— Приятно познакомиться, святой рыцарь Рафаэль Хьюрандел. Я — Шастиль Лилквитс, — склонив голову, произнесла она свое имя.

Кафедральный собор церкви в Кианоидеса.

Пока Заган и его спутники исследовали замок «Владыки Демонов», Шастиль стояла перед человеком, чья мощь казалась почти осязаемой. Лишённая своих полномочий святого рыцаря, Шастиль не могла носить ни Священный меч, ни святые доспехи. После встречи с Заганом она переоделась в парадное платье, но оставалась всего лишь обычной девушкой. За её спиной, как всегда, стояли трое её подчинённых.

Перед ней был мужчина с подавляющей аурой, не похожей на ту, что мог бы излучать человек. Первое, что бросалось в глаза, — это глубокий шрам, пересекающий его лицо от щеки до переносицы. Его коротко стриженные волосы, смешанные с сединой, сочетались с суровым взглядом синих глаз, который был столь пронзителен, что казалось, будто он мог убить одним своим видом. Широкие плечи, мускулистое телосложение, массивная челюсть и глубоко посаженные черты лица делали его внушающим ужас.

За спиной у него висел огромный меч. Священный меч. Все двенадцать Священных мечей имеют одну и ту же форму, и, по идее, этот ничем не отличался от того, который был у Шастиль. Однако в руках этого человека он выглядел, как одноручный клинок.

Рафаэль был олицетворением силы церкви, её самой мощной боевой единицей, способной похвастаться рекордным числом побеждённых магов — четыре сотни девяносто девять. Позади него не было других рыцарей, что показалось Шастиль странным.

«Великий святой рыцарь без охраны?»

Святые рыцари, обладая огромной мощью, всё же всегда сопровождались телохранителями. Однако Рафаэль пришёл один. Несмотря на его силу, Шастиль это показалось необдуманным.

Рафаэль осмотрел Шастиль с ног до головы и ухмыльнулся — словно каменная глыба треснула пополам.

— Значит, ты та самая «дева со Священным мечом», о которой ходят слухи. Я слышал, ты была отстранена от обязанностей за ослушание церкви, но, как ни странно, у тебя весьма достойный вид.

О том, что она защищала Загана, похоже, не знали. Вероятно, это стало результатом продуманной стратегии кардинала Кравела.

— Для меня это великая честь, — спокойно ответила Шастиль

Рафаэль фыркнул.

— Сколько магов ты убила?

Первым его вопросом был именно этот. Шастиль сжала губы.

— Я не считаю, что это число — предмет гордости.

— Вот как… — Рафаэль сузил глаза, излучая подавляющее давление.

— Госпожа Шастиль, прошу, следите за словами!

— Если он нападёт, я не уверен, что смогу защитить её, даже ценой своей жизни!

— Прекрати дрожать, мы дали клятву отдать жизнь за госпожу Шастиль!

Три рыцаря продолжали вполголоса шептаться, но стоило Рафаэлю бросить на них взгляд, как они замерли в страхе и умолкли.

«Кажется, я разозлила его».

Этот человек был тем самым святым рыцарем, уничтожившим больше магов, чем кто-либо другой. Шастиль была готова к тому, что сегодня её могут обезглавить прямо здесь. Возможно, она бродила по улицам перед встречей с этим человеком именно потому, что хотела напоследок поговорить хоть с кем-то.

«И вот, я встретила Загана и Нефи… слишком уж удачное совпадение».

Хотя то, что Заган не узнал её, всё же ранило настолько, что она расплакалась. Тем не менее, Рафаэль, похоже, был скорее развеселён её дерзостью, чем разозлён. Он громко, словно сотрясая воздух, рассмеялся:

— Ха-ха-ха! Давненько я не слышал, чтобы кто-то разговаривал со мной таким тоном. А уж женщина… возможно, впервые. Это забавно. Хвастайся этим в преисподней.

Напряжение в воздухе стало невыносимым.

«Значит, вот как всё закончится…»

Шастиль не могла положиться на церемониальный меч, который висел у неё на боку. Лишённая Священного меча, она была словно безоружна. Если Рафаэль решит атаковать, для него это будет не сложнее, чем раздавить насекомое.

— Уааа! Уходите, госпожа Шастиль! — воскликнули три рыцаря, бросившись вперёд.

Однако их сила была явно недостаточной, чтобы противостоять такому гиганту. В этот момент раздался другой голос:

— Рафаэль, что ты делаешь с моими рыцарями?!

Это был старый кардинал Кравел, который стремительно вышел из своей резиденции в глубине собора.

— Хм. Кравел, ты всё ещё тут. Человек, который мыслит только на бумаге, мне не нужен, — буркнул Рафаэль.

— Может, я и не нужен тебе, но моя обязанность — защищать рыцарей. И знай, я не позволю тебе творить произвол здесь, — твёрдо заявил кардинал.

Эти слова показались Шастиль неожиданно надёжными, и она едва сдержала слёзы. Рафаэль же бросил на кардинала презрительный взгляд, полный недовольства.

— Ты, говорят, отобрал у неё Священный меч.

— Не отобрал, а временно изъял, — возразил Кравел.

— Всё равно. Где он?

Кравел, сощурив глаза, ответил настороженно:

— И что ты собираешься с ним делать?

— Что за глупый вопрос. Меч имеет значение только тогда, когда его используют. Держать его в ножнах для красоты — это бессмыслица.

Кардинал, прищурившись, внимательно посмотрел на Рафаэля:

— Ты предлагаешь вернуть меч Шастиль?

— Очевидно. Священный меч сам выбирает своего владельца. Пока она жива, никто другой не сможет им владеть.

С этими словами Рафаэль повернул голову к Шастиль, посмотрел на неё тяжёлым взглядом и добавил:

— Разве что её кто-нибудь не убьёт.

От его слов у кардинала по спине пробежал холод.

— Какая мерзость! — воскликнул Кравел, сложив руки на груди и гневно глядя на Рафаэля.

Однако Рафаэль, не выказывая ни капли раскаяния, спокойно продолжил:

— Чего ты боишься? Это же правда. Меч — собственность того, кто им владеет. Прежде всего, вы не имеете права вмешиваться в то, как владелец Священного меча обращается с ним. Займитесь лучше своими обязанностями.

Эти слова звучали так, будто священный меч позволяет своему владельцу даже совершать убийства, не сталкиваясь с осуждением.

«Вот он, самый страшный святой рыцарь…»

Преодолевая страх, сжав руки в кулаки, Шастиль сделала шаг вперёд.

— Вы слишком далеко зашли, Рафаэль. Если мы будем использовать мечи ради личных целей, то ничем не будем отличаться от обычных бандитов!

Руки её дрожали, но она старалась говорить твёрдо, глядя прямо в глаза святому рыцарю.

— Ха, ты и вправду осмеливаешься перечить мне дважды? — пробормотал Рафаэль с мрачным наслаждением и обратил взгляд к кардиналу.

— Что скажешь, Кравел? Ты ведь защищаешь эту рыцарку, но прямо сейчас она может лишиться жизни.

— Чёрт… — кардинал понимал, что Рафаэль мог действительно убить Шастиль, и был вынужден лишь стиснуть зубы.

«Но зачем же ему возвращать мне Священный меч?»

Если целью была казнь, он мог бы спокойно обезглавить её прямо здесь. У него уже достаточно для этого оснований.

«Или он хочет поиздеваться надо мной перед тем, как убить?»

Шастиль не могла поверить, что такой человек был выбран Священным мечом, но других объяснений у неё не находилось.

— Понял... Шастиль, следуй за мной, — словно уступая под давлением, кардинал Кравел пригласил её вглубь собора.

За дверью расстилался длинный красный ковёр, и по обе стороны коридора располагались двери кабинетов, в которых работали кардинал и святой рыцарь. В самом конце коридора находились ворота, украшенные бюстами ангелов, у которых стояли два стража.

Рафаэль и три рыцаря, к счастью, не последовали за ними. Убедившись в этом, Кравел наклонился и шёпотом обратился к Шастиль:

— Не знаю, правильно ли возвращать тебе меч. Возможно, это лишь даст тому человеку повод убить тебя.

— Я это понимаю, — тихо ответила Шастиль.

