***

После допроса виновного во втором нападении Эдвин направился к Женевьеве.

«Святая отдыхает?»

«Да…Но она заперлась у себя и отказывается от еды. Видно, что сильно потрясена.»

«Странно. Обычно в ней хоть отбавляй огня.»

Эдвин обернулся.

Рядом стоял Харрисон - рыцарь Императорской гвардии и по совместительству муж Святой. Его лицо выдало тревогу, и, заметив взгляд Эдвина, он тут же вспыхнул.

«Раз уж ты муж, может, она хотя бы тебя впустит?»

«Я…я пока на посту, Ваше Высочество.»

«Да ладно тебе. Считай, я официально отпустил тебя. Иди, утешь нашу святую драгоценность.»

Даже невинная шутка заставила уши Харрисона пылать, как у мальчишки.

[Он родом с запада, из Виндзора, без знатной фамилии и состояния, дорогу в гвардию ему открыли только собственные заслуги.]

[Для младших сыновей дворян, которым не светили титулы, путь в армию или чиновничество был почти единственным шансом на успех или на то, чтобы принести пользу семье.]

[Попасть в личную охрану принца, это уже вершина. Такое не даётся без связей…или без исключительных способностей.]

[Харрисону повезло оказаться в нужное время рядом с нужным человеком, Эдвин всегда выбирал по способностям, а не по происхождению.]

«Ну что ж, покажи нам, чем ты её покорил, юный обольститель.»

«Сколько бы вы ни дразнили меня, Ваше Высочество, я уже привык.»

«Гляди-ка, прогресс!»

«Даже такой деревянный, как я, рано или поздно научится распознавать ваши шутки, если целыми днями слушает их.»

«Впечатляюще. Заслужил похвалу.»

Правда, пунцовое лицо немного портило.

[Харрисон был высоким, широкоплечим, рядом с ним даже Эдвин казался невысоким. Он напоминал живой щит, а миниатюрная Женевьева выглядела на его фоне как стрекоза, севшая на ствол дуба.]

[При всей его внушительности лицо у него было красивым, если бы не одна деталь: он краснел при каждом намёке, особенно когда Женевьева отпускала очередную колкость.]

[Он был младше её на три года и явно терялся, когда она смотрела на него с улыбкой.]

[Эдвин часто шутил, что Харрисон, наверное, владеет каким-то тайным искусством соблазнения. На деле же, всё было с точностью до наоборот: не он пленил Святую, это она однажды решила, что хочет быть с ним.]

[Хотя, говорят, признался первым всё же Харрисон.]

[Если я смогу просто быть рядом, мне этого хватит. Но я мужчина, и не ручаюсь за свои чувства. Поэтому…пожалуйста…держитесь от меня подальше…Святая, я…прошу…]

[То есть ты меня любишь, Харрисон?]

[Да, леди.]

[Тогда давай поженимся.]

[Что?!]

[Поженимся. Я ведь тоже тебя люблю. Всё хорошо.]

После этого Женевьева спокойно взяла Харрисона за руку и, не моргнув глазом, объявила Эдвину, что выходит за него.

[Если честно, подумал тогда Эдвин, это было похоже на то, как будто она просто решила поскорее закрыть вопрос с замужеством.]

У двери в покои Святой Харрисон неуверенно позвал:

«Жени… это я. Можно войти?»

[Хотя они были уже женаты, в его голосе звучала робкая влюблённость.] Несколько неловких фраз, и дверь наконец приоткрылась.

Эдвин хлопнул его по плечу, будто благословлял на свидание свою младшую сестру.

[Хотя, если уж быть точным, к своей настоящей сестре он не заглядывал уже несколько месяцев.]

Он хмыкнул, наблюдая, как дверь, которая до этого не открывалась никому, впустила Харрисона.

С тех пор как он впервые встретил Женевьеву, между ними витало нечто неуловимое.

[Но тогда у него была невеста, пусть даже номинально. И с тех пор как Женевьева узнала об этом, она не проявляла к нему никаких чувств.]

[Он не жалел. Не сожалел. Но видеть, как она заботится о Харрисоне…порой в нём просыпалась лёгкая, едкая зависть.]

Эдвин прищурился.

[Может, её внезапный прилив сил, это сила брака?]

[В таком случае…может, и мне пора задуматься?]

[А, может, всё дело в том, что Женевьева снова рядом с Адалин.]