— Это большая честь для меня познакомиться с вами, Архангел Рафаэль Хьюранделл. Моё имя — Шастиль Лилквист.

[П/П: Я с помощью waybackmachine откопал удаленный первый фанатский перевод на английский. Термин “Архангел” там был переведен как «Капитан». Кстати, термин “Владыка Демонов” в официальном английском переводе ошибочно переведен как “Архидемон”, а “Святой Рыцарь” — как “Ангельский Рыцарь”. ¯\_(ツ)_/¯ ]

Собор Кианоидесианского филиала церкви.

Пока Заган и остальные исследовали Дворец Владыки Демонов, Шастиль, представляясь, склонила голову.

В связи с заморозкой ее прав как Святого Рыцаря, она не могла пользоваться своим Священным Мечем или носить Освященную Броню. После встречи с Заганом и остальными Шастиль переоделась в церемониальное платье и теперь ничем не отличалась от обычной девочки. Позади нее, как и всегда, находились трое ее подчиненных.

Стоящий перед ней Святой Рыцарь имел устрашающую атмосферу запугивания, присущую людям, чьи лучшие дни еще не миновали.

Любому, кто бы на него не посмотрел, в первую очередь бросался в глаза глубокий шрам, пересекавший его лицо со лба до щеки. Его седеющие светлые волосы были коротко подстрижены, а темно-синие глаза сияли пронзительным огнем, и создавалось впечатление, будто один его взгляд способен убить. Кроме того, на нем были Освященные Доспехи, плотно прилегающие к его мощному телу. Крупная челюсть и тонко выточенный нос дополняли его дьявольский вид, который способен заставить потерять сознание слабонервных людей.

А на спине своей он нес огромный Меч. Священный Меч.

Все двенадцать Священных Мечей имели одинаковую форму. Соответственно, этот Меч должен был бы быть идентичен дарованному Шастиль, однако он выглядел так, будто им можно воспользоваться одной рукой.

Знаменитый своим титулом человека, покорившего наибольшее количество магов в истории, исчисляемое в 499 тел, Архангел Рафаэль был символом силы Церкви.

Три Святых Рыцарей, стоявших в ожидании позади Шастиль, не могли сделать ничего, кроме как напряженно смотреть на него.

Однако около Рафаэля не было ни одного Святого Рыцаря.

Архангел… пришел сюда абсолютно без сопровождения?.. Являясь величайшей боевой силой церкви, Архангелы должны иметь защиту. Шастиль и другие Архангелы сражались в авангарде во время битв с магами, но у них всегда были подчиненные, которые защищали бы их. И все же единственным, кто прибыл без охраны, был Рафаэль.

Несомненно, он был силен, но все же его поведение казалось ей довольно опрометчивым.

После того, как Рафаэль внимательно осмотрел Шастиль с макушки головы до кончиков пальцев ног, он скорчил улыбку, похожую на трещину, расщепляющую скалу.

— Так ты и есть та чертова Дева Священного Меча, о которой я читал так много в отчетах? Говорят, ты сейчас каешься в неповиновении церковным приказам, однако, вопреки моим ожиданиям, у тебя довольно приятное выражение лица.

Неповиновение приказам Церкви… Видимо, тот факт, что она прикрывала Загана, не был передан другим людям. Вероятно, это факт был утаен из соображений кардинала Клавуелла.

— Я не заслуживаю подобных слов, — спокойно ответила Шастиль, а Рафаэль фыркнул с недовольством.

— Сколько этих проклятых магов ты уже зарезала?

Шастиль прикусила губу, словно спрашивая его: «Правда? Именно это ты спрашиваешь в первую очередь?»

— … Я не считаю, что это число стоит того, чтобы им хвастаться.

— О?.. — Рафаэль властно прищурился.

— Л-леди Шастиль, пожалуйста, следите за тем, как вы говорите!

— Как бы мы ни были малы, даже использование наших жизней в качестве щита не будет достаточным, чтобы защитить вас!

— Гааа, как некрасиво. Разве мы не поклялись, что отдадим свои жизни ради Леди Шастиль?

Три рыцаря шепотом устроили балаган, но стоило Рафаэлю взглянуть на них, как они судорожно задрожали и замкнули рты.

Неужели это испортило ему настроение? Это был Архангел, который убил наибольшее количество магов в мире. Шастиль не думала, что он будет колебаться, убивая союзника-отступника, учитывая количество его жертв. Честно говоря, она была готова сегодня расстаться с головой.

Причина, по которой она прогуливалась по городу, когда ей нужно было встретиться с этим человеком, возможно, была в том, что ей хотелось поговорить со знакомыми в последний раз.

Впрочем, встреча с Заганом и Нефи… была слишком удачным совпадением.

…Хотя она и была шокирована и расплакалась от того, что он даже не запомнил ее.

И все же Рафаэль принял вызывающую позу и рассмеялся от души, словно потешаясь над Шастиль.

— Хаа-хаа-хаа! Прошло много времени с тех пор, как кто-то позволял себе своевольничать передо мной. И, наверное, впервые, чтоб это еще и женщина была. Как приятно. Можешь похвастаться этим на том свете.

С треском застыл воздух.

Как я и думала, вот и дошло дело до этого… Тц! Имея лишь меч, висящий у нее на поясе и используемый только для демонстрации, Шастиль была практически безоружна.

Для Рафаэля это не сыграет роли, ведь он может раздавить ее, как насекомое.

— У-Увааа, пожалуйста, бегите, Леди Шастиль! — три Святых Рыцаря бросились вперед. Однако они были совершенно бессильны перед этим гигантским человеком. И именно в этот момент…

— Архангел Рафаэль, скажите на милость, что именно вы делаете с моими Святыми Рыцарями? — тем, кто поднял голос на огромного Рыцаря, был пожилой кардинал.