Она не знала истинных намерений Рафаэля, но почти была уверена, что её вынудят воспользоваться мечом. Возможно, Кравел изъял Священный меч не только как символический жест, но и чтобы защитить Шастиль. Когда они дошли до ворот с ангелами, стражи преградили им путь.

— В чём дело, кардинал Кравел? — спросил один из них.

— Настало время вернуть этот меч Шастиль. Освободите дорогу, — ответил кардинал.

Двое охранников переглянулись, но уступили дорогу. Кардинал был здесь высшим руководителем, и препятствовать его намерениям никто не осмеливался. Кравел прошёл вперёд, но Шастиль остановили.

— Вам придётся подождать здесь, — сказал один из стражей.

Это могло бы быть воспринято как неуважение, но Шастиль молча подчинилась. Через некоторое время Кравел вернулся, неся в руках тот самый Священный меч.

— Я верю, что ты сможешь самостоятельно справиться с испытаниями, выпавшими на твою долю, — сказал он, вручая меч Шастиль.

◇

Вечер. Таверна в городе Кианоидес.

— Хи-хи-хи-хи! Ты серьёзно взял её в приёмные дочери? — насмешливо выкрикнул Барбарос, давний недоброжелатель и "друг" Загана.

После того как Заган привёз новые книги из замка «Владыки Демонов», Барбарос вызвал его в город, заставив оставить Нефи и Фолл дома.

«Интересно, поужинали ли уже Нефи и Фолл…»

Заранее предупредив, что не вернётся к ужину, Заган всё равно сомневался, стоило ли прерывать совместное время ради этой встречи. Тем не менее, теперь он здесь и вынужден выслушивать издёвки. Его голос стал угрожающим:

— Откуда ты об этом знаешь?

— Гы-гы-гы! Заган, да ты бы на себя в зеркало посмотрел! Услышав, что такое зло, как ты, тащит за собой безобидную девчонку, в городе тут же подумали, что ты её похитил! — засмеялся Барбарос.

Очевидно, слухи о том, что Заган прогуливался с Фолл, уже разлетелись по городу.

«Ну, с другой стороны, количество людей, которые захотят навредить Фолл, заметно уменьшится…»

Заган был широко известен, и немногие осмеливались вызывать его недовольство. Если кто-то и решился бы, то, скорее всего, это были бы святые рыцари церкви, но даже они не были настолько глупы, чтобы нападать без плана. Факт того, что Фолл находится под его защитой, уже сам по себе служил достаточно громким предупреждением.

Барбарос, видимо, узнал слухи и решил вызвать Загана, чтобы проверить их правдивость.

— Я могу уйти? — сказал Заган раздражённо.

— Да ты чего, ну! — возмутился Барбарос. — Я же тебе обещал вкусное выпивало организовать! Вроде бы поболтать за стаканом вина не грех?

Судя по всему, Барбарос уже успел изрядно напиться к моменту прибытия Загана. Его лицо, всегда выглядящее нездоровым, покраснело от алкоголя. Тем не менее, он был в прекрасном настроении и пытался обнять Загана за плечо.

Надо признать, выпивка действительно была вкусной. Бренди, налитое на кусок льда, оказалось новым опытом для Загана. Оно обжигало горло, но приятная мягкость вкуса заставляла невольно выдыхать с облегчением.

«Интересно, Нефи пьёт алкоголь?»

Если уж выпивать, то лучше в компании милой девушки, а не этого отвратительного мужика. На мгновение он даже подумал, что стоит взять бутылку в подарок для Нефи. Очнувшись от мыслей, он отстранил Барбароса, который навязчиво обнимал его за плечи.

— Отвали. И если хочешь пить, приноси выпивку в замок. У меня там ребёнок, за которым нужно приглядывать, и вообще, дел хватает.

— Ха! Да ты просто хочешь и дальше флиртовать со своей рабыней-эльфийкой, — заржал Барбарос.

— Флирто… Я ничем таким не занимаюсь! — тут же вспылил Заган.

— Ага, конечно, — хмыкнул Барбарос, ковыряясь в носу и глядя на Загана презрительным взглядом.

«Если он будет продолжать, может, стоит его просто ударить и оставить тут?»

Его наглое поведение только усиливало раздражение. Но Барбарос, казалось, не замечал холодного взгляда друга и продолжал громко хлопать его по плечу.

— Так кто же эта мелочь, о которой все судачат? Похищенная жертва? Хотя это вроде не в твоём вкусе. Любовная игрушка? Или ты скажешь, что это ещё один ученик? — с ухмылкой спросил он.

— Ты её знаешь, кстати, — тихо ответил Заган.

— Что? Значит, маг? И это девчонка? — Барбарос нахмурился и задумался. — Женщина-маг, говоришь… Может, это та ведьма Гомери? Хотя она ненавидит мужчин. И да, она точно не ребёнок. Но других вариантов что-то не припомню…

Наблюдая за тем, как Барбарос ломает голову, Заган почувствовал облегчение.

«Раз он ничего не понял, значит, никто пока не догадался, что Фолл — дракон Вальфор».

Её природа будет раскрыта, как только кто-то увидит её трансформацию. Это было неизбежно, но пока раскрывать карты было слишком рано.

Враг всё ещё существовал.

Хотя имя Загана как нового «Владыки Демонов» уже гремело, и нападений почти не было, всё же оставались маги, выжидающие момента, чтобы подорвать его авторитет. Некоторые из них были достаточно сильны, чтобы представлять угрозу.

«Может, нужно что-то ещё, чтобы укрепить свою репутацию…»

Что-то, из-за чего все маги не хотят бросать вызов Загану... Есть две вещи, которые Заган должен защищать: Нефи и Фол.

В разгар этих мыслей Барбарос внезапно воскликнул:

— Точно, Вальфор!

Заган ощутил, как его тело напряглось.

«Этот болван догадался о том, кто такая Фол?»

Он попытался сохранить невозмутимое выражение лица и ответил с лёгкой недоумённой интонацией:

— О чём ты?

— Да ты чего? Разве Вальфор недавно не напал на тебя? Этот тип в маске и доспехах, — сказал Барбарос, усмехнувшись.

— Ах да, был такой, — кивнул Заган.

После того как он привык видеть Фолл в её нынешнем облике, вспомнить, что этот человек и Вальфор — одно и то же лицо, оказалось нелегко.

— И что с того? — спросил он, склонив голову набок.

Барбарос презрительно скривился.

— Ты даже не помнишь его? Говорят, он пропал. Что с ним стало? Ты его прикончил?

— Кто знает, — уклончиво ответил Заган. — Ты же знаешь, как я обычно расправляюсь с нарушителями.

Барбарос вскинул взгляд к потолку.

— Тьфу, жаль. Говорят, он был драконом. Вот бы его труп раздобыть, из него такой бы артефакт вышел!

«Вот из-за таких, как ты, нельзя пока раскрывать правду о Фолл».

Заган пожал плечами, изображая полное безразличие.

— Да, слышал я такие слухи.

— Так что, ты просто отпустил его? А вообще, он умер? — продолжал наседать Барбарос.

— Если повезло, то, возможно, жив, — спокойно ответил Заган, стараясь не выдать волнения.

Барбарос цокнул языком, вновь взял кружку эля и пробормотал:

— Как всегда, ничего не скажешь. Ну ладно, забудем об этом. Так кто эта мелкая, с которой ты таскаешься?

«Он ведь нарочно провоцирует, да?»

Заган, стараясь сдержать раздражение, пожал плечами:

— Считай её моей приёмной дочерью.

— Гы-гы-гы-гы-гы! Приёмная дочка, маленькая девочка… Ха-ха-ха! — Барбарос чуть ли не катался по полу от смеха.

«Этот человек неисправим».

Когда Заган уже был готов серьёзно ударить друга, тот вдруг резко изменил выражение лица.

— Ну ладно, шутки в сторону, — сказал он серьёзно.

— Ты наконец перейдёшь к делу? — нахмурился Заган.

Барбарос не был из тех, кто тратит время на пустые разговоры.

— В Церковь приехал кто-то неприятный. Думаю, тебе стоит знать об этом заранее.

— Кто именно?

— Один из владельцев Священного Меча. И это не та девчонка, что была в прошлый раз. Этот тип куда опаснее.

