Чжоу Юань ощутил смущение. Он был уверен, что после сегодняшних событий Мяомяо точно узнает его, однако его ожидания оказались напрасными. После недолгих раздумий ему стало ясно, почему же так вышло. В детстве Мяомяо большую часть свободного времени проводила дома и мало контактировала с тем, что находится за его пределами. Другими словами, Чжоу Юань и Мяомяо слишком мало общались, поэтому неудивительно, что в потоке новых знаний и знакомств Мяомяо забыла старого друга, покинувшего её окружение.

Чжоу Юань уже многие годы не ощущал смущения. Видимо, этот день был особенным в его жизни.

— Ты вспомнила меня? — с надеждой спросил он.

— Да, — кивнула Мяомяо.

Оба замолчали, не зная, что сказать следом. Казалось, друзья стали друг другу настолько чужими, что остался лишь расплывчатый намёк на былую связь.

У Мяомяо сохранилось мало воспоминаний о детстве. Она лишь помнила, что прошла через боль, залечивала шрамы и играла с одноклассниками.

Старые друзья были слишком смущены, чтобы что-то сказать.

Особенно это касалось Мяомяо, истощённой после сегодняшних потрясений. Она была истощена душевно и физически, что придавало ситуации ещё большую неловкость.

Вернувшись домой, Мяомяо в первую очередь принялась искать в своей комнате предметы из своего детства.

После переезда она обнаружила множество вещей, оставшихся со времён её обучения в начальной школе, сложенных в коробку и убранных в дальний угол комнаты.

— Что ты ищешь, Мяомяо? — с удивлением спросила тётя Хуа.

— Помнишь одноклассника, которого звали Чжоу Юань? Он учился со мной в начальной школе.

Конечно же, тётя Хуа помнила Чжоу Юаня и не только его самого, но и печаль, охватившую Мяомяо после его ухода.

Когда Чжоу Юань ушёл в университет, тётя Хуа старалась успокоить Мяомяо, говоря, что он будет возвращаться домой по выходным, и, поскольку они скоро будут жить в одном районе, друзья смогут созваниваться и гулять вместе, однако семья Чжоу переехала в другой район и больше до Чжоу Юаня дозвониться не получилось.

Мяомяо грустила об уходе друга, и потому тётя Хуа перестала о нём напоминать. Постепенно воспоминания об однокласснике стёрлись детской забывчивостью.

В своё время Чжоу Юань произвёл на тётю Хуа сильное впечатление. Теперь, когда её дочь выросла, она решилась открыто поговорить с ней о том юноше.

— Когда ты поступила в начальную школу, Чжоу Юань стал твоим первым соседом по парте. Он помог починить планшет и купил тебе умные часы. Вы были очень близки.

Мяомяо на мгновение застыла: Чжоу Юань до сих пор помнил её, а вот она его уже забыла. Обдумав слова матери, Мяомяо устыдилась.

— Я помню только, что кто-то со мной был. Единственное, что я запомнила — расплывчатый образ, ушедший в самый дальний угол моей памяти.

Тётя Хуа была ошеломлена. Она понимала, что горькая правда может разрушить представления тех, кому она адресована, и поэтому не стала рассказывать Мяомяо о том, что Чжоу Юань оборвал контакты с друзьями и даже перестал отвечать на сообщения в WeChat. Мяомяо долгое время переживала потерю близкого друга и осознавала, что ему нет дела до маленьких детей вроде неё.

— А чего ты вдруг о нём вспомнила? — спросила тётя Хуа.

— Мы снова сидим за одной партой. Сегодня я его не так поняла и из-за этого оклеветала, — ответила Мяомяо, перебирая старые вещи. — Оказывается, он меня ещё помнит.

В коробке лежало всё, что Мяомяо успела накопить; игрушки, куклы, заколки для волос, подарки одноклассников, полученные по окончании начальной школы, и открытки надёжно сохранились в укромном месте.

Воспоминания — это чудо. Хотя детство Мяомяо уже не вернуть, погружаясь в свои воспоминания, она всё отчётливее видела события из детской поры. При виде подарков Мяомяо вспомнила, как на церемонии выпуска из начальной школы одноклассники обнимались, плакали и обещали, что будут навещать учителей и оставаться на связи.

Действительно, несколько раз Мяомяо в компании Цзинцзин и Дэн Фэна заглядывала в начальную школу. Друзья проводили многие часы в окрестностях своей первой школы, однако остальных одноклассников так и не встретили.

Мяомяо нашла коробочку. Её содержимое уже забылось.

Сняв крышку, она обнаружила три подсолнуха, нарисованных на листе бумаги.

Тётя Хуа вспомнила события, связанные с этим рисунком.

