И, наконец, этот день настал.

Шейн случайно встретил главную героиню - святую Женевьеву, и привёл её во дворец.

[Говорили, это была случайность: она оказалась на званом приёме, куда её будто бы пригласили случайно, и там впервые проявила свои святые способности.]

[Никакая это не случайность. Это судьба.]

И только Адалин знала правду.

Мир сам подтолкнул главного героя и святую друг к другу.

[Женевьева - единственная, кто мог спасти этот мир. Та, кто обретёт её, гарантирует своему народу процветание.]

[Это как выиграть главный приз в лотерее.]

[Стоило лишь заметить её, и сразу же присвоить. Именно так поступил Шейн, как только понял, кто она.]

[Пока что он мог и не любить Женевьеву, ещё. Но это было делом времени.]

Со стороны Адалин видела: её жених, стоящий рядом со святой в роли покровителя, наконец-то занял своё место в этом мире.

[Я знала. Ты никогда не принадлежал мне.]

Она лишь отводила взгляд, когда ловила на себе его глаза.

***

[Подготовка к выживанию в этом романе шла по плану.]

Она заранее подружилась с боссом преступного клана, ещё до того, как тот обрёл власть.

Стала надёжной союзницей наследного принца и завоевала его доверие.

Спасла ребёнка, которому было уготовано стать убийцей, теперь он служил ей.

Адалин была доброжелательной, мудрой, и заботилась о своей репутации. К счастью, люди её любили.

Даже когда поползли слухи, будто Женевьева - не настоящая святая, а Шейн - вовсе не её защитник, а любовник, Адалин стойко оставалась на стороне девушки.

Единственным человеком, от которого она сознательно отдалилась, был сам Шейн.

Она не раз просила его расторгнуть помолвку и быть рядом со святой. Всё шло к этому. Так было написано.

«Постарайся, Шейн. Все хотят, чтобы ты был со святой.»

«Ещё раз скажешь такое, и я серьёзно рассержусь, Адалин.»

«А за что злиться? Я не шучу. Мне правда всё равно.»

«Мне не всё равно. Я думаю только о тебе. Я не разорву нашу помолвку, забудь об этом.»

[Он пока не осознаёт своих чувств.] - подумала Адалин.

Но всё равно подготовила для себя тихий, благородный уход.

Она выбрала день, когда на святую напал наёмный убийца, подосланный магом.

Именно тогда она кинулась вперёд, заслонив Женевьеву собой.

«Нет! Адалин!»

«Адалин!!»

«Ааах…»

[Это действительно больно. Даже несмотря на то, что она приняла обезболивающе.]

Кровь хлестала по-настоящему.

[Чёрт…надо было взять дозу покрепче…]

[Если бы Женевьева уже пробудилась как святая, то могла бы исцелить любые раны.]

[Но пока нет, это был единственный шанс.]

[Она не поверит, пока сама не увидит крови и боли…]

Женевьеве нужно было пробудиться, через смерть Адалин.

[Даже если сцена и причина отличались от оригинального сюжета, увидеть, как кто-то умирает у тебя на глазах, невозможно не поверить.]

Но вдруг, словно из ниоткуда, появился Шейн.

[Он, который обычно всё время в разъездах. Как?]

«Нет, Адалин! Чёрт возьми, зови лекаря, немедленно!»

«Шейн…»

[Больно, идиот…Не тряси меня…]

«Только не закрывай глаза! Не смей! Очнись, слышишь?!»

[Что он будет делать, если она всё-таки умрёт?] Даже сейчас, в аду боли, её разум спасался глупыми мыслями.

[Это был тот самый момент…]

Момент, которого она так долго ждала.

Момент, чтобы уйти. Оставить этот мир главных героев.

Глаза Шейна были полны слёз. Чистых, как стекло. Они падали на её щёки - тёплые, живые.

«Посмотри на меня, Адалин. Посмотри, прошу тебя…»

Она медленно моргнула. Шейн почти закричал, прижимая её к себе.

«Зачем ты это сделала? Почему ты…»

«Я должна была защитить святую…она - единственная…важная…»

«Нет никого важнее тебя! Прекрати говорить глупости!»

«Шейн… та, кого ты привёл…»

«…Не зови меня так…Только не сейчас…Не уходи…Посмотри на меня, прошу…»

Было оглушительно…

[С каких пор у Шейна такой громкий голос?]

[Или он всегда был таким, с тех пор, как они дружили в детстве?]

Адалин прошептала:

«Я…ничего не вижу…»

«Если ты уйдёшь, я никогда не прощу тебя! Слышишь?! Нет…нет…»

Он сжимал её крепче, его плечи дрожали, а лицо было искажено болью.

Даже у Адалин, привыкшей держать всё под контролем, в груди защемило.

Он рыдал. Не плакал - рыдал, как зверь, потерявший детёныша.

Он всё ещё был тем самым, прежним, невинным Шейном. Тем, кого она знала.

[Я никогда не буду мешать твоему будущему, Шейн.]

[Ты должен быть счастлив. По-настоящему.]

[Прости, что показала тебе себя такой…]

«Если забудешь меня, будет не страшно…Нет. Ты должен забыть меня. Слышишь? Если ты заботишься обо мне, будь…счастлив…»

«Не смей, Адалин! Не умирай!»

[Люби. И пусть тебя тоже любят. По-настоящему…]

«Прощай…»

[Это была безупречная игра.]