Заган сделал глубокий вдох.

— Священный Меч? Значит, Церковь решила разыграть крупную карту. Похоже, они считают, что новый «Владыка Демонов» будет лёгкой добычей?

Конфликт между магами и Церковью длился уже тысячу лет, и за это время битвы между «Владыками Демонов» и владельцами Священных Мечей происходили неоднократно. Священный Меч мог сдержать «Владыку Демонов», но уничтожить его — никогда. Это было общепринятой истиной. Желание церкви изменить этот баланс сил было вполне естественным. Однако Барбарос принял серьёзный вид.

— Тут не всё так просто. Этот новый святой рыцарь — настоящий хитрец. Да и кто ещё может похвастаться таким количеством убитых магов — больше всех за всю историю.

— Это не сулит ничего хорошего, — хмуро заметил Заган.

— Ещё бы. Говорят, на его счету 499 магов. Каким ветром его так занесло? Судя по числу, выходит, он убивает мага примерно каждые три дня. И вот, похоже, на роль его юбилейного, пятисотого, выбран ты!

Услышав столь чудовищное число, Заган невольно нахмурил брови. Даже если допустить, что церковь слегка преувеличивает, Барбарос не был тем, кто разбрасывается такими цифрами впустую.

Заган, склонив голову, задумался:

— Это странно. Даже если он носитель Священного Меча, как можно убить 500 магов в одиночку?

В конце концов, маги бывают разными. Уровень силы начинающего мага и претендента на трон «Владыки Демонов» — это небо и земля. Если сила претендента оценивается в 10 000 «контуров», то у новичка она не превышает 100. Уничтожить сотню таких новичков — это одно, но сразиться с претендентом на трон — совсем другое. А если речь о пятистах, значит, сражений с претендентами было не одно и не два.

Кроме того, даже среди претендентов на трон есть такие, как Барбарос, чья сила превышает 20 000 контуров. Если говорить только о мастерстве в магии, то этот негодяй, сидящий перед Заганом, превосходит его. Шастиль, с которой Заган недавно столкнулся, тоже явно не раскрыла все свои силы, но даже ей было бы непросто выстоять в битве с претендентом.

«Неужели у этого рыцаря есть какие-то скрытые козыри помимо Священного Меча?»

Пока Заган ломал голову, Барбарос поставил свою кружку на стол и, усмехнувшись, проговорил:

— А вот в чём дело: говорят, он убил и съел дракона.

— Что? — Заган едва не вскочил на ноги. — Это правда?

— Ага. Церковь официально не признаёт поедание драконов, так что эта информация неофициальная. Но похоже, что он действительно убил дракона. Если он поглотил силу дракона, то 500 убитых магов — вполне реально.

«Чёрт, вот оно что…»

В голове Загана пронеслась мысль, словно разряд молнии.

«— Разве странно, что маги ненавидят святого рыцаря? …»

Фолл явно питает какую-то ненависть к святым рыцарям. И с самого их знакомства она демонстрировала сильное желание обрести ещё большую силу, что было нетипично даже для магов и драконов. А теперь появляется святой рыцарь, известный как «убийца драконов». Хотя это ещё не доказано, полагаться на счастливый случай, что эти события никак не связаны, было бы наивно.

Заган исподлобья посмотрел на Барбароса.

— Ты сегодня неожиданно разговорчив.

— Хе-хе, считай это компенсацией за то, что было в прошлый раз. Это мой подарок тебе. Врагов из таких, как ты, делать себе дороже. Лучше держаться рядом и получать с этого выгоду, — ухмыльнулся Барбарос.

— Только бы ты сам верил в то, что говоришь, — пробормотал Заган.

Когда разговор снова зашёл в тупик, Барбарос налил в бокал Загана бренди.

— Я же полезный, а? Тебе это тоже на руку.

— Если бы ты был таким уж благонадёжным человеком, я бы мог и поверить... Так что тебе нужно? — сделав глоток, Заган лениво задал вопрос.

Барбарос же, ухмыляясь, издевательски рассмеялся:

— Дай мне управление наследием "Старейшего"! Он прожил тысячу лет, и его наследие — это не какие-то мелочи. Сам-то ты, небось, в одиночку с этим не справляешься, а?

Заган помрачнел: Барбарос попал в самую точку. Однако его ответ был твёрдым.

— Отказываюсь.

— Почему, чёрт возьми?!

— Ты же наверняка припрячешь то, что тебе невыгодно показывать.

— Ещё бы! А что в этом плохого?

«Почему этот человек, зная столько всего, может быть таким идиотом?»

От этого даже самому Загану стало немного не по себе.

— Ладно. Отдам тебе несколько магических книг из наследия. На этом довольствуйся.

— Ну, разумно. Всё-таки иметь щедрого друга — это подарок судьбы.

Барбарос стукнулся своей кружкой о бокал Загана, самовольно отмечая сделку. В этот момент в таверне внезапно стало тихо. В дверь вошёл какой-то посетитель. Барбарос, сидевший спиной к входу, не заметил этого и продолжал болтать:

— Но, конечно, я сам выберу, что забрать. Если ты подкинешь мне какую-то жалкую книгу, это будет просто насмешка!

— Кстати, Барбарос... — прервал его Заган.

— Что?

Заган поднял свой бокал, как бы глядя сквозь него на вошедшего.

— Этот твой рыцарь-драконоборец… как он выглядит?

— А-а, ну… говорят, это здоровенный мужик, на старика совсем не похож. Ещё у него жуткий шрам на лице. Поговаривают, что его оставил дракон, которого он убил.

— Хм…

Заган наблюдал за посетителем, изредка поднося бокал к губам. Потом лениво задал ещё один вопрос:

— Этот шрам — он проходит от левой щеки к переносице, верно?

— Ага. Странно, откуда ты это знаешь?

— Совершенно случайно, но я видел человека с таким внешним видом.

— Вот это да! И ты остался жив? Этот парень просто маньяк, убивающий магов ради удовольствия. Говорят, если встретишь его взгляд, он сразу набросится с мечом!

Пока Барбаро схохотал, Заган продолжал пристально смотреть на человека, вошедшего в таверну.

— Похоже, он как раз здесь.

— Что?

Уловив намёк, Барбарос наконец обернулся через плечо. В мгновение лицо его побледнело. Там стоял гигант с изуродованным шрамами лицом и мечом за спиной.

◇

— Рафаэль Хьюрандел!.. — Барбарос вскочил, опрокинув стул.

Но рыцарь даже не взглянул на него, устремив свой пронзительный взгляд прямо на Загана.

«Он пришёл за моей головой?»

Мощь Священного Меча была неоспоримой, но верить, что одного рыцаря достаточно, чтобы сразить “Владыку Демонов”, было верхом самонадеянности. Такого глупца уже давно бы не существовало. Пока Заган гадал о намерениях рыцаря, Барбарос дрожащим голосом выкрикнул:

— Эй, ты… какого чёрта ты тут делаешь?!

Шрамолицый рыцарь наконец перевёл взгляд на Барбароса. Его лицо, напоминающее камень, расплылось в зловещей ухмылке. Настолько жуткой, что стоящая за Барбаросом официантка вскрикнула и упала в обморок. Улыбка рыцаря, похожая на каменную глыбу, была настолько угрожающей, что от неё казалось, исходило физическое давление. Барбарос, осознав это, собрался с духом и зарычал:

— У-уоооо! Ну, держись, сейчас я тебе покажу!

В руках Барбароса вспыхнул магический свет, а изуродованный шрамами святой рыцарь положил руку на рукоять своего меча.

— Прекрати, Барбарос.

Заган тихо произнёс эти слова, поставив бокал на стол. В ту же секунду магическая энергия, струившаяся из рук Барбароса, рассеялась, словно дым. Это был не его выбор. Заган «поглотил» её. Затем он лёгким движением пальца поднял упавший стул и вернул его на место.

— Сядь, а? Не порть мне аппетит.

— Ты что, думаешь спокойно сидеть, пока он тебя не зарубит?! — кричал Барбарос, пытаясь скрыть страх за гневом.

Заган раздражённо покачал головой.

— Этот парень, похоже, не собирается драться.

— Как это?! Он же держится за меч!