— Перед уходом Чжоу Юаня из школы ты поскребла свои накопления и купила ему подсолнухи в качестве прощального подарка, но так и не смогла их ему передать. После переезда семейства Чжоу на новое место ты нарисовала эту картину, — задумчиво объяснила она. — Кстати, я клубники помыла. Хочешь? В детстве ты очень любила клубнику, а сейчас её почти не ешь.

Просматривая детские рисунки, Мяомяо вдохнула клубничный аромат. Внезапно запылившиеся воспоминания из детства заполонили её сознание и, казалось, вернули её в прошлое.

Мяомяо резко встала, будто вспомнила нечто важное.

Она была поражена. От обрывков давно забытых воспоминаний, всплывающих в её мыслях, в уголках глаз выступили слёзы. Аромат клубники, будто нить, привел её к воспоминанию, обладающему таким же запахом.

Глаза Мяомяо покраснели от слёз. Она ощутила такое знакомое, и в то же время казавшееся ей незнакомым ощущение, будто мысленно возвращалась к той слабой, одинокой, многого не знающей девочке, которая, вопреки слабости и незнанию, всем сердцем желала познать и принять эту жизнь и её чудеса.

Эмоция, ощущаемая Мяомяо, придавала ей спокойствие и погружала её в океан тепла и уюта.

На следующий день Мяомяо решила пойти в школу со старым рюкзаком. Рисунок подсолнечников также находился в нём. Мяомяо казалось, что она несёт на спине всё своё детство.

После стольких лет счастье детской поры вернулось к Мяомяо. Перебрав старые вещи, она вновь ощутила восторг той жизни и осознала, насколько ей повезло расти в таком дружном и добром школьном коллективе.

И всё же мысли о юном гении Чжоу Юане, ушедшем из начальной школы в университет, не давали ей покоя.

«Почему же он вернулся в школу?» — размышляла она.

По приходе в школу Мяомяо заметила, что Чжоу Юань ещё не прибыл, и достала рисунок из рюкзака.

Следом за ней в кабинет вошли одноклассники.

— Доброе утро, президент. Наконец-то, твоё лицо пришло в норму, — приветствовали они Мяомяо, проходя на свои места.

Мяомяо приветствовала одноклассников в ответ. Раньше она всегда считала, что среди друзей наибольшее влияние в детстве на неё оказала Цзинцзин.

Теперь же ей стало ясно, что на самом деле больше всего на неё повлиял Чжоу Юань, по крайней мере, на подсознательном уровне.

Во время совместного обучения в начальной школе именно от него Мяомяо, сама того не зная, переняла те качества, которыми обладает сейчас.

Внимательно рассмотрев рисунок, Мяомяо ошеломлённо откинулась на спинку стула. Она представляла, в какое смущение вогнала Чжоу Юаня, когда сказала, что наконец-то вспомнила его, и понимала, что извинения бы лишь усугубили ситуацию.

Как бы Мяомяо и Чжоу Юань ни были близки в начальной школе, сейчас они друг для друга — посторонние. С момента их первой встречи прошло уже десять лет, поэтому Мяомяо не сохранила о нём никаких значимых воспоминаний. Их воссоединение вылилось в конфликт из-за того, что Мяомяо оклеветала юношу и не смогла сразу узнать в нём старого друга.

Мяомяо поразмыслила над ситуацией и положила рисунок под столешницу на стороне Чжоу Юаня: она вспомнила, что именно так поступала в начальной школе.

В то время Мяомяо имела сильное желание подарить что-нибудь Чжоу Юаню перед его уходом. Ей хотелось, чтобы он всегда помнил о ней.

Книги Чжоу Юаня, никем не тронутые, лежали аккуратной стопкой на краю парты.

Мяомяо прождала Чжоу Юаня всё утро, однако он так и не появился.

Будучи старостой класса, она решила спросить об отсутствии Чжоу Юаня у классного руководителя.

— Не думаю, что он придёт, — ответил он.

— Почему? — напряжённо спросила Мяомяо, обдумывая слова учителя. — Это из-за того, что я его оскорбила?

— Может, и из-за этого.

Мяомяо в нарастающей панике вышла из учительской. Очевидно, вчера она перегнула палку.

Спустя мгновение задумчивости Мяомяо вновь зашла в учительскую, спросила адрес Чжоу Юаня и в полдень, сев в такси, отправилась к указанному дому.

Тревога глодала Мяомяо, но та всё же решилась позвонить в дверь. Вскоре ей открыли.

Заглянув в дверной проём, Мяомяо увидела Чжоу Юаня, говорящего с кем-то по телефону.

— Вы и сами сможете разобраться, моё участие необязательно, — холодно ответил он собеседнику и, отключившись, взглянул на Мяомяо. — В чём дело?

После вчерашней клеветы в адрес Чжоу Юаня Мяомяо не знала, как с ним заговорить.

