Женевьева паниковала, дыхание сбивалось, она начинала задыхаться.

«Да, да…именно так.»

«Что именно, ты, безумная тварь?»

«Я совсем забыла…Ты ведь - её слабое место.»

На губах мага появилась коварная улыбка.

«Было бы просто великолепно…если бы ты стала моим мечом.»

[В тех кошмарах, что Адалин называла сном, эта женщина никогда не сражалась напрямую. Даже когда могла сама взяться за оружие, она предпочитала управлять другими - использовать их как орудия, чтобы нанести самую болезненную рану.]

[Не потому что так было проще. А потому что ей это нравилось.]

[Это и была её суть.]

[Искать в людях слабости…и ломать их.]

«У моей подруги нет слабых мест.»

«Что ты сейчас сказала? "Твоя подруга"? Ты про Святую?»

Насмешливый смех мага прорезал воздух. Звенящий, режущий, мерзкий.

[Ну и пусть. Какая разница, если она называет главную героиню своей…]

«Леди Адалин, закройте глаза!»

Без колебаний она сжала веки и опустила голову. [Даже если не понимала причины, Женевьева не стала бы говорить это просто так. Но трудно было закрыть глаза, когда враг прямо перед тобой.]

А потом раздался крик:

«А-а-а!!»

«Женевьева!»

«Всё…в порядке! Но не открывайте глаза! Ни в коем случае! Иначе вы сделаете именно то, чего она добивается…а-а!!»

[Чёрта с два тебе в порядке…]

Сквозь стиснутые зубы Женевьевы прорвался глухой стон, её явно сильно ударили, когда она сопротивлялась.

Адалин старалась держаться. Но когда тонкий каблук вонзился ей в тот же бок, что уже болел от ударов, она не смогла сдержать крик.

[Не боль страшила её, а мысль, что Женевьева из-за этого пострадает ещё сильнее.]

Глаза были всё ещё плотно закрыты, но чья-то рука резко дёрнула её голову назад. Длинные ногти грубо разжали её веки.

Мягкий, тихий голос прозвучал прямо у уха:

«Уже поздно.»

***

Мир поплыл.

Она падала назад, медленно, как в замедленной съёмке.

Улыбка мага, внезапная тишина, и лицо Женевьевы, искажённое болью.

[Вот так, значит, ощущается, когда душа покидает тело?]

[Чувства исчезали одно за другим.]

[Сначала обоняние. Потом слух. Затем зрение.]

[Но это было не просто исчезновение, ощущения как будто отрывались от неё, теряли связь с телом.]

[Словно наступала смерть.]

[Я боюсь? Умирать?]

[Смерть всегда был её страхом.]

[Парадоксально, но именно страх сделал её сильной, он вытолкнул её в десятки ситуаций, когда смерть была почти рядом.]

[Она прошла через слишком многое. Научилась бороться. Не сдаваться.]

[И именно благодаря этому опыту…она знала: это - не настоящая смерть.]

[Настоящая смерть - страшнее. Холоднее. Пустее.]

Перед тем как исчезнуть окончательно, Адалин со всей силы прикусила язык.

Она не могла отгрызть его, но острая боль ударила током в сознание и выдернула её обратно.

[Мир вернулся, вместе с чувствами.]

Хотя всё длилось всего мгновение, ровно столько, сколько длился их взгляд, в её голове пронеслось как вечность.

Адалин вскинула руку, схватила мага за ворот и врезала ногой в живот.

Женщина с глухим стоном отлетела назад. Адалин резко поднялась, выплюнув скопившуюся во рту кровь.

Глаза защипало.

Горечь и металлический вкус, всё перемешалось в один рвотный комок.

«Как ты смеешь пытаться подчинить меня, тварь…»

«Кх…Как…?»

«Думаешь, я раньше не умирала?»

[Вот он - опыт, что ей дала жизнь.]

[Даже если ты выжил из последних сил, ты всё равно поднимаешься и бьёшь.]

[Удар оказался сильным, но недостаточным. Маг, скорее всего, пострадала от отката собственной магии.]

[Если Адалин хочет покончить с этим, другого шанса не будет.]

[Это самозащита.]

С холодной решимостью она вцепилась в волосы мага и ударила её головой об пол.

Раздался глухой удар.

Кто-то, кажется, закричал.

«Пусти…пусти меня!»

[Я не смогу убить её голыми руками…]

Дыхание рваное, тело в огне, всё пульсирует болью, но разум оставался странно чистым.

Как будто часть слуха исчезла, оставив вокруг белый шум.

«Леди Адалин! Сзади! Сзади!»