— А ты что, сам забыл, что на него накинулся первым?

Барбарос активировал магию первым, и только потом рыцарь взялся за меч. Заган заметил это.

«К тому же, в его действиях нет ни враждебности, ни убийственных намерений».

Он уже давно привык наблюдать за эмоциями и намерениями других. И хотя Нефи и Фолл не отличались яркой мимикой, а Фолл иногда просто не хватало слов, Заган научился понимать их без слов.

Святой рыцарь слегка изогнул свои губы в подобии улыбки, больше похожей на трещину на скале.

— Похоже, на этот раз «Владыка Демонов» довольно спокоен.

— «Владыке Демонов» не пристало волноваться из-за мелочей.

Но, несмотря на такую зловещую ауру, отсутствие агрессии вызывало у Загана недоумение. Он посмотрел на стул, который только что поднял магией. Очевидно, даже если рыцарь убрал руку с меча, Барбарос не спешил садиться.

— Похоже, стул свободен. Садись, если хочешь.

— Хм… Интересный ты человек.

Святой рыцарь с улыбкой, напоминающей разлом, уселся напротив Загана. Барбарос, напротив, отодвинулся подальше.

«Да говори ты с ним, если хочешь! У меня точно нет желания беседовать с этим булыжником!»

Хотя по ситуации Заган пригласил рыцаря сесть, у него не было особой цели. Всё, что он хотел, — это выпить хорошего напитка, раз уж вечер с Нефи был потерян. Но Барбарос, похоже, счёл лучшее решение в том, чтобы вообще уйти. Более того…

— Чёрт, почему магу приходится заниматься таким?

— Пожалуйста, маг, скажите, наша дочь будет в порядке? — взмолился хозяин таверны.

— Откуда мне знать? Я не специалист по целебной магии, но попробую.

— О, господин Заган, каков ваш спутник!

— Я тебе не спутник!

Бросая ругательства в адрес хозяина, Барбарос всё-таки занялся помощью официантке, упавшей в обморок.

«А я бы лучше тоже туда пошёл…»

Заган, конечно, думал только о Нефи, но выбор между официанткой и этим каменным лицом был очевиден. Вздохнув, он наконец обратился к рыцарю:

— Ну так что? Что тебе от меня надо, драконоборец?

— Зови меня Рафаэль.

С этими словами Рафаэль налил бренди в бокал. В его огромной руке бутылка выглядела как игрушечная.

— Слышал, мои товарищи тебе кое-чем обязаны. Пришёл взглянуть на тебя.

Вероятно, речь шла о Шастиль. Заган равнодушно пожал плечами:

— Разве это не ничто по сравнению с тобой?

— Ха-ха-ха, ты выглядишь таким же злым и коварным, как о тебе говорят.

«Ну да, знаю…» — Заган слегка приуныл, но, чтобы скрыть это, сделал ещё глоток.

— Говорят, у тебя хобби — убивать магов. Сегодня ты что-то расслабился, хотя прямо перед тобой двое.

Похоже, Барбарос закончил приводить в чувство официантку. Однако, когда он уже собирался тихо уйти из таверны, Заган с невинным видом вовлёк его обратно в разговор. Барбарос, положив руку на дверь, с недовольной миной вернулся к столу. Рафаэль тем временем осушил свой бокал с бренди одним глотком и громко расхохотался:

— Ерунда. Я всего лишь отмахиваюсь от искр, что сыплются на меня. люди вокруг просто раздувают из мухи слона.

«Хм, что-то это не похоже на то, о чём говорил Барбарос…» — Заган слегка наклонил голову в знак сомнения.

Этот человек — убийца магов, который погубил почти 500 из них. Заган ожидал, что он с радостью бросится на него с мечом, но вместо этого они просто вели обычную беседу.

«Возможно, он пытается оценить мои силы?» — размышлял Заган, с некоторым подозрением глотнув из своего бокала.

На этот раз заговорил Рафаэль.

— Значит, ты столкнулся с Шастиль, — произнёс Рафаэль, усевшись за стол. — Почему ты её не убил?

«Странный вопрос для святого рыцаря…» — нахмурившись, подумал Заган.

— Говоришь так, будто она даже не имела шанса против меня?

Возможно, Рафаэль не ладил с Шастиль, но для святого рыцаря утверждать, что обладательница священного меча не может тягаться с магом, было бы оскорблением их гордости. К тому же, тогда Заган ещё не был «Владыкой Демонов».

Рафаэль фыркнул.

— Тогда позволь спросить наоборот: разве она настолько сильна, чтобы быть тебе ровней?

— Ну… — Заган задумался. — Из всех, кто был моими противниками, она была самой трудной.

Шастиль, возможно, выглядела хрупкой девчонкой, когда её захватил Барбарос, но в бою с мечом она показала бы совершенно иную сторону, в этом Заган был уверен. Если бы Барбарос и Шастиль сошлись в поединке, исход был бы крайне сомнительным. Ответ Загана заставил Рафаэля прищурить глаза, как будто они были лезвием меча.

— Понятно. Значит, она всё же представляет угрозу для Церкви.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Заган, в его голосе проскользнуло беспокойство.

— Она выступила против уничтожения «Владыки Демонов». Этого было достаточно, чтобы Церковь решила её казнить. У неё даже временно отобрали Священный меч. Глупцы. Ведь Священный меч невозможно передать другому, пока его обладатель жив.

«Вот чёрт, она и правда такая упрямая!» — Заган обречённо вздохнул, услышав, что Шастиль вызвала гнев Церкви, защищая его.

— Я всегда думал, что она долго не проживёт, — мрачно пробормотал он.

— Ха, абсолютно верно, — усмехнулся Рафаэль. — Я предупреждал её, но она, кажется, не слышала.

«Этот ублюдок действительно хочет убить её?!» — в голове Загана замелькали тревожные мысли.

Если ему нравится убивать магов, то вполне логично, что он захочет казнить и святых рыцарей, которые их защищают. Вот, наконец-то Заган понял, почему этот человек не хотел нападать.

«Он пришёл, чтобы подтвердить связь между мной и Шастиль».

Другими словами, он пришёл, чтобы найти оправдание убийству Шастиль. Связь была с Нефи, а не с Заганом, но его заявление сейчас можно было воспринять именно так.

Рафаэль медленно поднялся.

— Ну, раз с тобой всё ясно, я ухожу.

— Постой. — Голос Загана стал холодным, он сам это ощутил.

— Что-то ещё? — Рафаэль обернулся, глядя на него так, будто был готов в любую секунду схватиться за меч.

Заган встретил его взгляд и спокойно произнёс:

— Шастиль, насколько я знаю, любима в этом городе. У неё есть друзья, которые её ценят. Её смерть огорчит многих.

«Нефи, Мануэла… они точно будут убиты горем».

Голос Загана стал угрожающим:

— Этот город — моя территория. И если ты выйдешь за рамки дозволенного, я раздавлю тебя.

Церковь, святые рыцари — неважно. Шастиль жила в Кианоидесе, а значит, теперь находилась под защитой Загана.

— Если ты убьёшь её без моего разрешения, я раздавлю тебя, — повторид Заган, глядя на Рафаэля.

Быть под защитой Загана означало именно это. Сейчас он не нападал лишь по двум причинам: вокруг находилось слишком много людей, которых можно использовать как щит, и он всё ещё хотел насладиться своим напитком. Разрушенный бар можно восстановить магией, но вернуть жизнь человеку куда сложнее.

Однако это не означало, что он не мог сражаться, если бы захотел.

«Просто неудобно пробиваться через щиты, чтобы ударить», — с раздражением подумал он.

Поняв смысл слов Загана, Рафаэль удивлённо приподнял брови.

— Это звучит не как слова «Владыки Демонов».

— Именно потому, что я «Владыка Демонов», я могу позволить себе быть высокомерным, — парировал Заган.

Услышав это, Рафаэль громогласно рассмеялся.

— Ха-ха-ха! Ты оправдал мои ожидания. Именно таким и должен быть «Владыка Демонов». «Зло», которое церковь должна уничтожить любой ценой.

От Рафаэля не исходила угроза, только явное возбуждение.