Из глубины собора, где находился кабинет кардинала, послышались тяжелые шаги.

— Хм. Клавуелл, не так ли? У меня нет никаких дел с человеком, который не может вообразить ничего, что не было бы написано на бумаге.

— Даже если у вас нет никаких дел со мной, я поклялся защищать Святых Рыцарей, находящихся под моей опекой. Знайте, что здесь вам не получится действовать так, как заблагорассудится.

Услышав такие надежные слова, Шастиль подумала, что из глаз вот-вот хлынут слезы.

Что касается Рафаэля, то он смотрел на кардинала без малейшего намека на уважение.

— Более того, мерзавец… похоже, ты лишил эту женщину доступа к ее Священному Мечу?

— Доступа ее никто не лишал, Меч просто временно держат под стражей.

— Разве это не одно и то же? Где он?

И в ответ на это Клавуелл возвратил недоверчивый взгляд.

— … И что вы намерены делать, узнав о его местонахождении?

— Ты прекрасно знаешь. Меч имеет ценность только тогда, когда им владеют. Есть ли смысл прятать его в ножны и использовать как яркое украшение?

Клавуелл затем спросил его тихим тоном, словно пытаясь понять значение его слов.

— Вы, случайно, не хотите, чтобы я вернул его Шастиль?

— Об этом даже не нужно говорить. Священный Меч выбирает своего владельца по собственной воле. Пока владелец жив, никто другой не может владеть им, — Рафаэль на мгновение замолчал, затем взглянул на Шастиль и продолжил: — Она потеряет опеку над ним, если, например, из нее вытрясут жизнь, — продолжил он свою мысль, изобразив жуткую улыбку, словно говоря, что с радостью возьмет на себя такую роль.

— Какой омерзительный ответ! — воскликнул Клавуелл и в шоке отступил назад. И когда кардинал изобразил крестное знамение перед своей грудью и ответил ему сердитым взглядом, Рафаэль заговорил без малейших признаков робости.

— Чего ты так боишься? Я же просто констатирую факт. Вы, ублюдки, не имеете права вмешиваться в то, как владелец Священного Меча размахивает своим клинком. Все, что вам нужно делать, это думать о том, как справиться с проклятыми последствиями, — заявил он. Его речь звучала так, будто пока кто-то был признан Священным Мечом, даже резня будет разрешена.

Это и есть… самый ужасный из Архангелов…

Ругая слабые части себя, которые хотели дрогнуть, Шастиль заставила себя выступить перед Рафаэлем.

— Вы зашли слишком далеко, Архангел Рафаэль. Если бы мы использовали Мечи только для исполнения наших низменных желаний, то это само по себе было бы ересью!

— О, так ты будешь дерзить мне не один раз, а даже два, да? — Рафаэль пробормотал что-то себе под нос, словно наслаждаясь происходящим, затем перевел взгляд на кардинала.

— В любом случае, все в порядке, Клавуелл? Один из этих чертовых Святых Рыцарей, которых ты должен защищать, вот-вот потеряет здесь свою жизнь.

— Угх…

Клавуелл знал, что существует явная вероятность того, что Шастиль могут зарезать прямо там, где она стояла, поэтому ничего не мог сделать, кроме как издать стон.

Но почему же он пытается заставить меня взять Священный Меч? Если его целью была просто казнь, то было бы проще просто убить ее немедля. В конце концов, у него и так было достаточно оснований для этого.

Значит, он просто пытается посмеяться надо мной? Ей не хотелось думать, что такой человек был избран Священным Мечом, но она не могла придумать ничего другого.

— …Так точно. Шастиль, следуй за мной, — сказал Клавуелл. И, словно побежденный настойчивостью Рафаэля, он пригласил Шастиль вглубь собора.

По другую сторону двери на полу лежал красный ковер, а множество дверей по сторонам вели в кабинеты кардинала и Святых Рыцарей. В самом конце были ворота с бюстами, изображающими ангелов, защищающих их с каждой стороны, вместе с двумя Святыми Рыцарями, служащими охранниками.

Как и следовало ожидать, Рафаэль и три Святых Рыцаря не последовали за ними. Убедившись в этом, кардинал Клавуелл шепнул Шастиль.

— Даже я не знаю, правильно ли возвращать его сейчас. Вполне возможно, это даже позволит дать тому человеку повод убить вас.

— …Я полностью осознаю это, — заявила Шастиль. Она не знала, каковы были истинные мотивы Рафаэля, но, скорее всего, это не приведет к ситуации, когда ей, по крайней мере, не дадут хотя бы взмахнуть Мечом.

Побудить Клавуелла вернуть ей Священный меч было больше похоже на попытку защитить ее, нежели подать пример другим.

Когда они наконец добрались до Ангельских Ворот, Святые Рыцари, служившие сторожами, преградили им путь.

— Ваше Преосвященство Клавуелл, что вам здесь нужно?

— Пришло время вернуть Священный Меч Шастиль. Пожалуйста, откройте путь.

Двое привратников переглянулись, но тут же отошли в стороны. Кардинал был главой исполнительной власти церкви, которой служили Рыцари, поэтому они ничего не могли сделать, чтобы преградить ему путь.

И пока он шел вперед, привратники предстали перед Шастиль.

— Что касается вас, пожалуйста, ждите здесь.

По всем правилам, это было неуважительное отношение к ней, но Шастиль послушно ждала на месте. Вскоре Клавуелл вернулся с Мечом в руке.

— Я верю, что ты справишься с любыми испытаниями своими собственными руками, — сказал он и вложил Священный Меч в руки Шастиль.