Адалин была жестока. По-настоящему жестока, и с Шейном, и с Женевьевой.

[Она не была бессердечной, просто…она отчаянно хотела выжить.]

[Понимая, что не заслуживает прощения ни от одного из них, она и не собиралась просить. Она спасла себя, ценою их доверия.]

И каждый раз, когда в взгляде или поведении Шейна проступало что-то из прошлого, она сжимала кулаки и заставляла себя не верить.

[Нет. Не может быть. Серьёзно? Неужели? Нет, я не настолько наивна. Прошло пять лет. Я теперь совсем другой человек…обманщица. Нет, точно нет…]

[Было бы проще, если бы она действительно ничего не понимала. Если бы могла поверить, что Шейн просто её ненавидит, это было бы легче.]

[Я ведь ему ничего не объяснила, пусть ненавидит сколько хочет.]

Адалин действительно не рассказала ему ни слова.

[Но и объяснять было нечего. Как такое вообще объяснишь? Скажи кому, не поверят.]

[Это всё из-за кошмаров, звучит нелепо, как оправдание.]

[Даже если для неё это был вопрос жизни и смерти.]

[А, в том сне - стоило ей попытаться сказать правду, и её сразу же убили.]

[Это была её первая жизнь, где смерть дышала в затылок на каждом шагу.]

[Как она могла тогда решиться на откровенность?]

[Нельзя рисковать вслепую, когда ставки - жизнь.]

[Она всё ещё не знала, кто именно был колдуном. История не закончилась.]

[Может, всё завершится не счастливым концом главной героини, а смертью злодейки?]

[А, романы, вообще-то, всегда были про борьбу героини и антагониста?]

[Словно потная спортивная манга.]

[Раз жанр изменился, то и концовка, наверное, теперь другая.]

[И всё же - её цель осталась той же.]

[Не стать частью этого сюжета.]

[Не позволить себе снова стать марионеткой. Не позволить кошмарам вернуть её туда, где все желают ей смерти.]

[Эти сны…только побывав там, можно понять, что это за ад.]

[Когда сам мир говорит: ты лишняя.]

[Что все станут счастливы, если тебя не будет.]

[Когда люди двигаются по чужому сценарию, а ты - одна. Посторонняя.

До того, как всё повторится, Адалин хотела уйти подальше от главных героев. Найти безопасную жизнь.]

[Но…возможно, побег не был правильным выходом.]

[Всё, чего она добилась за пять лет - это похищение, заточение и насильственная помолвка.]

[И ещё одно.]

[Она уже месяц находилась рядом с ними, и ни одного кошмара.]

[Может, история, в которой «Адалин должна умереть», уже завершилась?]

[Если так, осталось только встретиться с этим лицом к лицу.]

[Она решила, что найдёт колдуна, расскажет всё принцу Эдвину или Шейну.]

[Если те будут заняты борьбой с магией, у неё появится шанс сбежать.]

[Но…если всё и правда решится, стоит только поймать и уничтожить колдуна?]

Адалин смотрела на лицо Шейна, спящего, прижав её к себе, как обнимательную подушку.

Это была мысль, которую она гнала от себя всю жизнь.

[Если это не моё, я не стану желать.]

[Это чей-то другой человек.]

[Сколько бы в нём ни было света, завидовать и хотеть чужого мужчины значит навлечь на себя проклятие.]

[Главная героиня сделает его счастливым.]

[А, ты, Адалин, не мешай и просто живи.]

[Живи. Это важнее.]

[Роман не насытит. Любовь не спасёт.]

[Но…если сюжет уже сломан…]

[Если убить колдуна, и всё…]

[Разве…я не могу…просто взять его себе?]

[Раз уж убежать не вышло.]

[Ведь всё это время она не позволяла себе влюбиться, потому что уже отдала ему слишком много.]

[Сложно не чувствовать ничего к тому, кто изо дня в день признаётся тебе в любви, и делает это так по-настоящему.]