«Магов он, кажется, даже за людей не считает», — отметил про себя Заган. Для него это было всё равно что охота: человек не питает ненависти к зверю, он просто испытывает азарт, подстреливая добычу.

Рафаэль, оставив за собой зловещую улыбку, вышел из бара. Как только его фигура скрылась за дверью, напряжение спало, и остальные посетители бара облегчённо выдохнули. Барбарос, сев обратно на стул, бросил Загану недовольный взгляд.

— Какой неприятный тип, — пробормотал Заган.

— Ты ожидал, что святой рыцарь понравится магу? Если он тебе так не по душе, почему бы не пойти и не убить его? — проворчал Барбарос, раздражённо откинувшись на спинку стула.

Заган, вздохнув, посмотрел на него.

— Хорошо. Тогда иди и убей его сам, Барбарос.

Барбарос уставился на него в шоке, широко раскрыв рот.

— Ты серьёзно? Это то же самое, что отправить меня на смерть!

— Ну… желание видеть тебя мёртвым у меня действительно есть, но это немного другое, — задумчиво ответил Заган.

— У тебя есть желание что?! — Барбарос изумлённо распахнул глаза, его голос задрожал.

Заган, устало глядя на своего приятеля, махнул рукой.

— Не перевирай мои слова. Я хочу, чтобы ты пошёл и проверил, как там Шастиль.

Барбарос замер, уставившись на Загана.

Его прозвище «Чистилище» было не просто красивыми словами. Говорят, что Чистилище — это место между небесами и подземным миром, а также иное пространство, созданное магией в месте, подобном промежуткам между измерениями. Прозвище произошло от того, что он мог свободно входить и выходить из этого места.

От его мастерства в похищении Нефи и Шастиль до его способности без усилий завладеть магией телепортации Загана, этот человек — маг, искусный в телепортации и призыве. Вот и всё. Для него не составит труда спрятать и защитить Шастиль.

«Потому-то он и может вызывать демонов, не так ли?» — подумал Заган, вспоминая потрясающие способности Барбароса в этом искусстве.

Это нелегко, даже нынешнему Загану было бы трудно подражать. Только с помощью «Печати Владыки Демонов» он смог бы это сделать. Но несмотря на это, Барбарос скривился так, будто ему только что предложили проглотить что-то очень неприятное.

— Ха? Почему я должен?

— Я заплачу больше. Просто иди.

Услышав это, Барбарос изумлённо поднял брови.

— Ты действительно собираешься помогать святому рыцарю? — спросил Барбарос, глядя на Загана с недоверием.

— Есть такое понятие: враг моего врага — мой друг. К тому же, разве не кажется интересным идея задолжать услугу владельцу Священного меча? — ответил Заган, усмехнувшись.

— Чёрт, ты точно об этом пожалеешь, — проворчал Барбарос.

Несмотря на свои слова, он всё же не отказался. Прямо на глазах у Загана Барбарос погрузился в собственную тень, перемещаясь в своё карманное измерение, известное как «Чистилище», чтобы следить за Шастиль. И только тогда Заган вдруг понял:

«Чёрт… он ушёл, не заплатив!»

Конечно, это он сам приказал Барбаросу отправиться, но теперь у него возникло ощущение, будто его обвели вокруг пальца.

◇

Когда Заган вернулся в замок, было уже далеко за полночь.

«Нефи, наверное, уже спит…»

Нефи всегда вставала рано. Если она не легла вовремя, это скажется на её состоянии на следующий день. Но мысль о том, что он не сможет услышать её голос, слегка угнетала. Если бы захотелось увидеть её лицо, можно было бы заглянуть в её спальню, но комната Нефи находится на верхнем этаже. Если звук его шагов будет разноситься по лестнице, это может разбудить её. Поэтому Заган вернулся в тронный зал, чтобы сделать как можно меньше шагов.

— Добро пожаловать домой, господин Заган, — раздался едва различимый шёпот.

На удивление, прямо перед троном, сидя на полу в ночной одежде, его ждала Нефи.

— Нефи, ты ещё не спишь? — изумился Заган.

Нефи приложила палец к губам и прошептала:

— Тише.

На её коленях уютно устроилась спящая Фолл, тихо посапывая во сне. Похоже, обе девушки ждали возвращения Загана.

— Вы могли бы просто лечь спать, — пробормотал он, тоже переходя на шёпот

Нефи слегка улыбнулась, но её голос был немного виноватым:

— Фолл настояла, что хочет дождаться вас, господин Заган.

Хотя сама она, похоже, не выдержала и уснула. Это заставило Загана непроизвольно улыбнуться.

— Эта девочка когда-то была вторженцем, жаждущим силы «Владыки Демонов»…

— И именно вы решили оставить её при себе, господин Заган, — ответила Нефи.

Прошептав это, она нежно погладила Фолл по голове. Та чуть заметно зашевелилась, будто ей было щекотно. Заган медленно опустился рядом.

— Эм… а что вы сегодня ели на ужин? — вырвалось у него.

Спросить это в первую очередь показалось немного глупо, но Нефи мягко кивнула.

— Мы приготовили суп из ягнёнка и салат. Постарались обойтись чем-то простым.

— А, тот самый суп. Жаль, что я его пропустил, — пробормотал он.

— Он ещё остался. Хочешь, разогреть его для вас?

— Хм… нет, не нужно. Фолл спит, и я не хочу её будить.

Он ещё раз взглянул на спокойно спящую Фолл. Будить её ради супа ему не хотелось. Возможно, он сам разогреет его позже. Нефи прикрыла рот рукой, чтобы скрыть лёгкую улыбку. Хотя её лицо было всё так же спокойным, подрагивающие ушки выдавали её весёлое настроение.

— После того, как вы ушли, Фолл тоже постаралась. Она принесла все книги, что мы нашли, в вашу библиотеку, господин Заган.

— Это ведь было немалое количество? — удивился он.

— Да, но она сказала, что хочет подготовить книги так, чтобы вы могли сразу начать их читать, когда вернётесь, — ответила Нефи.

Заган представил, как маленькая девочка суетливо носит книги туда-сюда в библиотеку ради него. Эта картина была настолько трогательной, что он невольно выдохнул.

«Интересно, значит, вот так и чувствуют себя люди, у которых есть семья…»

Эта мысль заставила его почти забыть, что он был злодеем и магом. Нефи посмотрела на него своими синими глазами.

— Господин Заган, вы случайно не поссорились с Фолл?

— Что? Нет, вроде бы ничего такого не было.

Фолл не очень хорошо умела выражать свои чувства, но он не помнил, чтобы она обиделась или загрустила из-за него. Когда он нахмурился в недоумении, Нефи нежно посмотрела на спящее лицо Фолл.

— Сегодня Фолл выглядела особенно счастливой. Возможно, вы этого не осознаёте, но, думаю, вы сделали что-то, что ей очень понравилось.

— Что-то, что обрадовало Фол? — задумался Заган.

Он прокрутил в памяти разговоры с ней за день. Спустя немного времени он вспомнил, как Фолл неожиданно засияла от радости.

— Ах, это может быть из-за того, что я сказал тогда?

— Что именно? — с интересом спросила Нефи.

— Ничего особенного. Просто сказал, что, проведя тысячу лет вместе, можно научиться понимать друг друга, едва взглянув.

Нефи на мгновение заморгала, а затем рассмеялась тихим, приглушённым смехом.

— Если сказать такое, кто угодно почувствует вдохновение и воодушевление.

— Почему?

Не понимая, Заган посмотрел на неё, а Нефи нежно прижалась к его плечу.

— Фолл обрадовалась, потому что вы сказали, что будете с ней тысячу лет. Для дракона, который живёт гораздо дольше людей, это очень важно. А вы ещё добавили, что понимаете её.

Заган задумался и, наконец, почувствовал, что понимает. Драконы, особенно мифического уровня, могут жить десятки тысяч лет. Для человека этого времени недостаточно, чтобы провести рядом с ними даже детство. Те, кто способен разделить с ними столь долгую жизнь, становятся настоящими сокровищами.

«Возможно, именно поэтому потеря родителей оставила в Фолл такую глубокую рану…»

Если бы Фолл уже стала взрослым драконом, ситуация, возможно, была бы иной. Но для маленького дракона, который ещё нуждается в родителях, их утрата была такой же, если не более тяжёлой, как для человека.

