Кейтлин сжала губы и бросила быстрый взгляд в сторону.

«Ты вообще меня слушаешь, Кейтл...»

«Да, конечно, принцесса.» - голос её был безупречно вежлив.

«Хм…» - Мия моргнула, слегка потеряв концентрацию.

Кейтлин не упустила этот момент: аккуратно отстранилась от неё и наложила лёгкое заклинание гипноза на тех, с кем смогла встретиться взглядом.

[Это вызывало у людей необъяснимую симпатию к ней.]

[Управлять людьми - проще простого.]

[Если не удавалось повлиять напрямую, она действовала через окружение.]

Она с безупречной улыбкой встретила приближающихся дворян из Дельмеза, хотя внутри у неё всё сжималось от тревоги.

***

«Да говорю же вам, всё в порядке!»

«В порядке?! Кто в порядке, когда кровью блюёт?»

«Я и сама ничего не понимаю! Но это правда!»

Адалин с досадой почти ударила себя в грудь, но Шейн перехватил её запястье. Он держал его крепко, глядя на неё с непривычной строгостью.

«Я же просил. Если тебе плохо, не скрывай это.»

«Но я правда не больна…»

[Тошнота, похожая на морскую болезнь, исчезла так же внезапно, как появилась. После последнего приступа, с кровью, ей стало даже легче.]

[Словно…словно прошла процедура кровопускания, о которой она только читала.]

[Но как объяснить кровопускание в этом мире, где всё строится на западных культурных кодах, пусть и описанном корейским автором? Да и крови, если честно, вышло слишком много даже для такого способа лечения.]

«У меня правда ничего не болит! И желудок больше не беспокоит!»

«То есть желудок беспокоил?» - тут же подал голос Джефф, попав в самую точку.

«Не встревай, брат. Просто немного…переела.»

«А когда же ещё встревать, как не сейчас?»

Адалин уже собиралась отшутиться, но замерла: [даже обычно весёлые Грегори и Патрик смотрели на неё с тревогой. У Джеффа было то же выражение лица.]

Грегори взъерошил влажные от пота волосы с проседью и тяжело выдохнул:

«Адалин…ты себя видела? Если бы это увидела Эмма, она бы в обморок упала.»

«Наверное, я просто прикусила язык...» - пробормотала она.

Патрик лишь покачал головой.

«Если бы столько крови вытекло из языка, ты бы уже умерла от потери крови.»

«Но я правда в порядке. И не вру. Если вы мне не верите, что я ещё могу сказать?»

Шейн чуть сильнее сжал её запястье, прежде чем отпустить. Его взгляд стал более сосредоточенным, но голос по-прежнему был сдержан - с трудом.

«Не делай сейчас ничего сама. Подожди лекаря. Если ты снова что-то скроешь, я могу наговорить лишнего, от злости.»

«…Хорошо…»

[Даже сама Адалин хотела понять, что с ней произошло. Она никогда раньше не переживала ничего подобного, даже во снах.]

[Глядя на рубашку Шейна, пропитанную её кровью, она поняла, почему все были так шокированы. Она и без того выглядела измождённой, а тут ещё и кровавая рвота…]

Адалин подняла руку и поправила Шейну прядь, свисавшую на глаза. Потом, как бы между делом, стёрла пальцами капли крови с его щеки.

Шейн нахмурился, будто хотел возмутиться, но промолчал. Даже не отстранился.

[Он явно хотел сказать: «Разве сейчас подходящее время, чтобы вытирать мне лицо?»]

[Но сдержался. Особенно на глазах у Грегори.]

[И правда, если бы он начал говорить, то, возможно, просто бы кричал.]

В этот момент в комнату ворвался Эдвин, вместе с лекарем.

Мокрый от пота, тяжело дышащий, он распахнул дверь почти театральным жестом.

Адалин даже удивилась: [Человек, который всегда жалуется, что у него хрупкие лёгкие и слабые ноги…]

Но, войдя, Эдвин остановился отдышаться, пропуская лекаря вперёд.

Тот, наткнувшись на напряжённые взгляды всех присутствующих, нервно поёжился.

«Говорят, вы упали, как в трагедии. Но на вид не так уж и плохо выглядите.»

«Я уже устала говорить, что со мной всё в порядке. Просто осмотрите меня, ладно?

Адалин хотела высвободить руку из ладони Шейна, чтобы лекарю было проще, но вдруг заметила: запястье - голое.

«А?» - она удивлённо моргнула.

[Браслет - тоненький, золотой, исчез. Тот самый, что ей подарила Женевьева.]

«Что случилось?»

«Браслет, что дала мне Женевьева…я его потеряла. Должно быть, он где-то выпал.»

«Купим тебе такой же. Хоть сто.» - вмешался Джефф, усмехаясь.

Адалин бросила на него раздражённый взгляд.

«Женевьева освятила его лично. Он был тонкий, но она говорила, что не сломается. Никогда.»

Шейн встретился взглядом с Эдвином, потом с Джеффом.

Они поняли всё без слов.

[Если браслет, благословлённый Святой Женевьевой с искренней молитвой, сломался...значит, он принял на себя удар.]

[Сильное проклятие. Или смертельное заклинание.]

[И он сломался, спасая Адалин.]