Качество жизни Адалин взлетело до небес.

[Несмотря на то что Шейн неотступно следил за ней и вечно находился поблизости, все её базовые потребности теперь удовлетворялись на сто процентов, она была сыта, выспана и окружена заботой.]

[Даже ходить в столовую больше не нужно было, Шейн сам приносил еду, идеально подобранную под её вкус, и ровно тогда, когда нужно. Честно говоря, так было даже удобнее. Стол всегда ломился от угощений, больше, чем она могла съесть, в результате она регулярно переедала.]

[Пусть выйти за пределы особняка ей и не позволяли, Адалин все равно занималась тем, чем хотела.]

Она читала книги о колдунах, досконально разбирала донесения, которые приносил Ллойд.

[Нападения на Святую прекратились. Безопасность в церкви усилили, а сокращение публичных мероприятий Женевьевы уменьшило риск новых угроз.]

[Однако, просто зная, что колдуны существуют, она не могла позволить себе расслабиться.]

[Информации о них оказалось куда меньше, чем она рассчитывала, поэтому ей так хотелось попасть в Великую библиотеку Дельмеза хотя бы раз. В такие моменты она особенно скучала по поисковикам из своей прежней жизни.]

Когда Адалин надолго запиралась в кабинете, Шейн тихо сидел рядом, читая книгу. Он никогда не спрашивал, чем она занята.

Но стоило ей поднять взгляд, как он уже вставал и ставил перед ней то, что ей было нужно.

Адалин всерьёз начала подозревать: [может, способность читать мысли, это базовая черта всех мужских героев?]

Однажды, не выдержав, она напрямую спросила:

[Ты, случайно, мысли не читаешь?]

Шейн ответил с лёгкой усталостью в голосе:

[На тебя достаточно один раз взглянуть.]

[Не думаю, что у меня на лице всё написано.]

[Я смотрю не только на лицо.]

[На что же он тогда «смотрит»?]

Он не ответил, и Адалин ещё сильнее уверилась: [да, точно, он умеет читать мысли.]

[К тому же…он не делал ничего.]

[Хотя угрожал перебить всех вокруг, если они не поженятся, Адалин изначально готовилась к худшему. Настроилась, что даже если всё будет против её воли, не расплачется. Просто воспримет это как укус бешеной собаки.]

[Но Шейн сдержал слово.]

[Он действительно просто спал рядом с ней - в буквальном смысле.]

[У герцогини в поместье Бланшаров была своя спальня, кабинет и гардеробная. Но, как это обычно бывает, её спальня соединялась с комнатой супруга.]

Даже если Адалин засыпала одна, утром просыпалась, и оказывалось, что Шейн лежит рядом, обнимая её.

[Одежда всегда оставалась безупречной.]

[Он что, святой? Или…Может, он просто относится ко мне как к вещи. Игрушке.]

[Версия с детской травмой и навязчивой привязанностью казалась вполне логичной.]

[Наверное, так. Насытится, и отпустит.]

Прикосновений между ними становилось всё больше.

[Ничего непристойного, просто рука на талии или на плече. Лёгкие, мимолётные жесты, к которым сложно придраться.]

[Слишком маленькое, чтобы пожаловаться…и слишком быстро уходит, чтобы отстраниться.]

[Вот и сейчас, его рука обвивала её талию.]

Стоило ей посмотреть на него, и Шейн чуть отстранился. А через пару секунд взял её за руку.

«Даже если ты отпустишь мою руку, я не побегу.» - холодно бросила Адалин.

Шейн лишь тихо рассмеялся.

«Ты же знаешь, что даже если побежишь, далеко не уйдёшь. Всё равно поймаю. Так что иди спокойно.»

«Ты вообще знаешь, куда мы идём?»

«Конечно. Я тебя веду. Считай, это жест доброй воли.»

С этими словами он переплёл их пальцы. Адалин тут же окинула его ледяным взглядом.

[Какая ещё «добрая воля»? Липкая она у тебя, если честно…]

«Ты всегда так «по-доброму» заигрываешь?»

«Это просто стиль моей доброты.» - ответил он без тени смущения.

«И никто тебя за это не ругал?»

«Никогда.»

[Если бы он выглядел обычным человеком, его бы давно уже посадили. Или как минимум обвинили в домогательствах раз двадцать.]

[Вот почему нельзя доверять внешности.] - злилась Адалин.

[Дискриминация по внешности, это такая же социальная язва, как алкоголизм или пренебрежение безопасностью.]

Шейн поднял их сцепленные руки и легко поцеловал её в тыльную сторону ладони.

«Я так делаю только с тобой.»

[С ума сойти.] - подумала Адалин. Ни слова не говоря, она просто пошла вперёд.

Шейн лишь усмехнулся.