«Пожалуй, Рафаэля нужно устранить как можно раньше, иначе это грозит серьёзными проблемами…»

Если Фолл и Рафаэль столкнутся, это может привести к войне с церковью. Такой конфликт может сильно помешать Загану осуществить свою цель: сделать так, чтобы Нефи могла спокойно жить на солнечном свету. Пока он размышлял, Нефи тихо, с оттенком грусти, пробормотала:

— Хотелось бы, чтобы и я могла провести с вами столько времени…

Это заставило Загана широко открыть глаза.

— Что за глупости? Конечно, ты будешь со мной!

Эльфы, пусть и не столь долголетние, как драконы, всё же жили дольше людей. А с силой магии дожить до тысячи лет для неё точно не будет проблемой. В этом смысле, тому, кто должен больше всех стараться прожить долгую жизнь, так это Загану.

Нефи встряхнула своими сапфировыми глазами и решительно кивнула.

— Да! Я буду сопровождать вас куда угодно, господин Заган.

И в этот момент они оба внезапно осознали, что их лица оказались настолько близко, что кончики их носов могли коснуться друг друга.

«Ух ты... Никогда не замечал, что у Нефи такие длинные ресницы. И... от неё так приятно пахнет!»

Заган вдруг понял, что она уже переоделась в ночное бельё, что значило, что она недавно вышла из ванны. Этот запах был, должно быть, ароматом мыла. Её распущенные волосы коснулись его руки — они были немного влажные, холодные, но удивительно мягкие.

Похоже, и Нефи только сейчас поняла, насколько они близки. От её заострённых ушей до щёк пробежал румянец.

— Нефи...

Когда он произнёс её имя, её глаза слегка увлажнились. Его взгляд невольно притянулся к её розовым губам. Заган осторожно прикоснулся к её щеке.

— Ах...

Тихий вздох сорвался с её уст, и он почувствовал, как его лицо начало гореть. Её снежно-белая кожа, её мягкость — всё это звало его приблизиться. Он медленно склонился, собираясь прикоснуться к её губам. И в этот момент...

— Эй, Заган! Тут полный кошмар!

Центр комнаты озарился сиянием магического круга, и раздался неуместный голос его назойливого друга. Заган и Нефи вздрогнули, отпрянув друг от друга. В магическом круге из света появился Барбарос.

— Эй, хоть ответь, чего молчишь... Ой?

Медленно поднявшись, Заган встал перед Барбаросом. Его взгляд был таким ледяным, что даже крупицы милосердия в нём нельзя было разглядеть.

— Пойдём наружу, Барбарос. Я превращу тебя в фарш.

— За что ты так злишься?!

Заган был готов действительно убить его, но, увидев, что Барбарос держал в руках ещё кого-то, он сдержался.

— Шастиль?

— Ты сам сказал проверить, как она там…

На руках Барбароса лежала девушка-святой рыцарь. В отличие от того, как она выглядела днём, сейчас она была в своей освящённой броне, а на спине висел священный меч. Но её лицо было бледным, дыхание — прерывистым. Внешних ран не было видно, но явно с ней что-то было не так. Заган прикоснулся к её шее и лбу, чтобы проверить её состояние.

«Сердцебиение учащённое, но температура тела аномально низкая...»

Симптомы сразу подсказали ему, в чём дело.

— Яд?

— Скорее всего. Похоже, её напоили чем-то отравленным.

Заган тут же обернулся к Нефи.

— Нефи, я займусь её лечением. Поможешь мне?

— Да, конечно!

Хотя она явно ещё не до конца понимала, что происходит, Нефи осторожно положила спящую Фолл на пол и поднялась. В этот момент Фолл тоже наконец-то проснулась.

— Заган... Шумно.

— Прости. Можешь продолжать спать.

Потирая глаза, Фолл что-то неразборчиво пробормотала, а Заган ответил ей на автомате. Вдруг она вздохнула носом, словно уловила что-то в воздухе.

— Это... Этот запах…

И её взгляд устремился к Священному мечу на спине Шастиль.

«Вот дьявол... Зря я об этом не подумал».

Когда Заган осознал, что происходит, глаза Фолл уже пылали золотым огнём, источая убийственное намерение.

— Святой рыцарь!

Рука Фолл превратилась в когти дракона. Несмотря на её юный возраст, эти когти могли разорвать даже сталь. Если к этому добавить силу магии, их разрушительная мощь могла сравниться с ударами самого Загана.

— Что?! Эй, Заган! — голос Барбароса задрожал от растерянности, но Фолл уже бросилась в атаку.

— Прекрати, Фолл!

Заган в последний момент схватил её за руку и остановил. Её смертоносные когти замерли буквально в миллиметре от лба Шастиль. Фолл гневно посмотрела на него.

— Почему ты меня остановил?

— Она мой гость. Не смей убивать без моего разрешения.

В глазах Фолл мелькнула тень разочарования.

— Понятно.

Её лицо выражало отчаяние, как будто её предали. Видеть такую эмоцию на лице этой девочки, которая до поздней ночи ждала его возвращения, причиняло Загану боль. Состояние Шастиль требовало немедленного вмешательства. Но оставить Фолл в таком состоянии было нельзя. Хотя Заган и не считал, что маг, такой как он, способен кого-либо спасти, Фолл была одним из тех, кого он поклялся защищать. Заган спокойно задал вопрос:

— Ты ненавидишь святых рыцарей?

— Заган, ты же знаешь. Я стала магом ради мести святому рыцарю.

Так же, как Заган внимательно наблюдал за Фолл, она наблюдала за ним.

«Похоже, тут не выйдет отделаться уклончивыми ответами».

Осознав это, Заган кивнул.

— Твой враг — она?

— Владелец Священного меча убил моего отца.

— Понятно. Но это не она.

Сжимая руку Фолл, Заган искренне продолжил:

— Слушай, Фолл. Мстить наугад, убивая всех подряд, — ошибка новичков. Убив её, ты не сделаешь больно своему настоящему врагу. Более того, ты только наживёшь новых врагов, которые станут ещё одной преградой для твоей мести.

— Заган, что ты вообще можешь об этом знать?

Голос Фолл дрожал от гнева и раздражения, но Заган лишь покачал головой.

— Вот почему я говорю, что ты новичок. Месть — это совсем другое. — Его взгляд был строгим, но в нём читалась отцовская забота. — Месть — это когда ты погружаешь врага в бесконечные страдания, страх и отчаяние, заставляя его умолять о смерти.

Эти слова повергли в шок не только Барбароса, но и саму Фолл. Заган продолжал спокойно.

— И только тогда, когда ты насытишься этим, ты можешь убить его. Убить быстро — это не месть. Такая месть не принесёт тебе никакого утешения.

Фолл понимала, что Заган говорит серьёзно. Её лицо покрылось капельками холодного пота.

— Заган, ты... Ты когда-нибудь мстил?

— Да. Но я убил слишком быстро и пожалел об этом. Просто убить недостаточно. Это ничего не меняет. — Затем он посмотрел на неё с решимостью. — Поэтому, Фолл, я научу тебя, как правильно мстить.

Хозяин этого замка, маг, который пытался принести Загана в жертву, однажды схватил его. В попытках «улучшить» жертву, он подвергал его всевозможным пыткам. Заган сумел вырваться и убить его, но это не принесло ни облегчения, ни чувства победы, а только опустошение.

«Я должен был заставить его страдать перед смертью».

Теперь у него было достаточно знаний, чтобы осуществить это. В замке сохранилось множество инструментов для пыток. Если Фолл действительно хочет мести, он мог помочь ей достичь её цели. Подавленная его словами, Фолл медленно кивнула.

— Поняла.

После этого её драконья рука снова вернулась к человеческой форме.

— Ты правда собираешься преподавать своей приёмной дочери такие вещи?

Барбарос с удивлённым выражением лица покачал головой, но у Загана не было времени обращать на это внимание.

◇

— Что… что это за место?

Открыв глаза, Шастиль увидела незнакомый потолок. Старый каменный свод. Несмотря на возраст, он выглядел аккуратно и ухоженно. Слабый свет свечей освещал комнату, подтверждая, что за окном всё ещё ночь.

«Где я?»