«Перейду сразу к делу», — с трепетом решила она.

— Во-первых, я хочу извиниться за то, что оклеветала тебя. Беру на себя всю ответственность за ситуацию и её последствия. Во-вторых, прости, что забыла о тебе.

В глазах Чжоу Юаня читалось удивление. Он был рад видеть, что Мяомяо смогла оправиться от детских травм. Видимо, рядом с ней всегда были те, кто готов её поддержать.

— Ничего страшного, я тебя понимаю. Проходи, присаживайся. Может, пить хочешь?

Войдя в квартиру, Мяомяо обнаружила, что в ней совсем мало мебели. Тем не менее, помещения оказались довольно чисто убраны.

— Ну так что, ты придёшь вечером в школу? — спросила она, присев.

Воспаление сошло с лица Мяомяо. Теперь она пристально смотрела на Чжоу Юаня большими, влажными глазами.

Чжоу Юань подал Мяомяо чашку воды.

— Так значит, президент пришла отчитать прогульщика? — с улыбкой спросил он.

— Нет, я… просто хотела извиниться за вчерашний скандал.

Чжоу Юань хотел сказать, что больше в школу не придёт, однако не смог найти в себе силы сообщить об этом.

Как ему помнилось, в детстве он всегда соглашался выполнить любую просьбу Мяомяо, даже если она и была способна самостоятельно справиться с возникшей задачей.

После ухода из школы Чжоу Юань не решался связаться с Мяомяо, опасаясь, что в таком случае неизбежно вернётся в начальные классы, к тому же Цзинцзин оставалась рядом с ней.

В мгновение ока из робкой девочки, стыдливо краснеющей при ответе на уроке, Мяомяо превратилась в старосту класса, способную решать возникающие задачи самостоятельно. Она научилась пресекать проделки мальчиков и придала девочкам уверенности в себе. За это время она решилась избавиться от шрамов хирургическим путём и даже пережила смерть бабушки и прабабушки.

Более Мяомяо не считала Чжоу Юаня своим другом, ведь он давным-давно покинул её.

— Если хочешь, я проедусь с тобой до школы, — предложил Чжоу Юань, нахмурив брови.

— Значит, ты возвращаешься в школу? — удивилась Мяомяо.

— Естественно, президент, иначе бы твоя поездка оказалась напрасной.

Мяомяо вздохнула с облегчением.

Одноклассники вошли в лифт. Им было неловко находиться вдвоём в тесном пространстве.

Мяомяо думала, что ей сказать, чтобы оборвать неловкое молчание, но в голову ей ничего не приходило.

Заметив робость Мяомяо, Чжоу Юань вспомнил их первую встречу: тогда её выражение лица было точно таким же.

Чжоу Юань осознал, что ему и самому нечего сказать. От обсуждения детских воспоминаний он сразу же отказался, а коммуникативного опыта в целом и с девушками в частности ему не хватало.

Начать беседу оказалось на удивление трудно.

— Спасибо, что заботился обо мне в детстве, — решилась разорвать тишину Мяомяо.

— Не стоит меня за это благодарить, — ответил Чжоу Юань и лифт снова погрузился в тишину.

К счастью, в этот момент лифт достиг первого этажа. Одноклассники вышли из кабины и освободились от наплывшей на них неловкости.

После короткой поездки Мяомяо и Чжоу Юань вошли в школу. В это время по расписанию был перерыв на сон. Некоторые ученики разъехались на отдых по домам, другие же отсыпались в общежитии.

Кабинет был пуст. Как только одноклассники вошли, кто-то позвал Мяомяо по имени.

Мяомяо оглянулась и увидела старосту пятой параллели.

Несмотря на вражду параллелей, Мяомяо и староста пятой параллели старались поддерживать дружественный тон в общении. Поскольку руководство школы считало параллели братскими классами, они часто выполняли совместную работу.

— В чём дело? — спросила Мяомяо и подошла к коллеге.

— Учитель просил провести учёт учеников, которым оказывается материальная помощь. Я хочу, чтобы ты помогла ещё двоим ученикам из моего класса оформить получение пособия.

— Я хотела попросить тебя о том же. У нас лимит выплачиваемых пособий исчерпан и, вообще-то, я думала, что твоим одноклассникам ещё хватит пособий.

— Так ты уже провела учёт? Насколько я помню, ты отпрашивалась пару дней назад.

Мяомяо задумалась.

— Я закончила учёт прошлой ночью. В нашем классе у троих учеников есть документ, подтверждающий низкий доход, ещё четверо подтвердили, что происходят из малоимущих семей. Все заявления на получение пособий проверены лично мной.

Более не имея вопросов к Мяомяо, староста пятой параллели вернулась в свой класс.

