из-за этого проклятого кота, им пришлось спать вчетвером.

— Но почему вы выглядите так, будто совсем не в духе?

— Кажется, что вместо меня женился Рафель, — Честер с мрачным видом принялся надавливать пальцами на нахмуренный лоб.

— Милорд… Вы же не ревнуете к молодому господину? — с усмешкой спросил Рохан, пытаясь разрядить напряжённую атмосферу.

Но в ответ не последовало ни слова. Лицо Честера стало ещё более угрюмым.

Только тогда до Рохана дошло.

Этот человек говорит совершенно серьёзно. Он действительно ревнует жену к своему племяннику.

— Милорд… Господину Рафелю всего пять лет.

Рохан посмотрел на Честера с выражением, умоляющим образумиться.

— Знаю, — Честер недовольно поморщился, словно ему неприятно было слышать эти слова.

Реплика Рохана заставляла его казаться узколобым, мелочным дядей, и это вовсе не радовало.

Пять лет… Совсем ещё мал. Возраст, когда ребёнку нужен взрослый, который будет рядом. Когда его любопытство только набирает обороты, а желание бегать и резвиться становится неугасимым.

И вдруг — словно молния пронзила голову Честера.

— Рохан.

— Да?

— Немедленно свяжись с торговыми рядами Смактр. Скажи, что я хочу купить магазин.

* * *

— …И что это всё значит?

Разель стояла в комнате, ошеломлённо оглядываясь по сторонам.

Комната, которая прежде использовалась как гостевая, незаметно превратилась в магазин. Точнее, в тот самый рынок «Смактр», где Рафель купил рюкзак в виде звезды.

Будто его просто перенесли сюда целиком — до мельчайших деталей.

— Рафель, тебе нравится?

— Дядя — лучший!

Рафель в восторге носился по… нет, не по магазину — по комнате. Честер не мог скрыть удовлетворённую улыбку. На перенос торговой лавки из рядов Смактр в герцогскую резиденцию ушло меньше шести часов. И главное — он сумел отвлечь внимание Рафеля.

Такого количества товаров племяннику точно хватит, чтобы играть здесь месяцами и даже не заскучать. Тем более, это не просто игрушки, а волшебные артефакты, в которых заключена магия.

Теперь он вряд ли будет так часто искать Разель.

— Ха… — Разель не находила слов.

Она предупреждала, что покупать — его право, но стоило ли приобретать вещи, в которых нет острой необходимости?

И всё же он это сделал.

Теперь в одной комнате собрались трое человек, с совершенно разными выражениями лиц — Разель была возмущена, Честер доволен, а Рафель взволнован и счастлив.

Но в ту же ночь Честер осознал, что его план потерпел фиаско. Он, надеясь незаметно провести ночь в спальне Разель, вошёл в комнату и застыл на месте.

— Дядя! Быстрее! Ложись сюда!

Рафель, уже уютно устроившийся в постели, радостно смеялся и хлопал по простыням, приглашая его лечь рядом. Тогда Честер понял.

Придётся привести Эйнсию раньше, чем он планировал.

Дело не в вещах, а в людях. Если Эйнсия приедет, у Рафеля появится друг-ровесник, а значит…

Тогда он сможет заполучить Разель только для себя.

Но это было его величайшим заблуждением. Вскоре он поймёт: недостаточно одного Рафеля, теперь у него появился ещё один конкурент — Эйнсия.