Пытаясь понять, где она находится, Шастиль услышала спокойный голос рядом.

— Проснулась?

— Заган?..

Перед ней сидел маг с грозным лицом и каким-то меланхоличным взглядом. Этот взгляд был куда мягче, чем она привыкла видеть. Заган, не отрываясь, смотрел в толстую книгу.

— Поблагодари Нефи. Лечение проводила она.

— Лечение?..

Голова была туманной, мысли не собирались.

«Я… проиграла?»

Если так, то кому и ради кого она сражалась? Её взгляд скользнул в сторону. Рядом с кроватью стоял большой меч — её Священный меч. Лезвие было чистым, без следов крови или повреждений. В смятении Шастиль не могла понять, что произошло. Заган, заметив это, заговорил первым.

— Тебя отравили. Подробностей я не знаю.

Эти слова помогли ей вспомнить произошедшее.

«Точно. Меня вызвали… той запиской».

◇

«Фракция сосуществования?..»

Человек, вызвавший Шастиль, назвался этим именем. Он оставался в тени, не показываясь.

— Так лучше для нас обоих, — сказал он.

Тем не менее, его голос звучал зрелым и спокойным, напоминая голос старшего рыцаря. Шастиль была уверена, что это тоже святой рыцарь. Голос был умудрённым, мягким, с глубокой интонацией. Даже напоминал голос Кравела, но с ещё большей теплотой.

Мужчина тихо заговорил:

— Целые тысячелетия мы не можем положить конец борьбе с магами. Церковь — это инструмент, сдерживающий магов, а не организация, созданная для их убийства. Именно так мы думаем.

Шастиль была ошеломлена. Она никогда не слышала о такой группе. Это противоречило всему, во что она верила. Когда она сказала, что такие взгляды еретичны, мужчина мягко рассмеялся:

— И всё же, разве ты сама не еретик?

Рыцарь глубоко задумалась, вспоминая, кто мог быть её врагом. Она, Глава Святых Рыцарей, высказалась против убийства «Владыки Демонов». Разве это не ересь? Эти слова мужчины прозвучали строго и с упрёком. Шастиль не нашлась, что ответить.

Мужчина продолжил:

— Не хочешь ли присоединиться к нам? Открыто выступив против Церкви, ты теперь в опасности. Тебе нужна защита, и мы можем её предоставить. Если ты будешь с нами, мы также сможем выйти из тени благодаря тому, что у нас будет носитель Священного Меча. Это не худшее предложение, верно?

После появления такого человека, как Рафаэль, жизнь Шастиль теперь висела на волоске. Если она хочет выжить, ей придётся забыть о гордости.

«Может, это человек кардинала Кравела?»

Кравел говорил, что поможет Шастиль избежать её текущего положения. Возможно, он связался с этой группой.

«Но что я должна делать, если выживу…?»

В Церкви для неё не осталось места. Но иного пути жизни она себе не представляла. Её дом был разрушен. Шастиль не смогла сразу дать ответ. Мужчина же сказал, его голос был торжественным:

— Ты можешь не отвечать сейчас. Но у тебя не так много времени. Вот что я скажу: если тебе понадобится помощь, произнеси это имя.

Оробас.

Таково было имя, названное мужчиной. Стоило только представить его в мыслях, как тело наполнялось теплом. Когда она спросила, его ли это имя, мужчина уклонился от прямого ответа:

— Можно сказать, что да, а можно — что нет. Считай, что это имя нашего предводителя.

Предводитель. Если это целая организация, то её глава, должно быть, обладает силой на уровне старшего рыцаря или кардинала. Но Шастиль никогда не слышала имени «Оробас» в Церкви.

«Значит, это название самой организации?»

Как бы то ни было, она поняла, что это имя имело для них огромное значение.

— Это имя будет защищать тебя при любых обстоятельствах.

С этими словами мужчина исчез.

«Можно ли ему доверять…?»

Это был странный человек. Она хотела верить, но если это ловушка, то пострадает не только она, но и её подчинённые. Погружённая в раздумья, Шастиль вернулась к себе в комнату, где её ждал чай. Ей следовало бы насторожиться, но она слишком задумалась и, забыв об осторожности, выпила его. А очнувшись, обнаружила себя здесь, будучи спасённой.

Шастиль неспешно рассказала об этом.

«Этот голос… мне кажется, я где-то его уже слышала».

Но, размышляя, она никак не могла вспомнить, где. Это было что-то невозможное, слишком далёкое от реальности. Заган, не проявляя ни малейшего интереса, лишь переворачивал страницы своей книги, не перебивая её рассказ. Когда Шастиль закончила, он холодно и равнодушно спросил:

— У тебя нет предположений, кто мог тебя отравить?

— Ну… не знаю.

Если подумать, то наиболее вероятным кандидатом был Рафаэль. Если бы не вмешательство Кравела, он, вероятно, убил бы её прямо при первой встрече. Сейчас он, казалось, больше всех стремился её устранить. Но враждебная позиция Церкви в целом делает возможным любое предательство. Учитывая, сколько людей её ненавидят, подозревать можно было любого. Заган, словно читая мысли Шастиль, покачал головой.

— Тот мужчина… Рафаэль, кажется? Не думаю, что это его работа.

— Почему? К тому же, ты знаешь сэра Рафаэля? — удивлённо спросила Шастиль.

Заган устало вздохнул, словно ему даже объяснять это было лень.

— Меня потревожили, пока я наслаждался выпивкой. Это немного злит меня. — Оказывается, тот страшный мужчина не только выбрал Шастиль своей целью, но и направил меч против Загана. — Он убил почти пятьсот магов. Такие люди предпочитают действовать напрямую, без ухищрений. Если бы он захотел, то убил бы тебя мечом, официально приговорив к смерти. К тому же, у него уже есть на это основания.

— Основания?..

Шастиль не поняла, о чём речь, но, судя по виду Загана, объяснять тот не собирался. Пока она растерянно молчала, Заган захлопнул книгу и поднялся с кресла.

— Как бы то ни было, ты вроде как подруга Нефи. Так что, пока не восстановишься, я о тебе позабочусь. К тому же, кажется, уже почти не осталось идиотов, готовых лезть ко мне с вызовом.

— Постой…

Шастиль схватила его за край мантии, не успев даже подумать, зачем она это делает.

— Что ты задумала? — недовольно спросил он.

Её голос прозвучал почти шёпотом:

— Можешь… хотя бы немного… просто остаться рядом?

Для рыцаря, тем более рыцаря-командира, это было недопустимо слабое заявление.

«Но теперь я даже не знаю, перед кем держать себя в руках».

Она всегда знала, что однажды такой день настанет, и теперь, когда яд почти убил её, её переполняло чувство одиночества. Заган раздражённо вздохнул.

— Проси об этом Нефи.

Эти слова прозвучали как отталкивание. Вполне ожидаемое.

Даже Шастиль, встретившая его лишь несколько раз, понимала, как искренне он ценит Нефи. Просить утешения у него, когда рядом такая девушка, было бы невозможным. Но почему-то он всё же сел обратно на стул.

— Э-э…

— Будить Нефи в такое время — не вариант.

— То есть… ты останешься?

— Я просто читаю.

Он даже не взглянул на неё, но и не ушёл.

— Спасибо…

Ей стало стыдно за себя.

«Что я вообще хотела этим добиться?»

Хотела ли она, чтобы он обратил на неё внимание? Или… мечтала уйти из Церкви и остаться с ним?

«Но ведь я не собиралась вмешиваться между этими двумя».

Заган и Нефи были людьми, которых она не могла ненавидеть. Напротив, она хотела видеть их счастливыми.

«Возможно, мне просто хотелось быть рядом с ними».

Как именно? Даже она не знала ответа на этот вопрос. Но осознание того, что рядом есть кто-то, приносило неожиданное спокойствие. И, сама того не заметив, Шастиль погрузилась в сон.

◇

— Почему это всё закончилось вот так?!

Следующим утром.

Неизвестно, что именно не понравилось Шастиль, но она повысила голос от возмущения. Это была столовая в замке. За ночь яд, похоже, вышел из её организма, и к утру она смогла встать, чтобы присоединиться к завтраку. После того как ей выдали одежду, Шастиль вдруг разразилась гневом.