После разговора Мяомяо стрелой метнулась к компьютеру, стоящему в кабинете, и, перечитав заявления, врученные ей одноклассниками, стала вносить их в базу данных.

— Тебе нужна помощь? — спросил Чжоу Юань.

— Спасибо, конечно, но я успею закончить работу самостоятельно, — ответила Мяомяо, её пальцы продолжали летать по клавиатуре. В этом деле она обладала гораздо большим опытом, к тому же наличие в кабинете всего одного компьютера создавало неудобства, когда кто-то, стараясь помочь, по ошибке повреждал систему.

Завуч потребовал отослать заполненные бланки к следующему полудню, однако староста пятой параллели решила повременить с отправкой. Если бы она сразу выслала документы, это означало бы, что несколько её одноклассников останутся без пособий.

Первые месяцы обучения в старших классах из-за трудностей с оформлением документов старосте пятой параллели даже не удавалось посещать занятия. В то время разобраться с документами смогли лишь пятеро учеников из её класса. Как позже сообщил завуч, в каждом классе лишь десятерым учащимся позволено оформить документы на получение пособий. Пока староста пятой параллели горестно объясняла одноклассникам, что для них лимит выплачиваемых пособий исчерпан, Мяомяо продолжала работу с документами, считая, что государство обязано распределять пособия между классами поровну.

Как было известно Мяомяо, некоторые из её одноклассников переживают финансовые трудности, однако они не успели вовремя подать заявление на получение пособий, стыдясь афишировать своё положение.

Отец Мяомяо по выходным работал во фруктовом саду, а потому Мяомяо решила устроить туда же своих малоимущих одноклассников, чтобы те смогли обеспечить себе заработок. После того, как завуч рассмотрел возникшую ситуацию на совещании, Мяомяо напомнила одноклассникам поскорее решить вопрос с документами. В итоге все, кто подтвердил своё бедственное финансовое положение, признали, что в бедности нет ничего постыдного.

Гибкие пальцы Мяомяо летали по клавиатуре, а глаза отслеживали каждую деталь, что позволяло ей избежать ввода ошибочной информации, ведь точность ввода определяла, будет ли одноклассникам произведена выплата.

«Личные данные, информация о карте, заполнение бланка...» — думала Мяомяо, заполняя одно поле за другим.

От обработки такого объёма данных Мяомяо ощутила усталость в глазах, однако ей всё же удалось выполнить задачу.

Потерев глаза, она перечитала введённую информацию и обнаружила, что в этот раз заявление подали двенадцать учеников, на два больше положенного.

Ещё раз проверив данные, Мяомяо осознала, что у всех учеников, подавших заявление, финансовая ситуация весьма плачевная.

Половина класса Мяомяо состояла из отличников и хорошистов, что усложняло определение, кому же достанется пособие.

Впрочем, Мяомяо предполагала, что подобное случится.

Вскоре одноклассники, один за другим, вернулись в кабинет.

Завершив обработку документов и отослав список заявлений завучу, Мяомяо подошла к члену клуба искусств, сидящему за задней партой.

— У Лан, у тебя с собой есть телефон? — спросила она.

— Да, — ответил одноклассник, протягивая устройство. — А что?

— Я уронила свой. Можно воспользоваться твоим?

— Ну давай.

Чжоу Юань, наблюдавший за тем, как Мяомяо берёт чей-то телефон, понял, что теперь он для неё — просто знакомый.

Взяв телефон и документы, Мяомяо направилась в учительскую.

Очевидно, Чжоу Юань многое пропустил: за эти годы робкое дитя успело повидать жизнь и повзрослеть.

Процесс взросления Мяомяо казался Чжоу Юаню совсем незаметным, поскольку юноша не смог застать эту короткую пору в жизни одноклассницы. Потерю, которую он переживал в этот момент, было не передать словами.

В короткий миг самоанализа Чжоу Юань ощутил, как в его сознание закрадывается ощущение неопределённости. Он не понимал, сожалеет ли о решении, принятом в детстве, или всё же нет.

Чжоу Юаню казалось, что учёба в университете и заработок денег принесут ему радость, но, как выяснилось, он ошибался.

Ему было бы гораздо приятнее общаться с глупеньькой подружкой, чем с тем, кто готов в любой момент предать его ради власти и денег.

Чжоу Юаню вспомнились слова матери: «В университет ты можешь пойти когда угодно, а вот детство проживёшь лишь раз. Ты рискуешь пожалеть о своём решении».

В то время Чжоу Юань настаивал на том, что презирает жизнь младшеклассника и никогда не будет сожалеть о сделанном выборе.

Наконец, Чжоу Юань получил то, чего желал, однако заплатил за это высокую цену. Он ушёл из начальной школы и вступил во взрослую жизнь раньше срока.