Улика всплыла во время расследования Лусиана.

Наследный принц с особым рвением уничтожал подпольные преступные группировки и запросил помощи у Шейна.

Шейн, по правде говоря, не испытывал ни малейшего интереса к тому, кто кого убивает или кто будет следующим. Он давно бы покинул Дельмез, если бы мог.

Но он не мог.

Это было единственное место, где ещё оставались следы Адалин.

Он цеплялся за них, как за последнюю возможность дышать.

[Если бы я только знал, что ты отдашь жизнь ради какой-то там святой…]

[Он бы не стал тогда подбирать ту девчонку, избитую до полусмерти собственным отцом, запылённую, сломанную.]

[Если бы он прошёл мимо, Адалин осталась бы жива.]

[Она, едва замечавшая его, одарила ту девочку улыбкой, такой тёплой, искренней, будто всей душой была к ней расположена.]

[А, потом…отдала за неё жизнь.]

Шейн сожалел об этом тысячи раз.

[Если бы можно было повернуть время назад, он бы не подошёл к Женевьев.]

[Он бы не отступил от Адалин.]

[Он бы остался рядом, даже если она его ненавидела, лишь бы ничего с ней не случилось.]

[Но никакое сожаление не вернёт её.]

[Если уж Адалин так хотела, чтобы её смерть имела смысл, пусть хотя бы её воля спасёт этот мир.]

[Шейн не жалел ни средств, ни власти, лишь бы Женевьев признали святой. Он посылал её по всей Империи, нагружал миссиями и поручениями.]

«Женевьев ведь тоже человек, Шейн. Даже рабов так не изматывают.»

«Не лезь не в своё дело. Она же не умерла.»

«То, что она жива, не значит, что с ней всё в порядке.»

«Если ей тяжело, пусть скажет.»

«А если она думает, что её всё равно никто не услышит?»

Эдвин, наследный принц, усмехнулся.

«Некоторые даже болтают, будто ты влюблён в святую.»

[Они, видимо, слепы. Если бы он был влюблён, он бы так с ней не обращался.]

«Женевьев и без того мучается чувством вины. Не усугубляй.»

«Я ей ничего не говорил.»

«Иногда страшнее то, что ты не говоришь.»

Эдвин и Шейн были не только родственниками и лордом с вассалом, но и почти друзьями. Они провели вместе всё детство, и могли позволить себе говорить откровенно.

[Женевьев была просто жалкой.]

Она выжила там, где Адалин погибла. И она это знала.

[Без лишнего пафоса, без слов о жертве, просто молча позволила использовать себя как инструмент.]

Для Эдвина это было не чем иным, как эксплуатацией. Но Женевьев молчала. Терпела.

[Я знал, что ты одержим Адалин.]

Он сам знал Адалин давно. Девушка из знатной семьи, прямолинейная, умная, полезная, Эдвину она нравилась.

[Она, правда, вечно ворчала, что её используют, но пока получала свою выгоду, не возражала.]

[Но она явно не питала тёплых чувств к Шейну.]

[Открыто избегала его.]

Это была любовь в одну сторону, потому Эдвин и считал, что чувства Шейна не были особенно глубокими.

[Прошло уже пять лет со дня её смерти. А Шейн - всё тот же.]

[Он словно выгорел изнутри.]

[Одержимость стала опасной.]

[Мрачной.]

Эдвин взял в руки документы, что получил днём ранее.

«Не хочу это поднимать, но мне нужно кое-что уточнить. Ты помнишь того слугу, которого Адалин всегда держала при себе?»

«Помню.»

[Как он мог забыть это жалкое лицо?]

[Ему она даже встреч не назначала, а этого мальчишку приютила, накормила, одела. Он всегда был рядом.]

Шейн стиснул зубы.

Перед глазами всплыло самодовольное выражение лица того юнца, будто бы он был любим, в отличие от него самого.

«Похоже, у этого слуги были связи с Королём преступного мира. Особенно лет шесть назад, будто он там жил.»

«Ты думаешь, Адалин была связана с преступным миром?»

«Что? Нет, конечно! Я не настолько сумасшедший, чтобы говорить такое тебе!»

Даже если бы подозревал, Эдвин бы не решился озвучить это вслух.

«Просто, понимаешь…в то время Адалин часто останавливалась в гостинице, которой владел тот тип, и…»

Он заикался, оправдываясь, пока Шейн не вырвал у него бумаги.

Читая, он почти не дышал.

Его глаза сверкнули. В них появилась острая, ледяная сосредоточенность.

***

[Это всё…было частью плана Адалин.]

[Она устроила величайший спектакль.]

[Зрителями был весь мир.]

[И теперь стало понятно, почему она вела себя так, будто собиралась уйти.]

[Почему избегала.]

[Почему отстранялась.]

[Если всё это было задумано ещё тогда…]

[Если всё было частью одного великого плана…]

«Ха…ха-ха…»

Он до сих пор видел, как опустилась её бледная рука.

Ощущал на щеке тёплые пальцы, в крови, они скользнули по коже и исчезли.

До сих пор…

[Всё оказалось ложью.]

Он едва дышал.

Он не мог понять, плачет ли он от счастья или от боли. Всё внутри сжалось от странного, плотного чувства.

Но было одно, в чём он был абсолютно уверен:

[Адалин жива.]

[Она не умерла.]