— Вам это очень идёт, — спокойно утешила её Нефи.

Шастиль была одета в платье и фартук, как у Нефи. Так как одежда была запасной для Нефи, то выглядела немного проще, чем обычно.

— У-у-у… Но я ведь Дева Священного Меча! А вы заставляете меня изображать какую-то прислугу!

— Следи за языком. Я не позволю даже тебе оскорблять Нефи.

Назвать эту одежду униформой служанки означало назвать так и Нефи. Даже Шастиль не могла рассчитывать на прощение за такие слова. Когда Заган строго отчитал её, Шастиль буквально упала духом, на глазах у неё появились слёзы.

— У меня сейчас просто нет душевных сил. Мог бы ты быть хотя бы немного добрее?

— Не смей раскисать.

На неё смотрели холодные глаза. Это была Фолл. Стоя за спиной Загана, она пристально смотрела на Шастиль. И было очевидно, что её взгляд не выражал никакой дружелюбности. Хотя Фолл отступила от своих мыслей о мести, принимать Шастиль она явно не собиралась. Даже Заган не счёл нужным вмешиваться. Шастиль попыталась мягко улыбнуться.

— А, ты, наверное, приёмная дочь Загана?

— Не разговаривай со мной так легко, хвостатая голова.

— Хвост… голова?!

Бросив это замечание, Фолл тут же вышла из комнаты. От такой жестокой отверженности Шастиль прижала руки к груди и рухнула на пол.

— За что мне это…

— Простите её, Шастиль, я поговорю с Фолл позже, — извинилась Нефи.

— Эх, Нефи, ты так добра ко мне...

Лицо Нефи оставалось всё таким же спокойным, но в тоне звучало сочувствие, что немного утешило Шастиль. Однако Заган покачал головой.

— Нет, оставьте Фолл в покое. Она может немного позлиться, но убивать тебя не станет.

— Ты правда считаешь, что достаточно, чтобы она меня просто не убила?! — возмутилась Шастиль.

Заган с серьёзным выражением лица ответил:

— Её отец был убит владельцем Священного Меча.

— Что?..

От этих слов Шастиль застыла в тишине. Заган спокойно продолжил:

— Ты не несёшь за это никакой ответственности, но я не стану говорить ребёнку, что ей нужно просто это принять. Я спрячу здесь вас обеих, но ты должна это понимать.

В какой-то степени Заган поручил Шастиль заниматься хозяйством именно из-за Фолл. Если бы Шастиль воспринималась как уважаемый гость, это могло бы лишь усилить злость Фолл. Чувствуя ответственность за происходящее, Шастиль опустила взгляд.

— Тогда, может, мне лучше уйти?

Это была ожидаемая реакция, но Заган покачал головой.

— Я же сказал: оставь Фолл в покое. Она гордая представительница своего рода. Её самолюбие не позволит ей заниматься ерундой.

Так он думал...

◇

Через час.

— Кья-а-а?!

По замку разнёсся крик Шастиль.

— На этот раз что случилось?

С выражением лёгкого сожаления в голосе Заган обратился к Шастиль, которая упала ничком на пол.

— Я… я убиралась, и вдруг с потолка мне на голову свалился лягушонок…

На её голове действительно сидела крошечная лягушка. Похоже, пока Шастиль мыла пол шваброй, кто-то бросил в неё лягушонка. И это уже третий раз за этот час. Глаза Шастиль наполнились слезами, её выражение лица вызвало у Загана невольный смешок.

— Н-не смей смеяться! Это не то, о чём мы договаривались!

Похоже, это дело рук Фолл.

— Хм, видимо, это результат её попыток устроить неприятности без применения силы.

— Разве самолюбие не должно было удержать её от таких проделок?

— Как видишь, она всё ещё ребёнок. Возможно, это её способ выразить свои чувства.

Если сравнивать с детством самого Загана, Фолл действовала гораздо безобиднее, поэтому он даже не думал её упрекать. Шастиль недовольно посмотрела на него.

— Ты её, кажется, очень любишь. Я и не ожидала, что ты вообще станешь проявлять мягкость к детям.

— Я проявляю мягкость?

— Да!

Когда Заган с недоумением наклонил голову, Шастиль с силой кивнула. Сдавшись, он почесал голову и отвёл взгляд.

— Когда мы встретились в первый раз, я не понял, что она ребёнок, и случайно ударил её. В какой-то степени я чувствую за это вину.

— Ты… ударил? Погоди, то есть она изначально была твоим врагом?

— Ну да.

Заган ответил так спокойно, будто это ничего не значило, и Шастиль выглядела потрясённой.

— Почему же тогда ко мне и к ней настолько разное отношение?!

— Я тебя не бил, ведь так? У меня нет привычки поднимать руку на женщин.

— Же-женщин… — Почему-то от этих слов лицо Шастиль стало пунцовым. — Т-тогда… тогда ударь меня тоже! Я ненавижу боль, но потерплю!

— Эй, у тебя что, такие наклонности?

— Н-не в этом дело! Просто…

Что именно она хотела сказать, так и осталось неизвестным, поскольку Шастиль, вся покраснев, умолкла. Наблюдая за этой девушкой, Заган невольно подумал:

«Эта святая рыцарка в обычной жизни просто бесполезна…»

Может, это и вина проделок Фолл, но Шастиль постоянно сбивается, заикается, а то и вовсе едва не плачет.

«В этом смысле она мне даже немного напоминает меня самого».

Кроме того, сейчас по всей комнате была разлита грязная вода из ведра, которое она случайно опрокинула. Там, где проходила Шастиль, было грязнее, чем до уборки. Когда она была его врагом, у неё была твёрдость и решительность. Но теперь… Тем не менее, её неловкость внушала Загану странное спокойствие.

«С таким подходом, думаю, Фолл вряд ли станет её всерьёз убивать».

Наверняка Фолл уже сама удивляется своим действиям. Ведь она, в конце концов, дразнит носительницу Священного Меча. Возможно, именно эта девушка сможет отвлечь Фолл от её мести. С этой мыслью Заган лишь тихо фыркнул.

— Я не совсем понимаю, но настроение у тебя улучшилось?

— Э… Ты что, беспокоился за меня?

Если бы не беспокоился, то не стал бы поручать Барбаросу присматривать за ней. Однако Заган не был из тех, кто мог легко признаться в своих чувствах, да и необходимости в этом он не видел. Он лишь пожал плечами.

— Кто знает.

Отмахнувшись от темы, он внезапно пристально посмотрел на Шастиль.

— Лучше подумай, как расправиться с тем, кто тебя отравил. У тебя есть догадки?

— Это…

Шастиль заметно напряглась. Её правая рука то сжималась в кулак, то снова разжималась, будто что-то искала. Заган перевёл взгляд на её спину.

«Священный меч… Она его не носит».

Хотя у самого Загана не было намерений нападать, для Шастиль, святого рыцаря, это место было вражеской территорией. Её откровенно презирала Фолл, угрожая потенциальной опасностью.

«Но она оставила меч…»

Это могло означать, что её внутренний надлом куда серьёзнее, чем казалось на первый взгляд. Священный меч — это не просто оружие, это символ силы и воли. Если его оставить, значит, отказаться от этой силы. Даже если бы она снова взяла меч в руки, сломленная душа не смогла бы направить его ни на магов, ни на рыцарей. Заган бросил взгляд в конец коридора. Там, как и прежде, настороженно наблюдала за происходящим Фолл.

«Надо будет сказать ей, чтобы она не перегибала палку».

Хотя Заган не планировал оставлять Шастиль в замке надолго, выбрасывать её сейчас, в таком состоянии, он тоже не собирался. Если ей нужно время, чтобы прийти в себя, он готов подождать.

В последующие дни проделки Фолл не прекратились. Более того, их становилось всё больше, хотя и менее серьёзными. Каждый день замок оглашался криками Шастиль.

«Возможно, это их собственный способ ладить».

Несмотря на свои методы, между Фолл и Шастиль начало зарождаться что-то вроде взаимопонимания. Так прошло несколько дней, пока однажды ночью не произошло нечто неожиданное.

— Господин Заган, беда! Фолл пропала!

Без всяких предзнаменований замок огласил встревоженный голос Нефи.